Глава 8. Привет, Мичиру!
16 апреля 2023 г., 23:59
Дом семьи Ишида.
В последний раз.
Прошлое время.
Я снова оказался здесь, в своей постели. Моя рубашка пропиталась потом. Я пережил смерть тысячу раз. Раз за разом, терпя лезвие Сайко и Юи. Я не понимаю, почему я заслужил такую участь. Разве мне не суждено просто… умереть? Неужели я совершил настолько подлую ошибку, что я должен страдать? Нет, я не понимаю… Мне хочется плакать от этой безнадежности. Нет никакого шанса на спасение! Эта тьма, этот ужас… эта чудачка… Все это меня окружает до конца жизни. Я не вижу смысла вставать с постели и идти дальше. Какой толк, зная, что меня прикончит Сайко? Хотя я сомневаюсь, что это она. Можно сказать, что это ее злая сторона, которая навсегда заточена в школе. Чего же она хочет? Сэмпай, убей его. Убей его. Если это правда поможет, то я должен рискнуть. Его нет в живых, и ради своего спасения я готов пожертвовать многим. Мне лишь нужно хорошенько прицелиться и… Все! Я буду свободен! Суицид не будет для меня выходом. Все дело в моем друге. Она много страдала от него, и теперь мой черед дать ему отпор. Я встал с постели и вышел из комнаты. Как раз в это время постучала жертва. — Эй, Акира, открой! Я знаю, что ты там! Я подошел и открыл дверь. Сразу же внутрь забежал Синдзи и заблокировал проход. Сколько раз я не пытался сбежать вместе с ним из школы, у меня ничего не выходило. Я пытался, пытался, но теперь самое время послушать Сайко. — Ты что, не в курсе, что здесь происходит? — спрашивает он. — Эта стерва бродит и пытается меня убить! Нам нужно уходить отсюда. Переведя дух, Синдзи взглянул в глазок, а затем осторожным движением открыл дверь. Я уже сбился со счету, сколько раз я ему открывал дверь, и сколько раз он это говорил. Я только помнил, что говорила Сайко. Сэмпай, убей его. Убей его. Я не видел ни ключей, никакой надежды на спасение. Только револьвер, который приказывал мне прикончить Синдзи. Мы вышли из квартиры, закрыли дверь, и тихими шагами добрались до лифта. Я нажал на кнопку, и кабина тут же открылась. Мы зашли внутрь, спустились на первый этаж, и мы снова оказались в мертвой тишине. — Ладно, я постараюсь что-нибудь найти, — говорит он. — Если что, буду ждать тебя на крыше. Мы разошлись в разные стороны. Я же пошел искать Сайко, которая сейчас должна выдать мне револьвер. Мое сердце быстро застучало, когда я представил, что буду убивать своего же друга. Почти так же, как сделала она. Я разыскивал ее по всей школе, но все же я забыл проверить одно место. Это кабинет директора. Я вздохнул и дернул ручку двери. Она с легкостью распахнулась, однако внутри я Сайко не обнаружил. Я уже хотел вернуться обратно, как вдруг я увидел, что она появляется из воздуха. Ее глаза также были наполнены смолой, а в ее руке хищно блистал револьвер. — Убей его. Я не смог ослушаться. Я взял револьвер и осмотрел его вблизи. Сайко снова испарилась, и я остался один с желанием убить своего друга. «Самое время покончить с этим». Я схватил крепче оружие и пошел на крышу. Я дошел достаточно быстро, и я вдалеке заметил, как мерцала фигура Синдзи. — Эй, ты что-нибудь нашел? Но я ничего не ответил. Я спрятал за спиной револьвер, чтобы он ничего не заподозрил. — Слушай, я обыскал несколько кабинетов, но так ничего и не нашел. Может, они у этой чудачки? Как думаешь? Я резко выставил на него револьвер, и он тут же инстинктивно поднял руки. — Что ты делаешь?! Я без колебаний нажал на курок. Я услышал громкий хлопок, а затем заметил, как со лба красовалась огромная дыра. Его глаза закатились, и он с грохотом упал на пол. «Это… это конец?» Я широко улыбнулся. Передо мной снова появилась Сайко. Она тоже улыбнулась и сильно обрадовалась. — Ты сделал это, сэмпай! Она достала из юбки мое сердце. За это время я забыл, что оно у меня отсутствовало. Я схватил сердце, которое билось в руке, и силой втолкнул в грудь. Я стал чувствовать себя намного лучше. — Пора вернуться домой, — сказала она, и дала мне ключ от выхода. Я взял его в руки и быстро спустился на первый этаж. Там я подошел к двери и открыл его, а затем выбежал без всякой оглядки. «Вот оно. Спасение. Оно свершилось!» Так я думал, пока я не услышал голос Сайко. — Теперь мы будем вместе, сэмпай! Я всегда буду рядом с тобой! Всегда! «Нет… Нет…» Теперь мне казалось, что безумие вот-вот начиналось. Я не стал свободным. Я лишь убил своего друга.* * *
Воспоминания Сеиичи.
1996 год.
Настоящее время.
— Твои глаза, они… Вместо зрачков я видел закрытые потемневшие веки. В области орбит были разные шрамы, которые еще не зажили. — У меня еще болит, так что я не могу открыть глаза, — сказала она. — Точнее, я их совсем не чувствую. — Значит, рана глубокая, — говорю я. — Аяно, если хочешь снова видеть, то тебе нужна операция. — Эй, чувак, — окликнул Иори. — Эта операция стоит ни хера не дешево, учитывая то, что сейчас в стране кризис. — Но ведь должен выход. Что-то ведь должно… Аяно снова дотронулась до моего лица. — Не переживай. Я рада, что могу слышать тебя. Это тоже своего рода зрение. Я встал в полный рост и пошевелил ногами, так как за это время они сильно затекли. — Если что, меня зовут Сеиичи, а моего брата Иори. Не уходи отсюда, ладно? Я придумаю, что с тобой сделать. — Мне все равно некуда идти, — улыбнулась она. Я отвернулся от нее и пошел в сторону школы. Сзади меня шел Иори, перелистывая блокнот. «Похоже, он от плана не откажется. Я знаю, что он хочет помочь маме, но я боюсь Такаши. Если он узнает, что это наших рук дело, то нам не сдобровать». Заметив мой взгляд, он слегка улыбнулся. — Все пучком, — говорит брат. — Я знаю, как нам все реализовать. Мы зашли в школу и быстро сменили обувь, так как боялись, что сможем встретить Такаши. Мы обошли главный коридор и оказались на втором этаже. В это время никого не было, поэтому Иори достал из сумки необходимые компоненты, и мы приступили к работе. Я обосновал растяжку, а мой брат сходил за ведром воды и поставил ее на полку, которая была высоко над головой. Вообще она нужна, чтобы складывать разный хлам, но теперь ее момент настал, и она пригодилась для более стоящих вещей. — Готово, — прошептал Иори, вытирая пот со лба. — Эй, Сеиичи, ты как? — Нормально, — отвечаю я. — Я сделал все так, как ты просил. Он сел на корточки и слегка потянул за ниточку. Такой силы хватило, чтобы ведро воды немного качнулась. — Ловушка просто идеальна! — восклицает он. — Теперь осталось, чтобы Такаши на нее наступил. — Кстати, с чего ты решил, что он пройдет именно по этому коридору? — Я следил за ним. Он часто здесь тусует, потому что тут никого нет. Можно хулиганить, сколько влезет. Смекаешь? Я помню, как месяц назад Такаши издевался над девушкой. Я хотел ее защитить, правда, но внутренний страх сказал мне иначе. До сих пор стыдно, что я поджал хвост, и никак не спас эту бедную девчонку. — Пока над ним будут смеяться, ты за это время покажешь людям рисунки. Студсовет разрешит участвовать нам в конкурсе, мы получим гонорар, и тогда нашей маме не придется так усердно работать. Он тепло взглянул на меня, и схватил за плечо. — Расслабься, брат. Неужели я тебя когда-то подводил? — Если Такаши снова испортит рисунки, то я этого не вынесу. Иори вздохнул и оглядел коридор. Его зрачки широко расширились. — К нам уже идут, — говорит он. — Это люди из других классов. К тебе потом придут из студсовета, поэтому старайся не налажать. Он слегка ударил меня по плечу и отошел в сторону. Ко мне подошло много людей, точно где-то десять штук. Они подошли ко мне и уставились на ловушку. Иори махнул рукой, как бы говоря, что это не имеет значения. Я широко улыбнулся. — Я хочу показать вам свои произведения, — говорю я. — На этот раз они не будут испорчены, сколько раз я этого не обещал. Я все исправил и теперь… Я хочу показать всю красоту этого мира. Пойдемте! Я дошел до двери и, набрав побольше воздуха, открыл ее, и впустил своих гостей. Они разлились по всей округе, начиная осматривать мои творения. «Я картины повесил идеально. Правда, кабинет выглядит как лабиринт, но ничего страшного. Главное, чтобы люди убедились в моих стараниях. Я работал день напролет, чтобы исправить, или дорисовать некоторые творения. Все должно пойти по плану». — Если будут вопросы, то задавайте мне! — крикнул я. Я знаю, что большинство пришло лишь для того, чтобы прогулять урок. Многие из них не ценят искусство, и не хотят в нем разбираться. Но мне нужен лишь жалкий их отзыв, чтобы меня приняли участвовать в конкурсе. Остальное меня не волнует. Я прошелся по одному из маленьких коридоров и оглядел свои картины; большинство я видел старые работы, которые напоминали меня о том дне, когда все было спокойно. Я, в лучах солнца, рисовал маслом свои картины. А сзади от меня находился Иори, который тоже рисовал. Его силы были наравне со мной, и наши творения были известны каждому. Но к приходу Такаши, это было почти разрушено. Стоило мне лишь взглянуть на него, как он меня проклял на бесконечные несчастья. «Почему… почему именно я?» — Эм, извини… — окликнул меня голос сзади. — А что означает эта картина? Я повернулся и увидел девушку ниже моего роста. Ее короткие черные волосы закрывали личико, а белая рубашка заправлена в юбку. До сих пор не понимаю, почему им разрешено одеваться проще, а парням суждено страдать? Впрочем, я это давно выкинул из головы. — А, эта… Заметив еще старую картину, я сильнее погрузился в воспоминания. Здесь были изображены руки. Левая рука притягивала цветы, когда правая собиралась воткнуть в запястье ножом. Я точно не помню, чем я тогда вдохновлялся, но эта картина самая обсуждаемая среди моего класса. — Бывает случай, когда ты хочешь помочь тому, кто готов разрезать тебе сердце, — отвечаю я. — Хотя этот человек никогда не увидит то, что ты для него делаешь. Он видит лишь то, что ты не делаешь. Это правда, которую нам нужно всем принять. Она удивленно взглянула на меня. Ее лицо было маленьким и круглым. — Ого! Не ожидала, что у нас в школе такой философ. — Повернувшись ко мне всем телом, она широко улыбнулась. — Я Мичиру. Мичиру Симада. Мое имя пишется как «море» и «король». Могла бы показать, но тут нету доски… Я, конечно, не рассчитывал на знакомство, однако интуиция подсказывает мне, что стоит назвать свое имя. — А меня зовут Сеиичи, — отвечаю я. — Оно пишется как «праведный и единственный», хотя не знаю, интересно ли тебе об этом знать… — Нет, интересно! — воскликнула она. — Мне очень любопытно знать значение имен, а еще… Я тоже люблю рисовать. Правда у меня не совсем хорошо получается. — У меня тоже плохо получалось, — говорю я, вспоминая свои первые каракули, который я рисовал во время уроков. — Однако со временем у тебя нарастают навыки, и это дает свои плоды. Искусство — это не просто сухие картины, это еще родитель, который может из тебя сделать более гуманным и добрым. Мичиру взяла себя за подбородок и посмотрела на другие мои творения. — Я очень хотела посетить твой арт-клуб, но учитель никогда не разрешал мне. Я популярная среди класса, и это доставляет мне проблем. Меня всегда заставляют участвовать в тех конкурсах, которые мне не интересны. Я опустил брови и медленно почесал затылок. «Не совсем понимаю, к чему она ведет, — подумал я. — Меня, конечно, интересуют девушки, но… Похоже, что Мичиру проявляла ко мне любопытство. Только почему?» — Слушай, — начинаю я, — мне приятно иногда общаться, но сейчас у меня много дел… Я хотел дополнить, однако краем глаза я заметил, как лицо Мичиру вдруг стало грустным. «Черт, и почему я чувствую себя виноватым?» — Ладно… — Я тяжело вздыхаю. — В принципе, у меня найдется немного времени. Она тут же вернула улыбку. — Я рада, что мы сможем пообщаться! Я снова взглянул на ее лицо и никак не мог понять. Она была красивой, милой, но ее внезапное увлечение меня немного настораживает. Я ни раз пытался привлечь к себе внимание девушек, но они смотрели меня под откос, и все из-за моей тяги к рисованию. Если я не ошибаюсь, то всем нравятся сильные и самоуверенные люди. Такие, как Такаши. Он умеет держать всех в страхе. Впрочем, даже и девушек. — А у тебя много людей в арт-клубе? — спрашивает она. — Нет, только я и мой брат, — отвечаю я. — Хотя и он бывает редко. — Вот оно как… Значит, ты совсем один. — Я хотел набрать людей в команду, однако никто, кроме меня, не умеет дружить с искусством. — То есть ты хочешь сказать, что даже если человек плохо рисует, то он сможет вступить в твой клуб? — Да, — кивнул я с особым удивлением. — Мне главное, чтобы душа человека была чиста. А навыки всегда можно поднять. — Сеиичи… — прошептав мое имя, она опустила голову и грустной улыбкой оглядела комнату. — Мы, конечно, только познакомились, но… Можно я вступлю в твой клуб? — Вступишь в мой клуб? — переспрашиваю я, снова почесав затылок. — Ты сказал, что принимаешь тех, кто способен понять искусство, — говорит она. — Я верю в нее, и люблю всем сердцем. Я давно ищу того, кто может меня принять, но многие клубы просто заняты, а свой я не хочу создавать. — Она подняла голову. — Ну так что? Найдется ли для меня место? — Ну-у… — протянул я, и оглядел ее с ног до головы. Такая милая девушка просто не создана для того, чтобы она находилась рядом со мной. Ей бы подошел кто-то другой, тот человек, который мог бы о ней позаботиться. Я лишь забочусь только о себе и своей маме, а также нередко сопереживаю тем, кто встретил моего врага. Однако почему-то, где-то внутри ее души я слышал мольбы о помощи, словно вступление может ее уберечь. Мичиру очень загадочная, хоть это и не бросается на первый взгляд. — Ладно… — вздыхаю я. — Ты можешь вступить в мой клуб. — Ура! — радостно воскликнула она. — Спасибо! Надеюсь, ты обо мне позаботишься. Мичиру поклонилась, и я незаметно покраснел. «Не понимаю, что на нее нашло…» К нам подошли девять человек и как-то странно уставились на меня. — Нам понравились картины, — говорит один из них, — но… Одна из них выглядит очень странно. Я поднял бровь. — В каком смысле? Некоторые пожали плечи и были в недоумении. Я же прошел сквозь толпы и обошел стену, сразу бросив взгляд на свои творения. Все картины выглядели нормально, однако одна из них была не совсем такой, как в моих в воспоминаниях. — Такаши, — прорычал я, когда увидел, что девушка на холсте была изуродована, а на фоне нарисованы надписи с оскорблениями. Все они обращались ко мне, называя меня по-разному. «Сеиичи — ублюдок. Сегодня ты сдохнешь». Дальше я не стал рассматривать. У меня больше не осталось сил терпеть. — Извините, — сказал я низким тоном. — Кажется, кто-то решил надо мной посмеяться. Они все насторожились. Возможно, они думали, что я обвиняю именно их, но, похоже, так и есть. Один из них явно был предателем, а именно принадлежал моему врагу Такаши. Прямо сейчас он смотрел на меня, и явно радовался своим успехом. — Прошу всех покинуть клуб. Не забудьте, пожалуйста, оставить отзыв. За картину не беспокойтесь. Я крепко сжал кулаки. Злость накапливалась с каждой секундой. Я молил, чтобы они сейчас же убрались из моего клуба, так как боялся, что не смогу сдержаться. — Сеиичи? Я заметил, как Мичиру схватила меня за руку. Ее хватка была настолько крепкой, что я почувствовал тепло и облегчение. Девушки и правда так способны успокаивать парней? Это было так приятно, что я почти забыл, на что я хотел разозлиться. Я перевел дух и спокойно сказал: — Спасибо, что посетили мой клуб. Если вы оставите хороший отзыв, то я смогу участвовать в конкурсе. Надеюсь на вашу поддержку. Все они слегка улыбнулись, словно поняли мои бесценные старания. Люди помахали рукой и вышли из клуба по одному. Мичиру продолжала меня держать за руку, но затем опомнилась, и быстро меня отпустила. — П-прости, я… Не знаю, что на меня нашло, — сказала она. — Ты выглядел так, будто ты был сам не свой. — Все нормально, — улыбнулся я. — Просто я не люблю, когда меня поливают грязью. Она взглянула на испорченную картину. — Ты ведь убил много нервов ради того, чтобы их нарисовать. Как ты это терпишь? — Это уже не в первый раз, — вздыхаю я. — Есть тот, который меня сильно ненавидит. — Подожди… — Мичиру взглянула на меня и встала ко мне ближе. — Ты ведь не имеешь ввиду… — Такаши. Этот ублюдок испортил почти все мои картины. Я точно помню, что все работы я проверял. Кажется, один из них был его человек. — Теперь я понимаю твою злость. — Она виновата улыбнулась. — Извини, что я тебе помешала. Ты, наверное, заметил бы обидчика, но я отвлекла тебя разговорами. — Нет, — отрезаю я. — Если бы не ты, то я… не смог бы удержаться. Она посмотрела на меня прямо в глаза. Ее взгляд горел надеждой. — Эм, как бы сказать… Спасибо. Я выдавил улыбку, и Мичиру сдержала смех. — Не думаю, что есть причины смеяться, — говорю я. Она махнула рукой. — Нет, просто… Мне никогда не было так весело. — Ну, тогда ладно… — Как я понял, она уже была знакома с Такаши. Он, конечно, популярный, но мне интересно, о чем думает Мичиру. — Значит, ты знаешь моего врага? — Как бы сказать… — Она опустила голову и тяжело вздохнула. — Он был моим близким другом, пока не узнала, что он издевается над другими. Я бы не подумала, что я состояла в какой-то банде. — Поэтому ты была популярна? — Это наполовину правда, — отвечает Мичиру. — За мной постоянно бегали парни, и это жутко раздражало. Поэтому я предпочитала находиться в маленькой компании, что-то вроде твоей. — Теперь все ясно… Мичиру. — Мой голос задрожал, когда я впервые назвал ее по имени. — Если после этого ты планируешь остаться в клубе, то я буду только рад. Я почувствовал, как по лицу разбежалась кровь. Я зачесал затылок от смущения. — Ты смешной, Сеиичи-кун! — Она засмеялась и взяла себя за подбородок, и я чувствовал, как я сильнее раскраснелся. — Надеюсь, ты не против, если я буду тебя так называть. А пока ты об этом скажешь, то я быстро убегу обратно! — Подожди! Я пытался ее схватить, когда она побежала к двери. — Извини, но мне нужно на урок. Увидимся! Она помахала рукой и с счастливой улыбкой удалилась из клуба. Я тоже помахал на прощание, хоть и было поздно. Я тут же почувствовал грусть, когда Мичиру от меня убежала. «Она ведь вернется, — подумал я. — По крайне мере, я на это надеюсь». И какого черта я чувствую себя одиноко? Я вот только с ней познакомился, а уже такое ощущение, будто я ее знаю несколько лет. Она первая, кому я был так интересен. И я не имею ввиду свою маму или брата. Это ровесница из чужого класса, которая тоже любила искусство. «Неужели я влюбился в нее?» Я дотронулся до своего сердца. Оно билось быстрее, чем обычно. «И вправду влюбился». Я хотел было закрыть дверь и вернуться к рисованию, как вдруг… Я услышал раздирающий крик. «Это была Мичиру!» Я выбежал из клуба и подбежал к ней. Она дергалась от страха и куда-то уставилась. Я же посмотрел вдаль и заметил то, чего я никогда не хотел видеть. — Такаши, — прорычал я. Иори спрятался за стеной и приложил палец к губам. В его руках была тактическая ручка. — Так-так-так, — злостно улыбнулся Такаши. Его мускулистое тело возвышалось надо мной. — Неужели это Сеиичи Ямада? Я уже думал, что тебя отправили в реанимацию. — Рано радуешься, — сказал я, прошептав последнее слово: — Ублюдок. — Чего? Громче говори! Нам всем хочется послушать. — Он уставился на девушку. — Да, Мичиру? Она спряталась за моей спиной и дотронулась до больного места, о котором я всегда умалчивал. Мой правый бок был в шрамах. — Мичиру, — прошипел я, и она послушно убрала руку. — Видно, ты еще не восстановился, — подмечает он. — Куда уж, тебе-то ни за что меня не одолеть. Я поднял бровь, имитируя удивление. — Правда? Что-то я сомневаюсь, что ты можешь врезать меня туда же. Ты ведь только и можешь, как размахивать кулаками. — Похоже, тебе было мало. — Такаши ударил ладонь с громким хлопком. — Я тебе прибавлю, Ямада, чтобы ты навсегда запомнил, что значит связываться с моими людьми. Он стал подходить ко мне поближе. Мне повезло, что он находился по ту сторону коридора, поэтому он был прямо у ловушки. — Я тебе ничего не сделал, — сказал я настолько спокойно, насколько я мог. — Если ты про обиду в столовой, то меня тогда столкнули, и вся еда полетела тебе на спину. — Столкнуть тебя было моей командой, — атакует Такаши, делая шаг вперед с каждым предложением. — Но этот придурок не подумал, что я был спереди. Да, ты меня опозорил перед всей школой, и кое-кто пытался дать мне отпор. Все внезапно почувствовали себя смелым, но я быстро поставил всех назад. — Он остановился и ужасающе взглянул на меня. — Дело в том, что ты царишь людям надежду, а также пытаешься завоевать репутацию с помощью херни, которая и даром никому не нужна. Ты ведь пытаешься спасти свою мамочку, не так ли? Такаши так сильно засмеялся, что с его рта полетели слюни. Его слова меня сильно разозлили. — Не бойся, она вот-вот сдохнет, и всем станет спокойнее, — продолжает он. — Люди не могут работать вечно. И жить, такие как ты, тоже. — Моя мама работает в офисе, как и остальные, — отвечаю я. — Из-за кризиса, люди работают усерднее, чтобы пропитать свои семьи. Но твоя семья самая жадная. Да, ты богатый, и у тебя есть мускулы, но это не значит, что ты человек, Такаши. Его улыбка стерлась, и он посмотрел на меня с отвращением. Я словно был для него прыщем, который мешался на носу. — Никогда так не говори про мою семью. Такаши сорвался с места и побежал прямо на меня, однако он споткнулся, но смог удержать равновесие. Ведро с шумом упала на его голову, и вода облила его с ног до шеи. — Ты-ы… Его взгляд стал еще страшнее. Иори вышел из укрытия и воткнул ручкой прямо в сонную артерию. Такаши закричал от боли, но не вырубился. Его шея настолько мощная, что у Иори не хватило сил причинить ему вреда. — Если решил нападать, так на виду! — крикнул враг и ударил локтем по животу. Мой брат скорчился на месте, а я лишь ужаснулся. — Иори! Беги! Позови на помощь! Но он не мог пошевелиться. Все, что я мог сейчас сделать, так это лишь стоять. Побегу — меня догонит Такаши. Я проверял всевозможные выходы, но ничего не помогало. Даже ловушка на этот раз подвела. Мичиру схватила меня за запястье, но я схватил ее за руку. Мне было приятно, когда она именно держала меня здесь. — Не смей трогать ее, — пригрозил я, и расставил свободную руку в сторону, а ноги я расширил. В глубоко сознании я думал, что это мало поможет, но я надеялся, что хоть Такаши это немного остановит. — Это бесполезно, — ухмыльнулся он. — Тебя на этот раз ничего не спасет. Его кулак приземлился мне прямо в глаз, и я с грохотом упал на пол. — Сеиичи-кун! — крикнула она, и я краем глаза увидел, как этот ублюдок схватил ее за руку. Однако Иори изо всех сил встал с пола и воткнул ручку в спину. Из уст Такаши раскатился крик. — Снова за свое?! Теперь его рука попыталась задеть Иори, но тут быстро отошел. Мичиру побежала и попыталась мне помочь. Я хотел сказать ей, чтобы она меня бросила, но сил совсем не оставалось. — Прошу, вставай, — молила она. Я, насколько это возможно, встал в неполный рост и пошел вместе с Мичиру, которая крепко схватила меня за руку. «Я такой жалок, — подумал я, и мое сознание потихоньку отключалось». Лучше бы она бросила меня здесь, в лапы Такаши, и я был бы рад, что смог хоть ее как-то спасти. Однако почему-то она рвалась мне помочь. Неужели это и есть сила любви? Мог бы я, конечно, побольше порассуждать, но у моего тела были другие планы. Он считал, что самое время упасть в обморок. — Сеиичи! Прошу, очнись! Все, что я последнее слышал, так это безнадежные крики испуганной девочки.* * *
Акира Судзуки.
Мир Духов.
Настоящее время.
Я пересматривал воспоминания раз за разом, пока меня не поразило в шок. — Это… просто… Я не мог подобрать нужных слов. — Я знаю, о чем ты думаешь, — говорит Рикарда. — Сеиичи не такой плохой. У него были свои переживания, родные люди. Однако этот мир отнял у него все, и теперь он хочет отнять у нас счастье, которое ему не досталось. — Это ужасно, — простонал я. — Я думал, что Сеиичи злодей. Конечно, я не считаю его поступки хорошими, но… Почему этот мир так хочет, чтобы мы страдали? Рика надолго задумалась. — Знаешь, Акира, — начинает она, — когда я потеряла жизнь, то я все еще мечтала отомстить Минори. Она, как никак, убила меня десять раз, и я потеряла, как ты считаешь, десять шансов на свое спасение. В отличии от Сеиичи, я не хочу ей отомстить. Оказалось, что в настоящее время она страдает от этого случая. Ее жизнь прогнила, и теперь она не может ею наслаждаться. — А как насчет Такаши? — спрашиваю я. — Раз уж Минори страдает, то как же он? — Ты удивишься, но этот демон живет в свое удовольствие, — усмехнулась Рикарда. — Он настолько богат, что у него нет совести. Хотя… Сеиичи рассказывал, что его враг со временем сожалел о своем проступке. Это сложно объяснить, но… Они оба сожалели, что сделали. — Пока что ничего не понятно, — признаюсь я. — Нам нужно смотреть дальше. Она кивнула, и мы снова погрузились в воспоминания Сеиичи.* * *
Воспоминания Сеиичи.
1996 год.
Медпункт.
Через веки пробивались лучи солнца. Я аккуратно открыл глаза и почувствовал ужасную боль в правом глазу. — Сеиичи! Я услышал голос Мичиру. Я заметил, как она сидела рядом со мной, а сам я лежал на койке. — Что произошло? — Я осторожно вытащил ноги и сел на постель. — Медсестра сказала, что у тебя сотрясение мозга, — говорит она обеспокоенным голосом. — Может, лучше прилечь? — Нет, — отмахнулся я, — все хорошо. Просто мне нужно подышать воздухом. Мичиру кивнула и помогла мне встать. Она не стала отпускать мою руку. Похоже, она боялась, что я упаду в обморок, но я правда чувствовал себя намного лучше. Разве что слегка раскалывалась голова. Когда я подошел к двери, то рядом с ней я заметил зеркало, а в нем я увидел это. Синее пятно на своем правом глазу. Я вспомнил Аяно, которая имела тоже самое, но только со шрамами и невозможностью видеть. Все же я не хотел лишаться зрения, и благо, что оно осталось в порядке. — Конечно, немного поздно, но нам стоит приложить лед, — говорит Мичиру. — Прости, что я не могла это сделать раньше. Учитель не хотел, чтобы я прогуливала уроки. — А медсестра… — Она ушла и не хотела с тобой иметь дело. — Я никогда ей не верил, — усмехнулся я. Мы вышли из медпункта и пошли прямо по пустому коридору. Я перевел взгляд на руку и снова почувствовал тепло. Эти приятные ощущения меня успокаивали. Не знаю, как ей удается, но Мичиру была словно моим спасителем. Может, она и вправду спустилась с небес, чтобы помочь мне избавиться от злости. Я так долго терпел, что… готов отдаться ей полностью и просто довериться. Если она может меня предать, то мне было все равно. Главное, что я нашел еще одного человека, которому я не был безразличен. Затем мы оказались на улице, все еще держась за руки. Она подошла к автомату, достала из юбки монету и купила газировки. Мы сели на ближайшую скамейку, и она аккуратно положила холодный напиток прямо на больной глаз. — Болит? — Нет, — отвечаю я, — хотя этот синяк меня раздражает. Холод и забота Мичиру помогли мне снять боль. Я до сих пор не понимаю, почему она уделяет мне внимание. Неужели я настолько ей важен? — Почему ты все еще рядом? — спрашиваю я. — Мы ведь едва знакомы. — Я думаю, что вместе мы сможем одолеть Такаши, — улыбнулась она. — А еще… ты мне очень сильно нравишься. Я покраснел до ушей. «Она слегка напоминает мне яндере из манги, — подумал я. — Хотя я не видел, что она готова убить Такаши ради меня. Я уже боялся, что она чокнутая, но… Черт, разве ее нельзя назвать сумасшедшей, когда она изо всех сил пыталась мне помочь? Думаю можно, но не вслух, а иначе она может обидеться». — А я? — Ч-что «я»? — Я начал заметно заикаться. — А я тебе нравлюсь? Она приблизилась ко мне почти вплотную. Еще чуть-чуть, и вот-вот мы дотронемся носами. — Эм, ну… Я всегда сохранял хладнокровие, но не сейчас! Она была ко мне очень близко! «Не могу представить, что я позволяю ей надо мной манипулировать». — Я не скажу, что ты не нравишься мне… — промямлил я. — Но на такие вопросы я никогда не отвечал… Я пытался отвернуться, но не мог. Она все ближе подкрадывалась ко мне. Ее голубые глаза ярко сияли, а женская красота украла мое внимание. — Ты такая милая вблизи, — не сдержался я, и заметил, как на ее щеках появился румянец. Мы почти дотронулись до губ. Вот-вот, держась за руки, полный волнения, мы совершим задуманное. Я чувствовал ее дыхание, аромат духов. Ветер помогал мне почувствовать ее волосы на щеках, что сильнее будоражило мое сердце. Я слегка наклонил голову и уже собирался почувствовать ее губы, но внезапно я услышал чужой голос. — Эй, Сеиичи! Я мгновенно отодвинулся от Мичиру, и она тоже. Мы сидели далеко от друг друга, чтобы снять подозрение. — А, вот ты где. — Мой брат вздохнул с облегчением. — Я уже боялся, что этот урод куда-то тебя утащил. Он сел рядом со мной и взглянул то на меня, то на Мичиру. — У тебя что, появилась девушка? — Иори сделал ехидный взгляд. — Когда это ты успеваешь? — Так ты все видел? — прошипел я, и он широко улыбнулся. — Я не против, если у меня будет невестка, — усмехнулся он. — Я люблю милашек, что-то вроде таких. Честно, я всегда думал, что ты по парням. — Ты ведь понимаешь, что это не так? — говорю я. — Просто они не понимают меня. Больше никто не увлечен в искусство, кроме нас. И да, Мичиру будет с нами в клубе. Она сказала, что тоже умеет рисовать. Я спрятал руки за головой, а Иори взглянул на девушку. Она смущенно улыбнулась. — Ну, надеюсь я вам не помешаю. Дальше я промолчал. Я не особо в настроении об этом говорить. — Если что, это мой брат Иори, — сказал я Мичиру. — Можешь его не бояться. Он хороший человек. — Д-да… Похоже, чужие глаза ее напрягали. Надеюсь, она к этому привыкнет. Спустя некоторое время, мы решили вернуться в клуб. Я немного беспокоился за Аяно, ведь она была совсем одна. Но из-за строгости школы, мы не имели права покидать его до окончания уроков. Желание помочь вернуть ей зрение и дом ни капли не угасло, хоть я и нашел себе… не знаю, даже как это назвать. Я дал себе понять, что мне действительно нравится Мичиру. Но я думаю, что мне стоит узнать о ней получше, ведь мы едва знакомы. Если мы едва знакомы, то зачем я рисую ее на холсте? А уж тем более в таком открытом наряде кролика. Ладно, я буду откровенен самому себе. Мне всегда нравились девушки, и я всегда увлекался их красотой. Почти все картины имеют представителя женского пола, а некоторые имеют большой глубокий смысл, как, например, картина, с которой я недавно обсуждал с Мичиру. «Хорошо, что Иори ненадолго отошел, — подумал я. — Не знаю, отправить ли эту картину на конкурс, хотя не факт, что меня еще приняли». Я рисовал в полной тишине. Меня радовало, что студсовет разрешил поставить мне кондиционер, ведь как я смогу творить с такой жарой? У меня и так в голове пекло, когда я сосредотачиваюсь на рисунке. Также я иногда поглядывал на зеркало и убеждался в том, что синяка больше нет. Странно, что Иори не обратил на это никакого внимания. Мичиру сказала, что мой брат тоже находился в медпункте, но быстрее меня смог восстановиться. Он был в шоке, когда увидел меня в таком состоянии. Он считал себя виноватым, но иначе быть никак не могло. Такаши ничего не остановит, пока его родители и учителя не вставят ему обратно мозги. Однако все предпочитают молчать, как крысы, засевшие по углам. Вряд ли простая группа из учеников что-то сможет сделать против здоровяка. «Даже не хочу думать о том, что будет если он объявится со своими людьми, — вздыхаю я. — Он в любую минуту может сюда прийти и все тут к чертям разнести. Хотя, наверное, у него не хватит духу, ведь тогда у меня будут доказательства для полиции». — Ого! — громко раздался позади голос. Я от страха подпрыгнул на стуле и чуть не сделал лишний штрих. Сначала я подумал, что сзади меня стоит враг, но затем убедился, что передо мной стояла Мичиру. Я вздохнул с облегчением, но вспомнил, что я рисовал ее в откровенном костюме. — Мичиру, я… — Мне нравится! — сказала она с сияющей улыбкой. — Правда у меня не такая талия. Наверное, сложно рисовать меня на память. Я почти не слушал ее, так как я ужасно нервничал. Я думал, что она будет рассержена из-за того, что я рисовал ее без разрешения. Но, похоже, она действительно относилась к искусству так же серьезно, как и я. — Просто я люблю рисовать женскую красоту, — говорю я, словно оправдываясь. — А этот костюм, он… Но она внезапно засмеялась. — Все нормально. Мне нравится твоя работа, Сеиичи-кун. Хотя этот костюм немного меня смущает. Я виновато улыбнулся. — Если ты хочешь меня нарисовать, то я могла бы тебе помочь… Я неосознанно оглядел ее талию. Она была у́же, чем на моем рисунке, и выглядела она более привлекательной… Черт, о чем думаю?! — К-каким образом помочь? — Ну… я бы могла показать тебе свою фигуру, если ты хочешь. Я ведь вступила в клуб, так? А значит, что мы должны друг другу помогать. — Но тебе не обязательно себя заставлять, — сказал я, стараясь вдыхать как можно больше воздуха. — Если я была бы против, то я бы это не предлагала, — парирует Мичиру, и я заметил, как на ее лице появился румянец. Ее чувства были не понятны. Она словно пыталась быть ко мне ближе, но эта близость только и делала, что смущала. — Так что… я бы могла надеть купальник или… просто немного поднять рубашку. Затем я сильнее раскраснелся. Не знаю, почему судьба решила дать мне Мичиру, но она сильно меня баловала! Я не привык, чтобы какая-то девушка была согласна на такие вещи. — Нет, правда, не нужно. Мне просто надо сделать ее у́же, так ведь? Это легко! Но как я не оговаривался, Мичиру это не остановило. Она схватилась за нижние края рубашки и потянула наверх, вплоть до такой степени, что я слегка увидел ее… с узором розовый лифчик. — Ой! — Заметив это, она немного ниже опустила рубашку. Я видел ее плоский белоснежный живот с невероятно красивой талией. Я мог бы любоваться вечно, но я не хотел долго ее смущать. — К-как тебе? — Н-ну, миленько, — выдавил я. — Видно, ты часто занимаешься спортом. — Да, верно… Она медленно опустила рубашку. Переведя дух, я принялся рисовать дальше. — Ты мне говорила, что тоже умеешь рисовать, — подмечаю я. — Может, будешь рисовать со мной? — Да, но я не особо умею рисовать людей, — говорит она. — Больше всего я люблю рисовать натюрморт, а ты ведь девушек рисуешь… — Ничего страшного. Нам важно как можно больше работ с вложенным силами. Это ведь конкурс, в конце концов. Главное показать, что ты серьезно относишься к искусству. — А, вот оно как… Я отложил работу и показал Мичиру, как все тут устроено. Сначала я показал, где хранятся все краски и кисточки, а затем сказал, где можно найти новые холсты. Когда она все поняла, то сразу принялась за работу. Она не хотела показаться обузой или вроде того, но мне было приятно, что я нашел нового члена клуба. Был бы еще один человек, и можно было бы сформировать официальный клуб. Тогда у нас было бы больше возможностей… Но сейчас я настроен на гонорар, который я собираюсь получить. Главное, чтобы студсовет подал разрешение. Я все еще ждал их появления, постоянно поглядывая на дверь. И вот, спустя долгое время, она наконец открылась, только там появился Иори. Это меня разочаровало, но в то же время обрадовало, ведь я чувствовал себя спокойнее, когда родные люди находились рядом со мной… Да, Мичиру стала для меня важнее. Теперь она часть моей семьи, хоть это и произошло быстро. — Не привычно, что нас стало больше, — усмехнулся он. — Не думал, что Мичиру так хорошо рисует. — Правда? А я ведь так и не посмотрел, что она рисовала. Я взглянул и был удивлен, когда увидел хороший натюрморт. Он сиял спокойной, приятной атмосферой, которую так и хочется глотать. Здесь была ваза с сакурой, две маленькой чаши и длинные палочки, и все это было в красных тонах. Вид и вправду завораживающий. Конечно, здесь были недочеты, но я чувствовал, как Мичиру любила искусство. Это главное, что я ценю в людях. Любовь. — Если мы это отправим на конкурс, то люди поймут, что мы ценим красоту вещей, — говорит Иори. — А это как раз нам не хватало. Все картины были полны морали и женской красоты, но теперь у нас будет новый вид жанра, и все благодаря Мичиру. «Спасибо, — хотел бы я сказать, но внезапно в наш уголок заходят посторонние люди». Я замечаю одного парня и трех девушек; все они носили красную повязку студсовета. Мое опасение испарилось. После драки я все еще боюсь, что к нам заявится Такаши. — Сеиичи Ямада? — спросила девушка. Я медленно кивнул. Они оглянули клуб, но затем прицелили взгляды именно на Мичиру. — Новый член клуба? Я опять кивнул, словно я проглотил язык. — Мы посмотрели отзывы и вынесли вердикт, — говорит другая девушка. — В конкурсе участвуют только самые лучшие из города, и мы не можем давать право тем, кто лжет или тратит время впустую. Однако… — Они между собой переглянулись. — Посмотрев работы и на твои успехи, можно сказать, что ты достоен участвовать среди лучших. Затем я широко улыбнулся. — Но есть одна проблема, — продолжает она. — Нам пришла информация, что в конкурсе могут участвовать только официальные клубы. Мы уже хотели сказать, что ты не принят, но… увидев нового члена клуба, мы поняли, что ты сможешь решить эту проблему. Найдешь еще одного человека, и мы сможем подать твои работы. Потом ты обязан сказать, как будет называться твой клуб. Мы рассчитываем на тебя. Они втроем поклонились. — Ты прикладываешь много усилий, и мы это ценим. Студсовет этого не забудет. Затем они развернулись и стали выходить из комнаты по одному. — До встречи, Ямада, — сказала девушка и вышла последней. Они закрыли дверь, и я остался с Иори и Мичиру. Все мы находились в шоке. — Мы приняты! — первым опомнился Иори. — Даже не верится… Студсовет всегда был строг, но… Черт! Я подбежал к Мичиру и схватил ее за плечи. — Ты понимаешь, что это значит?! — Н-ну, я не совсем понимаю, что происходит. — Ее голос ужасно нервничал. — Благодаря тебе у меня появилась надежда, — говорю я. — Я могу получить деньги и помочь маме. Это и вправду возможно! От радости я крепко обнял ее. — Если бы не ты, то… Не знаю, что бы случилось… Кажется, у меня стали идти слезы. Мичиру тоже обняла в ответ и, осознав, что я делаю, быстро ее отпустил. — Прости, я… Ты сильно помогла мне. — Мы ведь один клуб, — говорит она. — Мы обязаны друг другу помогать. — И то верно, — подмечает Иори. — Но где бы нам взять еще одного человека? — Хм-м… Я надолго призадумался. Мы с братом всю школу обыскали, и никто так не согласился прийти к нам в клуб. Снова искать в школе бессмысленно. Остается вариант, что… «Точно! Мы ведь можем пригласить Аяно!» — Помнишь девушку, которую мы нашли на улице? — Да, — закивал Иори. — Но ты думаешь, что она согласится? — Я думаю, что мы с ней уже друзья. Я ведь помог ей, верно? Значит, услуга за услугу. Я подошел к двери и взялся за ручку. — Все равно уроки уже закончились, а это значит, что мы можем помочь Аяно. Мичиру в недоумении осмотрела меня. — Мы нашли слепую девочку. Я хочу ужасно ей помочь, но не знаю как. Она удивленно ахнула. — Это та, которая с завязанными глазами? Я ее видела! — Правда? — Да, но… Я побоялась к ней подойти. Теперь мне неловко знать, что она потеряла зрение. Она виновато улыбнулась и подмигнула. — Нам стоит с ней подружиться, — говорю я. — Она не плохая девочка, просто ей нужна помощь. — Ага, помощь, — фыркнул Иори. — Вряд ли мы ей вернем зрение. — Дело не в этом. Я хочу, чтобы она обрела дом и семью. Со зрением мы разберемся потом. — Ладно, и… Ты предлагаешь, что бы мы поселили ее к себе в дом? Я опустил голову. — Ты ведь знаешь, что у нас проблемы с деньгами? — продолжает он. — Мы жрем постоянно одно и то же, и ты еще хочешь, чтобы к нам поселилась девочка. — П-простите… — Мичиру скромно подняла руку. — Если такая ситуация, то… мои родители очень добрые. И хоть в стране кризис, у нас хватает денег на еду и жилье. Я бы смогла их уговорить. И тут во мне проснулась надежда. — Еще раз спасибо, Мичиру, для меня это важно. Мы друг другу улыбнулись. Мы втроем собрали сумки и вышли из кабинета. Выйдя последним, я закрыл дверь на замок. Затем мы без проблем покинули здание и стали идти по тропинке. Как оказалось, нам с Мичиру идти в одну сторону, и живем мы недалеко друг от друга. Всю дорогу мы только и делали, что болтали, а Иори шел в стороне, словно не был частью нашей компании. Хотя в душе я понимал, что он просто не хочет мне мешать. Иори верил, что Мичиру может стать моей девушкой. Возможно, это так, но хочет ли она этого сама? Не могу не согласиться, что наша связь растет все сильнее и сильнее, и я надеюсь, что это будет продолжаться всегда. Никакое препятствие нас не разлучит. По крайне мере, я в это верю. — Это не она? — указала Мичиру. Я пригляделся и заметил Аяно. Она скрючилась, словно от боли, а перед ней стоял человек высокого роста. Такаши, черт его побери. — Эй! — крикнул я, и он обратил на меня внимание. — Опять ты? — прорычал враг. — Тебе мало было? — Мой дом в этой стороне, ублюдок, — говорю я. Я был смелее, когда меня держала за руку Мичиру. — Только не говори, что ты пришел по зову этой бомжихи, — говорит он. — Не смотри на меня и просто иди домой. Не думаю, что ты выдержишь третий кулак. — Это моя подруга, и я не позволю, чтобы ты ее обижал. Мичиру схватила меня сильнее, а Иори достал тактическую ручку. Такаши насторожился. Это впервые, когда мы собираемся драться за пределами школы. — Слышь, сопляк, ты зря нарываешься. Уходи! Мы подошли к нему ближе. — Какой толк обижать слабых? — спрашиваю я. — Неужели у тебя нет совести? Или ты пытаешься отыграться на своих обидах? — Что ты несешь, ублюдок? Мир не любит слабых, поэтому она из тех, кто постоянно страдает. — Мир страдает только потому, что есть такие люди как ты, Такаши. Отпусти мою подругу, если у тебя есть хоть маленькая капля совести. Он насторожился еще сильнее. Может, у меня получится одолеть его словами? — Ты забрал Мичиру, так еще и ее, — усмехнулся Такаши. — Знаешь, обычно такие как она стараются находиться среди сильных, но она почему-то выбрала тебя. — Потому что ты был хорошим, — говорю я. — Но что-то случилось, и теперь ты трогаешь тех, кого считаешь слабее. Я заметил, как он сделал задумчивый взгляд. «Кажется, у меня почти получилось». — Если ты перестанешь задирать других, то тебя могут полюбить. Может, твои родители богатые, но не похоже, что они тебя ценят. Им ведь важно, чтобы ты был дерзким, не так ли? — А тебе откуда знать? — спрашивает он менее строгим тоном. — Ты ведь меня плохо знаешь. — Такаши, мир устроен так, что нам суждено смириться. Поверь, если ты перестанешь издеваться над другими, то мир станет куда проще. Грубая сила ничего не решает. Только сила любви может помочь тебе. — Да что ты несешь? — Он подошел ко мне, схватил меня за рубашку и приготовил кулак. Хоть это и выглядело устрашающе, Мичиру продолжала стоять. — Давай, ударь меня, — нарываюсь я. — Ты ведь только и можешь размахивать кулаки. Но его рука задрожала. Он смотрел то на меня, то на кулак, но затем он тяжело вздыхает и отпускает мою рубашку. — Ладно, к черту тебя. Живи со своей девушкой. Такаши недовольно фыркнул и пошел в другую сторону. Мы все с облегчением вздохнули. — Аяно! — Я подошел к ней и схватил ее за плечи. — Ты как? Хорошо себя чувствуешь? — Сеиичи, — улыбнулась она. — Мне кажется, что вас стало больше. — Со мной Мичиру, — говорю я. — Она обещает, что сможет о тебе позаботиться. Пойдем. Я схватил ее за руку, и она поднялась с земли. Мичиру тоже взяла ее за руку, а Иори наблюдал в стороне и слегка улыбнулся. — Вижу, ты очень добрый, — подмечает он. — Я не могу никого бросить, — признаюсь я. — Мичиру, Аяно… Теперь они для меня важны. Мы вчетвером пошли до дома Мичиру. Там они поговорят насчет ее приюта, и тогда я смогу принять ее в клуб. Не важно, рисует она или нет, главное любовь к искусству. С остальным мы разберемся потом. — Я доведу Аяно сама, — говорит она. — Сеиичи-кун, спасибо тебе. — Надеюсь, вы о ней позаботитесь. — Я низко поклонился. — Никто не должен страдать от рук Такаши. Она уверенно кивнула. — Пойдем, Аяно. Главное держи меня за руку. — Спасибо, Мичиру, — сказала незрячая. — Никогда не знала, что в мире существует такая доброта. В закате они уходили домой, а мы с Иори продолжали стоять и проводить их взглядом. — Нам тоже пора, — зевает мой брат. — Скажем маме, что ты помог бездомной. — Ага, — соглашаюсь я. — Если моя мама сможет подружиться с семьей Симада, то, возможно, мы получим поддержку. Нам сильно не хватает друзей. — И то верно. Он спрятал руки за головой и оглядел округ. Нам правда стоило поспешить домой. — Пошли, а то не дай бог стемнеет. Я пошел вслед за ним. «Не знаю, что меня ждет дальше, но кажется, что меня ждет что-то большое, ведь сейчас настают перемены». За это время я постараюсь узнать получше о Мичиру, выиграть в конкурсе, а также помочь Аяно вернуть зрение и обрести друзей. Да, у меня все получится. Ничто не сможет оборвать мои планы!
