˚✧₊Golden hour ⁺˳✧༚

Погода была по-глупому нейтральной. Весна уже проходила к концу, и стало немного теплее, но ветер всё ещё пробирал до костей, а вода от многочисленных дождей всё так же время от времени затапливала улицы, застаиваясь в ямах на неровных дорогах. Тем не менее, даже при таком раскладе, приход весны, наконец, почувствовался, и это не могло не радовать, а Чую так уж точно, ведь он наконец выбрался из холодной из-за отключённого отопления квартиры и оказался в школе, среди друзей. Настроение было непривычно приподнятым, а улыбка сама лезла на лицо, что даже начинало раздражать. — «Кого я вижу! Ну наконец-то!» — довольно воскликнул Рампо, порхнув к другу. — «Не делай так больше, ладно? Что это вообще такое было?» Накахара усмехнулся, от чего Эдогава невольно поднял брови. Он хотел было улыбнуться, но вдруг поник. — «Слушай, я конечно очень рад, что ты такой весёлый, но, боюсь, должен подпортить тебе настроение... Наверное, мне стоило сообщить тебе раньше, но я не знал, как это сделать.. Подумал, что тебя это расстроит, а ты и так болеешь... Решил дождаться нашей встречи» Чуя напрягся. — «Выкладывай» — «Ты пропустил матч-реванш по волейболу, и мы его.. проиграли» — «В смысле?...» Данная новость повергла подростка в шок. Да, это, казалось бы, не так страшно, но для парня, может, не было ничего более приятного в жизни, чем волейбол. Для него это действительно значило много. И всё-таки, как же «повезло». Его не было в школе всего пять дней, а он умудрился пропустить, наверное, самое важное событие за последний год или даже больше. Когда их учителем физкультуры была теперь ушедшая в декрет мисс Синохара, ничего подобного не было. Их школа до этого никогда не участвовала в районных спортивных соревнованиях, так как учительница была очень мягкой и робкой, а волейбол и вовсе не был ей близок. Нет инициативы — нет результата, а тут на пост физрука пришёл человек, проявивший эту самую инициативу. Настроение Накахары было хорошим, но ужасно хрупким. Одно маленькое дуновение ветра, и оно безвозвратно разобьётся. Это и случилось, а проигрыш его команды в данной ситуации стал ветром. — «Эй, не расстраивайся, чего такого-то? Ну Чуууууя» — разочарованно протянул Рампо, видя, как его друг помрачнел. — «Всё нормально» — отрезал Накахара и отошёл в сторону. Будучи не в духе, парень предпочитал не заражать своим плохим настроением других, поэтому отошёл в сторону. И ведь если бы он тогда не ушёл с головой в свои мысли, ничего этого бы не случилось. А думал он тогда... о Дазае. Вот оно. Во всём с самого начала был виноват один человек. Он занял в голове Накахары слишком много места, из-за чего другие мысли были практически вытеснены оттуда, а и так слабая концентрация и вовсе пропала. Если бы не он... всё было бы как раньше. Было ли раньше лучше? Чуя не знал. Да, было стабильнее, но стабильным было его ужасное подавленное состояние, оно было просто вечным. Теперь же, парень постоянно находился на эмоциональных качелях, и, казалось бы, его настроение временами было хорошим, но стоило ли оно того, чтобы терпеть эти утомительные перепады из отчаяния в надежду и наоборот?

***

Чуя был зол. На себя, на учителя физкультуры, на всех вокруг. Он с каменным лицом резкими движениями отбивал подачи мяча, иногда промахиваясь или перебарщивая с ударом, но ему не было до этого дела. Злость бурлила внутри его тела, и чтобы хоть немного её ослабить, он вымещал её на игре. В один момент краем глаза парень заметил лицо стоящего у стены спортзала физрука — на нём выражалось беспокойство. Его команда проиграла, уступив оппоненту на последней секунде. Дальше начала играть другая часть класса, а потом снова первая, но Накахара уже ничего не видел и не слышал. Его глаза застилали ненависть и разочарование в жизни, затягивая его в чёрную дыру отчаяния.

***

— «Три?! За что, интересно!» — воскликнул десятиклассник, возмущённым взглядом уставившись на цифры в электронном дневнике. Конечно, на последнем уроке физкультуры он играл несколько отвлечено, но это ведь не повод ставить подобную оценку! Недовольно вздохнув, Чуя заблокировал экран и отбросил телефон в сторону, откинувшись назад на кровати. Не успел он расслабить спину, как с кухни послышался голос, и парень, небрежным жестом откинув край одеяла, спрятал под него телефон и поплёлся вдаль по коридору.

***

— «Открыто, входите» — сказал из-за двери мягкий голос, отвечая на стук. Чуя вошёл. Осаму, как и всегда, сидел за своим столом и распечатывал какие-то бумаги. Окно в кабинете было открыто, и лёгкий весенний ветер перебирал тёмные пряди волос учителя. Молочного цвета рубашка на нём небрежно лежала на аккуратных плечах, а на руках временами проблескивали кольца. Судя по лёгкой улыбке на расслабленном лице, учитель был в хорошем расположении духа. — «О» — коротко сказал физрук, как будто бы растерявшись, и улыбка сошла с его лица. — «Какие люди» — «Я хочу исправить тройку» — отчеканил Накахара, не позволяя себе перейти на дружелюбный тон. — «Что ж, запросто» — ответил Дазай, немного нервно выпрямившись. — «Я вообще не люблю ставить плохие оценки, поэтому готов исправить твою тройку хоть сейчас, только прошу тебя сначала поговорить со мной» — «О чём же?» — напряжённо спросил ученик. Мужчина за столом нагнулся вперёд, подперев подбородок рукой. — «Тебя что-то мучает, я это вижу. Я понимаю, что я не тот, с кем ты бы хотел об этом говорить, но, пожалуйста, поделись этим со мной.» — голос учителя звучал тише обычного, и в нём слышалось волнение и искренность говорящего. — «Если тебе не с кем делиться, я перед тобой. Я просто хочу тебе помочь» В комнате стало тихо. В этот момент шорох листвы на улице показался Чуе ужасно громким. — «У меня всё нормально» — тихим и слабым голосом ответил подросток. — «У меня нет таких проблем, которые я не смог бы решить сам.» Десятиклассник не видел этого, но в глазах Осаму в этот момент выражались сострадание и ужасная тоска. Он потянулся через стол рукой, чтобы положить её на плечо ученику, но тот, заметив это, отбросил её и встал со стула, на котором сидел. Учитель порывисто встал вслед за ним. — «Мне не нужна ваша помощь! Не нужно жалеть меня!» — воскликнул Накахара с блеском в глазах. — «Чуя, послушай...» — начал было говорить физрук, но подросток перебил его, переходя на крик. — «Я сказал, мне ничего от вас не нужно! У меня всё нормально! Вы меня слышите? Оставьте меня в покое!» Парень был уже у двери из кабинета, а учитель так и остался стоять около стола. Дазай посмотрел на ученика и тяжело упал обратно на стул, закрыв лицо руками. Накахара, немного успокоившись, вышел из кабинета не попрощавшись, а учитель физкультуры, посмотрев на экран компьютера и переключив вкладку в браузере, нашёл тройку, выставленную парню, и удалил её.

***

Началось лето. В жизни Чуи в этот период ничего не поменялось, он всё также сидел дома и играл в игры, а при возможности сразу сбегал гулять с друзьями-восьмиклассниками и Рампо. Осознание того, что будущий школьный год — последний постепенно приходило к нему, и в его голове появлялось всё больше мыслей о будущем. О том, какую профессию выбрать, он ничего не знал и абсолютно не понимал, чего хочет. Приятная летняя погода хорошо подействовала на парня, и его настроение было стабильно хорошим, даже не смотря на сложную обстановку дома. Он стал немного чаще улыбаться и поймал себя на том, что обращает внимание на детали, такие, как полосы закатного солнца, периодически ложащиеся на его стол. Будущий одиннадцатиклассник стал чуть более эмоциональным и восприимчивым к красоте и людям вокруг себя. Иногда он думал: «Почему мне стало лучше? Я ничего для этого не сделал», но через время в его голове появился ответ — это люди вокруг него и, несомненно, солнце, которого так не хватало раньше. После того, как он увидел Дазая — человека, который просто наслаждается жизнью, в его голове зародилась маленькая, но надежда на то, что он тоже может быть таким. Да, они с учителем расстались не на самой приятной ноте, но в глубине души он восхищался этим человеком и ничего не мог с этим поделать.

***

Накахара пришёл на своё последнее первое сентября с лёгкой улыбкой на лице, что удивило его одноклассников, но все быстро об этом забыли, потому что, на самом деле, все они чувствовали то же странное чувство прощания с чем-то важным. Каким бы ни было школьное время каждого из них, оно занимало большую часть их жизни, и прощаться с ним было странно и грустно. Хотелось столько всего сделать в последний год обучения, чтобы потом ни о чём не жалеть, но было так страшно, что не успеешь... Когда Чуя нашёл в толпе голову учителя физкультуры, он заметил, что тот смотрел на него.