Взгляд дракона

Гостиная особняка Забини с первого взгляда производила впечатление сдержанной роскоши: в ней чувствовался вкус, утончённость и лёгкий налёт театральности, свойственный старым аристократическим домам Италии. Потолки были высокими, увенчанными лепниной в виде виноградных лоз и музыкальных нот – намёк на любовь хозяйки дома к опере. Широкие окна с тяжёлыми шторами из бордового бархата были полуоткрыты, впуская мягкий, золотистый свет закатного солнца. Стены, выкрашенные в тёплый кремово-оливковый оттенок, украшали портреты предков, многие из которых переговаривались между собой шёпотом на итальянском и франкоязычных диалектах. Посреди комнаты – антикварный камин с резным мраморным порталом, над которым висело зеркало в позолоченной раме. Оно часто подмигивало, будто знало больше, чем должно. Мебель – из тёмного дерева с инкрустацией: низкие кофейные столики, массивный обеденный стол, обитые бархатом кресла и диван в стиле эпохи Наполеона III. В углу стояла высокая этажерка с книгами – большей частью алхимическими трактатами и поэзией, а рядом – изящный графин с домашним эльфийским вином. На полу – персидские ковры, затканные символами, едва различимыми глазу, но реагирующими на магические флюиды. Аромат лаванды и сандала витал в воздухе, впитавшись в шёлковые подушки и ткань портьер. Всё в этой комнате было создано для того, чтобы впечатлить и расслабить, но и заставить чувствовать: ты здесь в гостях, а не дома. И если ты неосторожен, гостиная это запомнит. Гермиона сидела рядом с Драко – не слишком близко, но достаточно, чтобы каждый это заметил. Он был расслаблен внешне, но пальцы его чуть постукивали по бокалу с виски. Справа от Драко сидели Теодор Нотт, Астория и Дафна Гринграсс. По левую руку от Гермионы восседал Блейз, услужливо наполняя вином её бокал. – Интересный выбор, – первой заговорила Дафна, глядя на Гермиону через весь стол. – Мерлин, я думала, ты теперь живёшь на заседаниях, а не на частных ужинах с... противоположной стороной. – Это всё ещё Британия, Дафна, а не поле боя, – сухо ответила Гермиона. – Стороны остались в истории. – Некоторые раны не заживают, – вмешалась Астория, в её голосе звучала почти ласковая грусть. – И не всем приятно видеть, как легко кто-то... забывает. Гермиона встретилась с ней взглядом. Почему-то девушке показалось, что в её с виду спокойных глазах затаилась взрослая, затвердевшая обида. – Забвение – это не мой стиль, – сказала Гермиона. – Но жизнь – это выбор. И я не обязана делать его по чужому сценарию. – Хорошо сказано, – вмешался Блейз с лёгкой улыбкой. – Почти как речь в Визенгамоте. Прямо захотелось аплодировать. – Дайте ей шанс, дамы. Может, она и есть тот редкий случай, когда Грейнджер и Малфой не убивают друг друга за одно предложение. – Теодор Нотт, до этого молчавший, усмехнулся и отпил из бокала. – Пока, – заметила Дафна. – Но всё ещё впереди. – Довольно, – резко сказал Драко. Он впервые поднял глаза от тарелки. – Если вы собрались устраивать здесь суд, то давайте по-честному – с прением сторон, доказательствами и приговором. Но предупреждаю: я буду свидетелем защиты. Тишина. Все замерли. Даже Блейз не вмешался. – Ты всегда был благороден, когда чувствовал себя виноватым. – сдержанно произнесла Астория, заглядывая ему в глаза. – Я не чувствую себя виноватым за то, что выбрал её, – отрезал он. Гермиона чуть сдвинула стул – ближе к нему. Медленно, без показного вызова. Но этот жест был достаточным, чтобы вызвать в Астории дрожь подбородка. – Думаю, я действительно переоценила, сколько времени тебе нужно, чтобы забыть, кто ты, – сказала она тихо. – А ты – сколько времени нужно, чтобы признать, что я уже давно не тот, кем ты хотела меня видеть, – ответил он без злобы, с ноткой усталости. – Мы слишком рано подали десерт, – пробормотал Блейз, и все чуть выдохнули – напряжение начало спадать. – А я думала, это и был десерт, – усмехнулась Гермиона, сделав глоток вина. – Горьковатый, но насыщенный. – Ладно, – сказал Блейз, отставляя бокал и вставая из-за стола. – Я всё понял: вы перегрызёте друг другу глотки, если я не вмешаюсь. Он подошёл к буфету, вытащил оттуда небольшой резной ящик и поставил на центр стола. Склонился и, прошептав заклинание, щёлкнул крышкой. Из воздуха появился невысокий обсидиановый куб с гравировкой: "Veritas / V". Куб начал тихо вращаться в воздухе. – Итак, – сказал он. – Добро пожаловать в «Веритас или Вызов». Правила старые: куб указывает на игрока, игрок выбирает – правда или вызов. Остальные задают вопрос, и кто первый заговорит ‒ тот ведёт раунд. Отказ считается слабостью. Последствия... ну, у нас вино и виски, зачем портить вечер заклятьями? – Ты просто хочешь нас поссорить, – буркнул Драко. – Я хочу вас развлечь. Это разные вещи, – невинно сказал Блейз и хлопнул в ладони. Куб закружился и остановился, указывая на Тео. – Правда, – сказал он. – Отлично, – сказал Блейз. – Тео, если бы ты мог стереть одну ночь из своей жизни, какую бы ты выбрал? Тео усмехнулся, лениво откинулся на спинку. – Та, после которой я проснулся с Дафной и бутылкой огневиски, но без штанов и воспоминаний. – Очаровательно, – фыркнула Дафна. Куб повернулся – теперь на Дафну. – Вызов, – бросила она сразу, не давая себе подумать. – О, это будет весело, – сказала Гермиона. – Произнеси комплимент... мне. Искренний. Дафна смерила её взглядом, как яд в колбе. – Хорошо. Ты, Грейнджер, самая бесстрашная девушка в комнате. Потому что добровольно сидеть здесь, с нашим кругом – это уже самоубийство. – Зачтено. – кивнула Гермиона. Куб резко повернулся к Драко. – Вызов. – скучающе сказал Драко, откидываясь на спинку стула. – Тогда скажи вслух, кто тебе здесь больше всего нравится. По-настоящему. Не как партнёр по ссоре. – хищно улыбнулась Астория, слегка подаваясь вперёд. Он даже не посмотрел на неё. Его взгляд был прикован к Гермионе. – Она, – сказал он просто. Астория сжала губы, но не стала ничего говорить. Куб медленно повернулся к Гермионе. Она посмотрела на всех по очереди. Чуть наклонила голову. – Правда. Молчание длилось секунду – и тут голос Дафны прорезал его, медовый, почти вкрадчивый: – Скажи, Гермиона, тебе когда-нибудь казалось, что, несмотря на все твои… достижения, ты всё равно останешься не совсем своей в нашем кругу? Наступила тишина. Даже Тео поднял брови. Астория отвернулась с полупрозрачной улыбкой. Блейз слегка поморщился. Гермиона посмотрела на Дафну внимательно – слишком спокойно. – Конечно. Мне казалось. – она сделала паузу. – Примерно до тех пор, пока я не поняла, что «ваш круг» – это не круг, а клетка. А я никогда не собиралась жить взаперти. Дафна улыбнулась, но уголки губ дёрнулись. – Значит, тебе... комфортно быть исключением? – Нет. Я предпочитаю быть правилом, – сказала Гермиона. – Новым. Драко чуть приподнял уголок губ, не отрывая взгляда от неё. А Блейз, удовлетворённый, повернул куб – теперь на Дафну. – Ты, очевидно, хочешь сыграть ещё. – Вызов. – ответила Дафна, склонив голову. И тут уже заговорил Драко, холодно и чётко: – Извинись. Искренне. Перед Гермионой. Дафна застыла. – Я…– она замолчала, стараясь взять себя в руки. – Жаль, что мои слова были восприняты как оскорбление. Это не входило в намерение. Или, по крайней мере, не должно было так явно прозвучать. – Прекрасная политическая речь. Ты могла бы работать в Министерстве. – едва заметно кивнула Гермиона, на что Тео тихо прыснул. Куб, словно чувствуя, что температура в комнате на пике, закружился – и снова указал на Драко. – Вызов, – сказал он, не колеблясь. На этот раз заговорила Астория. – Тогда скажи: если завтра Гермиона уйдёт, что ты сделаешь? – Пойду за ней. – он снова посмотрел на неё. Следующий раунд выпал Астории. – Вызов, – отрезала она ещё до того, как куб остановился окончательно. – Поцелуй любого за столом так, чтобы это выглядело искренне. – Тео впервые принял активное участие в игре. Астория, не глядя на Гермиону, подошла к Тео, поцеловала его. Достаточно долго, чтобы сделать вид, что она уверена в себе. Когда она вернулась на место, взгляд её скользнул по Драко – ледяной, горький. Следующий – Блейз, и он, как всегда, ускользнул от конфликта, пошутив и сделав едкий комплимент Гермионе. Но когда куб остановился перед Гермионой, молчание стало ощутимым. – Вызов. – спокойно сказала Грейнджер. – Признай: ты презираешь себя за то, что позволила ему прикоснуться к тебе, или его – за то, что захотел это сделать? – ухмыльнулась Дафна, допивая остатки вина в бокале. Гермиона усмехнулась. Медленно. Как будто это был слишком лёгкий удар. – Ни его, ни себя. – она сделала паузу, обведя глазами присутствующих. – Но, пожалуй, я презираю тех, кто всё ещё считает меня недостаточной, просто потому что я изменила правила игры, в которой они больше не выигрывают. Щёлк. Астория резко поставила бокал на стол. – Изменила правила? – прошипела она. – Гермиона, не льсти себе. Ты просто оказалась в нужном месте, когда он был достаточно сломлен, чтобы тебя не отвергнуть. – Астория…– Драко поднял брови. – Всё это – не выбор, Гермиона. – Асторию было уже не остановить. – Это побег. И ты напоминание о поражении, которое он хочет забыть. Ты ошибка, из которой он, возможно, когда-нибудь вырастет. – Интересная теория, – сухо ответила Гермиона. – Но если я ошибка, то почему ты так отчаянно хочешь занять моё место? – Всё. Хватит. – Драко поднялся из-за стола, но его голос оставался спокоен. Он повернулся к Астории и Дафне. – У вас есть проблемы с тем, кого я выбрал? Прекрасно. Обсудите это на выходе. Дафна схватила сумочку, Астория молча пошла за ней. Когда они подошли к двери, Блейз лениво бросил: – Если вы передумаете – не пишите. Мы уже играем без вас. Дверь хлопнула. Тео отсалютовал бокалом Гермионе. – Вот теперь, пожалуй, пора пить.