Точка невидимого зрения

       У Хёнджина сегодня очень плотный график, забитый под завязку, он мысленно благодарит Хана за нравоучительный пинок по поводу учёбы. Запускать её сейчас нельзя, ведь скоро сессия. Лекция по моносахаридам не помещается в тетрадь, поэтому Хван забивает и смотрит в окно на колышущиеся кроны в новорождённых листьях. День в самом разгаре, он бегает по этажам и уже не в первый раз забывает положить в рот хоть крошку еды. Живот гортанно урчит, но из-за сухого тона преподавателя и скрипа мела никто не слышит его страдальческих позывов. Смарт-часы на запястье показывают ещё целый час до перерыва, сидеть невыносимо, но учиться нужно. Раньше он всегда переписывался с Минхо, если у того было свободное время. Теперь мысли о нём болезненно рвут внутренний мир, превращая его в кровавое месиво и оставляя после себя развороченные воронки. Телефон завибрировал, показывая сообщение от Чонина, их соседа напротив и по совместительству друга Минхо. Хван провёл пальцем по дисплею, открывая чат. Лисий хвост: Хён, не хочешь пойти пообедать на перерыве? Есть разговор.

Джин:

О чём?

Лисий хвост: Это касается Минхо хёна, моя мама договорилась с телевидением, нам нужны фотографии и полицейское досье.

Джин:

Понял.

Тогда встретимся возле столовой.

Лисий хвост: Хорошо. Мать Ян Чонина работала в отделе городской газеты, благодаря ей удалось разместить лицо Минхо на первых заголовках еженедельных выпусков. Это отличная новость, ведь большинство людей предпочитает смотреть на картинки со звуком, нежели напрягать зрение на мелких буквах. Хёнджин отложил телефон, он подумал, что нужно оповестить родителей Ли и Джисона. До конца занятия ещё полчаса, и необходимо было сдать тесты, тем более что листы уже начали распространяться по шумной аудитории. Чонин ждал его и держал в руках два стаканчика с кофе, за которым всегда выстраивалась самая большая очередь, все хотят взбодриться или проснуться. Хван почти сразу выловил его из толпы, цепляясь взглядом за белые ботинки на высокой подошве и отросшие голубые волосы. — Привет, хён, вот, держи, — он протянул ему тёмно-коричневый стакан. — Я взял тебе капучино без сахара. — Спасибо. Может, присядем? — Хёнджин выдавил из себя подобие улыбки. — Давай, я уже занял нам столик. Они прошли в огромный светлый зал с бордовыми стульями, на одном из которых лежала белоснежная сумка со справочником по микробиологии, разрисованным всевозможными видами бактерий. Чонин учился на том же факультете и на той же специальности, что и Минхо, только на три курса младше. — Мы его обязательно найдём, Минхо-хёна будут показывать по центральному каналу страны, — юноша порылся в своей сумке и достал оттуда два тоста с ветчиной, передав один Хвану, и пачку кукурузного печенья. Тот всё равно не хотел ничего заказывать. — Дело уже у мамы на руках, нужна только самая свежая фотография. — У меня есть за два дня до пропажи, — он никак не отреагировал на еду, на что младший недовольно зашипел. — Так нельзя, ты должен хорошо питаться, откуда же брать силу? Энергия солнца нам не подвластна. Когда вернется Минхо-хён, он прочитает тебе целую лекцию, ещё и нагоняй получишь. — Просто кусок в горло не лезет. Как я могу есть, не зная, где мой Минхо, не говоря уже о том, поел он или нет, — выдохнул Хван, прикрыв глаза рукой. — Хорошо. Думаешь, он обрадуется, когда увидит тебя в таком состоянии? Хён будет злиться, винить себя, и ты это знаешь, — Чонин агрессивно взмахнул своим сэндвичем. — Знаю, но я стараюсь, правда. — Не вижу, — Ян прищурил свои лисьи глаза. Хёнджин через силу откусил бутерброд, его желудок удовлетворённо откликнулся в тот же момент, а мозг умирал от беспомощности.              

**********

              Джисон уже который раз переделывал задание по черчению – планировка гостевой комнаты. Каждый раз преподаватель находил, к чему придраться: то криво, то косо, то грубо. Всё не так. Он начинал откровенно злиться, выводя ровную, дотошную линию, кажется, уже в пятый раз. В голове мелькнула очень важная мысль, и рука с грифельными следами на ребре ладони дрогнула, застыла на месте. Он ведь не сказал Хёнджину, что Минхо, по словам Феликса, жив. Хоть они и увидятся сегодня, но такую информацию нужно сообщать в первую очередь, а прошло уже три дня. Хан обязан написать ему сейчас и объяснить, как ему жаль. Преподаватель безостановочно пилит его жёстким взглядом сквозь слой грубых очков, указывая на рабочий процесс. Сделав финальный, как ему кажется, вариант работы, он несёт её на проверку – снова куча ошибок, но на этот раз без грубых, так что минимум стоит. Мраморный подоконник возле следующей аудитории – самое подходящее место для отдыха. Открыв их чат, он видит, что Хван был в сети семнадцать минут назад.

Крепкий орешек:

Прости, что не сказал самого важного из своего тогдашнего разговора с Феликсом.

Минхо ЖИВ!!!

Хёнджин отвечает не сразу, Джисон тем временем листает совместную переписку. Ничего особенного, пара мемов от него самого, фотографии Минхо, их общие с прогулок, и всё. Поскольку партнёр друга не равно его друг. Джин: Всей душой надеюсь, что это так.

Крепкий орешек:

Ты не сердишься на меня?

Джин: Нет, всё в порядке. Это ведь слова экстрасенса, хоть и радостные.

Крепкий орешек:

Ты не веришь?!

Джин: 50/50 Хотелось бы, конечно, но я ставлю под сомнения любые его слова. Джисон растерялся. Хёнджин, по сути, не обязан доверять Феликсу, но он не ожидал такой реакции на серьёзное заявление. Хван всегда был реалистом и смотрел на вещи с точки зрения разума и логики, порой отбрасывая чувства.

Крепкий орешек:

То есть ты не веришь, что Минхо живой?

Джин: Я такого не говорил. Хан только сейчас понял, что он писал и как сильно облажался. Хван не доверяет ясновидящим, магам, пророкам и так далее – это факт. Он поверит, только если полиция в своём протоколе всё детально пропишет, изложит на блюдце языком подтверждённых доказательств.

Крепкий орешек:

Прости, честно, не хотел тебя обидеть,

я не это имел в виду.

Написать «Ты всё не так понял» – ещё глупее. Он сейчас, как дурак, оправдывается за свои быстрые пальцы с отстающими за ними извилинами. Джин: Жду в пять, как договаривались. Статус собеседника: «был в сети секунду назад». Джисон тяжело вздохнул и заблокировал телефон, прижавшись затылком к начищенному стеклу. Он просто ждёт, когда уже всё закончится и в их жизнь вернутся гармония и покой. Но пока что нельзя сидеть сложа руки и расслабляться. Ради Минхо, самого близкого человека, Хан готов на всё, даже потерпеть его ворчливого и упрямого молодого человека.              

**********

              Феликс назначил встречу возле небольшой ветеринарной клиники с ярким фасадом, украшенным деревянными фигурками животных вокруг оконных рам и дверей. Он сказал, что ему нужно забрать здесь своего помощника. Хан представить себе не мог, чем тот занимается – может, свечку держит или амулеты раскладывает. Нужно будет расспросить мага подробнее. Джисон пришёл сразу после университета, попросив своего знакомого занести его вещи к себе домой, ведь они были соседями. Потом заберёт свои чертежи и книжки. Учиться в архитектурном ему очень нравилось, преподаватели, правда, придирчивые, но это издержки профессии. Она у него творческая и креативная – дизайнер интерьера, это мечта ещё из далёкого детства. Именно в ранний период жизни любовь к всевозможным безделушкам вместе с хламом, который красиво лежал в том или ином месте, привила своеобразный эстетический вкус. — Привет. Джисон обернулся, Феликс весело улыбался, одетый в светлые джинсы, оранжевый свитшот и вязаный зелёный кардиган. В руках он держал раритетный чемодан с заклепками, по всей видимости, не слишком тяжелый. — Привет. У тебя тут друг есть? — он кивнул в сторону здания. — Можно и так сказать. Пойдём, познакомлю. Он, кстати, присоединится к нам, ты ведь не против? — Ли убрал чемодан за спину, склонив голову набок. — Нет, я же не знаю, как всё устроено, но если так нужно, то я только за. — Отлично, тогда пошли быстрее, — Феликс схватил юношу за руку и потащил его к двери. — Я очень по нему соскучился. В больнице братьев наших меньших стоял характерный гул животных. Врачи оказывали всем различную помощь: спасали жизнь или проводили обычный плановый осмотр. Ли подошёл к регистратуре в начале коридора, поздоровался с молодой девушкой в бело-синем костюме с эмблемой клиники на груди. — Меня зовут Ли Феликс, я уже могу забрать своего друга? — он сложил руки на высокой стойке из полированного камня, сплошь обклеенной снизу разноцветными объявлениями. — Сейчас посмотрю, подождите минутку. Девушка быстро ввела данные в рабочий макбук, проверяя записи. Феликс не сводил глаз с её рук, его тёмный зрачок прилип к ним, как иголка к магниту. Тонкие хрупкие пальцы, на среднем – серебряное кольцо с маленьким аметистом квадратной формы. Аккуратный маникюр, тёмно-серый идеальный лак, только на большом пальце правой руки парочка заусенцев, один из них глубокий, почти до крови. Она живо нажимает на сенсорные клавиши, тянет бегунок вверх-вниз, застывая на нужной фамилии. Такими руками только… — Да, мистер Ли, всё в порядке, пройдите в кабинет номер пятнадцать. Доктор Дон вам всё объяснит. — Большое спасибо, — он очаровательно улыбнулся и повернулся к Джисону, тот рассматривал рекламу собачьего корма, бережно держа в руках поклажу мага. — Пойдём, нам на второй этаж. Хан остался дожидаться Феликса возле кабинета и успел догадаться, что у юноши есть четвероногий друг, он же, по всей видимости, помощник. Люди в очереди тоже привели на приём своих друзей, самым забавным показался пухлый енот в розовом свитере. — Вот, познакомься, это Баттерфляй, — в руках Феликса, а точнее на груди, в чёрном рюкзаке-кенгуру, который обычно используют для детей, сидел пушистый кролик. Ли держал его за переднюю лапу и протягивал Хану, задние были спрятаны. — Привет, Баттерфляй, ты такой милый, прямо как твой хозяин, — он легонько стиснул мягкую лапу, пальцем почёсывая между разноцветных ушек. Одно из них чисто белое, как и всё тело, а другое — чёрное. — Ты тоже милый, — улыбнулся. — Он так и сказал? — Джисон удивился такому заявлению, осторожно ткнув в розовый кроличий нос. Феликс рассмеялся, прикрыв рот. — Конечно же, нет, — многозначительно подмигнул. — Я не понимаю языка животных, только чувствую, как меняется их энергетика, — он пригладил назад тёплые ушки. На выходе Ли напоследок окинул девушку за стойкой регистратуры двусмысленным взглядом, отсалютовал ей пальцам, и она озадаченно кивнула. — Ты её знаешь? — от Хана не укрылись все эти жесты, и он заинтересованно смотрел, выгнув бровь и расстёгивая молнию на чёрной кожаной куртке. Ветер стих, и теперь в ней становилось жарко. — Нет, первый раз вижу, раньше она здесь не работала, но почему-то кажется мне знакомой. — Может, всё-таки пересекались? — Возможно, — Феликс сильнее стиснул ручку потёртого чемодана. Джисон заметил его напряжённый вид и то, как юноша явно занервничал. Он не станет о таком подробно расспрашивать, но, возможно, эта девушка была как-то с ним связана, а может, он просто обознался. Хан решил развеять чужое беспокойство и заметил на углу улицы кофейню с пёстрой вывеской в виде красной чашки. — Не хочешь выпить кофе? Я угощаю. Возьмём его с собой. — Я не против, мне самый горький и без сахара, если можно, — Феликс погладил кроличьи уши, чувствуя, как у него из рук легко выхватили чемодан. — Я понесу, чтобы тебе было удобнее, — Джисону хотелось о нём позаботиться, выразить благодарность за помощь. — Спасибо, — Феликс улыбнулся и потупил взгляд, что не ускользнуло от Хана. — Любишь горький кофе? Я вот предпочитаю сладкий с сиропом, — Джисон смотрел на чужой красивый профиль и чуть не споткнулся на плиточном тротуаре. Как говорится, на ровном месте. По бокам от них тянулись жилые дома с магазинами и кафе на первых этажах. Ближе к дороге росли одинокие деревья, бросающие тень на прохожих. — Да, это вкусно и наполняет энергией. — Интересно, ты везде ищешь способ получить энергию? — Джисон шёл с ним вровень, и иногда их плечи соприкасались. — Да, самая мощная – от людей. Твоя, например. Думаю, если бы ты делился ею со мной после каждого ритуала, мне было бы легче восстанавливать свою, — Феликс смутился от своих слов, в отличие от Джисона, который только хмыкнул. — Тогда бери столько, сколько нужно, особенно если это так важно. — Да брось ты, это же… Ладно, — его щёки резко покраснели, и он растёр их двумя ладонями, отворачиваясь в сторону. Джисон совершенно не понимал, чем вызвана такая реакция, но всё равно улыбнулся, потому что юноша выглядел слишком мило. Видимо, он не осознавал всего смысла сказанного, и для него, в отличие от Феликса, такие вещи ничего не значили. Ли что-то обдумывал и молчал пару минут, покусывая нижнюю губу. Они дошли до кофейни, и Джисон один отправился делать заказ, так как маг не хотел заходить в людное помещение с кроликом, чтобы тот не испугался. Хан вернулся с двумя стаканчиками и обнаружил Феликса стоящим под деревом, прислонившимся к нему спиной, с закрытыми веками и чемоданом у ног. В этот момент он выглядел таким неземным, словно из другого мира или сказки. Джисон невольно засмотрелся на очаровательное лицо с редкими веснушками, спутанные ветром волосы, в которых блестели яшмовые красные серьги. — Ликс, вот твой кофе, — Джисон привлёк к себе внимание, стушевавшись от резкого взгляда. — Спасибо большое, — Ли, взяв напиток, ласково ему улыбнулся. — Я подумал насчёт твоей энергии. И если это правда тебя не затруднит, ты сможешь ею поделиться? — Да, без проблем. Только как? — Вот так, — Феликс потянулся вперёд и обхватил ладонь Джисона своей, переплетая с ним пальцы и несильно сжимая — Просто держи меня за руку, когда я попрошу, и не отпускай. — Хорошо, не отпущу, — Джисон сжал её крепче, ощущая во всём теле странную лёгкость, которая медленно разливалась под кожей. Это было похоже на тёплое одеяло, укутывающее его от морозных зимних ночей. Уютно и так спокойно. — Скажи приятно? — Феликс пристально посмотрел на него, тот молча кивнул, боясь спугнуть момент. — Это из-за того, что я передал тебе немного своей и забрал твою, проще говоря, смешал их между собой. Я никогда не пробовал такого раньше, поскольку не мог найти подходящего для этого человека, да и предложить бы не смог. — Я рад, что нам обоим нравится, хоть это и странно для меня. Джисон постоял бы с ним так дольше, впервые испытывая нечто подобное и, несомненно, приятное. Если сила энергии действительно настолько значима, то он счастлив, что у него она особенная и, что ещё важнее, хорошо подходит Феликсу. По крайней мере, он сможет быть ему полезен в их запутанном деле.              

***********

              Спустя полчаса они добрались до дома Минхо прямо к назначенному времени. Подоконники в подъезде были заставлены живыми цветами, а прямо возле ступенек стояли отдельные стеллажи с ними, что не могло не порадовать Ли. Квартира располагалась на двенадцатом этаже, через две двери от лифта. Хозяин открыл им почти сразу после сигнала писклявого звонка. — Проходите, разувайтесь возле обувной полки, тапки на… Ли Ёнбок?! — Хёнджин чуть не выпустил чашку с крепким чаем, глотая на ходу воздух. — Ага. И тебе привет, так где, говоришь, тапки? — Вы, оказывается, знакомы, я даже не подозревал, — Джисон потрясённо уставился на них. — Так тебя зовут не Феликс, а Ёнбок? — Ничего необычного, мы учимся на одном курсе, вот и вся история. Пару раз пересекались, но лично не общались, знаем друг о друге благодаря слухам. Не ожидал увидеть знакомое лицо, — Хёнджин сохранял невозмутимый вид, но подрагивающий голос выдавал его. Он не хотел, чтобы кто-то из его окружения знал об их с Минхо отношениях. И неважно, кто это будет – знакомый или одногруппник. Ли оставалось учиться ещё один год, а ему — два, так что им явно не нужен шум вокруг их личностей. — У меня два имени, моя мама австралийка, поэтому я ещё и Феликс, это имя мне больше нравится. Приятно познакомиться лично, — они с Хваном пожали друг другу руки. — Давайте начинать. — Подожди, — Хёнджин одёрнул его за локоть, и тот вопросительно посмотрел на него. — Не говори никому, что мы с Минхо пара. Пожалуйста. — Конечно, не беспокойся об этом, — он похлопал его по плечу. — Я всегда храню любые секреты. Ли повесил кофту на вешалку рядом с верхней одеждой Джисона, снял сумку с Баттерфляй и, сказав пару слов кролику на ухо, выпустил его в вольный бег по квартире. Хван подал гостям синие тапочки, приглашая их пройти дальше. Феликс, словно был здесь не в первый раз, обошёл дверь, ведущую на кухню, вошёл в гостиную с современным ремонтом и остановился прямо в центре на бежевом ковре. За серым диваном, обложенным коричневыми подушками, находилась деревянная панель, обвешанная фотографиями в рамках разной формы. Маг опустился на колени, щёлкнул тугими застёжками, открывая свой причудливый чемоданчик, и оттуда выехали три раздвижные полочки. На них строго по схеме лежали сушёные букетики трав, обмотанные грубой верёвкой, бутылочки с непонятным содержимым, палочки благовоний, свечи, природные шершавые камни. Феликс закатал рукава, сложил ладони вместе, его губы шевельнулись в произношении заговорённых слов прямо над колдовской атрибутикой. Джисон стоял в паре шагов и молча наблюдал за происходящим вместе с хозяином квартиры, их внимание сразу же привлекла его татуировка. Листья диких растений опутывали руку от запястья и, судя по всему, тянулись до плеча, последние листочки обрывались в зоне закатанного по локоть рукава. Маг достал несколько сплюснутых свечей, а также расписанную пачку длинных спичек. — Мне нужно поджечь их в каждой комнате. Ждите здесь, — Ли скрылся, оставив ребят наедине. Они сели на удобный диван, подсвеченный высоким торшером металлической окраски. — Вы учитесь вместе уже несколько лет, как же так вышло, что ещё не познакомились? — Хан заинтересованно поглядывал на Хвана, подперев щёки ладонями, а локтями упираясь в колени. — Его редко кто видит, он отличник, и у него одни автоматы в зачётке, поэтому на занятия не ходит. И с ним никто не общается, — он подогнул под себя ноги, обнимая подушку. — Почему? — Говорят, он приносит несчастья всем, кто с ним заговорит. — Серьёзно? Это же полный бред, как можно верить в такое в двадцать первом веке? — Джисон выпрямил спину и удивлённо уставился на него. — Не знаю. Однажды произошёл случай, когда Ёнбок сказал одногруппнице не идти в столовую, потому что после этого она будет очень расстроена. — И что? — Один юноша случайно опрокинул ей на голову суп, когда та сидела за столом. Он шёл с подносом и не успел вовремя разойтись с другими людьми, а её вдобавок ударило тарелкой по шее, — к ногам незаметно подобрался кролик, ткнулся головой в край дивана, встав на задние лапы. Молодой человек взял зверька на руки, усадив его к себе на колени. — Ничего себе, — он почесал затылок, немигающим взглядом рассматривая изнанку чемодана. — И всё же я не думаю, что эта сомнительная причина послужила стимулом для того, чтобы отвернуться от человека, тем более, что он предостерегал её. — Таких совпадений много, просто это самое красочное, — Хван начал поглаживать мягкую шёрстку, зверёк блаженно прикрыл глазки-бусинки. — Людям только дай повод, они с лёгкостью увидят то, чего нет, приукрасят это вплоть до альтернативной жизни. Многие уверены, что Ёнбок загипнотизировал преподавателей, раз так хорошо учится, лучший студент, между прочим. — А то, что он умный и много занимается, никто не хочет предположить? — Слишком скучно, — пожал плечами. — Меня обсуждаете? — в дверном проёме нарисовался Ли, у Хана задымились кончики ушей, Хёнджин же оставался невозмутим. — Да не переживайте, ничего страшного, — он нагнулся к букетам, подцепляя переплетённый хлопок с пионами. Его толстовка в области груди насквозь промокла, меняя окрас на более тёмный оттенок, с кончиков волос капала вода – он либо намок под краном, либо подставился под душ. — Ёнбок, то есть Феликс, — сразу же исправился Хван, — может, тебе полотенце принести? — Нет необходимости, спасибо. Вода – хороший проводник, да и мне очень жарко. — Может, у тебя температура? — Джисон подскочил с места, прикладывая ладонь к взмокшему лбу, тот был словно холодный нефрит. — Не волнуйся, такое бывает, когда экстрасенс при смерти, — лицо Хана стало неописуемым, он был похож на котёнка, потерявшегося на улице. — Прости, я отвратительно шучу, вернее, не умею. Я настроился на энергетику Минхо с помощью этой прелести. В руке он держал серебряный браслет, выполненный в виде грубой цепочки, это было любимое украшение Ли, подарок от его молодого человека на новый год. Хван напрягся, ведь изделие лежало вместе с его в общем ящике комода, и догадаться, кому какой принадлежит, просто невозможно. — У него мощная аура, думаю, Минхо носил это каждый день, — он потёр удлинённые звенья, — даже потерял в университете. Белые ступени, деревянное панно в мёртвых надписях на пролётах, я вижу, как человек с пепельной головой возвращает его, — глаза мага заблестели, словно туда насыпали парочку пузырьков глиттера. Он продолжал перебирать цепочку между пальцами, но под конец брови нахмурились, соприкасаясь возле переносицы. Хёнджину показалось, что он забыл, как нужно произносить слова. Феликс буквально описал знакомство Минхо и Чонина, именно тот нашёл браслет и вернул его владельцу, тогда у него ещё были волосы платинового цвета. Джисон тоже понял, о чём идёт речь, ведь о пропаже столь ценного подарка Минхо выносил ему мозг каждый день. А после долго радовался и нахваливал младшего, говоря, что не всё потеряно в будущем поколении. — А что значит «мёртвые надпись на панно»? — это единственное, чего Хан не понял. — Цитаты на латыни, — Хван посмотрел на Ли, который утвердительно кивнул. — Ты можешь сказать, где сейчас Минхо? — его строгое и суровое выражение лица немного пугало. — Я не могу узнать, где именно он находится. Для начала нужно попытаться выяснить, как всё произошло, или вызвать образы, — юноша достал несколько зелёных полупрозрачных камней, более светлых, чем тот, что на его кольце, и протянул их. — Возьмите по три. Феликс взъерошил мокрые волосы, зачесав их пятернёй назад, отчего его серьги запутались в прядях. Он смотрел прямо на Джисона, на уровень его макушки; протянул свою руку, и тот незамедлительно её взял. Хан почувствовал лёгкое покалывание под кожей, больше похожее на щекотку – видимо, маг забирал его энергию. Через некоторое время, вдохнув побольше воздуха, Феликс заговорил: — У меня перед глазами стоит образ юноши приблизительно такого роста, — Ли указал чуть выше своей головы, — у него тёмные волосы, на руках множество кошек разных цветов, он одет в костюм с длинными рукавами. А ещё мне идёт красный свет, он слишком насыщенный и яркий, меня прямо ослепляет, — Феликс присел, рядом с ним Хан, обеспокоенный его состоянием. — Я пьян, но в то же время трезв, меня тошнит, и всё тело ломит, — он затрясся от напряжения, крепче сжимая спасательную руку. Хёнджин побежал на кухню за водой, Джисон же не знал, чем помочь, и поглаживал оголённое предплечье, не выпуская побелевшую кисть. Баттерфляй спустился с дивана, быстро запрыгнув на бёдра своего хозяина. Глоток холодной воды, тепло в области живота и горячая ладонь нормализовали его состояние. Феликс глубоко дышал, в конечном счёте оказавшись на ворсистом ковре. Он сел, выпрямив ноги, и опёрся на правую руку, левая по-прежнему была переплетена с чужой. Отдохнув от странного видения, Ли медленно проговорил: — Что это за человек, вы знаете такого? — Не знаю, надо подумать, — ответил Хван, поглаживая подбородок, он сидел рядом с ними на чёрном журнальном столике, предварительно скинув на пол тяжёлую книгу по коллоидной химии. — Ликс, как ты себя чувствуешь? — Джисон всё так же переживал за него, трогая его щёки и лоб. — Я в порядке. Это была частичка состояния Минхо, которое мне удалось уловить, — он погладил его ладонь пальцами. У Хенджина словно вышел из строя весь механизм его сердца, разбиваясь и острыми шестерёнками встревая в клетки. Он до ноющей боли закусил губу, прокручивая в голове сказанное. Если экстрасенс прав, то его Минхо терпит такие муки, а он не в силах чем-либо помочь. Увидев невероятный страх на его лице, Феликс поспешил добавить: — Это не значит, что так происходит постоянно, я ощутил только определённый отрезок времени, скорее всего, с первого дня исчезновения. Легче от этих слов не стало, можно только надеяться, что так и есть. Оставались две нерешённые загадки: юноша с кошками и красный свет. Маг не мог сказать, связаны ли они между собой, но он наверняка знал, что подсказки уже есть, а для того, чтобы их расшифровать, предстоит напрячь память. — Значит, нам нужен человек, у которого много котов? И он причастен к пропаже хёна? — Хёнджин сверлил его взглядом, вспоминая всех знакомых, подходящих под описание. — Да, возможно, у него мы найдём какие-то зацепки, или я вызову ещё одно видение, — Ли поднял на уровень своего лица кролика, соприкасаясь с ним носом. — У меня точно нет таких знакомых, а вот у Минхо был одноклассник, который очень любил животных, у него кошки и даже собаки, — Джисон уселся поудобнее, — но они со школы не общались, насколько мне известно. — Может, это не он, как думаешь, Феликс? — Хван покосился в его сторону, прикусив кончик пальца. — Я не знаю, нужно проверить, — он покачал головой и глубоко задумался. Ли вообще даже не видел Минхо вживую, не говоря уже о том, чтобы строить какие-то догадки. Его дар заключался в том, что он способен лишь давать подсказки и направлять в правильную сторону. Феликс не может увидеть прошлое человека или хотя бы его личность. Только энергетика помогает ему разбираться в людях и распознавать их помыслы, направленные на то или иное действие. — Не знаешь? — хмыкнул тот, поправив волосы. — Нет, даже имени не знаю, вообще ничего, — маг тяжело выдохнул, понимая, к чему такой допрос, и потому не обижался. — Джисон, как его зовут? — Сынмин, кажется. — Его зовут Сынмин, что теперь скажешь? — он сложил руки на груди, постукивая пальцами по локтю. — Ничего. Я не телепат, увы, не могу ничего сказать, если не вижу человека. Мне нужна хотя бы фотография. — Фотографии у меня нет, как и социальных сетей, это нужно узнавать у одноклассников Минхо, — быстро проговорил Джисон, метнув на Хвана сердитый взгляд, прося его притормозить. — А как же твои видения? — тот всё не унимался. — Они не всесильны, только спонтанные могут показать частицу возможного будущего. Прошлое можно только вызвать. — То ты не можешь, этого ты не знаешь. Основываясь на твоей информации, нам нужно найти неизвестно кого и неизвестно где. Даже свои же слова ты не можешь подтвердить, — съязвил юноша, раздражённо запрокинув голову к потолку. — Хван, по-моему, Ликс уже всё объяснил, я постараюсь получить данные о Сынмине и потом передам их ему. Запомни, пожалуйста, одну простую истину: то, что происходит в течение длительного периода времени, никогда не решится за один миг и по щелчку пальцев. Как бы нам этого ни хотелось. — Ты прав, Хёнджин, я много чего не могу. Но стараюсь делать всё, что в моих силах, — Феликс закрыл свой чемодан и, немного пошатываясь, поднялся на ноги, Хан поддержал его за локоть. — Ты должен сам погасить свечи в комнатах, капнув на них водой. Ли вышел в прихожую, взял с полки обувь и наклонился, чтобы завязать шнурки на своих грубых ботинках. — Я пойду с тобой, — Джисон тоже хотел уйти, проводить его до метро, а потом поехать домой. — Нет, Хвану сейчас нужна поддержка, останься с ним, — он перекинул ремень сумки через шею, положил в нее кролика и наклонился к его уху. — Не волнуйся за меня, со мной всё в порядке, я ни на кого не держу зла. С вами приятно проводить время, особенно с тобой, — его низкий шёпот обжёг ушную раковину, — Хёнджин сейчас на грани взрыва – ты нужен ему. — Я понял, — Джисон растёр горящую мочку, не понимая, почему это действие вызвало в нём такую реакцию. — Спасибо тебе, Ликс, уверен, Джин-хён думает так же, просто он не умеет подбирать слова и ведёт себя как хам. — Называй меня так почаще, Джисони, — Феликс проигнорировал всю часть про Хвана, подмигнул ему и быстро ретировался в коридор, оставив его стоять столбом с кедами в руках. Значит, «Приятно проводить время с тобой, Джисони?» – он по-своему слепил всё в одно предложение, приподняв уголки губ. Хёнджин лежал на кровати, скомкав под собой одеяло, он прикрывал влажные глаза внутренней частью локтя. Уже полностью стемнело, лишь огонёк беззащитной свечи на прикроватной тумбочке освещал часть стены, выкрашенной в зелёный цвет. Плотные угольные шторы не пропускали свет живого города, который не спал круглые сутки, оставаясь вечно бодрствующим, единым бессмертным существом. Джисон подошёл и сел на край матраса, рассматривая отблески в блондинистых волосах. Если честно, он не знал, что сказать, ничего не приходило на ум. Но Феликс был прав, сейчас нельзя оставлять его одного, маг всё-таки мог видеть людей насквозь. Посидев в мрачной тишине, голос Джисона разрезал омут молчания. — Знаешь, когда мне было двенадцать, а Минхо четырнадцать, мы постоянно мечтали о нашем будущем. Я всегда хотел, когда вырасту, зарабатывать много денег, покупать дорогие вещи, технику, ездить в путешествия и кучу друзей во главе с Минхо, — он загибал пальцы, перечисляя всё это, — ходить на всякие вечеринки и купаться в деньгах. Это было так забавно, я столько всего обещал Минхо, даже дом, представляешь? А он только всё время смеялся надо мной и говорил, что у него скорее появится девушка, чем сбудутся мои слова. Теперь он мне об этом напоминает, и мне приходится каждый раз говорить, какой я глупый, раз думал, что всё в жизни так просто. А знаешь, о чём мечтал Минхо, когда ему было четырнадцать? — Хан резко замолчал, вынуждая собеседника проявить интерес, долго ждать не пришлось. — О чём? — О тебе. Хван отнял руку от лица, пристально вглядываясь в силуэт в белой футболке в темноте. — Не буквально, — улыбнулся, — мечтал о большой любви, о человеке, с которым будет готов провести всю жизнь. Любить и быть любимым – его единственное желание. Когда он задувал свечи на торте, то всегда просил найти любовь. Такой романтик, — Джисон схватил Хёнджина за лодыжку и стал трясти её в разные стороны. — Ты – его мечта. — Минхо мне такого не рассказывал, — он сел, опираясь на подушку сзади и смахивая с лица беглые остатки слёз. — Конечно, не рассказывал, он и мне не говорил, я случайно подслушал. — Случайно подслушал? — беззлобно фыркнул Хван. — Ну, может и не случайно, но суть не в этом, а в том, что ты смог сделать его счастливым. Я восхищаюсь тобой за это, хотя иногда ты бываешь раздражающим. — Как часто? — Изредка, но сегодня конкретно. Во время разговора с Феликсом. Зачем ты на него напал? — нахмурился. — Я не хотел, просто так получилось. Я знаю, что он хочет помочь, но это всё тяжело представить и понять, — он отвернулся в сторону тёмного окна. — А ты постарайся. Позвонишь ему завтра и извинишься, — Джисон недовольно цокнул языком. — Хорошо, — протяжно выдохнул, понимая, что нагрубил человеку без всякой причины. — Что я ему скажу? — Не маленький, придумаешь что-нибудь. Вы учитесь вместе, так что проблем быть не должно. Иди потуши свечи, как он сказал. Кстати, я останусь на ночь, — он быстро подскочил со своего места, выпрямляя спину. — Но… — Возражения не принимаются, — Хан оборвал его на полуслове, подходя к белому шкафу. Он распахнул дверцу, бегая глазами по аккуратным стопкам вещей. Хёнджин закатил глаза, наблюдая за тем, как перебирается их с Минхо одежда.