Мы обязательно встретимся

Don't say I can't do something.

На какое-то время члены Ордена Феникса остались одни. За ними приглядывали только Сириус, Рабастан и Питер Петтигрю. Мародер-предатель просто пришел к ним, как ни в чем не бывало, и не проронил ни слова. Это радовало. Никто не хотел задумываться над тем, почему крыса-Питер решил предать собственных друзей. Алиса безвольно лежала на полу комнаты, и взгляды друзей раз за разом возвращались к следу от ремня на ее шее. Никто больше не плакал. На это не было ни сил, ни желания. Нужно быть с холодной головой, чтобы противостоять Пожирателям Смерти. Френка было не узнать. За эти пару часов он, казалось, постарел на десяток лет. Синяки под глазами были до жути темными и большими, а впалые щеки лишь придавали худобы и без того стройному лицу. Осунувшийся, он просто сидел на полу, смотря в никуда. На лице не было и намека на привычную добрую улыбку. Кэтрин смотрела в окно, сидя в объятьях Блэка. Выпал первый снег. Снежинки большими хлопьями медленно кружились, оседая на все поверхности. Хотелось на свежий воздух. Просто стоять под этим снегопадом, пока он не засыплет до кончиков ушей. Сириус же рассматривал профиль Хьюит. Хотел запомнить каждую деталь, насколько позволяло человеческое зрение. Маленькую горбинку на носу, которая почти незаметна, даже если смотреть сбоку. Светлые веснушки, которыми было засыпано все ее лицо, и которые девушка старалась скрыть еще со школьных времен. Сухие сжатые губы, на которые он смотрел так много раз, что не хватит и дня, чтобы сосчитать. Темные волосы, которые она теребит всегда, когда нервничает. И ее длинные ресницы, которые Кэтрин считала слишком короткими. Он смотрел на эту девушку с той любовью, которую Марлин так усердно хотела у него отобрать. Смотрел так, как Марлин хотела, чтобы он смотрел на нее. Бродяга знал, что Кэт — это тот человек, без которого его жизнь просто не имеет смысла. Он понял это еще тогда, в Хогвартсе, когда она в первый день как маленький ураган влетела к нему в купе в Хогвартс-экспрессе и спряталась за его спиной от недовольного Поттера. Сейчас Бродяга уже и не вспомнит из-за чего Джеймс и Кэтрин тогда поругались, еще даже не зная друг друга. Но это было началом их дружбы. Великой дружбы. За дверью помимо еле слышной ругани Лестрейнджа и Блэк, которая продолжалась все это время, послышался детский плач. Все нахмурились, начиная переглядываться. Послышался ли? Не могла ведь Нарцисса держать Драко, ее полуторагодовалого сына, все это время в доме, пока пытали членов Ордена. Но вот плачь раздался снова. Кэтрин выпрямилась, напряглась и с ужасом в глазах посмотрела на Сириуса. — Я готова поклясться, что это плакал Гарри… — животный страх передался и Блэку, тугим комом вставая в горле и заставляя все нутро сжаться. — Тео… — Хьюит поднялась, смотря на бывшего друга со страхом и отчаянием. — Прошу, скажи мне, что вы не знаете где сейчас находится Гарри… — Бродяга заметил, как руки брюнетки начали дрожать. Быстро встав, он взял ее ладонь, сжимая как можно крепче, но не до боли. Просто чтобы успокоить. Нотт молчал. В залу зашла Марлин, а следом за ней уже бывшие жених и невеста. Блондинка кивнула остальным Пожирателям. Губы Теодора превратились в тонкую линию. Лицо Кэтрин стало на пару тонов белее. — У вас было достаточно времени, чтобы смириться с утратой. — МакКиннон равнодушно оглядела тело девушки, с которой раньше хорошо дружила. — Как ты можешь такое говорить? — стараясь скрыть страх под маской ненависти, возмутилась Кэтрин. — Марлин, мы ведь дружили столько лет… Как ты можешь так поступать? — Избавь нас от своих жалостливых речей, Кэтрин. Ты всегда знала, что Гриффиндор — не тот факультет, на котором я должна учиться. — Факультет не определяет человека. — голос подал Френк, с раздражением поднимаясь на ноги. — Можно быть последним трусом и учиться на Гриффиндоре. — он кивнул в сторону Петтигрю, от чего тот, явно занервничав, шагнул назад. — А можно быть хитрой и изворотливой, но не попасть на Слизерин. — Долгопупс намекал на Кэт. Он всегда говорил, что девушка урожденная слизеринка, и то, что она учится на Гриффиндоре — не могло не восхищать. Беллатриса только вдохнула, чтобы что-то съязвить в ответ, как двери распахнулись и вошла Нарцисса Малфой с Гарри на руках. Разговоры сразу прекратились. Хьюит пошатнулась, а Сириус лишь сильнее прижал ее к себе. — Зачем вам ребенок? — Блэк заговорил первым. — Из-за него исчез Темный Лорд! — Родольфус раздраженно указал на малыша, у которого все лицо было мокрое от слез. — С его помощью мы сможем воскресить Волан-де-Морта! — глаза сверкнули сумасшествием, которое так часто было у Беллы. Что ж, они безусловно друг друга стоили. — Он ребенок! — Да какая разница? Он даже говорить не умеет. — Марлин скривилась, будто пленники не понимали элементарных вещей. Дальше тянуть было нельзя. Подвергать угрозе жизнь невинного ребенка? Такого Хьюит стерпеть не могла. Резко вскинув волшебную палочку, она навела ее на Нарциссу, которая молчала все это время. Последовала цепная реакция. Палочки были наготове у всех, кроме Долгопупса. Видимо Френку у Теодора не получилось помочь. — Нарцисса… У тебя ведь у самой есть сын. — Кэтрин раздосадовано покачала головой, чувствуя всем нутром нежелание Сириуса ее отпускать. — Мне очень жаль, Кэтрин… Правда. — в глазах блондинки была неимоверная печаль и сожаление. Она осторожно держала Поттера-младшего, слегка его покачивая, чтобы он не плакал. Хьюит лишь отрицательно покачала головой, не веря ни единому ее слову. — Да сколько можно с ними церемониться?! — нетерпеливо вскрикнула Белла, кидая в Сириуса «Баубиллиус». Брюнет среагировал сию же секунду, выставляя щит. Между ними завязалась борьба. Френк в это время напал на Питера, а точнее в пару ударов отобрал у него палочку. Будучи и без того трусливым, а теперь еще и обезоруженным, Петтигрю поспешил скрыться с места действия. Родольфус, не теряя времени, набросился на Долгопупса. Вспышки заклинаний мигали со всех сторон. Теодор Нотт держался в стороне, пристально следя за ребенком, а вот Рабастан с презрением наблюдал за ним. Лестрейндж-младший все больше убеждался в том, что Тео предатель. Иначе откуда у пленников их волшебные палочки? — Марлин, зачем тебе это все? — Кэтрин перевела взгляд с одной блондинки на другую. — Неужели все дело в Сириусе? — Заткнись! — МакКиннон разъяренно взвизгнула. — Бомбардо! — Петрификус Тоталус! — не давая девушкам начать сражение, негромко произнес Нотт. Марлин обездвиженная упала на пол, неподалеку от Алисы. Брюнетка с удивлением посмотрела на Пожирателя и благодарно кивнула. Взгляды задержались лишь на мгновение и это было ошибкой. — Авада Кедавра! — голос Рабастана раздался где-то за спиной девушки. На лице Тео сменилась куча эмоций, он ринулся к брюнетке. Кэтрин непонимающе обернулась и все, что успела увидеть — это Френка и ярко-зеленую вспышку, прилетевшую прямо ему в спину. Испуг навсегда замер на его лице. Френк Долгопупс был мертв. Внутри все вздрогнуло. Еще один друг был мертв. За сутки они потеряли двоих. Он пожертвовал собой ради нее. Еще один ребенок остался сиротой. У Невилла теперь нет родителей. Френка убили на глазах у Гарри, как убили и Лили с Джеймсом. — Кэтрин, осторожно! — голос Теодора раздался как из-под воды. — Аларте Аскендаре! — Рабастан умело отбил атаку. — Ты предал нас! — на лице Лестрейнджа был нескрываемый гнев. В Нотта полетело заклинание. — Предал Темного Лорда! — еще одно. Парень умело отбивал их, но проклятья становились все серьезнее, а размеры помещения имели границы. Тео уже некуда было отступать. Хьюит же параллельно защищалась от старшего Лестрейнджа. Злость за то, что он сделал с ее подругой, наполнила все тело. И без того сильная, брюнетка просто метала заклинания одно за другим, не давая Родольфу и секунды на передышку. Боковым взглядом она заметила, что Сириус начинает уставать отбиваться от Беллатрисы. Та, в свое время, тоже была не на пике своих способностей. — Дуро! — громко выкликнула Кэтрин, превращая в камень Родольфуса. Одним Пожирателем меньше. Не теряя времени, она переключилась на Лестрейнджа-младшего. Рабастан взмахом палочки откинул Тео в другой конец залы и с садистской улыбкой направился к девушке. — Депульсо! — он отбил. Атаки девушки не позволяли Пожирателю перейти в наступление, но и не задевали его. Он ловко ускользал от проклятий, не давая себя ранить. В какой-то момент стало тише. — Сдавайся, малышка Кэтрин! — довольный голос Беллатрисы не сулил ничего хорошего. Продолжая сражаться, Рабастан с Кэтрин поменялись местами. И в этот момент брюнетка увидела всю картину целиком: истеричка-Блэк держит своего кузена на прицеле, Нотт с трудом стоит на ногах, а все остальные либо мертвы, либо парализованы. — Экспеллиармус! — что было мочи, девушка взмахнула палочкой и Рабастан остался ни с чем. В глазах промелькнуло непонимание. Он неуверенно остановился. Кэтрин держала его на прицеле. В голове крутились мысли. — Выбирай, подруга, умрет только ребенок, к которому ты так привязалась за эти несколько месяцев, или ребенок умрет вместе с твоим парнем. — Беллатрису вообще, похоже, не волновало, что Лестрейндж-младший сейчас обезоружен. — Я с легкостью могу убить его, и тогда ты останешься одна. — Хьюит пожала плечами, без единой эмоции смотря на Пожирательницу Смерти. — Да что ты можешь? — Блэк фыркнула. Слова пленницы явно позабавили ее. — Мы все знаем, что ты в жизни на такое не решишься. — Рабастан самоуверенно усмехнулся, даже не сомневаясь в собственных словах. — Кэтрин, не стоит… — Сириус замотал головой, пытаясь понять, блефует брюнетка или же нет. — Убьешь его и я убью своего ненавистного кузена. — угроза в голосе Беллы заставила Хьюит нервно сглотнуть. А что, если Беллатриса и в правду убьет Сириуса? Еще одной смерти Кэтрин не перенесет. Тем более смерти Сириуса. Взгляд встретился с взглядом Тео. Последний незаметно достал волшебную палочку, с уверенностью глядя на Пожирательницу. Нотт кивнул, давая понять, что не позволит Сириусу пострадать. — У тебя кишка тон… — с лица Лестрейнджа не сползала довольная ухмылка. — Авада Кедавра! — громкий, почти истеричный, вскрик Кэтрин перебил его. Мужчина без чувств упал на пол.