Иной путь

      — Как думаешь, он меня простит? — спросила я, едва мы выехали на шоссе, чувствуя, как ком подступает к горлу.       — Все будет хорошо, Белла. Не стоит так переживать. Эдвард разозлился на Джаспера, не на тебя.       Розали бросила на меня быстрый, оценивающий взгляд. Ее губы дрогнули в подобии улыбки, больше похожей на гримасу сочувствия.       — Эдвард всегда был драматичен, Белла. Он просто испугался. Он боится за тебя, понимаешь? Боится, что ты можешь пострадать из-за нас.       Я кивнула, но ее слова не приносили особого утешения. Злость Эдварда на Джаспера — это одно, но его отстраненность по отношению ко мне ранила гораздо сильнее. Хоть я и понимала, что заслужила его молчание.       Мы сделали вынужденную остановку в придорожной забегаловке возле заправки — простеньком, но опрятном местечке. Розали, казалось, знала, что мне нужно, даже не спрашивая. Она сделала заказ, проводила меня в уборную и оставила наедине со своими мыслями. Впервые за долгие двенадцать часов я смогла привести себя в порядок, и чтобы взбодриться — плеснула в лицо обжигающе холодной водой. Но облегчения это не принесло.       Из зеркала на меня смотрела бледная, испуганная девушка. Я видела в ее глазах отражение пережитого страха и тревоги за будущее. «Все будет хорошо», — шепнула я, но голос дрожал, и уверенности в этих словах почти не было.       Когда я вернулась, завтрак уже ждал на столе. Розали, словно королева, играла тонкими, изящными пальчиками с чашкой кофе. Парень за соседним столиком не отрываясь пожирал её взглядом, и я прекрасно его понимала. В облегающем светлом спортивном костюме и с водопадом золотистых кудрей, она выглядела, как модель «Виктории Сикрет», чудом оказавшаяся в этой глуши.       Я опустилась напротив девушки и первым делом сделала большой глоток американо. Горячий напиток приятно опалил губы и согрел озябшие пальцы.       — Ешь, Белла! Если ты позаботишься о себе, тебе будет легче справиться с эмоциями.       Она подтолкнула ко мне тарелку с яичницей-глазуньей, сосисками и тушеными овощами.       — Я уже не могу смотреть на яйца. Чувствую, скоро закудахчу с таким рационом.       Закатив глаза, я взяла вилку и принялась ковыряться в еде.       — Не вредничай! Я выбрала лучшее из того, что здесь было! Хочешь, закажу тебе чечевичный суп или бургер?       Я слабо улыбнулась, благодарная за ее заботу, и отрезала кусочек сосиски. Розали была права. Нужно было поесть, чтобы хоть немного восстановить силы. Аппетита не было, но я заставила себя проглотить несколько кусочков, запивая кофе.       — Спасибо, Роуз, — пробормотала я, опуская вилку. — Мне уже немного лучше.       Она кивнула, не отрывая взгляда от моей тарелки.       — Пока тебя не было, мне звонил Эмметт. Скоро они будут в Форксе.       — Ничего себе! — удивилась я. — С какой скоростью они едут, что так вырвались вперед?       Девушка лишь пожала плечами.       — Я слегка поколдовала над движком его «Джипа», так что он намного быстрее твоей «Хонды».       Наверняка парни рванули прямиком к Калленам, и когда мы вернемся в город, семейный конфликт будет улажен. Но даже эта мысль не могла разогнать тоску, обволакивающую душу.       Я бездумно отправляла пищу в рот, запивая ее кофе, не ощущая ни запаха, ни вкуса. Заметив сальный взгляд зеваки из-за соседнего столика, я вдруг прыснула от смеха и чуть не подавилась.       — Какой навязчивый тип, не дает спокойно поесть! — прошипела Розали и тут же протянула мне стакан воды.       Блондинка презрительно цокнула, эффектным жестом перекинув копну блестящих волос на одно плечо. От ее грациозной надменности парень, казалось, вот-вот рухнет в обморок.       — На тебя всегда так реагируют. Пора бы уже привыкнуть! — заметила я, делая глоток.       — Когда я иду куда-то с Эмметтом, желающих откровенно разглядывать меня как-то сразу убавляется.       Я слабо улыбнулась, представив мощную фигуру Эмметта, который одним своим видом способен заставить любого задуматься о последствиях. Он, конечно, не отличается особой утонченностью, но в плане создания защитной ауры ему нет равных.       — Это да, — согласилась я. — Розали, а можно задать тебе личный вопрос?       — Разумеется! — тут же откликнулась она.       — Это касается твоего отношения ко мне… Поначалу мне казалось, тебе не очень-то нравилась моя дружба с Эдвардом… — тихо проговорила я, стараясь казаться непринужденной, но чувствуя, как сердце тревожно забилось под ребрами. Мне всегда было интересно, что скрывается за маской неприступной красавицы, и сейчас, когда мы были наедине, я почувствовала, что момент настал.       Розали на мгновение замерла, словно я задала ей вопрос, от которого она сама давно бежала. Ее взгляд, обычно такой острый и пронзительный, смягчился, в нем промелькнула тень какой-то затаенной грусти. Она отставила свою чашку с кофе и медленно провела пальцем по ее краю, словно пытаясь собраться с мыслями.       — Не нравилась? — переспросила она скорее саму себя, чем меня. — Это… сложный вопрос, Белла. Я всегда очень осторожно отношусь к чужакам. Для меня принципиально важно сохранение семейной тайны. А когда Эдвард увлекся тобой, я сразу увидела в этом потенциальную угрозу…       Она замолчала, подбирая слова. Я терпеливо ждала, понимая, что этот разговор — редкая возможность заглянуть в ее душу, обычно скрытую за стеной безупречной красоты и внешней холодности.       — Даже стыдно признаваться… — В уголках ее губ мелькнула едва заметная улыбка, и в этот миг ее лицо стало почти человеческим, трогательно уязвимым. — Понимаешь, Эдвард никогда и никем не интересовался. Ни одна красота не пленила его… А тебя он заметил сразу. Это немного задело меня. Раздражало, если честно.       Я внимательно слушала, всматриваясь в её идеальные черты, пытаясь осознать скрытый смысл ее слов.       — Не пойми меня неправильно, Белла, — продолжила Розали, снова обретая свойственное ей величие. — Речь не о соперничестве. Я никогда не рассматривала Эдварда… в таком ключе. Просто… я до смешного тщеславна. Привыкла к всеобщему поклонению, словно к воздуху. И вдруг… кто-то оказался привлекательнее меня. Это взбесило! Но потом… я узнала, что ты… особенная. Ведьма! А Эдварду всегда нравилось все необычное… Наверное, я по-настоящему начала проникаться к тебе после похищения Элис. Ты не испугалась и здорово помогла нам. Тогда я увидела в тебе союзника.       Я кивнула, вспомнив тот кошмар, когда Джеймс похитил Элис. В тот момент я действовала, не раздумывая. Приятно было осознавать, что Розали оценила это.       — Так что да, Белла, — заключила она, — поначалу я была к тебе предвзята. Но теперь ты часть нашей семьи. И я готова защищать тебя, как свою сестру. Просто… постарайся не причинять Эдварду слишком много боли. Он этого не заслуживает.       Она произнесла это с такой искренностью, что я невольно улыбнулась. Впервые я чувствовала, что между мной и Роуз возникло какое-то подобие зарождающейся дружбы.       — Я постараюсь, — пообещала я. — Он тоже мне очень дорог.       — Отчасти своим счастьем с Эмметтом я обязана Эдварду… — вдруг произнесла она, слегка отведя взгляд.       — Я думала, это ты его спасла! — удивилась я.       — Да, так и есть! Но Карлайл сначала не понял, зачем я принесла его к нему. Я была слишком молода, и моей выдержки хватило лишь на несколько слов… Карлайл решил, что я принесла раненого родственника, и сказал, что слишком поздно, он не сможет ему помочь… Мне повезло, что Эдвард оказался рядом и сумел объяснить Карлайлу, о каком спасении я говорю!       — Ничего себе! — усмехнулась я. — Эдвард всегда говорит, что Элис — наш с ним Купидон. Значит, ваш с Эмметтом Купидон — Эдвард.       — Да, видимо, так и есть! Поехали? — спросила она, бросив взгляд на мою пустую тарелку. — Чем быстрее доберемся, тем быстрее все разрешится.       Я кивнула, испытывая неожиданный прилив благодарности к Розали. Она была сложной, противоречивой, но, безусловно, искренней в своих чувствах. Осознание того, что за маской неприступной красавицы скрывается чуткая и заботливая душа, согревало. Мы вместе вышли из забегаловки, оставив позади запах жареного бекона и дешёвого кофе. Розали бросила короткий, уничтожающий взгляд на назойливого поклонника, прежде чем сесть в машину. Двигатель взревел, и мы снова помчались по шоссе.       Всю дорогу я размышляла над разговором с Роуз. Ее признание о былой неприязни и последующем принятии меня в семью Калленов многое объясняло. Я всегда чувствовала ее настороженность, но теперь понимала причины. И хотя между нами никогда не будет такой же близости, как с Кэти, я знала, что в трудную минуту могу рассчитывать на ее поддержку.       Когда мы подъехали к моему дому, солнце уже клонилось к закату. Вокруг царила тишина, нарушаемая лишь пением птиц. Я глубоко вдохнула прохладный лесной воздух, пытаясь унять дрожь волнения.       — Может, тебя подвезти? — предложила я девушке, но та лишь демонстративно закатила глаза.       — Обо мне не беспокойся. Я быстрее пешком доберусь. А тебя уже заждался отец.       — Откуда ты знаешь?       — Неужели ты не заметила его в окне? Он уже дважды выглядывал!       Блондинка ободряюще сжала мою ладонь холодными пальцами и, словно лесная нимфа, грациозной походкой направилась в сторону темнеющей чащи.       Я подошла к крыльцу, но дверь распахнулась прежде, чем моя рука коснулась дерева.       — Белла, что-то ты сегодня задержалась! — произнес отец, внимательно оглядывая меня и территорию перед домом. — Мне померещилось, или я действительно видел сестру Каллена?       — Да, она уже уехала с Эмметтом, — соврала я, не моргнув глазом.       Чарли хмыкнул, пропуская меня внутрь. В доме витал аппетитный аромат пиццы, а из гостиной, где мерцал экран телевизора, доносились звуки спортивной трансляции.       — Голодная? Будешь ужинать?       Скинув ботинки у порога, я торопливо стянула анорак и повесила его на крючок у двери.       — Нет, пап. Мы перекусили с Роуз по дороге!       — Что-то ты какая-то грустная? — допытывался Чарли. — Все в порядке? Неужто поругались с Эдвином?       Цокнув языком и недовольно закатив глаза, я прошла на кухню и достала из холодильника бутылку содовой.       — Никто ни с кем не ругался! Просто устала!       Я сделала большой глоток, стараясь не смотреть на отца. Его пристальный взгляд всегда заставлял меня чувствовать себя так, словно я нахожусь под микроскопом.       — Ладно, ладно, не буду докучать, — сдался он, поднимая руки в примирительном жесте. — Иди отдохни, если устала. Только завтра не забудь позвонить Рене.       — Хорошо, пап.       Я благодарно кивнула, ощущая, как напряжение немного отступает. Отец, конечно, беспокоился, но, к счастью, не стал настаивать на разговоре. Поднявшись в свою спальню, я закрыла дверь и прислонилась к ней спиной, тяжело вздохнув. Обманывать становилось все сложнее. Слишком много секретов, слишком много недомолвок.       Бегло окинув взглядом комнату, я вздрогнула, как от удара током. У противоположной стены, в полумраке у окна, стоял Эдвард — с каменным лицом и в напряженной позе. В другой день я бы возмутилась его бесцеремонному вторжению, но сегодня вина приглушила гнев.       — Еще раз привет, — произнесла я, буравя его взглядом — эта молчанка начинала надоедать. — Зачем пришел, если не настроен на диалог?       — Белла, — прошептал он. — Почему ты ничего не рассказала мне? Неужели ты настолько мне не доверяешь?       Сердце болезненно сжалось от его слов.       — Дело совсем не в этом, Эдвард. Ты либо не позволил бы мне участвовать в этом, либо рассказал о наших планах Карлайлу. Ни один из этих вариантов меня не устраивал. Именно поэтому я и молчала.       — Разумеется, я бы не позволил! Я и представить себе не мог, что Джаспер решится на подлую игру за моей спиной… что подвергнет тебя смертельной опасности, Белла!       В его глазах метались отчаяние и гнев. Он казался неподвижным, словно изваяние, но я чувствовала, как вокруг него сгущается напряжение.       — Вот! Вот, что я и хотела услышать! А это был оправданный риск, Эдвард, и я знала, на что иду! — слова против воли прозвучали чересчур резко, слишком громко. Я всеми силами пыталась удержать голос, чтобы Чарли не услышал, но внутри бушевал ураган. — Мы это уже обсуждали. Я не ребенок, Эдвард, и я могу принимать собственные решения. Джаспер не подвергал меня никакой опасности, он позволил мне раскрыть мои возможности! Я и не подозревала, что способна проводить такие сложные ритуалы, понимаешь?       На миг я зажмурилась, отгоняя воспоминание о том, как чуть не лишилась всего.       — Раскрыть возможности? Белла, ты не понимаешь, что на самом деле происходит? Тебе кажется, что ты контролировала ситуацию? Но ты глубоко заблуждаешься!       Я сделала шаг навстречу, пытаясь обуздать дрожь в голосе.       — Я знала, что делаю, Эдвард. У нас ничего не получится, если ты не научишься доверять мне… моим решениям. Миссис Фостер и ты закрыли глаза на опасность, а Джаспер предложил ее устранить. Поэтому я и пошла на эту авантюру. Я не хочу жить в страхе, что однажды эта ведьма просто придет и отнимет мою силу.       — Ты могла рассказать мне о своих опасениях. Ты же знаешь, я готов на все ради тебя. Мы бы нашли выход.       Эдвард отвернулся и провел рукой по волосам. Я видела, как напряжены его плечи и спина. На мгновение воцарилось молчание, нарушаемое лишь моим сбившимся дыханием и тихими звуками вечернего леса.       — Это нечестно, Белла! — проговорил он, наконец, его голос звучал приглушенно. — Ты постоянно обвиняешь меня в манипуляциях, а сама поступаешь еще хуже, когда я не согласен с тобой. Ты шантажируешь меня, зная, как я боюсь потерять тебя. Когда что-то идет не по-твоему, ты заявляешь: «Эдвард, у нас ничего не выйдет». Ты требуешь безоговорочной веры, а сама не доверяешь мне ни на йоту.       Я подошла ближе и коснулась его руки. Она была холодной, словно лед.       — Прости. Я знаю, что ты заботишься обо мне, Эдвард. Но я не хочу быть хрустальной вазой. Мне необходимо знать, что я способна защитить себя, что я не беспомощна. Я знаю, что всегда могу рассчитывать на твою помощь, но я хочу быть сильной и сама по себе.       Он повернулся ко мне, и в его глазах я увидела боль и глубокую печаль.       — Похоже, доверие — это то, чему нам предстоит научиться. Я понимаю твое стремление, Белла. Но я никогда не смогу смириться с тем, что ты подвергаешь себя смертельной опасности. Я всегда буду бояться за тебя, пока ты совершаешь подобные безрассудные поступки. А что, если в следующий раз что-то пойдет не так?       Я обняла его, прижавшись к ледяному телу.       — Прости меня… Обещаю, что следующего раза не будет. Мне самой было невыносимо обманывать тебя и скрывать наш план.       Крепче прижавшись к нему, я старалась передать через это объятие всю свою любовь и раскаяние. Я чувствовала, как он медленно расслабляется и обнимает меня в ответ.       — Что именно произошло? Расскажи мне все, — попросил он, отстраняясь и глядя мне прямо в глаза. В его взгляде больше не было ледяной отстраненности, лишь тревога и жажда понимания.       Я рассказала ему все: о плане Джаспера, о подготовке, о риске, о страхе, который я испытывала, но пересиливала ради чувства свободы и уверенности в себе. Я не утаила ни единой детали, чтобы он понял, что мною двигало не стремление причинить ему боль, а лишь желание обрести собственную силу.       Когда я закончила, Эдвард долго молчал, переваривая услышанное. В его глазах читалась сложная смесь эмоций: облегчение от того, что все закончилось, гнев на себя за то, что не смог защитить меня, и, кажется, проблеск понимания моего стремления к независимости.       — Хорошо, — наконец произнес он тихо.       — А как отреагировал Карлайл? Как Джаспер?       — Как ни странно, Карлайл удивился вашей выходке меньше, чем я. Оказывается, он ожидал чего-то подобного от Джаспера, но не думал, что тот впутает тебя в свои планы. Карлайл хочет переговорить с Жаклин и действовать сообща. Когда я уходил, все ждали, когда Лоран… пойдет на поправку…       — Карлайл пригласит миссис Фостер к вам? Я хочу присутствовать при этом разговоре.       — Вероятно, да. Белла, ты совершенно измучена. Тебе нужно отдохнуть.       — Думаешь, я смогу уснуть?       Он нахмурился.       — Обещаешь, что не станешь снова лезть на рожон?       — Я просто хочу знать их план. Клянусь, больше никаких заговоров за твоей спиной.       Эдвард притянул меня к себе и нежно поцеловал в лоб. В этом прикосновении чувствовалась такая любовь и забота, что слезы невольно навернулись на глазах. Я обвила его шею руками, боясь отпустить, боясь, что все это — лишь мимолетное затишье перед новой бурей.       — Я буду рядом, — прошептал он, словно прочитав мои мысли. — Не позволю, чтобы что-то случилось. Просто доверься мне, хорошо?       Я кивнула, без слов выражая свое согласие. Сейчас мне отчаянно хотелось верить ему, верить в то, что мы сможем преодолеть все разногласия и найти путь к истинному счастью. Мы долго стояли в тишине, обнявшись, наслаждаясь этим моментом близости и покоя. В комнате стало совсем темно, лишь слабый свет луны проникал сквозь приоткрытые жалюзи.       — Как думаешь, Лоран уже пришел в себя? — неловко вырвалось у меня.       Непостижимая регенерация вампиров до сих пор казалась мне чем-то невероятным. Сама мысль о том, что обезглавленное существо способно вернуться к жизни, вызывала дрожь.       — Возможно. Но я почти уверен, что Карлайл уже связался с Джеки.       — Хорошо. Тогда я покажусь на глаза Чарли, переоденусь, и мы можем идти. Похоже, тебе придется нести меня, как школьный рюкзак.       Его усмешка, такая естественная и живая, словно луч солнца, пробившийся сквозь тучи, немного рассеяла напряженную атмосферу.       Полчаса спустя мы неслись по темному, притихшему лесу. Эдвард двигался с головокружительной скоростью, и если бы не тревожные чувства, я бы позволила себе насладиться этим полетом в ночи.       Когда мы прибыли к дому Калленов, вся семья уже ждала нас в гостиной, вместе с Лораном и миссис Фостер. Вероятно, Элис увидела наше решение в одном из своих видений и предупредила остальных. Взгляды всех присутствующих обрушились на нас, и на короткий миг я стушевалась. Эдвард крепче сжал мою ладонь, будто передавая частицу своей нечеловеческой силы и уверенности.       Карлайл, как глава клана, сделал шаг вперед. В его глазах смешались облегчение и тревога.       — Белла, рад видеть тебя в целости и сохранности.       И прежде чем я успела ответить, ко мне вихрем подлетела Элис, заключая в объятия.       — Я же говорила, с Беллой все будет в порядке! Она крепкий орешек!       — О да! Чего стоили ее игры с пламенем! Надо отдать должное, я не ожидал такой прыти от столь юной ведьмы! — произнес голос с отчетливым французским акцентом.       Эдвард тихо зарычал, а я обернулась к Лорану. Он сидел возле Джаспера, несколько обособленно от остальных. На лице играла хитрая улыбка, но в глазах читалась настороженность. Казалось, он сканирует всех присутствующих, выискивая признаки враждебности. Одетый в современный синий кашемировый свитер и темные брюки, Лоран все равно выдавал свою истинную сущность: оливковый цвет кожи, зловещий отблеск красных глаз и хищная грация.       — Лоран! — предостерегающе одернул его Карлайл, бросив на вампира укоризненный взгляд. — Не стоит поднимать эту тему сейчас.       Следующей меня обняла миссис Фостер, окутывая привычным облаком пачули и экзотических благовоний. Неожиданно подступившие слезы заставили меня отстраниться, чтобы их вытереть.       — Ну-ну, детка! — воскликнула она со смехом, поправляя на переносице узкие очки. — Какая же ты умница! Я тобой невероятно горжусь, Белла!       — Какое счастье, что вы здесь, мэм! — проговорила я, тщетно пытаясь придать голосу деловитость.       Улыбнувшись Эсме, я заметила, как Розали кивнула на свободное место рядом с собой. Эдвард тут же, словно пушинку, перенес меня на диван и усадил к себе на колени.       — Ну вот, довели Белоснежку до слез! — подмигнул озорной Эмметт, возвышаясь за спиной Роуз. — Не горюй, Белла, скоро начнется настоящая «охота на ведьм»! — захохотал он.       Когда все расселись, Карлайл остался стоять в центре гостиной, излучая непоколебимую внутреннюю силу и уверенность.       — Думаю, нам пора начать. Жаклин, прошу тебя, расскажи нам все с самого начала. Мы должны четко понимать, с чем именно нам предстоит столкнуться.       Миссис Фостер начала свой рассказ с теплых воспоминаний о дружбе с Анной, плавно переходя к роковому секрету, который ей довелось узнать. Все слушали, затаив дыхание, стараясь не упустить ни единой детали, словно от этого зависела их дальнейшая судьба.       Закончив, миссис Фостер умолкла, потупив взор. Тяжелая тишина повисла в комнате, нарушаемая лишь мерным тиканьем часов над камином. Каждый понимал, что им предстоит столкнуться с чем-то неведомым и, возможно, смертельно опасным. Эдвард крепче прижал меня к себе, словно пытаясь укрыть от надвигающейся тьмы.       — И это всё? Значит, нам нужно поймать и прихлопнуть эту старушенцию? — озадаченно пробасил Эмметт, разводя руками в стороны. — Нашли чего бояться! Да у неё силенок-то — кот наплакал!       — Наивный, — усмехнулся Лоран, растягивая губы в хищной улыбке.       — Все не так просто, как кажется, Эмметт, — с мягким укором проговорила наставница. — Ее сложно не только выследить, но и поймать. Ее чутье на вашу сущность, молодой человек, намного острее, чем вы думаете. Она почует вас за милю и не позволит даже приблизиться.       — И что нам тогда прикажете делать?       — Вижу по лицу Эдварда, ему совсем не нравится ход моих мыслей! — лукаво улыбнулась миссис Фостер.       Я перевела взгляд на Эдварда, который все еще крепко обнимал меня за талию. Его лицо было бесстрастной маской, а глаза, казалось, прожигали миссис Фостер насквозь.       — Белла, будь добра, расскажи, какое именно заклинание ты применила, чтобы призвать этого красноглазого джентльмена из Аляски.       Эмметт едва не задохнулся от смеха и покачал головой, но мне было совсем не до веселья. Я прекрасно понимала, к чему клонит миссис Фостер и почему Эдвард так зол.       — Это был обряд кровавого призыва.       Девять пар глаз тут же уставились на меня с нескрываемым изумлением.       — И ты провела его блестяще! Смею заверить, за всю свою жизнь я не встречала более искусного зельевара! — восхищенно произнесла наставница.       — То есть вы хотите затеять очередную ловлю на живца и бросить Беллу в самое пекло? — недовольно процедил Эдвард.       — Мы устроим ловушку, засаду! — как ни в чем не бывало отрезала миссис Фостер.       — Я рад, что вы смогли попрактиковаться на мне. Но раз ваш план готов, быть может, в моих скромных услугах вы больше не нуждаетесь? — самодовольно произнес Лоран.       — И думать забудь! Ты будешь страховать Беллу! Ведьма тебе доверяет, — тут же осадил его Джаспер, воздействуя своим даром на красноглазого с такой силой, что тот едва ли не сжался в позу эмбриона.       — Может, вы все-таки поинтересуетесь, что обо всем этом думает сама Белла? — выпалил Эдвард, его голос звенел от недовольства.       Я чувствовала, что он напряжен до предела, и легонько погладила его по спине, пытаясь этим жестом передать хоть толику своего спокойствия.       Присутствующие вновь обратили взгляды на меня.       — Я без проблем проведу этот ритуал снова, но, миссис Фостер, я бы хотела еще немного попрактиковаться в защитных чарах. Чтобы ментально отразить магию Анны, если потребуется!       После этих слов Эдвард прижал меня к себе с такой силой, словно стремился слиться со мной воедино — стать частью меня, моей кожей.       Я встретилась с ним взглядом: мне так много хотелось сказать ему! Что меня огорчает наша недавняя ссора, и я доверяю ему. Что я всегда тревожусь за него и его чувства. Что я очень люблю его и хочу быть опорой, а не обузой.       Я верила, что он все понимает.       Но сейчас, в присутствии изрядного количества посторонних свидетелей, я могла лишь согласно кивнуть.       Розали и Эмметт наблюдали за нашей с Эдвардом нежностью с ироничными улыбками.       — Да ладно, братишка! Расслабься. Белла заставит эту ведьму явиться к нам в руки, а уж дальше предоставьте проблему мне! — ухмыльнулся Эмметт, подмигивая нам.       Эдвард, казалось, не разделял оптимизма брюнета. Лишь недовольно выдохнул, переводя взгляд на Карлайла и миссис Фостер, увлеченно обсуждавших детали предстоящей операции. А я протянула шутнику ладонь, и он легонько отбил «пять». Я знала: впереди нас ждет опасная схватка, но вместе, рука об руку, мы выстоим против любой бури.