11 спичек

Я чувствовала себя на высоте, находясь в отношениях с Алексом. Он был авторитетом, я боялась и любила его одновременно. Я не могу с уверенностью назвать то, что я испытывала любовью, но определенно это было намного больше, чем простая симпатия. Я нуждалась в нем, как в кислороде, мое настроение зависело от его слов и поведения. Для меня его уход казался концом света - с ним я была всесильна, а без него я могла лишь лежать и смотреть в потолок, рыдая. Алекс это чувствовал и потому брал от меня все, что ему необходимо, но сам не замечал, как начинал привязываться ко мне. Я уверена: мы не любили друг друга. Мы оба были еще слишком юны для той любви, которая нас застигла, мы еще не умели правильно любить, поэтому у нашей "щенячьей" любви никогда не было шанса на то, чтобы она перешла в долгую, счастливую совместную жизнь. Но между нами явно проскакивали искры и укреплялась эмоциональная зависимость. Никто не мог вызвать в моем сердце тех чувств, которые вызывал Алекс. Я умирала, когда он покидал меня. Наши чувства могли бы сжечь этот мир дотла и воскресить его из пепла, но вместо того, чтобы обратить нашу силу в светлое, искреннее будущее, мы просто связывали друг другу руки плотной стальной проволокой, покрытой острыми шипами, которые больно впивались в кожу, когда мы пытались разорвать ее. С Элиотом я практически перестала общаться. Я не могла и не хотела с ним говорить, а произошедшее мы не обсуждали. Мне было стыдно. На том поцелуе наша дружба была закончена. Я только спустя месяц перестала вспоминать об этом каждый день. Я забыла о всей лжи, что была между мной и Алексом... А вот Алекс - нет. Поэтому он решил поговорить с Элиотом о том, что случилось в августе. И я узнала об этом от Алекса. При встрече с Элиотом, а точнее, в разговоре, Алекс узнал, что я солгала Элиоту о том, что мы с Алексом не вместе. В глубине души я понимала, что это полностью моя вина, ведь это я солгала, я наделала ошибок и глупостей, но сильно разозлилась на Элиота за то, что он рассказал об этом Алексу. Хотя финал вечера он оставил в тайне. Элиот лишь оправдал самого себя - что бы и сделал любой адекватный человек. Мэри была сильна во вранье и умела заговорить любого, поэтому мы вместе придумали речь для Алекса, которая убедила его в том, что Элиот лишь неправильно меня понял. Вышло так, что я снова солгала. Но потерять Алекса снова было бы для меня концом света, я бы не смогла. Наши отношения стабилизировались, и уже вскоре Алекс перестал оказывать на меня то эмоциональное влияние, которое было ранее. Я все еще была зависима от него, но я уже не стелилась и не делала все, что он хочет. Я перестала носиться за ним, как собачка на поводке. До декабря наши отношения были такими, о каких я всегда мечтала: мы просто гуляли по вечернему парку, держась за руки, говорили друг другу слова о любви. Но, как я уже успела за собой заметить, как только я видела, что Алекс готов на все ради меня, я начинала отдаляться. Это не происходило намеренно, Алекс просто терял ценность в моих глазах за счет своей доступности. Мы просто менялись местами. Я наслаждалась каждой минутой, проведенной с ним, но мне это достаточно быстро надоело. Алекс вызывал во мне чувства и интерес только в те моменты, когда создавал своеобразный дефицит себя, но как только я могла получить все, что хотела, я теряла интерес и искала эмоции в других людях. Так случилось, что в школе у нас собралась компания, мы стали частенько собираться у меня дома, и Алекса я об этом редко оповещала, но собирались мы стабильно каждую среду с кучей пива и закусок. Минимум раз в неделю у нас было "застолье", и в четверг мы бодрячком шли на занятия. Алекс начал замечать мой холод и указывать на него. Я снова не прислушивалась к нему, чаще всего я просто не воспринимала всерьез его слова и думала, что он просто придирается, преувеличивает, пытается докопаться до меня из-за скуки. Я просто смеялась над всем тем, что он говорил мне. В середине декабря в нашу компанию влились двое ребят - Бейзон и Шон. Бейзон учился в моей школе, на класс младше, мы не пересекались до этого, и я даже не поняла, как он попал в мою квартиру. Мой дом напоминал проходной двор - ребята звали своих знакомых, а те - своих, и так получалось, что я узнавала все больше и больше людей, и мы все чаще и чаще собирались вместе. Алкоголь - не единственное, что нас связывало, по большей мере мы общались в школе, после уроков, гуляли вместе, проводили время, с некоторыми девочками мое общение вышло за пределы учебы и мы ездили в торговые центры. Но как оказалось позже, я начала нравиться Бейзону. Сам он был миловидным и застенчивым, я не воспринимала его, как партнера, а скорее как младшего брата. Я не замечала его симпатию, пока мне не сказали об этом его друзья. На одной из пьянок они оставили нас наедине, где Бейзон признался мне в своих чувствах. -Ты же в курсе, что я в отношениях? - ответила я, глядя на него. -Ну ты же не любишь его, - ответил он абсолютно уверенно, - Я же тоже тебе нравлюсь. Я удивленно посмотрела на него. С чего он взял это вообще? Но я и не была уверена, что все еще любила Алекса. Я игнорировала его сообщения, проводила время с другими парнями. Но в Бейзоне было что-то такое, что вызывало во мне интерес. Он тихо наблюдал за мной, анализируя мои действия, но не наблюдая из-за укрытия, а как волк, наблюдающий за овечкой. Он был младше меня, но меня пугали люди, которые прямо говорили о своих чувствах и мыслях, они казались сильными и уверенными, что нельзя было сказать обо мне. Между нами ничего не произошло в тот вечер. Он позже приходил ко мне с цветами, с шоколадками, но я по-прежнему отвергала его. Да, я снова потеряла интерес к Алексу, но оставалась ему верна. Хотя то напряжение, которое было между мной и Бейзоном, нельзя было назвать "дружбой". Мне нравилось нравиться ему, мне нравилась эта игра в между нами. В один момент я проявляла к нему ответный интерес, а в другой полностью игнорировала. Я вертела им, как мне хотелось, а он в свою очередь пытался стать ко мне все ближе и ближе. Я давала ему эфемерную надежду, а после пропадала, и так было раз за разом. Знакомо, да? Это то, что делал со мной Алекс. Однако быть на месте Алекса оказалось приятно. Я чувствовала удовлетворение и чувствовала свою исключительность от того, что заслуживаю особенного отношения. Близился мой день рождения. Я не пригласила Алекса, но пригласила всех своих школьных друзей, в том числе и Бейзона. Бейзон пришел самый первый. Он подарил мне плюшевую панду и шоколад. -Блин, я не успела накраситься еще... - в смущении сказала я, когда открывала ему дверь. -Ты и так очень красивая, - ответил Бейзон, не отрывая от меня взгляд. -Спасибо, - улыбнулась ему я, посмотрев на него через зеркало. Он смотрел на меня, постоянно смотрел и пытался ловить мой взгляд. Я почувствовала себя неловко. Вскоре пришли все остальные ребята. Нас было человек 10. Мы все сильно напились, танцевали, веселились, и когда закончилась пицца, я пошла за новой закуской. И пока я готовила еду на кухне, Бейзон подошел ко мне сзади и аккуратно обнял. Он уткнулся носом в мою шею, ничего не говоря. "Да пофиг" - подумала я и продолжила жарить мясо. А по телу пробежались мурашки. "Ну он же не может мне нравиться?" По крайней мере я сильно пыталась убедить себя в этом. Для Бейзона это, видимо, было своеобразным побуждением к действию. Ведь то, что я не отвергала, а попросту уходила от ответа, было для него сигналом того, что у него есть шанс, что совершенно ожидаемая реакция. В течение вечера мы часто сидели рядом, я клала свою голову ему на плечо, он брал меня за руки. Я не чувствовала к нему симпатию, как чувствовала к Алексу, но чувствовала ярко выраженное напряжение внутри себя. И мне все это нравилось, я чувствовала это напряжение, и оно было приятным, интригующим, игра между нами никак не заканчивалась, а только набирала обороты. Мне доставляло удовольствие наблюдать за тем, как он помешан на мне, как он хочет быть ближе, но не может. Разумеется, я солгала Алексу о том, что на моем дне рождении не было мальчиков, потому что моим аргументом, почему я его не пригласила, было "нуу мы только девочками отмечаем". А на самом деле я просто не хотела, чтобы он обламывал мою игру. (Я знаю, что поступаю плохо. Но я не хочу останавливаться.) На следующий день ко мне приехал Алекс. Он приехал с букетом роз, шампанским и пакетом подарков. Я винила себя за свое безразличие и пыталась максимально проявлять к нему нежность. Я выдавливала из себя все, что могла, чтобы не делать ему больно. Но сразу же, как он уехал, его отношение ко мне изменилось. Я тонко чувствовала каждую мелочь в его поведении, и Алекс начал вести себя холодно, отвечал кратко, но на мой вопрос, хочет ли он расстаться, он ответил "Нет, ты что, совсем?" Но его поведение меня совершенно не устраивало, он стал холодным и отстраненным, я чувствовала себя ненужной. Алекс не предлагал отметить Новый Год вместе, но я бы и так отказалась. У меня уже были другие планы. Алекс собирался отмечать Новый Год со своими друзьями. А я сказала Алексу, что буду отмечать с семьей. И снова ложь. На деле же я позвала на куранты Мэри, Бейзона и Шона. За два дня до Нового Года я поняла, что меня преследует проблема, которую создал Алекс еще в октябре. Я думала, что это в прошлом, но оказалось, что она стремительно разрасталась. Я говорю сейчас о Вэлл. Я активно пересматривала ее фотографии, изучала ее семью, ее жизнь, социальные сети, сравнивала себя с ней и всячески пыталась быть похожей на нее. Только теперь это начало выражаться в истеричной назойливой форме, заполняя все мои мысли. Я одернула себя. Попыталась, по крайней мере, я твердила себе, что она в прошлом. Но не могла забыть комментарии Алекса. "Мальвина моя", "Жопа огонь" и все в этом роде. Я пыталась быть собой, но мне настолько была ненавистна сама я, что порой я не хотела смотреть в зеркало, чтобы лишний раз не замечать отличия между мной и ей. Я стала на ней помешана и убивала себя. Моя одержимость прогрессировала, а я не могла остановить это. Виной тому была моя нелюбовь к себе. Самооценку нельзя разрушить одним комплиментом в адрес другой девушки, но можно положить этому начало. Так и произошло со мной - в моей голове установилась мысль, что люди будут любить меня больше, если я буду выглядеть как она. Я получала внимание от парней, но лучшим комплиментом для меня было бы то, что я похожа на нее. Я не заметила, в какой момент моя самооценка упала на дно. Я ни с кем это не обсуждала, я молча пыталась бороться с собой. И проигрывала. Мне казалось, что у меня едет крыша с моей помешанностью на Вэлл, которая даже не знает о моем существовании! На новый год мы немного посидели с моими родителями, а после того, как распили бутылку виски, мы пошли к моей однокласснице. Мы все были порядком пьяны. Когда я ушла за кухню за водой, ко мне зашел Бейзон и закрыл за собой дверь. Я вопросительно посмотрела на него. Он смущенно мял пальцы и не смотрел мне в глаза. -Что-то случилось? - спросила я, глядя на него. Тогда Бейзон резко посмотрел на меня и выпалил: -Давай встречаться? Я поперхнулась. Ему давались с трудом эти слова. -Я не могу, Бейзон, я в отношениях, - ответила я, пытаясь подобрать наиболее подходящие слова. Он поставил меня в неловкое положение, - Слушай, мне надо идти... Я прошла мимо него, не глядя ему в глаза, и вернулась к девочкам. Эта игра в любовь уже слишком далеко зашла. Точнее, она подошла к концу, и теперь мне надо было делать выбор. Мне больше не нравилось то, что между нами происходило. Мне нравилось играть с ним, но не нравилось чувствовать себя предательницей. Я с самого начала не видела Бейзона рядом с собой, он не вызывал во мне того, что вызывал Алекс. А я вела себя как самый настоящий предатель, играя и с чувствами Бейзона, и с чувствами Алекса. Но я сделала свой выбор в пользу Алекса. Кровь прилила к моим щекам, мне хотелось сквозь землю провалиться. Я слишком заигралась, что Бейзон начал воспринимать меня всерьез, это было перебором даже для меня. Оба парня этого не заслужили и сквозь пелену опьянения ко мне пробилось неприятное чувство - осознание собственного эгоизма. То ли из-за чувства вины, то ли из осознания моей привязанности к Алексу, я резко почувствовала к нему прилив нежности. Я захотела, чтобы он оказался сейчас здесь, обнял меня. Я решила написать ему. -Алекс? Нет ответа. -Ты спишь, Алекс? Алекс все еще не отвечал, что было несвойственно ему - обычно я мне не приходилось ждать ответа, несмотря на то, что в последние дни он отдалился от меня. Я решила, что он спит, так что не стала звонить ему. Через пару часов мы с Мэри уже шли домой, еле держась на ногах. Бейзон проводил нас до подъезда и молча ушел домой. Утро было тяжелым. Вкус виски все еще был на моих губах, вызывая во мне тошноту. Я попросила друга принести мне энергетик. Мы посидели с ним на кухне и вскоре он ушел. Я сидела на кухне и смотрела в окно, размышляя о том, что произошло между мной и Бейзоном. Я решила полностью игнорировать его, чтобы не рушить отношения с Алексом, которые и так уже были потрепаны моим холодом. Но Алекс мне так и не ответил. Время уже шло за полдень. Я заподозрила что-то неладное - он никогда не пропадал, ни разу за три месяца. Алекс появился ближе к вечеру, оправдываясь тем, что был занят. Но мне не нравилось его поведение, он избегал меня. Через день он предложил мне расстаться. Не напрямую, но... Намекающе. Мое сердце в тот момент пропускало удары, я не понимала, почему он решил внезапно уйти. Если бы он говорил об этом до этого - я бы не посчитала это неожиданностью, но в нем будто просто что-то переключилось. Он хотел уйти, но при этом он не уходил! Он лишь спрашивал, хочу ли я расставания, перекладывая решение на мои плечи. Он что-то утаивал от меня, какую-то важную деталь, и поэтому я никак не могла понять его поведение. Он извивался, подобно змее. Для меня его молчание начало становиться мучительным. Но уже третьего января я узнала причину его поведения. Алекс снова доверился Мэри и рассказал ей о том, как он отметил Новый Год. Он изменил мне. Он прислал Мэри фотографии своего тела, которое было полностью в засосах. Я сначала даже не поверила, что это серьезно. Когда Мэри переслала мне эти сообщения, я пыталась убедить свой мозг, что все это неправда, что Алекс никогда бы так не поступил. Но фотографии доказывали обратное. Мои руки затряслись. Голова закружилась и я попыталась встать со стула, чтобы не видеть эти отвратительные фотографии на экране компьютера, но колени подогнулись и я осела на пол. Он как будто хотел, чтобы Мэри все рассказала мне. Его сообщения были уж слишком показушные, либо же он гордился своим поступком. На столе все еще стояла ваза с его розами. Увидя их, я стиснула челюсти, пытаясь сдержать слезы, а внутри все разрывалось. Гнев накрыл меня с головой, в ушах зазвенело от напряжения, которое распространилось по всему моему телу. Я почувствовала, что вот-вот я и взорвусь. -СУКА! - закричала я и скинула со стола все тетради. Слезы хлынули из моих глаз. Я отвернулась от экрана и закрыла лицо руками, пытаясь исчезнуть и выкинуть из головы эти картинки. В груди заныло. Я не могла поверить! Я не могла поверить в то, что следы поцелуев Алекса все еще оставались на моей шее в то время, когда его груди касалась другая. В тот момент, когда я писала ему сообщения, он изменял мне и даже не намеревался ответить. Он изменил мне в новогоднюю ночь. С новым годом блять, Ренесме. Но я не стала говорить Алексу о том, что я знаю о его поступке. Я хотела услышать от него это лично и потому сделала вид, что я ничего не знаю. Но вот же парадокс - я не чувствовала боль, не чувствовала себя преданной, я чувствовала только злобу за то, что я сама не догадалась. Мы встретились с Алексом уже через два дня, когда я приехала к Мэри. Перед выходом она сочувствующе посмотрела на меня и обняла. Я прекрасно понимала, что собирается сказать мне Алекс и настраивала себя на то, что его слова могут причинить мне боль. Когда он увидел меня, то сразу обнял и начал извиняться, говорить, что любит. Мне хотелось смеяться. Я "непонимающе" посмотрела на него и спросила, что случилось. Он опустил глаза. -Несси, во-первых, это тебе, - тихо сказал он, протянув мне шоколад, -А во-вторых, мне нужно тебе кое-что сказать. Давай зайдем в койот? Койот - это бар возле дома Мэри, в котором мы с Алексом сидели пару раз. Там мы провели вечер, когда впервые поцеловались, для меня это было своеобразным "нашим" местом, как и мост влюбленных. -Хорошо, - с улыбкой ответила я. Ни одна эмоция на моем лице не давала понять ему, что ему не нужно мучиться и подбирать верные слова. Я специально брала его за руки и обнимала, чтобы вызвать в нем как можно больше чувства вины. Мне нравилось смотреть, как ему тяжело говорить об этом. Он сел напротив меня. -Несси... - начал он. И тут же замолчал, тяжело вздохнув. Он откинулся на спинку дивана и опустил взгляд. -Что такое, Алекс? - сказала я, с лживым сочувствием глядя на него. Нотки язвы проскакивали в моих словах. Я хотела, чтобы он произнес это вслух, глядя мне в глаза. Я была уверена, что выдержу все то, что он скажет, а затем просто драматично уйду, послав его к черту. -Несси, дело в том, что когда мы отмечали Новый год... Ну там была одна девочка, ты ее не знаешь... Он запнулся и снова вздохнул. -Что, Алекс? - уже с напряжением в голосе сказала я. Сердце начало биться быстрее. -Скажи честно, тебе же Мэри рассказала? - резко спросил он, немного даже весело, с глупой улыбкой одним уголком губ, смотря мне в глаза. -Нет... - тихо ответила я, не отводя от него взгляд. -Ну Мэри... Кремень! - посмеялся Алекс. Он снова отвел взгляд и смотрел куда-то вбок, выбирая слова. Ему с трудом это удавалось. -Что она должна была сказать мне, Алекс? - уже требовательнее сказала ему я. Алекс взял меня за руки и посмотрел мне в глаза. -Несси, вышло так, что я был в комнате, ну я пьяный был... Его лицо не выражало сожаление. Мне казалось, что ему нравилось то, о чем он говорит. Нравилось, но было стыдно говорить это мне. -Она зашла ко мне в комнату... Он замолк. Снова тяжело вздохнул. На моих глазах навернулись слезы. Картинка сама выстроилась в моей голове. Алекс смотрел куда-то вниз, в стол, потому не видел этого. В то время как мои руки задрожали, мне стало дурно. Я думала, что если я знаю о произошедшем, то мне будет все равно, когда я услышу это от Алекса, но я ошиблась. Я как впервые испытала эмоции от его измены. -Она подошла ко мне, и мы... Ну, Несси, мы... Мне стало нехорошо. Мне стало ОЧЕНЬ нехорошо, я захотела выйти, уйти далеко, я хотела чтобы все это прекратилось, это было больно и тяжело. Я вскочила из-за стола. По щекам потекли слезы. Алекс поднял на меня глаза и его выражение тотчас изменилось. -Стой, Несс... Я слабо слышала его - в ушах звенело. Я выбежала из бара и направилась в сторону дома. Дышать стало тяжело, мне хотелось рыдать и кричать от того, что я почувствовала. Услышать от него лично оказалось невероятно тяжело для восприятия. Алекс догнал меня и попытался остановить, но я выдернула его руку. -ОТВАЛИ, АЛЕКС! - крикнула ему я, пытаясь пройти, но он преградил мне путь. -Несси, мне жаль, - сказал он, пытаясь посмотреть мне в лицо, но я отворачивалась, - Выслушай меня, прошу. Я отвернулась и поджала губы, закрыв лицо руками. Я посмотрела наверх и всеми легкими втянула воздух, пытаясь успокоиться. Когда я повернулась к нему мои глаза уже не блестели от слез. -Хорошо, Алекс, - ответила я. В голове был вихрь, я слабо помню, как мы дошли до подъезда Мэри. Я села на скамейку. -Я хочу знать все: как это произошло? - спросила я, подняв на него глаза. -Ну... Сначала там был я и Стэн... А потом Стэн ушел, а Анила пришла ко мне. Я сделала глубокий вдох. Внутри меня натягивалась нить, которая была готова лопнуть. -Мы с ней оказались вдвоем в комнате. Честно сказать, я был трезвый. Я залез ей под кофту, приобнял, она начала лезть ко мне... Он смотрел куда-то в окно, будто рассказывал параграф или стихотворение. -А ты? Что ты сделал потом? - тихо спросила я, боясь выдать дрожь в голосе. Алекс кинул на меня быстрый взгляд и снова отвел от меня глаза. Я смотрела на него, не отрываясь. Я пыталась уловить хоть одну эмоцию сожаления на его лице, и не смогла. Он равнодушно говорил об этом, я бы даже сказала с неким энтузиазмом, будто гордился этим. -Я не сопротивлялся. Я отпустила взгляд и смотрела сквозь Алекса. Ком подступил к моему горлу, еще немного, и у меня началась бы истерика. Я держалась изо всех сил, но чем больше он говорил, тем быстрее я теряла контроль. -Она шептала мне, что у меня девушка есть, а у нее парень, - ухмыльнулся он, - Ну она меня просто через кофту кусала да и все. Это было последней каплей. "Просто кусала". Его слова эхом отдавались сквозь пелену в ушах, мне казалось, что земля под ногами поплыла куда-то в сторону, по телу пробежал мороз. Я встала и посмотрела на него. Слезы с новой силой хлынули из моих глаз. Алекс замолчал, он просто смотрел на меня, наблюдая за тем, что будет дальше. Он смотрел на меня, как испуганный ребенок на воспитательницу. Я подняла руку, чтобы ударить Алекса, но духу мне не хватило, поэтому я просто прошла мимо него и забежала в подъезд. Я пробежала пару пролетов и услышала, как Алекс ударил ногой дверь с матерным криком. Позже он, видимо, ударил качели. "Что тебя так разозлило, Алекс? Что она просто кусала тебя через кофту, а не целовала?" Я поняла, что силы покинули меня - на втором пролете я остановилась и просто осела по стене на пол, закрыв лицо руками. Я начала реветь, просто сидеть на полу и реветь. Я уткнулась головой в колени. Я не могла встать, я не могла что-то сказать, не могла пойти домой или хотя бы остановиться плакать, моя душа ныла и болела. Я чувствовала себя преданной, болезненно преданной, а не обиженной. Я не знаю, сколько я сидела в подъезде, но, поднявшись домой и увидев Мэри, меня снова накрыло огромной волной. Я пересказала ей все, что сказал мне Алекс, сидя на коленях в ванной. Мэри возненавидела его. _____________________ Звали ее Анила. Ей было 18. Она была 5 спичкой - спичкой, которая погасла почти в ту же секунду, когда и вспыхнула.