Всегда ли побеждает любовь?

      «Что я здесь делаю? – спросила себя Медузия, оглядываясь по сторонам. Вокруг какой-то пыльный незнакомый чердак. – Почему я не помню, как сюда попала?». Внезапно послышался топот маленьких ножек и детский смех, уже спустя несколько секунд превратившийся в тихие всхлипы.       – Мама, мне страшно, – громко сказала маленькая девочка. – Ты где? Не бросай меня.       – София? – растерянно пробормотала преподавательница нежитеведения, заметив, что ее живот плоский, как и до беременности.       – Мама, помоги, – снова раздался детский голос откуда-то из-за сзади. – А папа где?       Повернув за угол, Горгонова увидела маленькую девочку, стоявшую в нескольких шагах от нее. Теперь она не сомневалась, что видит свою дочку. На вид девочке было лет пять, не больше. Красивые медные локоны обрамляли ее маленькое личико, на котором виднелись дорожки от слез.       – Мама, пожалуйста, не бросай меня, – прорезал тишину тоненький голос.       Сделав пару шагов к девочке, Медузия ощутила некую невидимую преграду, отделявшую ее от дочери. Пытаясь пробраться сквозь нее, волшебница почувствовала невероятную боль внутри себя.       – Мама, я боюсь, – сказала девочка, вытирая маленькими ладошками слезы с лица. – Не оставляй меня одну.       – София… – тихо произнесла женщина, всеми силами пытаясь пройти через преграду. Однако новая вспышка боли не дала ей этого сделать. Ее дочь была так близко и в то же время так далеко. – Сарданапал, помоги, где же ты?       – Меди, я не могу помочь, – раздался голос академика где-то совсем близко. – Меня вызывают в Магщество, у нас снова хотят отобрать Тибидохс, я нужен там.       – Мама, папа… – Горгонова увидела, как за преградой ее дочь отдаляется от нее, а она ничем не может помочь.       – Нет, София, нет! – закричала Медузия, в глубине души осознавая, что она больше никогда не увидит своего ребенка.       – Меди, ты так кричала, – Черноморов обеспокоенно взглянул на свою жену. – Все в порядке?       – Приснился страшный сон, – ответила Медузия, в глазах которой отражался испуг.       – Выпей воды, ты вся дрожишь, – Сарданапал протянул стакан воды и аккуратно взял ее за руку. – Тебе нельзя сейчас волноваться.       Горгонова отпила из стакана прозрачную жидкость, а затем поставила его на прикроватную тумбочку.       – Я так испугалась… – тихо произнесла она. – Во сне тебя не было рядом…       – Иди ко мне, – прошептал Черноморов, принимая ее в свои объятия. Медузия положила голову ему на плечо, а его сильные руки осторожно легли на ее живот. – Меди, я здесь, я с тобой. Так будет всегда, обещаю. Расскажи, что тебе приснилось.       – Я видела нашу дочь, где-то в возрасте пяти лет, – начала рассказывать Горгонова. – Между мной и ней была какая-то преграда, она просила не бросать ее, но я не смогла к ней подойти. Было очень больно. Тебя не было рядом. А перед тем, как я проснулась, увидела, что наша девочка отдаляется от меня. Было предчувствие, что я ее больше никогда не увижу.       – Это всего лишь сон, Меди, – произнес Сарданапал, целуя ее в висок. – Я уверен, с нашей малышкой все будет хорошо. Вот увидишь, совсем скоро она родится. Я буду делать все, чтобы стать самым лучшем отцом на свете. Представляешь, мы будем вместе учить ее магии. Как это здорово. А летом мы будем втроем путешествовать по миру, пока у школьников будут каникулы.       – Звучит прекрасно, – улыбаясь, сказала Медузия, однако ее не отпускало какое-то неприятное чувство. Словно она знала, что всего этого никогда не будет.       – Давай ты завтра сходишь к Ягге, – предложил Черноморов, почувствовав состояние своей любимой. – Пусть она тебя посмотрит, чтобы ты убедилась, что с ребенком все в порядке.       – Хорошо, завтра прямо с утра и схожу, – произнесла Горгонова, переплетая свои пальцы с пальцами Сарданапала.