Последний дракон

— Вы сказали, что эта женщина помогла вашему отцу, — вспоминает Кита, следуя за принцем. — Что именно она сделала? К старухе Бахит они решают отправиться на следующий же день, вот только принц предупреждает, что путь предстоит не самый короткий. Пусть она и живёт в соседней деревушке, от столицы её отделяет несколько часов пути. Так что по приказу принца карету запрягают с самого утра. Генерал ехать так и не решается, но отправляет вместо себя нескольких солдат в качестве стражей. Их компания нравится Ките куда больше, по крайней мере, они просто молчат и никак не комментируют любое действие и слово, сказанное им. — О, это давняя история, — принц Линнет качает головой, протягивая Ките руку, чтобы помочь ему подняться в карету. Кита немного мешкает. С одной стороны, он и сам может прекрасно подняться, с другой — отвергать вежливый жест принца — не очень красиво. Проведя в раздумьях всего мгновение, Кита всё же решается позволить принцу помочь себе, и вкладывает ладонь в протянутую руку, после чего ловко взбирается по ступеням и в какой-то момент обращает внимание, что на козлах сидит не привычный ему Лира, а какой-то другой кучер. Весьма вероятно, мальчишку просто решили не отпускать к старой ведьме. — Насколько давняя? — уточняет Кита, устраиваясь рядом с принцем. Напротив них садится и стража. — Это были времена, когда моя мама ещё была жива, — принц Линнет печально улыбается. — А меня ещё и на свете не было. На королевство опустились небывалые холода, урожай гиб, люди замерзали, кто-то поговаривал, что это проклятие с хребта спускается, а кто-то, что происки оруанского короля. В те времена мой отец случайно в метель набрёл на дом Бахит, тогда она уже была пожилой женщиной, так что отец предположил, что ей может понадобиться помощь. Он лично наколол ей дров, сходил к источнику за чистой водой, но как оказалось, старуха ни в чём и не нуждалась и почему-то сама предложила помощь. Карета трогается с места и потихоньку отъезжает от леса в обратную сторону. Им предстоит проехать через город, насколько знает Кита, а потом выехать в поля. Так пояснил ему принц Линнет. — С наступившими холодами? Разве старой ведьме под силу справиться со стихией? — удивляется Кита. Он привык, что законы природы — нерушимы, и никто не смеет вмешиваться в то, что она создаёт. Если природа хочет, чтобы была метель и холод, значит, так тому и быть. Если солнце выжигает землю — придётся смириться. — Отец тоже сначала не поверил, но разве он мог не согласиться? В конце концов, он ничего не терял. Да и война с Оруа ещё не была закончена, а в таких условиях армия гибла не от рук врага, а от голода и холода. В общем, он согласился, взамен пообещав, что всегда будет ей должен, и сделает всё, о чём старуха попросит. Она попросила лишь о том, что потом ей позволят собирать лекарственные травы, выращиваемые для королевского замка. А на следующий день наступила настоящая весна, на которую уже никто и не надеялся. — Насколько же она могущественная? — бормочет Кита себе под нос, качая головой. — За один день заставить лютую зиму смениться на весну, что она для этого сделала и сколько отдала? — Отдала? — удивлённо переспрашивает принц Линнет. — Магия ведьм заключается в том, что они всегда должны что-то отдать, чтобы получить что-то взамен. Что же отдала старуха Бахит? — объясняет Кита. — Я, если честно, не то чтобы разбираюсь в ведьминском колдовстве, но не раз видел, довольно мрачные поступки, которые они сотворяли. Принц Линнет немного озадаченно пожимает плечами. — Изучение любого тёмного колдовства запрещено в Вайноне, и Бахит — единственная, кто обладает подобной привилегией, — качает он головой. — Если бы я хоть что-то знал о подобном, возможно, было бы куда проще. — Вы не подумайте, — Кита машет рукой. — Я просто высказал предположение. Кто знает, что изменилось за тысячу лет. Магия изменчива точно так же, как изменчивы люди. Через какое-то время карета въезжает в уже проснувшийся город. Кита не успел позавтракать, так что теперь на всевозможные запахи, витающие в воздухе, желудок отзывается голодным урчанием. Со вчерашнего вечера он так и не поел. Сначала слишком переживал из-за произошедшего в лесу, потом, как ни странно, уснул крепчайшим сном до самого утра. Но просить принца остановить карету, чтобы зайти в какую-нибудь лавку, Кита не собирается. В конце концов, монеток у него не так много, и тратить их на еду он не хочет. Даже если булочка с вишней в мыслях выглядит очень привлекательно, и от одной мысли о ней рот наполняется слюной. Спустя какое-то время торговые ряды всё же пропадают из поля зрения, сменяясь домами местных жителей. Кита с любопытством смотрит в окошко, подмечая, что домики пусть и небольшие, но выглядят они очень красиво и ухоженно. Похоже, что каждый хозяин следит, чтобы на окне всегда стояли цветы, а крыльцо устилал ковер, чтобы гости понимали, что им тут рады. Конечно, дома обычных людей не идут ни в какое сравнение с тем же домом семьи Амелотт, где Ките повезло побывать, но, тем не менее, и они выглядят достаточно гостеприимно. Чуть позже начинаются пастбища, которые Кита разглядывает с неменьшим любопытством. — Мы сейчас выехали из города, — поясняет принц Линнет. — И направляемся в сторону озера Слепой Девы. Это самое большое озеро во всём королевстве, вот на другом его берегу и располагается деревня, которая нам нужна. Стоит им выехать из города, как поднимается ветер. Леса остаются позади, но даже те редкие деревья, которые им встречаются, покачиваются, словно лёгкие травинки. Кита даже рад, что не надел своё церемониальное одеяние, а сделал выбор в пользу того, что ему недавно сшили. Оно куда менее летящее и не надуется, будто простынь на ветру. — Лишь бы снова ветер дождь не нагнал, — качает головой принц, но Кита думает, что его опасения так и останутся просто опасениями. Сильный ветер гоняет по небу лишь безобидные белоснежные облака, то скрывая утреннее солнце, то снова позволяя ему осветить землю и немного прогреть её несмелыми лучами. В такую погоду Кита всё же немного расслабляется, потому что мрачные мысли отступают, словно ветер тоже уносит их прочь. Он чуть улыбается, глядя в окошко. Ему всегда нравились пейзажи родной земли, и когда он спускался с хребта раньше, то очень любил гулять здесь. Правда, раньше эта территория была не тронута человеком, да и никакого большого озера Кита не помнит, лишь маленькие озёрца, разбросанные повсюду. — Какое ваше любимое время года, принц? — с любопытством интересуется Кита. — Когда вам погода здесь нравится больше всего? Принц ничуть не раздумывает перед ответом: — Я люблю лето. Но в этом году оно холодное и тёмное, это немного грустно. Хотя, меня всё-равно радует окружающая зелень, да и моя сестра занимается своим садом, и каким-то чудом у неё там выживают все цветы. Так что я люблю иногда туда приходить. Вы, к слову, тоже можете попросить у принцессы Далии разрешение посещать иногда её садик, не думаю, что она будет против. Наши моряки иногда привозят ей из других королевств такие невиданные сорта цветов, которые здесь никогда не росли. Кита, до этого задумавшийся о том, что Далия в его глазах с каждым разом всё больше подтверждает статус цветочной принцессы, вдруг спотыкается о незнакомое слово. — Моряк? Это от слова море? — переспрашивает он. — И что за другие королевства? Я думал, вы с Оруа не в очень хороших отношениях. Принца Линнета чужое замешательство удивляет не меньше. Двое стражников поджимают губы, кажется, сдерживая смех, но стоит ему грозно на них взглянуть, как их лица вновь становятся спокойными. Кита замечает их реакцию, но реагирует сдержанно — да, он многого не знает, но и родился он совершенно в другом мире. И у этих двух миров пусть и много общего, различий тоже предостаточно. Так что глупо над ним потешаться. — Моряки — люди, которые плавают по морю на кораблях и занимаются торгуют. Так мы получаем какие-то вещи, которые у нас не достать. Например, некоторые фрукты, вещи, драгоценности. Потому они у нас и стоят так дорого, потому что сюда, на остров, их ещё нужно доставить. А это всегда очень дальние и долгие плавания. А море не всегда благосклонно к плавающим в нём кораблям. — А корабли — это что? — тихо уточняет Кита. — Это какие-то лодки, да? В моё время люди не могли плавать на них к другим островам. Море же волнами может просто перевернуть тебя. — Ох, корабль просто так не перевернёшь, — принц качает головой. — Надо будет как-нибудь показать вам Окскхав, это наш город рядом с морем. Кита не удерживается — отвлекается от созерцания пейзажей и заваливает принца вопросами. И про Окскхав, и про другие королевства, что располагаются на дальних островах, и про корабли, загораясь идеей посмотреть на них вживую. Принц говорит, что их размеры могут сравниться с размерами настоящего дракона — и Ките даже становится смешно из-за удачного сравнения. Останавливается он лишь когда его внимание привлекают отблески солнца на стекле — Кита вновь выглядывает в окно и замечает раскинувшееся впереди озеро. Солнце посылает блики по воде глубокого синего цвета, отчего Ките кажется, будто бы вся поверхность озера усыпана драгоценными камнями. — Это и есть то озеро Слепой Девы? — спрашивает Кита. — Оно и правда большое, но я помню эти места, откуда оно тут взялось? — На этот вопрос я точно не отвечу, — разводит руками принц. — Но я точно знаю, почему оно так называется. — Там утопили юную слепую деву? — Кита расплывается в улыбке, поворачиваясь к принцу. Тот секунду мешкает, но потом он догадывается, о чём ему говорят, и тоже улыбается. — А вы считаете, что все озёра называют в честь утопленников? — А разве нет? У нас всегда именно так и было, — пожимает Кита плечами. — Скоро мы приедем? Он ведёт себя немного как ребёнок из чистейшего любопытства, порождаемого новым и неизведанным, и лишь надеется, что принц не слишком устанет от его общества за целый день. Пейзаж вокруг резко меняется, когда карета переезжает через мост, перекинутый через реку, и оказывается в деревне. Принц Линнет озирается вокруг и кивает. — Да, немного осталось. Старуха Бахит живёт в самом конце деревни, на отшибе, потому что никто не хочет селиться рядом с ней. Кита хмыкает и бормочет себе под нос: — Да уж, если бы меня грозились превратить в болотную тину, я бы тоже не стал жить рядом с этим человеком, вне зависимости от того, колдун это, ведьма или обычный человек. Линнет сдержанно улыбается в ответ. Деревню они минуют достаточно быстро. Она напоминает Ките то, к чему он привык — одноэтажные деревянные домики из дерева, ничем не украшенные, самые обыкновенные и даже без цветов на окнах. Местные жители, которые уже вовсю работают, удивлённо застывают и смотрят вслед королевской карете, думая о том, что вообще мог здесь забыть принц. Но потом по направлению кареты всё понимают — и их любопытство становится сильнее. — А слухи не пойдут? — обеспокоенно интересуется Кита, прекрасно понимая, что люди слишком любят болтать, и на них даже нельзя из-за этого злиться. Похоже, принца и самого беспокоит этот вопрос, потому что он, внезапно мрачнея, тоже выглядывает в окно и разглядывает заволновавшихся людей. — Дело в том, — тихо начинает он, — что из-за последних событий слухи уже идут дальше, чем хотелось бы. Сейчас своими действиями мы только их подтвердим, но я надеюсь, что это немного напугает людей, и они не станут лишний раз ходить или ездить опасной дорогой. Мы уже поставили у всех выездов из города стражу, но ведь кто захочет рискнуть жизнью, тот всё равно сделает это. Это большая проблема. Как бы ни хотелось уберечь всех… Принц не заканчивает, потому что карета, ощутимо подпрыгнув на одной из кочек, вдруг резко останавливается. Выждав несколько секунд, Кита открывает дверь и выглядывает наружу. У него появляется странное предчувствие, и оно очень быстро оправдывается, когда он замечает, как странно покосилось одно из резных колёс кареты. — Господин Бэй, мы не сможем ехать дальше! — сообщает кучер, спрыгивая с козлов. Кита выпархивает на улицу, и его тут же едва не сшибает сильным порывом ветра, который заставляет волосы в беспорядочном хаосе лезть в лицо, и треплет светло-зелёную накидку. Не будь Кита драконом, тут же продрог бы, а так он лишь убирает волосы с лица, несколько раз раздражённо фыркнув. — В чём дело? — принц спускается следом за ним и обеспокоенно смотрит на колесо. — Вот как. В таком случае, дальше придётся идти пешком. Кто-то из местных жителей тут же подбегает к ним, предлагая свою помощь. Молодой паренёк осматривает колесо и качает головой. — Тут менять надо, господин Бэй! Я спрошу у нашего кузнеца, сможет ли он сделать такое колесо как можно быстрее, но вот мой вам совет: это был знак. Вы ведь к ведьме этой старой направлялись, верно? Женщина, стоящая рядом, одёргивает паренька: — Лукас, помолчи, уж не тебе давать советы господину Бэю. Не слушайте его, господин. Лукас вырос без матери, некому было научить его манерам. Кита замечает, как меняется в этот момент взгляд принца — с вопросительного на немного сожалеющий. А вот Лукаса подобное заявление возмущает до глубины души. Он вскакивает на ноги и взмахивает руками: — Зато я с мечом управляться умею, в отличие от многих из вас! — заявляет он достаточно громко, чтобы окружающие люди начали неодобрительно поглядывать в его сторону. — Кто вас ещё защитит, если эта ведьма что-то с вами сделать решит, а? Кита удивлённо вскидывает брови. Пыл этого молодого человека, несомненно, можно направить в нужное русло, вот только неужели он думает, что может противостоять ведьме? О том же, похоже, размышляет и принц Линнет. Он скрещивает руки на груди и качает головой. — Против ведьмы — да с мечом? Это признак глупости, а не отваги. Да и к тому же, что хорошего во владении мечом, если при этом у вас отсутствуют манеры? Спасибо за совет, и всё же, я осмелюсь к нему не прислушаться. Стража, один из вас останется здесь присматривать за каретой, второй пойдёт с нами. Осталось совсем немного. Домик Бахит находится вот за тем холмом. Сложив ладонь козырьком у лба, Кита смотрит туда, куда указывает принц. Расстояние до холма кажется довольно-таки приличным, и было бы неплохо, если бы они могли полететь, а не преодолевать его пешком. Тем более, что ветер становится всё сильнее, будто бы предупреждая их о чём-то. — Удачного вам и вашему спутнику пути! — женщина машет им рукой. — Но только будьте осторожны, правда, ветер в последнее время просто так не поднимается. Каждый раз он приносит беды всей нашей деревне! Кита на секунду замирает, чувствуя странный укол в сердце. Беспокойство накатывает на него морской волной, быстро и беспощадно. Ките нравится ветер, но в этих сильных порывах он и правда видит что-то недоброе. Спустя время, когда они чуть отходят от кареты, оставшейся на попечение одного из стражников, немного напряжённого кучера и целой взволнованной толпы, Кита решается на очередной, как ему кажется, глупый вопрос: — Господин Бэй, скажите, пожалуйста, всегда ли здесь было так ветрено? Сам Кита, пускай и бывал в этих краях, но зачастую попросту не обращал внимания на погоду, потому что в облике дракона даже самый сильный ветер на земле ему нипочём. Сейчас же он всем телом ощущает эти холодные порывы, от которых даже волосы за спиной развеваются, словно крылья, а идти становится несколько затруднительно. Принц Линнет кутается в плащ. Он — человек, и ему куда холоднее. — Недалеко от моря всегда дует ветер, с этим ничего не поделаешь. Но мне, как и всем, тоже кажется, что здесь что-то не так. Неужели Бахит нас пускать к себе не хочет? — принц Линнет щурит слезящиеся от ветра глаза. — Что же я удивляюсь, это похоже на неё. Кита зачем-то кивает, но в душе не соглашается с принцем. Всё-таки, дело тут далеко не в старой ведьме, не стала бы она тратить на такое силы понапрасну. Когда они спускаются с холма, ветер немного стихает, а перед глазами будто бы из ниоткуда появляется низкий ветхий домик, вокруг которого ровными рядами располагается огород. — Останьтесь здесь, дальше с нами идти не надо, — приказывает принц стражу, и уже вдвоём с Китой они идут дальше. Домик выглядит настолько обычно и безобидно, что простой человек наверняка бы подумал, что здесь живёт совершенно обыкновенная старушка. Но потом Кита замечает пучок сухих трав, висящих у двери, странные символы, начертанные на крыльце, и понимает, что они на месте. Принц Линнет смело встаёт прямо на эти символы, отчего Кита на секунду пугается — и стучит в дверь. Сначала ничего не происходит. Даже чуткий драконий слух не улавливает никакого признака движения по ту сторону, а потом дверь внезапно распахивается — совершенно бесшумно, и Кита чувствует резкий удушливый запах трав и чего-то ещё, очень сладкого. Перед принцем Линнетом появляется низенькая старушка, ростом едва ли выше десятилетнего ребёнка, с лицом сморщенным, словно гнилое яблоко. Она поднимает полузакрытые глаза на принца, и тогда Кита слышит её голос — словно кто-то царапает гвоздём по ржавому металлу: — Так и знала, что снова ты пожаловал, — судя по всему, старуха Бахит не очень довольна таким визитом. Она поправляет платок на голове и сплёвывает через плечо. — Каждый раз, когда ваша семья объявляется тут, случается что-то плохое. Принц Линнет на подобные причитания совершенно не реагирует. Совсем наоборот, он отвечает весьма учтиво, в своей манере: — Добрый день, госпожа Бахит. Вы совершенно правы, пожаловали мы сюда из-за надвигающейся беды. Позвольте, я расскажу вам, в чём дело. Едва принцу стоит заговорить, старуха вдруг перестаёт обращать на него какое-либо внимание. Её взгляд устремляется прямо к Ките, и она тянет к нему крючковатый палец с длинным ногтем. — Он — не причина этой беды, а последствие, Линнет. Не слушай никого, кто будет говорить обратное. Кита от неожиданности отходит на шаг назад. О чём это говорит ведьма? Она что-то знает? Принц же хмурится, скрещивая руки на груди. — Я и не собирался, госпожа. Пусть этот юноша и не помнит ничего о своём прошлом, я не собирался относиться к нему, как к врагу. В ответ старуха лишь смеётся так, что у Киты по коже бегут мурашки. — Юноша? Ты же знаешь уже, кто он, Линнет. Он только выглядит юным, — Бахит спускается с крыльца, подобрав полы старого платья, и подходит к Ките поближе, будто желая как следует рассмотреть его. — Сотни лет ничего о драконах не слыхала. Какое интересное существо, совершенно чистое сердце и никаких дурных помыслов, только вот… Прищурившись, ведьма вглядывается в его глаза. Ките в этот момент остаётся лишь стоять и не шевелиться, потому что одно присутствие старухи так близко заставляет застыть, словно статую. — Только вот? — обеспокоенно напоминает принц спустя некоторое время. — О чём вы, госпожа Бахит? Та разворачивается к Ките спиной и, прихрамывая, направляется обратно в дом. — Если желаете, можете зайти, только предупреждаю, не всем у меня нравится. Отодвинув в сторону грязную занавеску, прикрывающую вход в дом, Бахит пропускает их внутрь. Первым заходит принц Линнет, Кита же немного медлит. Стоит ему переступить порог, как в нос ещё сильнее бросается удушливый запах трав. Кита такие резкие запахи не любит, из-за слишком чувствительного нюха ему хочется чихать, а глаза быстро начинают слезиться. Впрочем, смесь запахов — не единственная неприятность, с которой он сталкивается в чужом доме. Едва его ноги становятся на пыльные скрипучие доски, из темноты в глубине раздаётся раздражённое мяуканье. Через секунду в углу загораются два зелёных глаза и угрожающе уставляются прямо на Киту. — Не любят тебя коты, да? — усмехается Бахит. — А ну брысь отсюда, не пугай мне гостей. Кот, чёрный, словно уголь из печи, в несколько прыжков преодолевает расстояние от угла до двери, и напоследок на секунду замирает возле Киты, чтобы злобно на него зашипеть. Кита осторожно делает шаг в сторону и испытывает острое желание сделать так же в ответ. Впрочем, принц Линнет вряд ли оценит подобное поведение. — У нас с ними взаимная неприязнь, — признаётся Кита и вздыхает. Возможно, он попытался бы их полюбить, если бы каждый раз они не реагировали на него столь агрессивно. Старуха Бахит тем временем разгребает хлам и хлопает принца Линнета по рукам, когда тот тянется ей помочь. Она не позволяет ему даже принести табуретки, чтобы им было куда сесть, и делает это самостоятельно. — Можете считать меня негостеприимной, но чай предлагать вам не буду. Рассказывайте быстрее, что хотели, и уходите. Кита переглядывается с принцем, и тот решает начать с истории про служанку Мэю. Как ни странно, Бахит слушает их без особого удивления и будто бы краем уха, вместе с этим помешивая на печи какой-то странный отвар. Когда же рассказ доходит до недавних событий, и принц Линнет просит Киту рассказать о них более подробно, тот вдруг чувствует, как ему становится дурно. Он с неохотой вспоминает о том, что произошло вчера, и выпускает из своего рассказа некоторые подробности, о которых не знает и принц — вот только от старой ведьмы, похоже, его обман не укрывается. — И это всё? — выжидающе спрашивает она. Её взгляд в этот момент прожигает Киту до странного головокружения. — Я не смогу вам помочь, если не буду знать всего. Кита откашливается и всё же добавляет: — Изначально вчера я направлялся в сторону хребта. Думал, что моя истинная форма поможет мне справиться с проклятьем, о котором все говорили, но я и близко не успел подлететь, как почувствовал что-то странное, — Кита опускает голову. Запах трав душит его, будто хватает за горло и сжимает длинные пальцы, похожие на ветви. Он не хочет говорить об этом, боится, что если кто-то узнает о подробностях, о том, что он увидел там, недалеко от хребта, то все сочтут его монстром, сбежавшим от собственного прошлого. Но отчего-то слова сами слетают с губ. — Я увидел странные образы, такие жуткие и безысходные, начал слышать чьи-то голоса. Я очень испугался и еле улетел оттуда. А это ведь мой родной дом. Бахит щёлкает пальцами по котелку на печи и качает головой. — Сунуться на проклятые земли — всё равно что разворошить улей, — сообщает она. — Если это всё — проклятие с хребта, то сейчас эти гады отовсюду полезут. Линнет, я советую тебе держать своего дракона в узде, эти существа слишком любопытные и своенравные, редко прислушиваются к чьим-то советам. Проблем из-за этого потом не оберёшься. Сущности эти, конечно, и без него повыползали бы, но кто знает, что будет дальше? Пока я буду думать над тем, что делать, не натвори ещё больше дел, дракон. Поумерь своё любопытство хотя бы на время. Кита сжимает ткань одеяния на коленях и понимает, что если сейчас же не выйдет на улицу, то его либо стошнит, либо он потеряет сознание. Вскочив с места, он быстрой птицей вылетает на улицу и вдыхает свежий воздух полной грудью. Туман в голове рассеивается не сразу, и головокружение заставляет Киту опуститься на старый пень возле одной из грядок. В голове вертятся мысли о том, что надо будет объясниться перед принцем, когда тот выйдет, но принц, как ни странно, не спешит за ним. Это и успокаивает, и вселяет страх одновременно. Глубоко вздыхая, Кита поглядывает в сторону темнеющего дверного проёма и не понимает, что на него нашло. Почему ему внезапно стало так плохо? Неужели это от одного только запаха трав, или же это ведьмины проделки, чтобы заставить его проболтаться о том, о чём ему говорить совершенно не хотелось. Он сглатывает застрявший в горле ком и поднимает взгляд к небу. Ветер гонит по нему пушистые облака, которые то скрывают за собой дневное солнце, то вновь позволяют ему греть землю, заставляя Киту щуриться. Он не сразу понимает, что всё его тело сотрясает нервная дрожь. В голове он вновь и вновь прокручивает сказанное парой минут ранее и внезапно пугается — а вдруг принц сочтёт его не просто монстром, а сумасшедшим? Вдруг решит, что он опасен для королевства? Что тогда делать ему, Ките? А в действительности, будет ли он неправ? Испытывая острое желание сбежать поскорее куда-нибудь в лес, лишь бы никто и никогда больше его не увидел, Кита поднимается на ноги и в панике озирается по сторонам. Куда ему лучше бежать? Может, лучше бежать к морю? Улететь далеко-далеко, где его никто не знает и никогда не найдёт, в место, где не будет людей, которым он мог бы навредить. По крайней мере, подобный поступок кажется ему наиболее подходящим сейчас. Кита и сам не знает, что с ним происходит, как он может быть уверен в том, что он не причинит никому вреда? Он уже готов обратиться, даже несмотря на то, что церемониальное одеяние сейчас не на нём, когда вдруг за спиной раздаётся взволнованный возглас: — Кита! Постойте! Кита застывает на месте и медленно поворачивает голову в сторону принца. — Не подходите, — против воли вырывается у него. — Принц, господин Бэй, простите меня. — Кита, вы чего? — принц застывает на крыльце, и где-то за его спиной маячит старуха. Кита вновь чувствует удушающий сладковатый запах, и морщится в отвращении. — Простите, что я кое-что скрыл от вас. Но мне кажется, что я опасен. Я очень хочу защитить вас, но не понимаю, от кого мне надо вас защищать, от злых сил, или от себя самого. Я не помню своего прошлого, но мне кажется, что я сотворил много ужасных вещей. Нет, не кажется, — Кита запинается и обхватывает себя руками, пытаясь унять дрожь. — Я уверен в этом. Принц Линнет, меня наказали не просто так, вы должны понимать это. Кита очень хочет замолкнуть, но слова льются и льются из него, приводя принца всё в большее недоумение, пока, наконец, он не подходит ближе и не хватает Киту за плечи, пытаясь привести в чувства. — Кита, — его голос звучит чуть более жёстко и грубо, чем обычно, но всё же заставляет затихнуть и широко распахнуть глаза. — Никто в королевстве, в том числе я, не знает о том, кто вы такой на самом деле, мы не знаем ничего о вашем прошлом и о том, есть ли в вас какая-то угроза или нет, но послушайте меня, пожалуйста. Всё, что я сейчас вижу — это то, что вы напуганы и потеряны, вы остались совершенно одни в чужом для вас мире. Будь я на вашем месте, я бы вообще ничего и никому не рассказывал, сбежал бы в лес и спрятался ото всех. Так что я восхищён вашей смелостью и умением доверять людям. Кита всё-таки унимает дрожь в теле, но не может перестать смотреть на принца, вглядываясь в его голубые, как ясное небо, глаза. — Что же насчёт вашего прошлого, которое вы не помните, — продолжает принц Линнет. — С этим мы разберёмся вместе. Но давайте тогда договоримся с вами, что вы будете мне рассказывать абсолютно обо всём. В ответ же я не буду вас ни в чём винить и буду стараться помочь. Словно зачарованный, Кита кивает. Ветер в душе стихает, уступая место почти безмятежному штилю. Вот и в небо уже не хочется рваться так сильно. — Почему вы такой? — тихо бормочет он и опускает взгляд. Принц Линнет отпускает его и, заведя руки за спину, отходит на пару шагов. — Если уж госпожа Бахит сказала, что вы не причина, вы последствие, то и я буду верить, что если с вами и произошло что-то страшное в прошлом, то вы никак в этом не виноваты. Старуха Бахит, стоящая позади, хмыкает и выходит вперёд, а потом взмахивает костлявой рукой. Удушающий запах в этот момент рассеивается, и головокружение с тошнотой уходят. Где-то на фруктовых деревьях заводят свою песню птицы. — Вот, так-то лучше. Негоже дракону иметь тайны от своего хозяина, — говорит ведьма. — Потом ещё спасибо скажешь, дракон по имени Кита. Вас с Линнетом теперь связывает слишком многое. А теперь, детишки, возвращайтесь в хижину, и давайте же поговорим уже нормально о том, что происходит в Вайноне. Эта беда и меня беспокоит, всё-таки, мне не так долго осталось, так что помогу хоть как-то перед тем, как сгинуть. Кита прячет лицо в ладонях. Какой же ужас, так это ведьма заставила его проболтаться? На что же она ещё способна?