Не жаль

Не обошлось. Пока Юна прыгала по квартире и «билась в истерике», её телефон разрывался от сообщений и звонков отца. Черён сидела всё за тем же столом и смотрела в одну точку, сбрасывая абсолютно каждый вызов. Юна была настолько расстроена, что сразу после обнаружения файла, со всей дури стукнулась лбом о стол, заставив подругу подскочить с места от неожиданности. — Я слишком молода, чтобы умирать! — кричала Юна, топая ногами. — Рюджин-а, как ты посмела так меня подвестиии, — Черён не понимала, почему всё в один момент испортилось. Они же провернули всё идеально? Прибрали кабинет, подготовили квартиру к приходу мистера Шин… Да, похоже, всё реально было круто, однако, эта ситуация с документом всё разрушила. — Спокойно, умрём вместе, если это потребуется,— Юна, услышав это, уселась на своё место, обхватила голову руками и уткнулась лицом в деревянную поверхность. — Если потребуется? Черён, мне ещё жить и жить, ты-то старая уже, — рыжеволосая возмутилась. — Ээ, не делай из меня старуху, я не на много старше тебя! — Юна продолжила свой депрессивный скулёж, бродя туда-сюда по всему помещению. В такие моменты её невозможно было заткнуть, она в прямом смысле стала вспоминать свои самые-самые годы жизни. Рассказала о путешествиях по странам с ещё полной семьёй, о своих прошлых питомцах, о первых днях в школе, о хороших когда-то отношениях отцом, а также о первой встречи с самой Черён. Девушка внимательно слушала пепельноволосую, качая головой, если та что-то не так формулировала или забывала что-то важное сказать. В один момент Юна заткнулась, села спиной к углу и стала покачиваться из стороны в сторону, подпевая мелодии, которая стояла на звонке. Черён надоело за этим наблюдать, она схватила телефон младшей, разблокировала его и начала что-то печатать. Юна моментально прилетела к ней и встала рядом. Рыжеволосая на все сообщения ответила лишь одной фразой, «Хорошо, пап, я всё поняла, уже собираюсь домой». Спустя какое-то время, Юна уже медленно плелась к своему дому, слушая успокаивающий голос Черён в телефоне. Девушка поднялась на свой этаж и начала искать ключи. Она обнаружила, что дверь не заперта, и потянувшись к ручке, прокрутила последние запомнившиеся слова подруги в голове, «Веди себя естественно, непринуждённо, даже если он сразу начнёт задавать вопросы о пропаже документов. Если не сработает, признайся во всём, я думаю, он поймёт». Юна шумно выдохнула, и прикрыв глаза, распахнула дверь. Всё также не открывая глаз, она шагнула в прихожую и резко посмотрела куда-то перед собой. Девушка вскрикнула, в нескольких сантиметрах от неё стоял отец. Оказывается, он всё это время был тут и ожидал, пока дочь соберётся с мыслями и зайдёт в квартиру. Мистер Шин закрыл дверь за спиной Юны, пока та вся бледная стояла как столб. Он приобнял её за плечи и пригласил присесть за стол в своём кабинете. Ничего не оставалось, девушка покорно села напротив него и ждала начала разговора. — Шин Юна, мне кажется, я уже не раз говорил Вам, чтобы Вы предупреждали меня заранее, если хотите остаться у кого-то из своих друзей на ночь, — когда отец заговорил, пепельноволосая мысленно выдохнула с облегчением. Неужели он просто волновался за неё? Неужели реально обошлось? — В данном случае, мисс, Вам повезло, что я лично знаком с Черён и она произвела на меня приятое впечатление, я вижу, что она тебя очень любит и никогда не сможет подставить или допустить того, чтобы ты попала в беду, Черён действительно хороший друг. Но… я же просил, не смотря ни на что сообщать мне о Ваших внезапных ночёвках, даже если они у Черён дома, помните? — отец сидел напротив девушки, положив ногу на ногу. Знакомое положение рук в форме «домика», явно намекало на то, что он собирается услышать от дочери что-то помимо раскаяний. Юна сглотнула. Она не ожидала такого поворота. Что-то здесь не так. — Помню, пап, этого больше не повторится. Обещаю, что отныне буду тебя предупреждать обо всех своих похождениях по друзьям или знакомым, — как бы в доказательство своих слов, Юна проговорила это ещё раз, положив руку на сердце. — Рад слышать, — сказав это, мистер Шин сел спиной к дочери и что-то выискивал, Юна уже собиралась ускользнуть, как вдруг внезапно образовавшуюся тишину разрезал холодный голос мужчины. — Кстати, файлик мне верни, — это прозвучало даже угрожающе, но Юна ожидала, что так произойдёт. Отец всегда сначала расслаблял обстановку, а потом накалял её до невозможности. Так произошло и сейчас. Мистер Шин сурово посмотрел на неё, протягивая руку. Юна виновато опустила голову и достала из сумки разглаженный документ, она трясущимися руками протянула его отцу. Тот, не отводя взгляда от девушки, открыл один из ящиков и положил бумажки туда, а после, улыбаясь, пригласил уже почти полумёртвую Юну вновь сесть напротив себя. — Я знаю о запрете, — спокойно ответила она, усевшись обратно на кресло, рассматривая узоры на столе, изображая наплевательское отношение к наступающей беседе. — Ты его нарушила, — грозно проговорил мужчина. В подобные моменты они всё дальше отходили друг от друга, родственные связи от такого отношения отца к дочери разбивались в труху. Юна всегда была жертвой подобных издёвок, но только не сегодня. Девушка полностью повторила положение, в котором сидел мужчина и сделала насмешливое выражение лица. Отец нахмурился. — Да ну? Извините, господин, я такая невнимательная. А ведь я просто стараюсь ради школьного проекта, хотела помочь Черён достать нужную информацию о пациентах, чтобы мы могли продолжить работу, мне пришлось сделать это тайком, ведь ты всегда запрещаешь приближаться к ним даже на миллиметр, — мистер Шин хотел что-то сказать, но не успел. — Ой, как мне неловко, я ведь выбрала в качестве консультанта того самого учителя, с которым у тебя проблемы, папочка. Помнишь, ты пытался подкупить его, чтобы меня автоматом отпустили от написания экзамена? Как жаль, что не все выполняют свою работу только ради денег. Ты полностью испортил свои отношения с ним в тот день, к слову, экзамен я написала хорошо, а ты до последнего сомневался в моих силах. Думаю, будет очень тяжело поменять тему проекта, ведь тебя он ненавидит, а через меня или Черён не получится так как мы обе готовы работать с выбранной темой) — отец был в ярости, и ведь возразить не получится, Юна полностью права. Мужчина вздохнул, протирая глаза. — Что ты хочешь, — девушка победно хихикнула. — Начнём с того, что ты немедленно вернёшь мне эти бумажки, — Юна указала пальцем на ящик, куда отец убрал файл с информацией о Рюджин. — Потом, когда всё будет готово, ты должен пропустить меня во все нужные корпуса больницы БЕЗ сопровождающих и позволить мне позадавать вопросы пациентам. Желательно, чтобы ты также не указывал мне, кого можно спросить, а кого нет, мы с Черён и без тебя разберёмся, — пепельноволосая, довольная собой, говорила с отцом на равных, гипнотизируя его и вводя в транс, как это обычно делает он сам. — Она одна из тех, кого вы будете допрашивать?! — мужчина, неожиданно для Юны встал из-за стола, достал из ящика файл и с размаху кинул его к рукам дочери. — Верно, — уже менее уверенно ответила девушка. Она старалась держаться дальше, пытаясь дожать отца. — Нет, ни в коем случае, кто угодно, но только не она, ясно? — Юна злобно оскалилась, всё ведь так хорошо шло. — Грр… ладно, твоя взяла. Ты же обещаешь, что взамен на то, что мы ни на сантиметр не подойдём к Шин Рюджин со своим интервью, я смогу передвигаться по всех больнице абсолютно самостоятельно и ты не сможешь мне никаким образом мешать? — соврала Юна. Девушка ещё никогда прежде не видела отца настолько злым. Он схватился за голову. — Ха, ладно уж, твоя взяла! Ненавижу, кто тебя только воспитывал… — Юна аккуратно взяла документы со стола, и довольно улыбаясь проследовала к двери. — Ты, — напоследок кинула она, зная, что за это может получить вдвойне, но ничего не произошло. Пепельноволосая закрыла дверь и ушла в свою комнату. Вечером того же дня, она позвонила Черён и рассказала о поражении отца и о том, какая она молодец. Девушки договорились встретиться у Черён, чтобы обсудить дальнейший план без «лишних ушей». Юна переоделась и пошла в прихожую, обуваясь. Отец сидел за ноутбуком в столовой и пил кофе. Увидев, что она опять куда-то собралась, он пристально уставился на неё. Юна обратила на это внимание, ухмыльнувшись ответила: «Я к Черён, сегодня не жди.» Получив в ответ взгляд «Вали уже», девушка вышла из дома и ушла. Всю ночь они работали над проектом, рассматривая истории болезней заключённых. Отобрав несколько, девушки отдавали голоса за самые интересные и таким образом отсеивали «лишних». Дело дошло и до той самой Рюджин. Черён открыла страницу, где должна была находиться история, но там было пусто. — Не удивительно, она же относительно новенькая там? Как я вижу, твой отец прописывает каждого пациента от руки, может быть он не успел просто, — сказала рыжеволосая, даже не догадываясь, что отсутствие описания болезни подстегнуло излишний интерес Юны к загадочной девушке. — Или она не больна вовсе, — добавила Юна, задумавшись. После этого девочки точно решили, что не смотря ни на что они обязаны допросить Рюджин и добавить её историю в проект, даже если она не настолько интересная, как им бы хотелось. — А как ты собираешься допрашивать её, если тебе запретили к ней приближаться? — задав очевидный вопрос, Черён ожидала ответа Юны, догадываясь, какое решение приняла подруга. — Как я понимаю, он надеется на мою честность и на то, что я смогу сдержать слово. Старик даже не догадывается, что я скрестила пальцы за спиной. Когда я буду бродить по больнице в полном одиночестве, у меня будет возможность творить всё, что вздумается. — Черён улыбнулась, она слишком хорошо знала Юну, но в этой ситуации недооценила её. Следующие три недели Юна ходила с подготовленными вопросами по заключённым. Девушки решили оставить только тех пациентов, которые оказались навсегда заперты в четырёх стенах психушки, чтобы в последствии не запятнать честь, вышедших в мир из больницы людей, которым удастся вылечиться. Подходила ли Рюджин к данной категории? Непонятно так как у неё в документах не было написано к кому она была причастна. Обе подруги знали, что Шин Рюджин была исключением. Хотя Юне и не нравился третий корпус, там всё же нашлись люди, умеющие внятно говорить. Их просили подробно рассказать о мотивах преступления, последствиях и о том, какой урок они выяснили из произошедшего. Также Черён дописала вопросы по мелочам. Ради собственной безопасности пепельноволосая разговаривала с заключёнными третьего корпуса через решётки на дверях. Наслушалась за всё это время Юна немало. Люди действительно бывают настолько жестокими и безумными? Да, к сожалению. Каждый день, после интервью Юна приходила в первый корпус и болтала с Лией, чтобы привести мысли в порядок, а позже уходила к Черён с новыми силами и добытой информацией. Заветный день наступил. Сегодня Юна конкретно подготовилась. Лия рассказала, что за все те дни, что Юна общалась с пациентами, она видела Рюджин всего пару раз в сопровождении сотрудников больницы и выглядела она мягко говоря невесело и как-то побито что ли, а ещё было видно, что её не кормят или забывают это делать. Поэтому девушка так усердно готовилась. Она сделала много закусок вечером и упаковала их, взяв с собой. Уходя из дома, Юна заметила на себе недоверчивый взгляд отца, он явно что-то заподозрил, нужно было спешить. Девушки решили пойти в больницу вместе по просьбе Юны. Также Юна достала для подруги халат и прочие вещи для полного образа работника больницы. Всё таки отец догадывался, что дочь не выполнит обещание, поэтому сегодня по третьему корпусу блуждало как минимум пятеро охранников, работали камеры. — Черён, отвлеки их пожалуйста, выиграй мне пару секунд, — сказала Юна, увидев, что происходит на этаже. — Ты сдурела? Тебе не хватит времени! Они увидят тебя, не надо! — Черён была готова отвлекать охрану, но она искренне не понимала, каким образом Юна собирается разговаривать с Рюджин из коридора так, чтобы её не увидели, однако у Юны были другие планы. Она молча достала из кармана ключ и показала его Черён. — У отца есть специальный ящик тут со всеми ключами от каждой камеры, копии ключей лежат в файлах вместе с документами каждого пациента, этот он убрать забыл, — Юна приготовилась бежать, пока Черён находилась в ступоре. — Погоди, ты реально собираешься пробраться к ней в комнату? — младшая лишь кивнула. Рыжеволосая мысленно помолилась за успех данной операции и выбежала из укрытия. Ей даже не пришлось придумывать, как отвлечь охрану. Когда она вышла, сразу заметила, как двое заключённых скорее всего что-то не поделили и пытались пробить стены, чтобы попасть друг к другу и устроить полнейший хаос. Черён понимала, что пятерым охранникам хватит нескольких минут на решение конфликта, всё же лучше, чем ничего. Рыжеволосая прошла по коридору, повторяя за другими сотрудниками. — Ой! Что вы творите, молодые люди? Эй вы, нарядные, — сказала Черён, обращаясь к охране. — Идите разбирайтесь, я не смогу их успокоить! — в форме доктора Черён выглядела убедительно и её ждал успех. После того, как охранники направились к ней, Юна поняла, что не может потерять даже секунду. Пока Черён махала руками во все стороны, она незаметно проскользнула у всех за спинами и подбежала к камере с надписью «Пациент номер 299». Девушка взяла ключ и открыла железную тяжеленную дверь и еле успела захлопнуть её за собой, прежде чем шум в коридоре прекратился.