Час Волков

Заталкивая брата в седло Вхагар, Эйгон резко уверовал в Семерых, потому как только чудо помогло ему затащить этого невменяемого придурка на дракона по размочаленной веревочной лестнице. Эйгон не матерился так с тех пор, как мать застала его со спущенными штанами в окне Красного замка. Как только Эймонд осознанно стиснул поводья, он спрыгнул на землю и помчался к нервно машущему крыльями Солнечному Огню. Драконье пламя расползалось по лесу с чудовищной скоростью, пожирая все живое. Врываясь в черные от дыма небеса, Эйгон клял себя последними словами. На севере и западе путь огню преградят полноводные притоки Трезубца, а на востоке и юго-востоке простирались только густые леса. Может статься, к рассвету Аррены окажутся отрезаны от Вестероса стеной не хуже той, над которой тряслись Старки. Вхагар плавно начала снижение, почти цепляя горящие макушки елей. В дыму Эйгон мог разглядеть только смутный силуэт брата, склоненный над лукой седла. Эймонд задыхался, но упрямо всматривался в ад под драконьим брюхом. Эйгон старался не думать о том, что они угробили уже двух Старков, и его мечту о короне Севера можно навсегда похоронить в этом пожаре. Он не был так силен в тактике и стратегии, как Эймонд, не корпел над учебниками по истории и не засиживался над философскими трактатами, как его гениальный брат. Но ему было кристально ясно, что Криган Старк с легкостью соберет против них священный карательный поход, который с радостью поддержат оскорбленные Ланнистеры, разъяренные Аррены и предприимчивый дядюшка Деймон. Внезапно Вхагар ухнула вниз. Языки пламени сомкнулись над ней, как хищные зубья капкана. — Эймонд! — заорал Эйгон, бессмысленно кружа над тем местом, куда упал дракон.

***

Аларра налетела на разбойника, толкая его прямо в тлеющую траву. Здоровый мужик ударил ее под ребра и скинул с себя, напоследок еще раз засадив сапогом в живот. Она свернулась в жалкий скулящий клубок, но не отпустила его. — Верни мне мой меч, — выдавила она сквозь раздирающую горло гарь. Мужик замахнулся ножнами, метя ей в лицо, как вдруг совсем рядом, ломая вековые сосны, рухнуло гигантское чудовище. От драконьего рева задрожала земля. В следующий миг из груди мужика уже торчал арбалетный болт. Тот изумленно вытаращился на толстое древко, увенчанное пестрым оперением, и завалился на спину. — Аларра, — ее собственное имя пробрало до костей. Эймонд упал рядом с ней на колени и потянул на себя, помогая подняться. — Ты… — она не успела договорить, как Эймонд накренился и тяжело ткнулся лбом ей в плечо. Даже в этом Пекле его кожа горела изнутри, а на шее под пальцами Аларры неритмично билась раздутая жила. Возможно, он был ранен или отравлен? — Идем со мной! — взмолилась она, случайно касаясь губами его уха. — Эймонд, умоляю тебя, вставай! Он сделал над собой усилие и поднялся не без ее помощи. Аларра забрала у него охотничий арбалет и подхватила благословенно-прохладные ножны с мечом Рикона. Вхагар была близко, однако, до нее еще предстояло добраться. Драконица не стала терпеливо дожидаться наездников, когда со всех сторон бушевал пожар, а сама побрела к ним, едва переставляя мощные лапы. Дышать становилось невыносимо. Взор застилали множащиеся черные пятна. Аларра не понимала, сколько еще до спасительной лестницы, пока не ткнулась ладонью в раскаленную чешую. — Держись, — бормотала она не то себе, не то Эймонду. Наскоро привязав оружие, одной рукой Аларра вцепилась в веревки, другой изо всех сил прижала к себе Эймонда. Принц рвано дышал и не мог унять дрожь. Было очевидно: он не осилит подъем до седла. — Vhagar! — закричала Аларра, молясь, чтобы драконица послушала ее. — Soves! Та двинулась, расправляя кожистые крылья. Воздушные вихри подхватили огонь, закручивая его смертоносными смерчами. Тяжело толкнувшись, Вхагар оторвалась от земли, разламывая деревья в труху. Ветки колотили по со всех сторон, и одна из них врезалась в Аларру, стаскивая ее с веревочной лестницы. Миг падения сменился рывком и болью в плече: Эймонд крепко держал ее за запястье, а земля все продолжала удаляться. Аларра никак не могла зацепиться – ее мотало в такт взмахам крыльев. Пальцы скользили по влажной коже. Она видела, как исказилось лицо Эймонда, когда он постарался подтянуть ее к веревкам, а сам держался всего на одной руке. Что за глупая смерть для Таргариена – упасть с собственного дракона. — Отпусти… — Заткнись! — рявкнул он. Они поднялись достаточно высоко: Вхагар поймала воздушный поток и теперь парила над самыми облаками в чистейшем воздухе, разрывавшем легкие. Под ними мелькнул темно-золотой силуэт. Эйгон явно был вне себя. Он заставил Солнечного Огня выровняться, держась чуть позади снизу. Более мелкий и маневренный дракон прижался к самому брюху Вхагар, но расстояние все еще оставалось чересчур большим. — Я …маю ее, — донеслось до Аларры. Ветер сносил звуки. Эймонд упрямо сжал губы в бескровную линию. — …док, мать …ю, су… сын! — орал Эйгон. — Ты не …жишь. Доверь… мне! Принц перевел взгляд с брата на испуганную Аларру, и та нашла в себе мужество кивнуть. Он что-то прошептал и… разжал сведенные судорогой пальцы. Аларра камнем рухнула в сырые облака. Ее внутренности подкатили к горлу, но помимо ужаса, в груди диким огнем взорвалось чувство эйфории от свободного падения. Это было почти также прекрасно, как летать с Эймондом на драконе. Ради него стоило… Эйгон ухватил ее в самый последний момент. Солнечный Огонь покачнулся и яростно взревел. Принц затащил Аларру в седло перед собой и не стал возмущаться, когда она обвила его руками и ногами, трясясь от страха. — Ну, хватит размазывать сопли по моей одежде, — проворчал он, похлопывая ее по спине. — Эймонд от ревности во мне сейчас дыру прожжет. Эти слова вернули Аларру на грешные небеса. Она покрутила головой в поисках Вхагар и с облегчением увидела, как ее наездник медленно карабкается к седлу. Они приземлились только, когда убедились, что улетели достаточно далеко на северо-запад. Местность казалась дикой: нетронутое травяное море, окаймленное темными лесами, словно дно чаши. Эйгон предлагал расположиться прямо у реки, но Аларра настояла на том, чтобы углубиться дальше в земли Фреев. По Зеленому Зубцу часто плавали местные суденышки. Кто знает, кого могло принести течением посреди ночи? Солнечный Огонь, ссадив всадников, вновь умчался в облака, на этот раз охотиться. Наверняка, Вхагар тоже не отказалась бы от дюжины жирных баранов, однако, предпочла еде сон в прохладной низине. Спустившись, Эймонд швырнул брату еще одно одеяло, а Аларре скупо протянул меч. Ножны, что она забрала, еще хранили тепло его ладоней. Новый костер решили не разжигать. Зарево от предыдущего ярко подсвечивало небеса. Братья расстелили рядом на сырой от росы траве плащи и накрыли их одним одеялом, второе разделили на всех. Эйгон попросился в серединку, но был безжалостно изгнан на край и теперь обиженно сопел, повернувшись спиной. Аларра нарочно медлила. Ее рассчет оправдался: Эймонд не стал пререкаться с ней и упал рядом с братом, почти мгновенно проваливаясь в сон. Она же примостилась на самом краю, вместо одеяла прижимая к груди ножны. Мыслями она была в Винтерфелле, душой – в пылающем небе и падала, падала, падала…