Ретроспектива поцелуев

Я стих напишу посвященный тебе, Но этого ты никогда не узнаешь. Чувства мои как закат в тишине И этого ты теперь не исправишь. За это – спасибо, поклон до земли! Терпеть не могу к самому себе жалость. Не быть с тобой? Значит мы не равны. И смысл во всем за момент исчезает. Нелепым в начале, угасшим в конце Я залпом салютным в воде растворяюсь. События – в прошлом. Слова – на дне. Мне больше не нужно, я больше не парюсь.

5 сентября, 2020

Очередной учебный год — очередная нервотрепка. С домашкой ещё не сильный нагруз, но мигрень уже маячит на горизонте и грозит ворваться в любую секунду, да поздравить с начавшейся подготовкой к финальным экзаменам. Я уже предвкушаю эти бессонные ночи и вечную усталость под ребрами, потому что учебу никто не отменит, а жить то хочется. Хочется — иногда посмотреть сериал, почитать манхву или погрузиться в игру. А ещё хочется потусить с друзьями. Но благо хоть тут у меня свобода и ни с какой компанией не вожусь — лишь парочка приятелей не особо ладящих друг с другом. Хотя даже этого мне хватает, чтобы забить график до краев и не иметь проблем со скукой. Зато определенно точно иметь некоторые проблемы с социализацией… Мне будто отключили эту функцию от розетки, а может и вовсе вырвали её с корнем. Мне не интересно общение с новыми людьми, а иногда и общение как таковое. Мне не интересны посторонние люди. Совсем. И мне закономерно не интересно то, как прямо сейчас Минджон начинает жужжать над ухом об одном из таких людей, отвлекая от полудрема за партой: — Кстати, ты уже слышал что к нам в школу переводят какого-то парня? Судя по слухам он приехал из европы и умеет говорить на четырех языках! Я посмотрел на часы, чтобы проверить сколько минут осталось до начала урока и вернул руку под щеку, успокоившись, что впереди есть целых 8 минут сна. — То есть получается он очень умный, а раз жил в европе, то наверняка намного адекватней половины наших мальчишек, — продолжала Минджон, чьи размышления я слушал в пол силы, иногда пропуская слова мимо ушей, — А представь если он ещё и красавчик! Я очень надеюсь, что так и будет, и что он наш ровесник, и что он попадет именно к нам! А то кроме тебя и Ниннин в классе ни одного достойного вижуала! А мне в конце концов нужны новые модели для натуры! — сказала она и я мысленно цыкнул, вспомнив несколько травмоопасных фотосессий в которые она меня утянула. — Мне послышалось или тебе нужны новые модели?! Детка, тебе очень повезло, ведь я свободен двадцать четыре на семь и могу сниматься хоть обнаженным! — вдруг вмешался Хендери, появившись из ниоткуда. Я всё ещё находился в полусне и прикрывал глаза рукавом, так что ничего не видел, но был уверен — Хендери с этими словами сложил руки перед собой, выпятив грудь. — Господи, Хендери, сколько ещё раз ты будешь поднимать эту тему? Ты не в моем вкусе, смирись уже. — Эй! А при чем тут это вообще?! Я просто хотел помочь по дружески! — Умоляю, мы даже не общаемся. Ты просто в очередной раз пытаешься подкатить. Оставь уже свои жалкие попытки. — Я даже не начинал пытаться, поверь. — В любом случае, мой график забит и в нем точно не найдется для тебя время, что бы ты там не хотел. Понятно? — Ребят, я пытаюсь поспать, пожалуйста… — страдальчески обозначил я, намекая успокоиться обоим и отложить свою перепалку. — Понятно что ты упускаешь свой шанс, Ким Минджон. Ладно, посмотрим как ты запоешь когда увидишь мои шикарные модельные фото на билбордах города, сделанные кем-то другим! — сказал он и судя по тяжелым шагам, обидевшись, пошел к своей парте, хотя наверняка изначально планировал поговорить со мной, а не Минджон. — Нет, ну ты слышал?! Как же он меня достал! Типичный мужлан, никакого уважения! Эй, ты спишь что ли? Пришлось напрячь голосовые связки и промычать в отрицание. Я четко представил как подруга закатила глаза из-за меня и ситуации с Хендери. А после продолжила, немного умерив пыл от неприятной стычки. — Так вот. Новенький. Как думаешь, мы с ним сможем подружиться? При условии если он наш ровесник конечно… Или он будет замкнутым и нелюдимым бэд боем на мотоцикле как из дорам? Или наоборот общительный отличником и из богатой семьи! Не просто так ведь он ездил по европе, верно? А что если он всё-таки младше? Если старше то не проблема, но младше… — Минджон, прекрати пожалуйста, мне всё равно что это за парень и я пытаюсь поспать, — попытался её утихомирить я, не выдерживая. — Ну Джемин-а-а-а, да при чем тут этот новенький? Ты не понимаешь что ли, я пытаюсь найти тему для разговора, мы ведь почти всё лето не виделись, я соскучилась по живому общению с тобой! Я тяжело вздохнул под своим укрытием в виде рукава и медленно стал открывать глаза и подниматься. Она была права — мы давно не общались и мне бы стоило хоть немного поддержать диалог с лучшей подругой. — Ну хорошо-о-о-о, — зевал и потягивался я, — давай поговорим. Только может сменим тему? — Окей! Я на прошлой неделе дочитала манхву "Ублюдок" что ты однажды советовал, как раз вспомнила! И черт, я в таком шоке от неё… — Минджон оживилась и начала увлеченно рассказывать свои впечатления о прочитанном. Мне стало намного легче вникать в разговор и сон постепенно отступал. Так мы прообщались до самого звонка и когда зам директора вошел в кабинет и объявил что на следующей неделе в наш класс (на радость Минджон) переводится новенький — я не был удивлен. Хотя, был бы я удивлен, не узнав эту информацию чуть ранее? Отнюдь. Кем бы ни был этот парень — главное чтобы не доставлял мне проблем.

***

Первая учебная неделя пролетела довольно быстро и почти незаметно. За это время я успел дважды сделать влажную уборку в своей комнате, прочитать две книги, потерять пару ручек и напрочь забыть о каком-то там новеньком. Мне благополучно напомнили о нем в пятницу. Одноклассники будто сошли с ума — все говорили лишь об этом парне, что даже я, равнодушный к чужим диалогам, заметил это изменение. Но углубляться в эти разговоры я не собирался и продолжал их игнорировать, лишь иногда случайно ловя вырванные из контекста фразы, по типу «Да почему его аккаунты в соц сетях без фоток, неужели он стремный?» или «А вы вообще уверены что это его имя?» а так же «Я подслушала учителей, они говорили что он рос без отца». Последнее мне чем-то аукнулось в голове, призвав заострить на себе внимание, но в тот момент я активно искал свою ручку, так что быстро забыл услышанное. Ручка так и не нашлась, потому пришлось просить подругу сидящую за первым рядом: — Ниннин, пс, Ниннин, — она обернулась, — есть лишняя ручка? Мои все куда-то делись… — Ручка есть, а желания делиться нет, — произнесла недовольным тоном. Чего это она? Я нахмурился и помедлил немного, пытаясь понять в чем дело. — Почему? Что случилось? — Даже не знаю… Может то, что кое-кто уже четыре дня не отвечает на мои сообщения? — её лицо резко развернулось к доске и волосы встрепенулись рыжей волной, словно давая моему взгляду пощечину. Черт, только не это! Ну вот, сейчас снова разгорится глупейший конфликт, и меня сделают виноватым… Не зная как оправдаться, я сделал виноватое лицо человека поставленного в тупик. — Прости, я редко захожу в соц сети, ты же знаешь. Мне лучше сразу писать смс по номеру, и я… — Я тебе по номеру и отправила, Джемин, — перебила она и вжала в тупик сильнее. — Оу… Видимо я открыл диалог, а потом отвлекся и забыл прочитать? — отвечал я, а в голове параллельно крутились мысли, как я вообще мог упустить из вида сообщение подруги и надеялся, что они связаны с её должностью старосты, так что ничего серьезного для наших отношений не случится. — Прости пожалуйста, я сейчас всё прочитаю, — начало казаться что моё мышление заведомо проигрышное. — Спасибо, но уже не нужно. На просьбу помочь мне с оформлением класса уже откликнулись Донхек и Юна, так что я больше не буду тебя беспокоить. Совсем. Я слушал её и одновременно открывал сообщения, пробегая по ним глазами. Помимо вопроса об оформлении в конце было приглашение пойти вместе на вчерашнюю распродажу в канцелярском магазине возле нашего дома, ведь они с семьей как раз вернутся из отпуска к этому времени, а она не успела купить новые тетради. Черт, черт, черт! То есть, мало того что я не прочел её смски, так ещё и не заметил что её не было в начале учебного года! Как вообще такое могло произойти?! Вот это ей уже точно ни в коем случае нельзя узнать! — Эээ… Ниннин, — начал я подбирать слова для смягчения ситуации, — извини пожалуйста, я правда не знаю, как так вышло и мне жаль, что я не смог пойти с тобой вчера. Как я могу загладить свою вину? — Перестать игнорировать своих друзей, если конечно не хочешь их растерять, — возмутилась она и отвернулась к доске. Меня прошибло ужасом от такой реакции. Потому что дела печальны, если на тебя обозлилась староста. Если зла подруга — дело дрянь. Но кошмар последствий растет пропорционально твоим с ней отношениям и если ты разозлил подругу-старосту и самую популярную девушку в школе, которая по случайности еще и твой первый школьный друг, часто помогающий с домашкой и прочим… Можешь заранее записываться к психологу, ведь твоя подростковая жизнь точно спустится в унитаз. — Хорошо! — оценив все риски, я решительно поднялся с места и направился к парте Ниннин, — Я обещаю что исправлюсь, буду писать тебе сам и хоть каждый день! Я поставлю наше фото на заставку и расклею твои портреты по комнате чтобы у меня даже возможности игнорировать тебя не было! — Я начинал нести уже откровенную чушь, присев перед её партой на корточках и выдумывал на ходу, чтобы хоть как-то повлиять на ситуацию, — Мы можем каждые выходные ходить куда тебе надо. Хочешь я даже могу тебе всю неделю покупать десерты в буфете? Только не обижайся на меня пожалуйста, я мудак и я признаю это! — я пошел ва банк, видя как она до последнего сопротивляется моим нападкам, а первые предложения не возымели эффекта. Я оставил ей время для обдумывания. — Маффины с изюмом и шоколадной крошкой? — приподняв одну бровь, всё же подала голос и обвела меня требовательным взглядом. — И какао! — прибавилось во мне уверенности что я осмелился слегка улыбнутся ей. — И ты наконец дашь мне номер своего коллеги Джехена? — осторожно прошептала она озираясь вокруг, после чего её хитрый взгляд скользнул от моих рук к макушке. Ну вот, опять. Опять на меня давят этой нелепой просьбой и вынуждают лгать. — Всё, кроме этого. У Джехена недавно появилась девушка. — Вот блин, серьезно?! И как давно? — Месяц назад. Прости что не рассказал. Так что насчет маффинов каждый день? — мне срочно требовалось перевести тему! — Что ж… У маффинов и какао явно не будет девушки… — пробубнила себе под нос, — Ладно, ты прощен, — улыбалась теперь она, широко и ярко, что все мои опасения испарились. — Держи свою ручку. Надеюсь обедаем мы сегодня вместе? И ты расскажешь мне всё об этой девушке! — Безусловно, моя королева! Ваш покорный слуга к вашим услугам! — улыбаясь, уже отступал я к своему месту, чувствуя триумф, но, вместе с тем и небольшой осадок от собственноручного унижения. Надеюсь, мне хватит времени придумать правдоподобную легенду чужих отношений… — Дурак! — догнало меня в спину шуточное и игривое. — А хотя нет, погоди! — я обернулся, — Совсем забыла, сегодня я на обеде иду в учительскую, помочь оформить кое-какие формуляры для новенького. Можешь со мной посидеть это время, либо уже в понедельник вместе на обед сходим. — Да мне не принципиально, могу и с тобой в учительской потусить, — ответил я и почувствовал слабое нарастание необъяснимой тревоги. Захотелось отказаться… — Отлично! Заодно поможешь быстрее закончить. Я уже подошел к парте и собирался сесть, но в голову пришла неожиданная мысль и я сболтнул не подумав: — Слушай, а ты случайно не из-за этой сверхурочной работы по новенькому такая раздраженная сегодня? — сморозил я и уже начал готовится к взбучке, но… — На самом деле, да. У этого парня какие-то проблемы с именем и при оформлении документов на обучение бухгалтер неправильно его записал, а поскольку на учебу новенького надо зачислять уже через два дня, они решили позвать меня помочь всё переделать лишь бы успеть вовремя. — Хах, интересно, что за имя у него такое? Не знаешь? — Без понятия. Как раз сегодня и посмотрю. Прозвенел звонок и я уселся на место, размышляя. Этот новенький… Кто он вообще, нахрен, такой, что даже Ниннин привлекли помогать ему с бумажками? И почему он меня раздражает, хотя я не знаю о нем ещё буквально… ничего?

***

Я подошел к Ниннин первый и без напоминаний о нашей договоренности, чему, как мне кажется она удивилась. Минджон хотела пойти обедать вместе, но узнав что я буду с Ниннин, отказалась присоединиться к нам и пошла в столовую с компанией своих подруг. Поэтому сейчас я был полностью предоставлен Ниннин и мы направлялись к нужному кабинету, обсуждая своё лето. Ниннин успела побывать сразу в двух странах за два месяца — Сингапур и Индонезия. Я был рад за неё и даже немного завидовал, но не столько за яркое путешествие с пляжами, серфингом и экзотическими блюдами, сколько за её любовь к подобному времяпровождению. Мы семьей в этом году тоже летали на какой-то курорт в Таиланде. Я умирал от жары и просидел в номере под кондиционером почти весь отпуск, пока родители плескались в море и ходили по ресторанам и барам. Возможно я бы пошел на какую-нибудь экскурсию, театральную постановку или прогулялся по достопримечательностям города. Но мы жили даже не в городе, а в курортном поселке где один недорогой отель кормит всех немногочисленных жителей и их культурный центр заключается в сети баров вдоль пляжа, да нелепой статуи льва в тех же рядах, которую Минджон наверняка назвала бы гадким плевком в сторону искусства. В таком месте разгуляться можно только в одном смысле, который мне совершенно не по душе и даже не по возрасту… Я рассказывал это всё Ниннин, высмеивая свои же страдания и психологические травмы полученные в этом «отпуске» (после которого мне нужен был ещё один отпуск, но уже в собственной кровати и свежим томиком манги в руках), максимально старался не нагнетать. Но на мои жалобы, ожидаемо, ответили неловким смехом и советом не драматизировать. — Да ладно тебе, Джемин. Море — это же так классно! Море — этого ведь уже достаточно для релакса! Я бы просто забыла о всех проблемах и купалась весь день, — мы уже подошли к кабинету и она открывала дверь, продолжая гнуть свою линию. — С кокосовым коктейлем в руках, ловя комплименты горячих итальянских туристов, понимаешь о чем я? — Да-да, я в курсе твоей любви к латинской культуре… «И самим латиносам» — решил не озвучивать. — А что, там совсем нечем было заняться вне номера отеля? Даже дайвинга не было? Я вот каждый раз на море прошусь у мамы на дайвинг, катамаран или хотя бы тарзанку. Обычно на пляжах есть что-то из этого. Неужели тебе совсем никакой активный отдых не нравится? — мы подошли к диванчику в конце комнаты и бросили на него свои вещи, а после Ниннин прошла к одному из столов и взяла кипу документов. — Ну почему. Мне нравится кататься на роликах, — усаживаясь поудобнее, ответил я первое что пришло на ум. — Серьезно?! Впервые слышу, никогда бы не подумала! Ты не похож на того кто любит ролики. А когда ты последний раз катался то? Может тогда на выходных пойдем в парк, покатаемся? — Ну, я уже давно не катался… Не уверен что ещё умею. К тому же, я бычно делал это один и в наушниках, — неожиданно для себя я вспомнил что действительно однажды катался в парке с плеером под грустную музыку. Правда это было года четыре назад, что уже и не помню почему делал это, еще и с таким настроением. — Кто бы сомневался. Мне иногда кажется, что тебе люди в принципе не нужны, даже развлекаешься наедине с собой, — её руки быстро перебирали листы, рассортировывая на две стопки в каком-то своем порядке. — У меня мама такая же, ей лишь бы посидеть в тишине, да без людей. Максимум одну подругу позовет чтобы выпить пару бокалов вина, делая спа процедуры. Но тут я её даже понимаю, ходить на процедуры с лучшей подругой и пить вино должно быть очень классно и атмосферно! Я однажды делала стрижку и наблюдала со стороны за тем как две девушки в салоне очень мило общались пока сидели на окрашивание, мне было очень завидно и хотелось в тот момент так же сидеть со своими девчонками и болтать о всякой всячине. О, кстати о девчонках! — воскликнула она и взяла одну из стопок чтобы выровнять её, постукивая по столу боковинками. — Ты обещал рассказать мне о девушке Джехена! Я мысленно взвыл и поежился от неприятного разворота её мыслей. Уже и сам забыл то что наврал о чужих отношениях, а Ниннин как всегда всё запомнила. Наверно пора перестать удивляться её способностям, ведь она бы не стала круглой отличницей без идеальной памяти… — Ну, что тебе рассказать… — мои шестеренки в голове закрутились с большим натугом и скрипом, будто я не думал уже с пять лет. — Я видел его девушку только мельком пару раз и не запомнил её внешность. Но выглядит она вполне обычно. — Как это не запомнил? Что, совсем ничего?! Опиши её хоть немного! Какой цвет и длина волос, рост, телосложение, стиль в одежде, имя в конце концов! Мне нужно как можно больше информации чтобы понять вкусы Джехена! Я тяжело вздохнул, надув щеки, стараясь оттянуть свою реплику как можно дальше. В голове начали появляться смутные образы девушки, какую я бы мог представить рядом с Джехеном. — Цвет волос обычный черный, прическа вроде была как у тебя, — начал вырисовывать я, кажется случайно взяв за основу одну из постоянных посетительниц, — в стиле одежды я не разбираюсь, но, по моему на ней было какое-то бежевое пальто, телосложение тоже обычное… Имя начинается как-то на «Д». Вроде Джису или Доен… Что еще тут скажешь? — Мда, Джемин, книги тебе явно не писать. Скажи хоть, она была красивее меня или нет? — Нет, ты определенно красивее, — ответил я лишь бы не обидеть её, а сам пытался вспомнить хоть одну красивую девушку по собственному мнению… На ум никто не приходил. Как вообще определить что девушка красивая? Я могу оценить опрятность внешнего вида, то как уложены волосы и как сидит на фигуре одежда. Я могу понять когда черты лица аккуратные и симметричные, подходящие общепринятым канонам красоты. Я считаю что Минджон и Ниннин очень красивы и проходят по многим корейским стандартам, но нравятся ли мне их внешность так как остальным? Точно нет. И, вероятно, в случае с ними я совсем не объективен, поскольку они мои подруги. Тогда как понять кто тебе симпатичен? Тем более, если ещё ни разу не влюблялся… — Хорошо, с внешностью мы решили, — её рука быстро выводила столбик слов на отдельном листе, — А что насчет её личности? Джехен рассказывал о ней что-нибудь? — Да, было пара моментов когда они ещё не начали встречаться… — я задергал ногой, выискивая подходящие черты характера, — Он рассказывал, что ему с ней очень приятно общаться, они могут говорить и шутить на любые темы, и что даже сидеть с ней в тишине очень комфортно. У них во многом сходится мнение, а даже если нет, то они находят середину и быстро решают спор, — вдруг в голове всплыл ещё какой-то образ, более смазанный, едва различимый, и я остановился на секунду, взглянув в окно. — А ещё она очень красиво улыбается, и её улыбка покорила его в первую очередь, и он всегда старается её рассмешить и оказывает знаки внимания, лишь бы она не грустила лишний раз… Я думаю, он действительно очень любит её, — закончил я, и мне стало как-то тяжело дышать. Продолжать разговор хотелось ещё меньше чем в начале, будто слова выкачали воздух в помещение настолько, что заложило уши. — Может уже переключим тему? Мне сейчас не очень хочется сплетничать. — Окей, мне тоже не хочется больше слушать насколько хороша девушка Джехена… Я как раз закончила выписывать данные. Давай быстренько всё заполним и пойдем есть! — она протянула мне листок который исписывала последние пять минут и вручила мне журнал, объяснив что и как заполнять. Я начал читать, озвучивая обрывки информации о новеньком, чья персона вызвала такой ажиотаж в классе, что даже я малость заинтересовался ненароком. — Заявление на перевод ученика частной школы. Город Тэчжон. В Сеульскую государственную старшую школу номер 354, на второй курс старшей школы. Ученик Рю Джозеф Листер, 2003 года рождения… Рю Джозеф Листер. Вот и имя нашего новенького. Действительно странное и необычное, особенно в сравнение с фамилией. Или, выходит — с двойной фамилией? Корейская и какая-то английская, наверно. Я постарался запомнить его, несколько раз повторив про себя, и… сразу забыв. — Рю Джозеф Листер, — пришлось прочесть вслух ещё раз, — две тысячи третий год рождения, второе марта, полученное образование… стоп. Второе марта? За день до моего дня рождения? Как странно… — холодок тонкой нитью опустился по затылку, являя собой приступ дежа вю. — Ого, точно! У вас же дни рождения почти в один день! — подключилась Ниннин, озвучивая мои мысли. — Как круто! Если вы с ним подружитесь, будет забавно отмечать праздники всем классом дважды в неделю! — Ну, не знаю. Не вижу ничего забавного, — промямлил я, уставившись в лист и не понимая что меня так сильно смущает. То есть, некий Джозеф, мой ровесник, родившийся второго марта — за день до меня, будет теперь учиться со мной в одном классе. И что же тут такого? Наверное то, что меня раздражают постоянные обмусоливания этой персоны всеми окружающими? И то что «его» день теперь будет так близко с моим? Неужели во мне проснулось чувство соперничества? Обычно в школе я всегда был единственным чей день рождения выпадал на март, но мне ведь и не устраивали пышных празднований с фанфарами и салютами. Тогда в чем дело?! Откуда это жуткое чувство, будто я… Будто я уже сталкивался с подобной дилеммой… Или не дилеммой вовсе? — Джемин, ты чего застыл? Не понятно как заполнять? — я дернулся услышав своё имя. — Нет, нет. Просто задумался… А как может выглядеть этот парень? У тебя в бумагах случайно не приложено его фото? — нога снова задергалась. — К сожалению, нет. Я сама хотела бы посмотреть на этого загадочного Джозефа, но в документах что мне дали никаких фотографий нет. Я почти сказал «жаль», но одернул себя когда уже открыл рот. Потому что, с чего меня должна волновать его внешность? В итоге просто взял ручку и принялся переписывать информацию в нужные столбики, параллельно прокручивая даты рождения всех своих близких и знакомых, которые помню. Но пришлось полностью переключится на работу довольно быстро, поскольку точные даты, как оказалось, я помню только у своих родителей. Остальное лишь примерные месяцы, с начала которых я уточняю даты по социальным сетям или у мамы… Всё-таки, иногда, мое безразличие к людям действительно проблематично.

***

В этом мире есть всего несколько вещей которые я люблю искренне и безмерно, всей своей душой. Некоторые из пунктов банальны и очевидны, например — семья, интересные качественные дорамы, вкусная еда и хороший сон. Иногда некоторые из пунктов в моем списке перевешивают другие, в зависимости от ситуаций и моментов, в которые я испытываю определенные чувства. И в данный момент, стоя за кассой в кофейне, в свои единственные выходные — я больше всего люблю хороший сон. Который мне был недоступен сегодняшней ночью. Мне всегда было сложно поддерживать свой режим сна, ведь ночью обязательно находятся дела увлекательнее базовой человеческой потребности. Например, компьютерные игры или чтение, или даже стрим одного крутого блогера из-за которого в этот раз я чуть не проспал смену и пришел на подработку обессиленным, хоть и удовлетворенным. — Эй, Джемин, с тобой всё хорошо? — заметил мою усталость Джехен. — Ну такое… Я не выспался сегодня. — Что, зубрил всю ночь домашку? Или было занятие поинтереснее, ха-хах! — подмигнул он мне, настраивая кофемашину. Понятия не имею что это подмигивание значило. — Конечно. Мы начали проходить логарифмы, после такого голова раскалывается что не можешь нормально спать ещё неделю, — отшутился я. — Ооооо, понимаю! Я тоже ненавидел геометрию в школе, та ещё срань. — Логарифмы это алгебра, хён. — Хахах, ну вот видишь! Я настолько плохо знаю её, что даже не могу отличить что к какой части математики относится! — он рассмеялся, перебирая капсулы латте и подключая одну из них к аппарату. — А вообще, если тебе сейчас школьная программа дается так сложно, советую хорошо продумать в какой университет и на какую специальность будешь поступать. Потому что дальше будет только сложнее, поверь мне. Я вот до сих пор жалею что пошел учится на маркетолога… — Спасибо, но я не просил совета, — выдавил улыбку я, склоняясь над кассой от изнеможения и всматриваясь в окно у входа в кофейню. Нравоучения хотелось сейчас слушать меньше всего. — Как знаешь. Я просто переживаю, — он замолчал ненадолго, что я уже успел обрадоваться что эта тирада закончена. — Мне вообще кажется, что с каждым новым поколением выгорание всё быстрее наступает и всякие ментальные проблемы лишь молодеют. Ты бы поберег себя. Я не выдержал этой напыщенной жалости и решил пройтись по кофейне, протереть столик и убрать грязные кружки с недавно освободившегося места. Когда я закончил и вернулся на кассу, Джехен протянул мне стаканчик с латте. — На вот, взбодрись маленько. Я добавил две порции мятного сиропа, как ты любишь. — Но я… — За мой счет, — он снова подмигнул. — Бери и пей, не отнекивайся! — Спасибо, — я аккуратно и неспеша поднес стакан к губам, делая глоток. Приятная терпкая сладость опустилось по горлу и я прикрыл глаза от наслаждения, предвкушая устранение сонливости. Когда я открыл глаза, делая ещё один большой глоток, то увидел за окном компанию девушек, приближающихся к кофейне. Одно из лиц мне было до боли знакомо… — Черт! — чуть не поперхнулся я. — Что, я переборщил с сиропом? — Нет! Хён, видишь тех девушек за окном? — показал я в их сторону — Одна из них моя сталкерша! — двери кофейни отворились и они вошли в помещение, а я ретировался в сторону подсобки. — Я уйду на перерыв, ты пока обслужишь их сам, ладно? Напиши как они уйдут! — Ч-чего? — он недоуменно уставился на меня, когда я уже скрылся за поворотом, успев обогнуть неожиданных гостей. Кофе чуть не пролился, когда я несся по небольшому коридору к заветной двери в убежище, минуя туалет для посетителей и персонала. С хлопком я закрыл дверь и прислонившись к ней спиной шумно выдохнул. Как же всегда «вовремя» происходят все неприятные ситуации в моей жизни! Мало того, что я сейчас бессилен даже на сухие ответы Джехену, так еще и эта девица Ким Шиен… Этот день определенно становится в номинации одного из самых худших в этом месяце. Я старался успокоиться и перевести дух. Присел на стульчик возле полок для хранения кофе и потянулся к карману за телефоном. И его там не оказалось! Я проверил второй карман и обмяк. Телефон остался где-то на кассе, черт бы его побрал. Судорожно допивая свой латте, я вскипал от злости и растерянности, не зная что теперь делать и сколько тут сидеть. Наматывал круги для избавления от сонливости. Благо у меня хотя бы были с собой наручные часы и я мог примерно рассчитать сколько мне тут прятаться. Вот только вопрос был в том, сколько собирались сидеть в кофейне эти дамы… Не имея другого выбора, я стал рассортировывать продукты, расставляя их покрасивее на металлических полках. Так я провел почти пятнадцать минут, стараясь не думать о том как настырно Шиен вторгалась в мою жизнь в прошлом году, чуть ли не вешаясь на шею в коридорах школы. Время на перерыв отведенное нам регламентом, почти заканчивалось. Мне нужно было возвращаться к работе, тем более что близился час пик и покупателей должно становиться слишком много для одного Джехена. Я потер глаза и слегка ударил себя по щекам, настраиваясь к выходу. Расправил фартук и подергал бейджик, проверив его устойчивость. Больше ничего не оставалось — только открыть дверь и шагнуть в неизвестность. Переступив порог я неспешно продвигался к залу, стараясь разглядеть свою сталкершу издалека. Но в обзоре её видно не было и я ступал чуть смелее, пока перед носом резко не открылась дверь туалета для посетителей и оттуда не вышел парень в черной кожанке, чуть не сбив меня. Мы разминулись быстро и он даже не заметил меня позади, зато я успел мысленно обругать его за испуг. Парень направлялся к выходу, а я вошел в помещение зала, оглядываясь по сторонам. Компанию Шиен и её саму получилось обнаружить сразу же. Я снова выругался про себя и завернул за барную стойку к Джехену. — Ты забыл телефон. — Я вкурсе! — старался я говорить как можно тише, развернувшись к залу спиной и заняв руки мытьем кружек. — Они ещё не ушли. — Это я тоже знаю, Джехен! — А что это за сталкерша то? Введи меня в курс дела. Я немного поразмыслил стоит ли посвящать Джехена в свои проблемы и быстро пришел к тому, что сейчас это просто необходимо. К тому же он может помочь каким-нибудь советом, направив свою заботу обо мне, наконец, хоть в какое-то более менее полезное русло. — Ким Шиен — та что в красной куртке, на курс младше. Запала на меня в прошлом году и призналась в любви, — выпаливал я полушепотом, стараясь избавится от раздражения, выговариваясь. — Я отверг её, но она продолжала попытки завладеть моим вниманием ещё на протяжение нескольких месяцев, от чего я невообразимо устал и снова отверг её уже в более грубой форме, хотя мне максимально не хотелось доводить до такого… Но зато это сработало и Шиен перестала донимать меня своим преследованием, тупыми записками и попытками заговорить, — я закончил намывать кружки и повернулся к Джехену, хмуро качающего головой, стараясь скрываться за витриной с десертами. — А потом на четырнадцатое февраля она попыталась отдать мне коробку самодельных конфет, извинилась и попросила хотя бы обычной дружбы, ведь я, по её словам интересую её не только как парень, но и как личность. И если честно, у меня это признание вызвало смутные чувства, я сильно сомневался в её искренности и отверг всё кроме извинений. После этого она отвязалась от меня окончательно, однако изредка при встрече злобно смотрела на меня и однажды попыталась подставить мне подножку, блин, представляешь! Подножку! А потом наступили каникулы и мы больше не виделись, но я боюсь, что она опять начала меня преследовать, и как-то узнала что я тут работаю, понимаешь?! — Так, подожди, успокойся. Это всё конечно очень стремно, но почему ты так уверен что сейчас она пришла к нам именно из-за тебя? Мне кажется она просто проводит выходные с подругами и случайно зашла сюда. И вообще, всю её компанию интересовал больше один из посетитель, который уже ушел. Они вон до сих пор его обсуждают. Я прислушался, стараясь различить голоса и вникнуть в разговор у дальней стены. До меня доносились лишь обрывки, что-то про высокого статного красавчика, идеала одной из них, его загадочной ауры и длинных изящных пальцев — всё в перемешку с хихиканьем. Я поморщился в легком отвращение и снова повернулся к Джехену. — Ну не знаю… Я всё равно не хочу мелькать перед ней лишний раз. — Так, давай подумаем логически и успокоимся. Ты кому-то рассказывал где работаешь? Может выкладывал фотки с геолокацией? Она могла как-то вычислить тебя? — совмещал Джехен свои вопросы с физическими действиями по работе. — Нет. Я не веду соц сети! Говорил что работаю в кофейне лишь двум подругам. Одна из них приходила сюда, если помнишь. Но я точно знаю что они не могли проболтаться! А для остальных, в том числе для родителей я сейчас вообще на доп курсах по физике... — Блин, тогда я даже не знаю, чувак. — Вот и я не пойму в чем дело. Но кто знает какие способы слежки у этой девушки… — я подвинул пару пирожных закрывая своё лицо получше. — Кстати, а почему ты даже родителям не рассказал о своей работе? — Потому что они не хотят чтобы я работал. Считают что достаточно обеспечивают меня. И они правда много мне дают, но мне все равно не хватает карманных денег на увлечения. Вообще, не это сейчас важно, Джехен! Что мне делать? — Ладно, ладно. Короче посиди пока что за витриной. Будем надеяться, что она правда попала именно в нашу кофейню случайно. Мне чуток полегчало, услышав хоть мало мальскую поддержку и понимание коллеги. Но нервы давали о себе знать и левая нога постукивала по полу, а ноготь на большом пальце руки обкусывался зубами со всех сторон. Джехен в это время начал обслуживать ещё двух посетителей и попросил меня приготовить два эспрессо. Я послушно лавировал между приборами, разливая кофе и сиропы, а когда повернулся отдать заказ, то Джехена на месте уже не увидел. В панике озираясь по сторонам я нашел его за одним из столиков, протирающего поверхность для подошедших гостей. — Извините? — громко подозвали меня со стороны, — Извините, Дже-Джемин, это мой заказ? Я повернул голову на своё, громко сказанное имя, прогремевшее в разуме молнией и растерянно покачал головой. Чертовы бейджики! — Д-да, это ваше, держите. — Благодарю, — сказала посетительница и направилась к человеку за уже чистым, благодаря Джехену, столиком. Джехен возвращался к кассе, шагая мимо компании Шиен. На этом же месте я столкнулся с ней взглядом и мне захотелось провалиться сквозь землю. Моя конспировка и осторожность рухнула. Шиен изменилась в лице, стоило ей заметить меня. Её вид сделался высокомерным и самодовольным, будто она действительно пришла сюда ради одной цели и цель эта была выполнена. Её подруги притихли и вскоре они начали перешептываться, иногда поглядывая в мою сторону. Я не мог представить что мне делать дальше и сгорал от стыда. Джехен всё понял моментально и просто похлопал меня по плечу, предлагая заняться чисткой кофемолки. Я так и поступил, пытаясь заглушить скверные мысли уходом об аппарате. Вскоре хихиканье возобновилось и только усилилось. Они явно издевались надо мной и я мог только представить какие шутки и комментарии они пускают. Движения мои стали ещё более дерганные и я чуть не порезался о лезвия кофемолки, когда заметил что Шиен направляется к кассе. — Джехен, — услышал я сбоку от себя приторный голос, — не могли бы вы помочь мне с одним вопросом? — я отошел от кассы как можно дальше, игнорируя существование девушки, но при этом слыша каждое слово особенно остро. — Да, я вас слушаю. — Не могли бы вы подсказать пожалуйста, этот парень в кожаной куртке, что был тут пару минут назад… Вы случайно не знаете о нем что-нибудь? Может быть, он постоянный посетитель… — Нет, я впервые видел его. А зачем вы интересуетесь? — Понимаете, этот парень забыл свою кепку. Мы с подругами заметили её на кресле только что, и очень, очень хотели бы её вернуть! — меня начало тошнить от того каким заигрывающим тоном она произнесла свою глупую просьбу. — В таком случае, вы можете просто оставить её мне и если этот парень вернется, я обязательно ему передам. — Нет, Джехен, вы не понимаете, я бы хотела лично, отдать ему эту вещь… — Нет, я понимаю. И я передам ему всё что вы скажете, — я украдкой посмотрел на Джехена, не веря в услышанное, но различил на нем пластмассовую неискреннюю улыбку. — О, да! Это было бы здорово, я сейчас всё принесу! — пропела она и убежала к подругам. Мы переглянулись с Джехеном, обмениваясь одинаковыми эмоциями, пока Шиен бежала туда и обратно. — Вот, передайте ему кепку и вот это пожалуйста! — её рука выпрямилась, протягивая листок бумаги. — Надеюсь он вернется! — Да-да, я тоже. — Спасибо вам большое! И когда она развернулась, её улыбка тут же пропала с лица, стоило ей задеть меня взглядом. Я смотрел ей вслед прищурившись и сложив руки на груди. Через пару минут они всей компанией покинули кофейню и я мог спокойно вздохнуть. — Ндааа, ну и девчонка… — первым начал Джехен, — терпеть не могу таких. Теперь понятно почему ты её отверг. — А теперь представь каково мне учиться с ней в одной школе. — Могу только посочувствовать. Повисло неловкое молчание, которое скорее выглядело, как траурное, чем некомфортное. — Ты правда передашь её записку, если этот парень вернется? — захотелось уточнить мне. — Смеешься что ли? Нет конечно, — разорвал он тот листок бумаги не глядя и бросил в урну, — Хах. Хаха-хах. АХАХАХА, — вдруг громко залился смехом. — Зато тебе, я смотрю, очень смешно от того, что я спалился и теперь она станет захаживать сюда! — Да нет же, хах-хах! Я просто представил её лицо, если бы она узнала что я в курсе как зовут того парня. Я подписал ему стаканчик! И причем впервые, почему-то, запомнил имя клиента, представляешь! Очень уж оно необычное было… — Серьезно? — на моем лице проступила злорадная улыбка, — и как звали этого гостя? Джозеф. Забавное, правда? Иностранец поди! Хотя выглядит как кореец. Улыбка пропала с моего лица и я растерянно уставился на Джехена. — Ч-что? Как-как его звали? Повтори… — Джозеф. Мои глаза забегали по столу, а внутри что-то перекрутилось. Я снова почувствовал усталость и меня потянуло вниз, что пришлось облокотиться об кассу. — Чего ты? Только не говори, что он тоже твой сталкер… — Нет, нет. Кажется, это просто мой новый одноклассник, он еще не приходил, но я знаю его имя, и… Слушай, а может, отдашь эту кепку мне?

***

Однажды мама рассказала мне, что в раннем детстве я был очень общительным ребенком и стремился познакомиться с каждым человеком которого встречал: от ровесников детишек, до взрослых дядь и теть или даже престарелых. Кажется, где-то там и случился некий перелом моей личности и мне разонравилась эта глобальная концепция вездесущих знакомств. Но она явно переродилась в нечто иное, от чего я теперь так жадно потребляю любую информацию. Не проходит и дня, чтобы я не загуглил какое-то новое художественное произведение или блогера, какого-то ученого или культурного деятеля, жизненный факт или природное явление… Любознательность действительно идет со мной рука об руку, сколько я себя помню. Поэтому, я не посчитал странным свою заинтересованность в чужой кепке, отданной мне в руки. Тем более что мое желание забрать её было более необычным. В вечер воскресенья я постарался узнать всё что возможно, тщательно изучив бренд вещи, её пошив, дату реализации на рынке, нашел стоимость изделия (и крайне удивился что такую дорогую вещь могли забыть) и даже примерное место продажи. Очнулся я только спустя сорок минут своего небольшого исследования и только тогда удивился своему порыву. Но выводы уже были сделаны и я, хмыкнув, откинул кепку на подоконник. От каждой новой информации про новенького мне хотелось закатывать глаза всё сильнее. А ведь уже завтра мне предстояло столкнуться с ним лицом к лицу. И видимо чувство необъяснимого соперничества действительно пустило во мне корни инопланетным сорняком, раз эта мысль закипела интригой где-то на самом дне сознания. И я, конечно, слукавлю, если скажу что мне совсем не интересно посмотреть на этого Джо. В любом случае, мне придется отдать ему кепку, а это уже какая-никакая, но коммуникация. И хотелось бы заранее знать что из себя представляет этот парень. Кто знает, может быть, мне и вовсе не стоит так рисковать и возвращать головной убор. К тому же, настолько стильный головной убор! Обойдется. Может быть. Немного позлорадствовав, я открыл ноутбук и набрал в ютубе обзор на последнее поколение консолей, предвкушая приятное и полезное времяпровождение.

***

Сон. Сон, сон, сон и ещё раз — сон. То чем приходится жертвовать всё чаще, ради ощущения полноценной жизни. С каждым днем моей стойкости становится всё меньше от кино-марафонов, как были этой ночью. Последствия такого образа жизни вытекают токсичными отходами в реку существования, отравляя обитателей в лице способностей на активность. Показатель жизнедеятельности падает всё ниже с каждым таким разом и выливается во всё большие последствия, но я всё ещё ничего не могу с собой поделать! Кажется, меня затянуло в это пятно бессонницы, как птиц заковывает в мазутных пятнах и они больше не могу выбраться без помощи или собственной мутации. Придя в школу, я заснул сразу же, как только моя голова опустилась на прохладную поверхность парты. Проснулся я лишь на середине первого урока, чудом оставшись незамеченным преподавателем, зато напугавшем Минджон, которая меня и разбудила, предугадав небольшую тестовую работу и раздачу листов с заданиями учителем. Собраться с мыслями и понять хоть что-то на листке я всё равно не смог бы даже бодрым, так что отложил работу в сторону и прилег на парту для возвращения в сон, не задумываясь о последствиях своих действий. Усталость перевешивала все риски и затмевала разум слишком сильно. Второй раз я проснулся от своего имени, громко прозвучавшем над ухом несколько раз. С испугом подняв корпус со стола я стал озираться по сторонам, не понимая что происходит и где я вообще нахожусь. Но встретившись взглядом с преподавателем, недовольно смотревшим на меня и стоящим возле моей парты, осознание своей оплошности рухнуло на голову, больно ужалив в висках. Пока Мун Тэиль отчитывал меня, я растирал глаза и пытался привести себя в чувства, стараясь не думать о смешках проносящихся по классу и осуждающему шепоту, звучащему с первых парт. Благо тирада учителя закончилась довольно быстро, обернувшись большой, сияющей красным, отметкой в дневнике и предупреждением возможного вызова родителей, в случае повторения подобной — возмутительной ситуации. Ни слова не говоря, я молча согласился со всем сказанным и пододвинул листок с тестом, пытаясь решить хоть одно задание и отмахиваясь от попыток Минджон что-то мне сказать. Попасться ещё и с перешептыванием после такого унижения, мне совсем не хотелось.

***

— С ума сойти, Джемин! Я тебя толкнула с силой несколько раз, пока Тэиль шёл в твою сторону, а ты даже не пошевелился! — отчитывала меня теперь Минджон, пока мы сидели на перемене. — Ты чего, по ночам вообще не спишь что-ли? Как так можно?! — Ну не нагнетай, Мини, пожалуйста. Мне и так херово… — я прятал лицо в ладонях и огорченно мычал в пальцы. — Это я ещё не нагнетаю, поверь! Ты вообще заметил, как на тебя… — она осеклась чтобы придвинутся ко мне вплотную и продолжить говорить на ухо, — …как на тебя весь класс смотрел? Особенно Ниннин… По-моему ты сегодня сильно испортил свою репутацию. Она кстати на тебя прямо сейчас смотрит. И этот взгляд почувствовать на себе я бы не хотела ни за что в жизни. — Ох, черт, только не это… — Я растерянно уронил голову на парту, спешно подложив под лоб пенал. — Да-да. Лучше тебе не сталкиваться с ней первое время. Хотя я бы конечно сказала — никогда. Но ты и так знаешь моё мнение, хах. — Прекрасно знаю и в повторение не нуждаюсь, спасибо. — Кстати, на тебя еще очень пристально смотрел новенький! Новенький!!! Ну конечно! Я совершенно забыл об этом новом персонаже в сетке жизни-вещания! — А что с новеньким? Где он? Что он? — немного разошелся я, начав озираться по сторонам в поисках нового лица. — Он ушел как только прозвенел звонок. Ты проспал его представление перед классом. — Черт! — вырвалось у меня от досады и я сжал кулак. Теперь первое впечатление будет построить сложнее и займет дольше времени. Я метнул взгляд к рюкзаку, в котором лежала чужая кепка и прикусив губу, пришел к выводу, что придется расспросить Минджон как всё прошло. Я взглянул на неё и вдруг различил странную ехидную улыбку с поджатыми губами. — Ты чего? — искренне недоумевал я такому выражению лица, означающего, что она что-то задумала. — Да так, ничего… Просто показалось что ты наконец-то кем то заинтересовался. — О господи, Минджон, ты опять? — Что значит опять? Я просто сложила пару фактов воедино. — Каких ещё фактов? С чего-ты вообще взяла что новенький мне интересен? Я его даже не видел ещё! — Я ничего не скажу, кроме того, что он оказался настоящим красавчиком! И очень жаль что ты пропустил его милое приветствие, засоня! — она слегка толкнула меня в бок. — А особенно то, как он смотрел на тебя, пока тебя отчитывали, — сказала она, вновь заулыбавшись и мой план окончательно сорвался. — Думаю, он тобой тоже заинтересовался. Каким то образом, — решила обязательно съязвить в конце. — Ну и как он представлялся и смотрел на меня? Просвяти, — я аккуратно ступал на территорию игры подруги, выискивая мины на которых можно подорваться. — Не скажу! Познакомься с ним сам! А смотрел он на тебя очень… удивленно и заинтересованно. И возможно немного с раздражением. Или восхищением — я не совсем поняла. — Как можно спутать раздражение и восхищение, Мини?! — У него очень фактурное лицо, знаешь ли! Каждая его мимика была живой и многогранной! Я таких лиц ещё не встречала. Уже предвкушаю как прекрасно он будет смотреться в кадре! Я закатил глаза и потер переносицу. Каждый раз тема подобная этой начинала бесить меня, особенно когда её начинала Минджон, пытаясь познакомить меня с кем-то новым. Иной раз её фантазии переходили все границы. Вдобавок странным чувством отзывался еще и факт необычного взгляда на меня этим Рю Джо Байденом. С чего бы вдруг так смотреть на незнакомого одноклассника? Надеюсь он не видел меня в кофейне и не узнал каким-то фантастическим образом что я забрал его кепку… — Всё с тобой ясно. Не хочу продолжать этот разговор. И знакомиться с ним я не собираюсь, к твоему сведению, потому что уже знаю его имя. А то как он посмотрел на меня, мне не интересно и это может значить всё что угодно, — объяснение само вылилось из меня в потоке мыслей, и меня это предположение устроило. — Либо ты вообще как всегда всё не так поняла. Закрыли тему. — Так ты выяснил его имя?! САМ?! Охо-хаХОх-хо!!! — ликовала она по неведомым мне причинам. — В пятницу я помогал Ниннин с заполнением журнала и прочих доков для этого новенького, оттуда и знаю что его зовут Рю Джозеф Листер, — моё лицо было невозмутимым, хотя внутри всё горело от возмущения. Я старался не дергать ногой или другой частью тела в стрессе, будучи уверенным в своей информации. Минджон театрально охнула, прикрыв рот рукой, а через секунду громко и не очень приятно, словно на зло, рассмеялась. — А ВОТ И НЕ ПРАВИЛЬНО! Его настоящее имя другое! Аха-хаха! — она залилась смехом пуще прежнего, а потом бормоча под нос стала записывать что-то в телефоне. — Ч-что значит это не его имя? Но в документах было именно это! Не могли же они другого человека вместо этого Джозеппе отправить, — сдержанно возмущался я, коверкая имя и с трудом контролируя эмоции, пытаясь смириться с ошарашивающей новостью. — Нет, всё верно, — наконец утихла она, улыбаясь во весь рот, но продолжая параллельно что-то записывать, — он объяснил, что по документам у него одно имя — Джозеф, ты прав. Но при рождение было совсем другое, которое он хочет вернуть, так что он попросил обращаться к нему по имени рождения! Мое раздражение вмиг сменилось тревогой. Новая информация металась в моей голове птицей из стороны в сторону, стукаясь об стены в попытках найти выход в замурованной комнате, в которую в это же время стекался вязкий и густой мазут. Казалось, выход в такой ситуации только один — нырнуть на самое дно и продираясь сквозь плотную жижу, затекающую в глаза уши и легкие, найти дыру с которой она сочится и выйти на свободу. Однако, как мы уже знаем, выбраться из мазута можно только с помощью силы извне. Либо переродившись в более сильное животное. — Ну и… — голос мой ослаб, — Какое… у него… имя при рождение? — слова дались с трудом. — Познакомишься сам, я не скажу! — сказала она, и птица задохнулась, погребенная под склизкой тяжестью нефтяного сырья. — Понятно. Не очень то и хотелось, знаешь ли, — я снова посмотрел на свой рюкзак и съехал на стуле пониже, отвернувшись от Минджон. В ответ Минджон лишь похихикала и вновь погрузилась в экран, вернувшись за свою парту. Мне было совершенно не интересно, что она задумала и что так усердно записывала в телефоне. Я всматривался в выход из класса и пытался найти решение загадки. Спрашивать имя лично у новенького — было исключено моментально. Помимо имени, мне нужно знать о нем чуть больше информации чтобы начать даже формальный разговор. Просто для уверенности. Ниннин — наверняка точит на меня зубы за нарушение дисциплины и первые два дня к ней лучше не подходить без повода, так что маффины пожалуй буду просто оставлять на парте. Хендери? Да, можно спросить у него, но для этого приятеля надо ещё вовремя вытянуть из его компании спортсменов, либо поймать между походами в столовую и в туалет на перекур. Можно попробовать спросить в соц сетях, но не факт что он ответит тем же днем (в этом мы с ним похожи). Вариант спрашивать у других одноклассников даже не рассматривается. Не люблю с ними взаимодействовать, к тому же любую мою коммуникацию могут посчитать странной и невесть что напридумывать. Тем более с вопросом о другом человеке. В конце концов мне не настолько интересно настоящее имя этого Джуманджи! Почему вообще меня должно волновать это хоть сколько то? Да, у меня его кепка, и её нужно бы отдать. Но это ведь не обязательно делать прямо сейчас, а обращаться именно по первому имени! К тому же, может я не знал что он переведется именно сегодня, или забыл. Причин может быть море, так что не вижу смысла напрягаться и выходить из зоны комфорта, ради абсолютно незначительной информации. С такими выводами я перестал смотреть на вход и надев наушники, принялся рисовать на полях тетради, стараясь думать лишь о новом альбоме Paramore.

***

Очень сложно сходиться с людьми, подбирать к ним ключики и аккуратничать в словах и действиях, по сути стирая свою личность. И всё ради чего? Ради того чтобы тебя пару раз пригласили на пьянку, наверно. Мне такое уж точно не нужно. Мне не хватает банального человеческого общения, один на один, когда ты доверяешь человеку, когда разделяешь с ним интересы, когда можешь на него положиться. И не сказать, что такое общение у меня отсутствует вовсе, напротив, Ниннин, Минджон и Хендери мои хорошие и верные друзья — то какими они могут быть в своих рамках. Но я чувствую что они не те, с кем я смогу пойти дальше по жизни. Просто не те. Минджон, моя лучшая подруга, сегодня снова выкинула то, что заставило меня усомниться в ней. Она не разрешила идти с ней на обед, сказав чтобы я пригласил новенького. То насколько я был возмущен — не описать словами! Её настойчивая вера в собственные выводы действительно порой убивает меня! Поэтому мне больше ничего не оставалось кроме как пойти в столовую в одиночку чтобы взять обещанные маффины с какао для Ниннин и заодно купить обед и себе. Те же онигири с липтоном для перекуса. В ином случае оставаться одному с большим подносом еды, прямо посреди этого зверинца — было просто глупо. И хоть я не из тех кто следует всем социальным нормам, считая их приемлемыми, некоторые негласные правила я старался соблюдать, ради собственной же безопасности и благополучия. Потому что есть в столовой, сидя одному, равноценно жить с клеймом изгоя. Либо быть словно куском мяса перед стервятниками, готовящимся тебя разорвать. Не будь на мне такое обязательство перед подругой — один я бы туда и близко не сунулся. Мне не хотелось попадать в такую неприятную социальную обстановку, откуда не так много способов выбраться, так что в такие, будем честны — довольно частые моменты, когда Минджон, Ниннин или Хендери не могли со мной поесть, я уходил на крышу с бэнто взятым из дома, покупал сэндвичи с курицей в ларьке возле школы и ел на трибунах футбольного поля, либо перекусывал прямо в классе. Это было не сложно, особенно когда мне вспоминалось то, что однажды Ким Шиен — моя сталкерша, впервые подошла ко мне именно в столовой, когда я обедал в одиночестве… Итак, за дверьми в столовую меня ждало целое испытание — пройти сквозь зал, стараясь не думать о своей походке и о том сколько подростков на меня сейчас смотрят и мечтают накинуться; отстоять километровую очередь, отбиваясь от желающих протиснуться не занимая места; правильно расплатиться с кассиршей, не разозлив её одним только взглядом, и удачно выбраться из этого зоопарка. Где-то на этапе подхода к очереди я, как обычно, начал сомневаться в том что моя дружба с Ниннин заслуживает таких усилий. Но стоило только вклиниться между парой человек, как пути к отступлению были тут же отрезаны толпой. Быстро смирившись, я достал один наушник и включил первый попавшийся научпоп-подкаст про генную инженерию. Стоять в ожидании стало в разы приятней, и сознанием переключившись на интересное повествование, очередь, казалось, стала двигаться быстрее. В какой-то момент, она сократилась передо мной в разы, потому что компания ребят передо мной передумала что-то покупать и ушла из столовой. Я радостно приблизился к парню впереди меня, оставаясь строго за его спиной. Увидев сокращение очереди, люди позади сделали то же самое, и приблизились слишком резко и близко ко мне, что я чуть не врезался в того парня. И стоило мне сделать к нему этот небольшой непредвиденный шаг, практически вплотную, как я ощутил какой-то, до боли знакомый запах… Меня будто прошибло насквозь болезненным чувством ностальгии, по чему-то очень далекому и невесомому как воспоминания, чудному и яркому как утренние мультфильмы, наивному и беззаботному как детство… Да, это был запах детства, определенно он! Смесь выпечки, сладостей, домашней еды, собственного стирального порошка, дорогого мужского одеколона и чего-то ещё… чего-то живого, — смешались вместе и окутали меня со всех сторон, набросившись невероятным ансамблем, антракт которого длился с десяток лет! Я стоял неподвижно, смотря на свой поднос. Пытался не думать о том, как сильно хочется разреветься прямо на месте. Старался вдохнуть это сочетание ароматов поглубже, изучить как истинный парфюмер, вычитав все ингредиенты; надеялся вспомнить по новой и впитать сильнее, чтобы это чувство по-было со мной хоть еще пару секунд… Вся магия рассеялась, когда меня похлопали по плечу и попросили подвинуться вперед, к уходящей очереди. Запах всё ещё кружился вокруг меня, но вмиг стал слабее, как и моя детская память. Тонкий. Слабый. Податливый. Мимолетный. Я больше не мог уловить его в полном объеме, и судорожно вдыхал воздух каждые пару секунд, будто в приступе астмы. Надежда на повторение чувства покинула меня вместе с парнем впереди очереди. Он ушел, так ничего и не купив, а я — так и не увидев его лица. Лишь темный затылок и крепкие плечи отпечатались в памяти — вывернутый портрет того, кто разделил со мной такой значимый момент, даже не осознав этого. Весь оставшийся день я провел в прострации, почти не вынимая наушники даже на уроках, безуспешно пытаясь вспомнить этот запах и того что с ним связано. Все планы и проблемы ушли на второй план, а новенький и вовсе затерялся на заднем фоне так же, как и его кепка среди моих тетрадей и учебников.