The Owl House rebuild: Blood Plague

Со временем листовка помялась еще сильнее. Белые трещинки паутинкой распластались по ровным, безукоризненно белым буквам, от которых исходила особая энергия, как показалось Луз. Вот смотрела она на логотип и чувствовала, как тело наливается силой и осознанием, что она пришла сюда не зря. Она отвела взгляд от листовки в сторону улицы. Находится здесь было — одно удовольствие. Луз с детства мечтала стать частью какой-то общности, быть объединенным с кем-то общей идеей. И вот, очередная, казалось бы, глупая фантазия стала явью. Напротив центрального здания Императорского Ковена собралась целая толпа, преимущественно состоящая из подростков и молодых взрослых. Ведьмы вскидывали руки и наперебой кричали: — Долой тиски ковенов! Даже не задумываясь, Луз подхватила кричалку. Для пущего эффекта она даже начала скакать на месте, размахивать кулаками и орать настолько сильно, чтобы все заметили, насколько она горит идеей равенства. Получилось даже слишком хорошо, так как остальные протестующие осуждающе смотрели на нее, когда в порыве борьбы она случайно стукала стоящих рядом. Девочка сдавленно извинялась и продолжала скандировать с меньшей яростью. Ответ не заставил себя долго ждать. Первые несколько минут скауты лишь выглядывали из окон, переговаривались, но конкретных действий не предпринимали. Луз уже хотела рассмеяться, но потом широкие двери распахнулись и на улицу высыпали несколько служащих ковена. — Прекратите, или мы применим силу! — гнусавым голосом завопил один из них. По толпе прокатился смех, и скаут, кажется, залился краской, скрывшись в стенах здания. Угроза никак не подействовала на протестующих, даже наоборот, распалила их настроение еще сильнее. Луз закричала громче вместе со всеми. А затем на улицу вышло еще больше скаутов с уже заготовленными заклинаниями. Один из них что-то крикнул, после чего из разноцветных окружностей хлынула вода, окатившая всех протестующих, в том числе и Луз. Девочка взвизгнула и отскочила, одежда неприятно прилипла к телу. Остальные ведьмы тоже расступились, позволяя скаутам пройти глубже и залить тех, кто стоял сзади. Без внимания не остался никто. Раздались вопли, и ведьмы побежали в разные стороны, наскоряк создавая огненные заклинания для сушки одежды. Луз полезла в карман за глифом огня, но использовать его не рискнула: опыта у нее мало, велик риск, что любимую кофточку она просто спалит. О продолжении протеста не могло быть и речи, так как скауты оцепили территорию и гнали магическими водометами всех, кто осмелился вернуться и кричать дальше. Луз скрылась за ближайшим поворотом и показала язык, даже не испугавшись, когда один из служащих обернулся в её сторону. Будет она еще их бояться. Это было так круто! Луз уже слышала, что КЭТТы организуют протесты и вот, представилась возможность поучаствовать в нем лично. Насколько она знала, в мире людей тоже бывает такое, но в Грейфсвилде она демонстраций не видела никогда. Как и по телеку. Как и в Интернете. Просто знала, что они существуют и все. Надо будет спросить у Раи об этом, она же не из ее города. Луз полезла в карман и вытащила тоже успевшую промокнуть агитационную листовку, в некоторых местах начавшую расходиться на куски. Надо будет взять новую. Но буквы организации все еще проглядывались очень четко, словно даже водная стихия не способна их разрушить. При виде любимого предмета настроение поднялось вверх, и, прижав листовку покрепче к груди, Луз бросилась в сторону дома, чтобы рассказать о случившемся приключении Иде. Когда до совиного дома оставалось пара сотен метров, девочка практически скакала, напевая под нос какой-то мотивчик, представляя, что это гимн КЭТТов, который она придумала сама. Конечно, настоящий она бы не смогла сделать, так как серьезно музыкой не увлекалась, да и инструментов у нее тоже никогда не было. Спустя пару минут показалась знакомая опушка с домом посередине, и Луз ускорила шаг. Дверь с грохотом ударилась о стену, когда она влетела внутрь и во все горло заорала: — Я дома! Спящая на диване Ида с вскриком подскочила, едва не свалившись на пол. Из кухни выглянул Кинг, сжимая в лапке сковородку с шкворчащим маслом и несколькими тостами. При виде мокрой Луз его глаза расширились, и он быстро поставил еду на печку, а сам ринулся навстречу ей. — Титан, твоя одежда! — он испуганно запрыгал вокруг девочки, осматривая масштаб бедствия. — Прошу, скажи, что ты не утонула! — Не переживай! — Луз наклонилась и похлопала его по черепушке. — Я просто была на митинге и попала под раздачу. Заплывов не было. — Как хорошо… — малыш расслабленно выдохнул. — Погоди, на «митинге»? — встряла в разговор Ида. — Ты что, ходила на демонстрацию КЭТТов напротив правительства? — В яблочко! — Луз подмигнула наставнице. — Я просто подумала, что мне необходимо изучать местную оппозицию, чтобы легче было в нее влиться. Ты знала, насколько такие мероприятия поднимают дух общности и борьбы? Женщина встала с дивана и подошла ближе, а затем скользнула пальцами в карман шорт девочки, хватая ногтями памятую листовку. Луз хотела возмутиться, но не успела. — Сколько ты ее уже носишь? — наставница фыркнула, прочитав надписи. — И зачем она вообще тебе? — Ну, хочу информацию изучить об организации, куда хочу вступить, — Луз наконец-то сообщила то, что хотела уже несколько недель. В это мгновение взгляд ведьмы потемнел, и она на глазах девочки смяла листовку и кинула в мусорку, заставив Луз испуганно вздохнуть. — Это исключено, — отрезала она. — Ты к ним вступать не будешь. — Но Ида! — вспылила девочка, сжимая кулаки от отчаяния. — Это же очень поможет мне в развитии. Я слышала, у них боевые тренировки есть. Может, я смогу узнать что-то новое и потом подобраться к белосу поближе? — Ребенок, там тренировки не заточены под человека, — стояла на своем наставница. — Они пытались затащить меня к себе и я видела, как они оттачивают навыки. С твоими глифами ты вылетишь в первые же дни. — У них и другая работа есть, — не унималась Луз. — Например, посты в Интернет писать. Я часто сидела в Интернете а мире людей, я знаю, как это делается. — Но ты идешь к ним не из-за этого, верно? — попала в точку Ида. — Луз, я уже хорошо тебя знаю. Ты сначала пойдешь по видом рекламщицы, а потом тихой сапой проберешься к драчунам. А там тебя просто порвут. — Не порвут! Я усердно тренировалась эти три месяца, что-то уже умею! Ты видела, как я на самообороне от монстров отбивалась? Ведьма вздохнула, понимая, что этот диалог ни к чему не приведет. Затем она наклонилась и сжала длинные белые пальцы на плече ученицы. Луз почувствовала этот небольшой холодок и приятный запах, исходящий словно от матери. Сбоку подошел Кинг и вцепился коготками в ткань ее леггинсов. в его огромных желтых глазах застыла мольбы. — Луз, ты уже слышала мои подозрения, — мерным и нежным голосом проговорила Ида. — КЭТТы далеко не настолько безопасны, как может показаться на первый взгляд. Они участвуют в по-настоящему опасных операциях, и велик шанс, что ты в их ходе пострадаешь. Ты действительно хочешь раниться в борьбе за то, что, возможно, не будет достигнуто? Взгляд девочки потемнел, и она скинула руку ведьмы с плеча. Сделав шаг назад, она смерила друзей презрительным взглядом, а после процедила: — Я готова пострадать за то, что верю, — а затем, к глазам подступила влага, и она опустила голову, стараясь не показывать эмоции. — Один близкий мне человек однажды сказал, что нужно верить в свои идеалы настолько, что быть готовым пострадать ради них. Только так определяется настоящий борец.        Ида в неловкости закусила губу, видимо, осознав, что ненароком надавила на больную точку. Она слегка двинула ногой, порываясь подойти и утешить ученицу, но воздержалась, лишь виновато отведя взгляд. Но вот Кинг сделал шаг вперед и обхватил ее ногу лапками. Луз никогда не видела его рта, но прямо сейчас была уверена, что он улыбается. Виновато улыбается.        — Я понимаю, что тебе хочется быть похожей на этого человека, — начал он. — Но мне кажется, тебе надо учитывать контекст. У него могли быть другие причины рисковать, и поэтому он сделал это. Но ты находишься в совсем другой ситуации, и в ней риск неоправдан. Подумай, он был бы рад, если бы ты пошла и поранилась ради того, чтобы поймать хоть какой-то призрачный шанс на спасение, которого, может, и не существует?        Это стало последней каплей. Луз громко шмыгнула носом и принялась утирать слезы, ручьем текущие по щекам. Грудь сдавило знакомой отвратительной эмоцией. Девочка отстранилась, сжимая кулак, словно там все еще находилась та листовка.        — Вы не понимаете… совсем не понимаете, — выдавила она.        — Луз, мы все понимаем… я понимаю, — лицо Иды было пронизано фальшивым сочувствием. — Я была такой же в молодости и, поверь, мое бунтарство не привело ни к чему…        — Нет! — рявкнула девочка настолько сильно, что разнеслось эхо. — Ничего ты не понимаешь!        С этими словами Луз бросилась на выход, игнорируя попытки Кинга следовать за ней. Перед глазами была пелена из слез, а в ушах снова и снова повторялись мерзкие, пропитанные ложью слова, чью наигранность, казалось, видела только она. И почему они не понимают, насколько это важно для нее?!        Сердце бешено стучало в груди, отдаваясь утробным гулом в ушах. Где-то на окраинах сознания даже проскочила мысль сбежать из совиного дома ненадолго, чтобы осуществить задуманное, зарекомендовать себя как сильного и крутого КЭТТа, а потом прийти назад и рассмеяться им в лицо. Но это было бы как-то неправильно. И Луз, на самом деле, понимала, что ей хочется получить хоть каплю одобрения перед вступлением.        Ноги сами несли ее, и Луз почувствовала себя чуть лучше, когда над деревьями показались прекрасные крыши Хексайда, где вроде как должны тусоваться Гас, Уиллоу и Эмити. Сегодня день дополнительных занятий, на которые ходят Уиллоу и Эмити, а Гас их сопровождает за компанию. Луз сама бы хотела пойти сегодня, но голова была занята КЭТТами, и в итоге поход на демонстрацию оказался предпочтительнее.        Девочка ногой толкнула дверь и завалилась внутрь, лихорадочно осмотрелась в поисках друзей. По фойе сновала парочка школьников, но их было не так уж и много, что означало, что занятия еще идут и придется подождать. Луз расстроенно фыркнула и направилась в столовую.        Рассматривая через застекленные витрины всякую вкусность, девочка слегка отвлеклась от невеселых мыслей, хоть и не полностью. Да, Иду порой что-то не устраивает, но она же всегда исправляется. Она сначала и торговать ее брать не хотела, но потом увидела, как Луз применяет тактики, подсмотренные в книжках по маркетингу дома, и передумала. Может, тут ситуация аналогичная.        — Либо покупай, либо проваливай, человек, — со стороны гаркнул голос, заставив Луз чуть ли не подпрыгнуть. Полноватая демон-повар с прищуром смотрела на нее, словно прожигая насквозь.        Девочка виновато опустила взгляд и принялась рыться в карманах в поисках мелочи. На прилавок упали несколько монет.        — Булочку с сахаром, пожалуйста, — вежливо попросила она. Повариха буквально швырнула ей товар и смахнула деньги под прилавок. Луз попыталась улыбнуться, но ответного теплого отношения не встретила.        — И чего тебя только сюда взяли? — злобно процедила она. — Умственно-отсталый человек, что только прожирает то, что принадлежит ведьмам. Я даже понятия не имею, как ты учишься.        Луз повернулась, чтобы что-то сказать в ответ, но воздержалась и лишь откусила булку, направляясь к ближайшему столику. Будет она еще время тратить на всяких вредных работниц со странными взглядами.        Как настроение поднялось, также оно и упало вниз. Как бы девочка не старалась забыть об этом дурацком конфузе, мозг словно бы специально возвращался к нему, напоминая слова о никчемности людей снова и снова, словно хотел, чтобы Луз выучила их наизусть.        — Я вам еще покажу… — пробубнила девочка, заталкивая в рот последний кусочек.        — Что покажешь?        Девочка снова подпрыгнула и подняла взгляд на подошедших друзей, устраивающихся на стульях напротив. Уиллоу спешно снимала слизь с накидки, пока Эмити украдкой смотрела на это и посмеивалась.        — Да ничего особенного, — Луз повела плечами. — Просто до меня в очередной раз докопались, что я человек.        — Не обращай внимания, — несмотря на совет, голос Гаса был холодоватым. — У нас тут многие так говорят.        — Да я уж заметила… — протянула девочка, вспоминая каждый раз, когда ее тыкали носом в факт ее происхождения. — В любом случае, как у вас дела?        — Немного лучше. Совсем немного. — Уиллоу моментально сникла. — Учитель сказал, что какие-то подвижки есть, но мне еще работать и работать.        — Это точно, — поддакнула Эмити, — Эта мерзость даже не уровня… — ее взгляд задержался на осуждающем выражении лица Луз, и она тут же замолчала. — Неважно.        — Но ты же можешь это изменить, верно?        — Не знаю, — Уиллоу сжала подрагивающие руки в замок. — Я слышала, что из-за моих малых успехов я на грани отчисления.        Ее плечи задолжали, а Луз сорвалась с места и сжала руки на них.        — Уиллоу, у тебя все получится! — бросила она пустую воодушевляющую цитату и тут же пожалела об этом. — …Ну, если и отчислят, можно же в другую школу записаться, еще где-нибудь себя попробовать…        — Луз, ты же представляешь, какой это позор? — промямлила Уиллоу. — Отчислиться из самой лучшей школы на Островах…        — Ну, тогда можно сменить направление, — добавил Гас. — На мерзостях же свет не сошелся. На крайний случай, можно пойти в зельевары, они много зарабатывают. Или в средний класс, тоже хорошо. А вообще можно в рас… — он осекся, понимая, что собирался сказать.        Луз бросила на него взгляд и подавила улыбку. Кажется, он с ней одного мнения по некоторым вопросам.        — Я не знаю… — Уиллоу сжала руки еще сильнее. — Я кроме мерзостей мало что умею.        Слова «это не правда» застряли в горле. Раньше бы Луз без промедлений их сказала, но сейчас интуиция подсказывала, что этого делать не стоит. Вместо этого она провела рукой по спине подруги, пока та выровняла дыхание и ослаблять хватку на собственных руках.        — Все образуется, — только и вымолвила Луз. Уиллоу подняла взгляд на нее, и девочке даже показалось, что краешек ее рта слегка пополз вверх. Гас все еще осуждающе зыркал на нее, но уже не так, как раньше. От этого осознания стало легче.        А вот об Эмити что-то хорошее сейчас сказать было трудно. Ведьма стояла на расстоянии с пренебрежительным выражением лица, но как только Луз нахмурилась, встрепенулась и опустила голову, как провинившаяся младшеклассница.        Через пару минут Уиллоу стало легче, и она выпрямилась. Луз мягко улыбнулась, садясь прямо. В любом случае, она была уверена, что подруга не пропадет. Просто сидело внутри такое убеждение, что ведьма сможет найти выход и сделает так, что жизнь повернется к ней лицом.        — Кстати, почему ты здесь, Луз? — спросила она. — Я думала, ты на дополнительные не ходишь.        — А, точно. — Девочка по привычке порылась в кармане в поисках бумажки, но запоздало вспомнила, что ее там больше нет. — Я хотела бы вашей поддержки.        Тут даже уши Эмити дрогнули, а она сама посмотрела на Луз.        — Дело в том, что я сегодня была… на демонстрации, — на этих словах все как-то напряглись. — Мне было так хорошо с КЭТТами, и я решила присоединиться к ним. Что вы об этом думаете?        Луз была готова ко всему. Но прямо сейчас, когда на нее смотрели в немом шоке, она думала, что сквозь землю провалится от сомнений и непонятно откуда взявшегося стыда. Просто было очень некомфортно от таких взглядов.        — Луз… — Уиллоу первая взяла себя в руки. — Я понимаю, что ты хочешь бороться. Но разве нет других способов это сделать?        Лёгкое воодушевление как рукой смело. Луз почувствовала, словно прямо сейчас стремительно уменьшается в размере, пока ее друзья, наоборот, становятся больше.        — Поддерживаю, — вмешался Гас. — Луз, твое стремление может сыграть с тобой злую шутку. Ты станешь мишенью для Белоса, и легко окажешься в Конфоматориуме.        — Но… — девочка с надеждой посмотрела на Эмити, что лишь залилась краской от её взгляда и отвернулась. — Эмити…        Луз подошла поближе к ней и взяла за руки, заставляя приподнять голову.        — Слушай, я могу избавить Острова от гнета. Разве ты этого не хочешь? Ты должна понимать, каково это, жить под вечным контролем, твоя мама делает это с тобой. Ты же поддержишь меня?        При упоминании одалии уши ведьмы дернулись еще раз, а она как-то затравленно заозиралась по сторонам, не найдя, что ответить. Луз сжала ее пальцы покрепче, но это не дало никакого результата.        — Луз… я не знаю, — наконец, нашлась с ответом она, — Ты можешь вступать в КЭТТ. А можешь и не вступать. Тут исключительно твое решение, — казалось, говорила она это с большим трудом.        Луз отстранилась, не зная, что сказать дальше. Ответ оказался совершенно неожиданным, хотя подсознательно девочка понимала, что не получит однозначного «да» или «нет». Но все равно, от этого было так больно.        — Я поняла, — выдавила из себя она и повернулась к Гасу и Уиллоу. — Удачи вам на дополнительных. Мне… мне надо домой.        Не дав кому-то договорить, Луз направилась к выходу из столовой. Когда она уже была у дверей, со стороны буфета раздалось презрительное цоканье, на которое девочке было уже все равно. Пусть эта демон думает, что хочет.        Думала Луз, что выйдет в более приподнятом настроении, а оказалось все ровно наоборот. Руки как-то опустились, и девочка даже начала немного сомневаться, стоит ли ей вступать в оппозицию. Но эту мысль она тут же решительно отряхнула. Она будет делать, что хочет, и никто ей не указ.        Тогда почему думать об этом так больно?        С ватной головой девочка дошла до совиного дома, и перед тем, как открыть дверь, нарвалась на Хути, который уже успел где-то изваляться.        — Хут-хут, выглядишь подавленной! — завопил он, в привычной веселой манере, от которой Луз было ничуть ни лучше.        — Не сейчас, Хути. Я не в настроении, — бросила девочка и открыла дверь.        — Если не весело, иди туда, где тебе весело! — визг демона утонул, как только дверь за ней захлопнулась. Девочка медленно поднялась по лестнице, даже не обратив внимания на Кинга, вытирающего плиту от разводов, пока Ида смотрела куда-то в окно. Просто не хотелось сейчас с ними встречаться.        Добравшись до своей комнаты, девочка упала на спальный мешок и испустила сдавленный стон. А затем слегка побила ногами о пол, лишь бы выплеснуть хоть каплю гнева.        Так бы она и лежала на полу, пока со стороны не раздался голос.        — Где ты была? — Луз подняла голову на Раю, что сидела в самом углу в тени, девочке на секунду показалось, что ее глаза мерцают красным цветом.        — Гуляла, — без особого интереса отозвалась Луз и снова вжалась лицом в подушку. Но, судя по тону сестры, это разозлило ее еще сильнее.        — Не веди себя так, словно ничего особенного не произошло. Они не одобрили идею, верно?        На секунду Луз подумала, что Рая следила за ней, и поэтому знает, что произошло. Девочка вновь подняла голову, пока противная тошнота приливала к горлу. Сестра увидела немой вопрос на ее лице и снова заговорила.        — Кинг мне все рассказал. Ты хочешь вступить в местную оппозицию, верно?        — Ну и что? — ответ получился несколько более агрессивным, чем планировалось. — Хочу и вступаю. Тебе-то какое дело.        — Ты там умрешь, — стальным голосом проговорила Рая. В ее тоне было что-то, отчего по телу пробежали мурашки. — Ты знаешь, чем КЭТТы занимаются. И Белос может открыть на них охоту. И я не думаю, что человека они будут хранить, как зеницу ока.        — Будто бы ковену будет какое-то дело до рядового человека, — парировала Луз.        — Но ты же не хочешь быть рядовым, верно? — глаза Раи сузились. — Ты хочешь быть героем. Чтобы тобой восхищались. И для этого ты пойдешь на многое. Но это могут быть просто мечты, а в реальности ты окажешься где-то в канаве, пока более ушлые будут пожирать плоды твоей наивности.        — Этого… этого не будет! — от такого категоричного тона проснулась неловкость. — Знаешь, я тоже не промах. Я смогу сделать так, что меня будут уважать.        — И много у тебя в жизни было случаев, когда ты смогла кого-то перехитрить?        Луз собралась что-то сказать. И не сказала ничего. На самом деле, чудес хитрости в жизни она особо не показала. Как и умения строить тактики. Как и таланта к ведению за собой людей. Но это же не значит, что она не может этому научиться!        — Мне мама говорила, что всему можно научиться! — девочка встала и посмотрела на сестру сверху вниз. — Может, раньше я ничего не умела, но сейчас подвернулся идеальный шанс научиться.        — Даже ценой своей жизни?        Луз закусила губу. Рая говорила так категорично, что мысли о возможной смерти волей-неволей залезли в разум. И не вызывали сильного волнения. Словно Луз была готова к такому исходу, пусть и не полностью. Да, она считала смерть чем-то страшным, но еще страшнее казалась возможная гибель других людей, которых она могла бы спасти.        — Да, — твердо ответила девочка. — Даже ценой моей жизни. Для меня лучше уж смерть, чем жизнь с осознанием, что из-за моего бездействия кто-то пострадал.        Не давая сестре вставить и слова, Луз развернулась на пятках и отправилась на выход. Когда она спускалась, из-за угла выглянул Кинг и, судя по всему, хотел позвать ее на ужин, но девочка была так обижена, что даже не обратила на него внимание, как и на тот виноватый взгляд, с которым он смотрел на нее.        Таким же ровным шагом она покинула совиный дом и направилась Титан весть куда. Ноги сами несли ее, и Луз полностью доверилась им.        И вот, последняя надежда на поддержку утонула в куче грязи. Луз понимала, что от Раи одобрения таких вещей навряд ли дождешься, но все равно чувства от ее резкого тона были неприятные. К тому же напряжения добавил ее внешний вид, когда девочка твердо заявила о своей позиции. Словно она уже что-то задумала.        Но это интересовало Луз в последнюю очередь. Ноги отнесли ее в центр города, где в ночных огнях плясали и веселились ведьмы. белос, вроде бы, запретил массовые мероприятия, но скопление нескольких ведьм вряд ли бы можно было назвать таковым. Луз приблизилась, чтобы услышать, о чем они поют.        Песенка была причудливой, в ней пелось о свободе, о дикой магии, о поиске лучшей жизни. Луз моментально поняла, что это свои, а улыбка сама наползла на лицо.        Девочка не могла не нырнуть в эту толпу и не попытаться затянуть песню тоже. Получалось фальшиво, Луз никогда не была хорошей певицей, но само ощущение общности с этими ведьмами словно заставляло забывать о какой-либо неловкости. Луз вопила во всю глотку, и никого это не смущало.        Никого не смущало и то, что она человек. В КЭТТ все были равны. Даже инвалиды без магии чувствовали себя в тепле и уюте. И это почти что опьяняло.        Забыв о всех тех, кто не одобряет ее идеи, Луз запрыгнула на шею рослому парню в накидке и продолжила петь, пока сильные руки придержали ее. И девочка даже не заметила, что острые черты лица, тёмные волосы и торчащие два клыка в улыбке кажутся знакомыми.