The Owl House rebuild: Blood Plague

В кошмарной толкучке ему было уже нечем дышать. Хантера то и дело пихали локтями, он едва не валится с ног, выругиваясь сквозь плотно сжатые зубы. Даже собрания скаутов были не такими дикими! Этим ведьмам не хватает дисциплины. Первая в его жизни демонстрация казалась сущим кошмаром. Толпа собралась огромная, приведя Хантера в ужас. Это столько ведьм и демонов поддерживает КЭТТов?! Почему-то раньше казалось, что оппозиция — это просто кучка маргиналов-террористов, но, оказывается, масштаб бедствия до него стал доходить только сейчас. Что пугало еще сильнее — это возраст всех присутствующих. Подавляющее большинство ведьм и демонов были едва старше его, многие еще и в школьной форме. Кем вообще надо быть, чтобы запрягать в революцию детей? «Ну, тебя же засунули в Ковен в четырнадцать лет» — издевательски добавил внутренний голос. Нет, это совершенно другое. Случай Хантера частный, таких как он, среди имперцев немного. А вот КЭТТы вербуют школьников сотнями, если не тысячами. С этим нужно что-то делать. Взгляд задержался на парне приблизительно его возраста. Мальчишка сжал руки в кулаки и вскинул их вместе со всеми, как только по толпе волной пролетела отвратительная кричалка, от которой внутренние органы сжались в единый комок. Общий крик был такой громогласный, что юноша на мгновение засомневался в решении отговорить хоть кого-то. Но он быстро стряхнул глупые чувства и решительным шагом направился к тому самому парню, тот как раз перестал орать и слегка успокоился. — Слушай… — сдавленно начал он, вытягивая руку вперед. И в это мгновение парень снова вскинул руки, случайно задевая нос Хантера. Он отшатнулся и прижал руку к лицу, а ведьма, кажется, этого и не заметил. Повторной попытки вмешаться Хантер предпринимать не стал. Только сейчас он заметил, что глаза парня налились кровью, а он сам больше напоминал разъяренного быка, как бы намекая, что сейчас лезть лучше не стоит. И Хантер решил сделать именно так. Но отвратительное чувство все еще сидело в груди, заставив начать грызть палец от нарастающего ощущения вины за то, что все эти ведьмы не одумались. Он должен переубедить хоть кого-то! Надо просто выбрать менее агрессивную ведьму и поговорить с ней. Здесь обязательно найдуться осознанные граждане, которые понимают, что переворот — это не выход. Хантер отправился на поиски дальше. Каждая ведьма, на которую он натыкался, напоминала дикого демона: кулаки летели во все стороны, брызгала слюна, в оба уха влетали ругань и оскорбления, когда он случайно задевал кого-то локтем. Вера в этих ведьм иссякала с каждым шагом. Но он не был намерен сдаваться. Ближе к краю толпы места оказалось чуть больше, так что Хантер позволил себе ступать шире, хотя парочке ведьм он ноги все-таки отдавил. И все же, он добрался до цели — одна девочка стояла в самом углу и кричала вместе с остальными. Хантер решил попробовать именно с ней. Незнакомка стояла спиной, отчаянно визжала и подпрыгивала на месте, отчего Хантер на секунду засомневался в успешности того, что собирается сделать. И все же он набрался сил и подошел ближе. А затем ведьма повернулась, и юноша понял, что это не совсем ведьма. «Рая?» — промелькнула мысль, когда он увидел круглые уши и смуглую кожу, но потом до него дошло: это не она. Слишком уж ярко была одета и экспрессивно себя вела. Это ее сестра Луз. — «Ну что ж…» Хантер уверенно двинулся вперед, вытягивая руку к ее плечу. Но как только он коснулся ее кончиками пальцев, холодная жидкость обрушилась на голову, заливая одежду и заставляя ту неприятно прилипнуть к телу. По толпе прокатился оглушительный визг, а сама она бросилась прочь. Отлично, скауты применили заклинание воды. Хантер не стал сопротивляться давке, а направился по ее направлению, сжимая зубы от отчаяния и нарастающего гнева. У него почти получилось! Луз он из виду потерял окончательно. Краем глаза сначала заметил, как она бежит куда-то в сторону, но потом девочка просто исчезла. Искать ее уже не было смысла, надо переубедить кого-то еще. Как только толпа слегка унялась, юноша начал выцеплять глазами других, и остановился на парне-демоне, что усиленно рвался назад к скаутам, выставляя вверх средние пальцы. Хантер ринулся к нему, схватил запястье и силой опустил вниз, встречая незначительное, но сопротивление. — Ты что… — Ты же знаешь, что за такое впаять могут?! — прошипел Хантер. — Это же статья! — Ну и что, я их не боюсь! — парировал демон и начал жестикулировать с большим остервенением. Хантер раздраженно вздохнул и попытался оттащить парня подальше, но тот вырвался из не очень крепкой хватки и бросился вперед. — Че ты пристал ко мне? — Это не выход… — как-то неуверенно пробормотал юноша, предпринимая последнюю попытку его остановить. И снова встречая ярое сопротивление. — А что, по-твоему, выход? — спросил он. — Я… — начал он и застыл. — Я не знаю… — Вот-вот, — парень показал ему язык и убежал, оставив Хантера одного. Надо было свои аргументы продумать чуть получше. Сначала он хотел сказать про возможность договориться, но за последние несколько дней понял, что говорить об этом бесполезно. Если так подумать, народ действительно не имеет возможности что-то поменять без применения силы. Реальная власть только у него самого, у Золотого Стража. И даже так шансы что-то сделать критически малы, ибо Белос четко дал понять, что слушать его не собирается. От бессилия захотелось выть. Хантер засунул руки в карманы, и со злости пнул камень, который влетел в стену ударился об нее, сшибая с места хлипкий кусок кирпича, что покатился по земле, поднимая клубы пыли. «Похож на нашу власть. Такая же шаткая и разрушится от пары толчков» — печально подумал Хантер и направился в штаб КЭТТов. Сильнее убивало то, что поговорить — это единственное, что он может сделать в текущей ситуации. Предпримет что-то большее — оппозиция начнет что-то подозревать, и его точно выдворят. Интуиция подсказывает, что нужно провернуть что-то тонкое, что-то хитрое. Но хватит ли у него ума на такие схемы? Он даже обмана маленькой девочки не заметил! На протяжении месяца Рая успешно выдавала себя за свою сестру, и заметил это он из-за нелепой случайности. Не появись тогда сама Луз, смогла бы Рая достать еще больше информации, которую ей знать не стоит? Она бы точно придумала что-нибудь, чтобы шпионить за КЭТТами. Подумалось даже пойти к ней и попросить о помощи, но это было исключено. Девочка определенно злиться на него после того, что случилось. Можно, конечно, попробовать извиниться, но времени сейчас на это не было. Был еще вариант осуществить более грубую тактику, например, залезть в комнату проведения важного собрания через какой-то потайной ход, или переодеться и пройти в маскировке, но это тоже отпадало. Главы КЭТТов — крайне сильные и умные ведьмы, которые сообразят проверить все ходы или спросить у незадачливого шпиона какую-то специфическую информацию, известную лишь тому, за кого он себя выдает. Итог остался один: попытаться привлечь к себе как можно больше положительного внимания и попасть в верхушку на «легальной» основе. Но сколько времени на это уйдет? У него нет даже нескольких месяцев, пока Белос не заподозрит неладное. Надо действовать радикальнее. И тут в голову пришла мысль. Врезалась, как неуклюжая фея. Он может угрозами заставить слить себе информацию кого-то из вышестоящих. Ну что, это не так уж и трудно. Хантер — один из сильнейших ведьм на Островах, он сможет найти какое-то противодействие их заклинанием, получит какую-то поддержку и, самое главное, — достигнет хоть каких-то результатов до того, как КЭТТы узнают, что произошло. Он дошел до нужной двери и тупо уставился на нее, обдумывая новую идею. Это можно реализовать, конечно, но некоторые риски имеют место быть. Что, если ведьма окажется слишком умной для него? Или в момент нападения она будет с кем-то? Нужно спланировать все до мелочей, чтобы план прошел, как по маслу. Хантер выдохнул и толкнул дверь. Он даже расположения всех штабов не знает! Пока он шел по коридору, было подозрительно тихо. А потом он услышал слабый гул, обретающий силу по мере приближения. Юноша напрягся, заводя руку за спину, открывая дверь. В глаза ударил яркий свет, а в уши — радостный крик нескольких голосов. От неожиданности Хантер сделал шаг назад, но тут его схватили за руку и рывком потянули на себя. Юноша попытался выставить кулак вперед, но до того, как он успел это сделать, его ноги оторвались от пола, а сам он оказался в воздухе. «Это заклинание левитации!» — подумал он, но тут же сел на что-то мягкое, подался вперед и к низу живота прижался чей-то затылок. Юноша опустил голову и понял, что сидит на чьих-то плечах. — Здорóво! — радостно прокричал Сара, на котором сидел Хантер. — Ты чего так долго?! — Что тут происходит? — юноша попытался слезть, но в ответ ведьма сжал его ноги крепче. — Праздник, что же еще? — он продолжил на опережение вопроса о том, в честь чего сабантуй: — Ты слышал новости? — Э-э, нет? Без лишних слов Сара протянул открытый Пенстаграмм, на котором виднелась картинка чего-то горящего. Пожираемый тревогой, Хантер взял свиток и застыл. Это было изображение пункта скаутов в Летиссе. В центральном окне зияла огромная дыра, из которой валил дым и плясали языки пламени. Скауты в панике метались туда-сюда, туша пожар магией. — Что там произошло? — как бы Хантер не пытался изобразить воодушевление, у него не вышло. — Протесты радикализировались, и кто-то из демонстрантов запустил в окно огненный шар. Правда, никто не умер, но все равно! — несмотря на такую новость, в тоне Сары не было и намека на скорбь или хотя бы ужас от произошедшего. Как и в выкриках всех присутствующих. В помещении была настоящая вакханалия. Радостные выкрики раздавались из каждого угла, заставляя проникнуться кислым отвращением. Интересно, как бы они отреагировали, если бы кто-то все-таки погиб? Еще хуже становилось от того, что теперь он должен подыграть, чтобы сохранить маскировку. Губы искривились в неловкой усмешке, что не укрылось от Сары. — Че хмурый такой? — заметил он. — Да… Неважно. Промок просто до нитки, некомфортно теперь. — Попроси заклинание тепла у кого-то, — ведьма пожал плечами. — Вон, в углу девчонка сидит, она тебя просушит. Хантер слез с плеч Сары и направился к нужной ведьме, к которой уже выстроилась хорошая очередь из тех КЭТТов, что тоже присутствовали на том протесте. Юноша встал за последним, стараясь унять нарастающее волнение. Надо сосредоточить мысли на чем-то другом. Итак, план по хищению информации. Как можно достать кого-то важного, учитывая, что в штаб на периферии системы никакая такая ведьма не придет. Неужели надо надеяться на какое-нибудь совпадение? Или же… Можно найти нужную ведьму, через ведьм «пониже»? Взгляд задержался на командирах, что сидели за столами и что-то писали, иногда кивком принимая поздравления проходящих мимо КЭТТов. Хантер смотрел на них настолько внимательно, что дернулся, когда в живот ударил поток теплого воздуха. Находится здесь до самого вечера было мучением. Веселые вопли действовали на нервы, иногда так и подзуживая высказать все, что он думает об этом бесновании. Титан, натуральные танцы на костях! Так он и сидел до самого вечера, иногда озабочиваясь другими вопросами. Скрытность от Белоса тоже была тем еще мучением. Хантер впервые за последние несколько месяцев снова пошел на обман и делегировал несколько своих миссий нижестоящим скаутам, сказав дяде, что занимается ими лично. Так откровенно врать было неприятно, конечно, но что не сделаешь ради блага Островов. Маскировка продержится от силы дня три, значит, нужно поспешить. Хантер наконец-то дождался темени, когда большинство рядовых КЭТТов начали расходиться. Сам он затерялся в толпе и выцепил взглядом того командира, что казался главнее двух остальных. Тот натянул капюшон получше и отправился на выход. Юноша понял, что это его шанс. Как только здание достаточно опустело, командир осмотрелся и покинул помещение. В это время Хантер уже поджидал его на выходе, притаившись на карнизе над дверью. Когда ведьма вышел, он нарисовал небольшую бесцветную окружность, заклинание из которой проанализировало всю местность на наличие посторонних. Благо, Хантер в этот раз прихватил свой посох и смог создать иллюзию холода от своего тела, чтобы его не заметили. Командир осмотрелся в последний раз и удалился. Хантер бесшумно спрыгнул вниз и пошел следом. Как же хотелось, чтобы все прошло гладко. Ведьма быстро направился куда-то в сторону. Хантер отправился за ним, задержав дыхание и применив заклинание невидимости. Оставалось надеяться, что ведьма не сообразит проверить периметр на наличие магии. Юноша сжал посох, понимая, что у него есть где-то полчаса, пока воздух в легких не закончится. Для большей верности держался он на максимальном расстоянии от командира. Взбираться на ветви и прыгать по ним он не решился, так как бесшумно перемещаться, увы, не умеет. Ведьма, кажется, ничего не заметил. Шел он быстро, но не с опаской, и Хантеру впервые за весь день стало немного спокойнее. Маршрут был выбран самый заковыристый, ибо цель резко поворачивала в самых разных местах, иногда замедляла шаг, а иногда и вовсе останавливалась, а сердце юноши екало от ужаса. Но все обошлось. Лишь один раз он чуть не попался. Благо Хантер успел упасть за какое-то бревно и отключить заклинание, так как командир нарисовал окружность, от которой рассеялась мягкая волна, едва не зацепившая его заклинание невидимости. Движение длилось еще где-то час, пока нужного адреса они наконец не достигли. Адресом был небольшой переулок в одном из пригородов Боунсборроу, неподалеку от Ночного Рынка. Ведьма поправил балахон и юркнул за угол. Хантер последовал за ним и увидел его. Ведьма остановился и огляделся, словно в любой момент из-за угла могла вылезти опасность. Хантер застыл и метнулся за стену, внезапно чувствуя стыд за свое поведение. В других условиях его поступок можно было бы принять за вторжение в личную жизнь. Командир поправил капюшон и быстро постучал в дверь крайнего домишки. За стеной послышались гулкие шаги, а затем раздался скрип вперемешку с радостным смехом. — Папа! — выпалила девочка, обхватив тонкими ручонками сухощавое тело ведьмы. Хантер напрягся, чувствуя, как внутри поднимается волнение. Длинная тонкая рука командира обвилась вокруг девочки и подняла ее над полом, а потом прижала к лицу, послышался звук звонкого поцелуя. Ведьма что-то бросил кому-то внутри и вошел внутрь, закрывая дверь. Хантер метнулся следом, понимая, что может успеть проскользнуть. Но когда до цели оставалась всего пара шагов, резко остановился, словно сзади его схватили какие-то руки. Дверь захлопнулась, и повисла тишина. Внутри юноша все еще слышал этот радостный детский вопль, этот звонкий чмок и прозвучавшие слово «дорогая». Что такое? Он перевел взгляд ниже, внезапно отмечая, что кулаки слегка подрагивают то ли от нервов, то ли от предвкушения слежки, то ли от осознания, что шел все это время зря, так как до цель вообще не шла на встречу с кем-то важным. На что вообще надеялся? Со злости Хантер пнул камень и убрался, пока командир с семьей не заметили его. Настроение упало куда-то вниз. Придется попытаться еще раз. Идея была провальная, с какой стороны не посмотри. Он действительно думал, что КЭТТ отправится на супер-важную встречу на ночь глядя без дополнительных проверок? Немудрено, что он умерил бдительность! Вперив взгляд в пол, он плелся сам не зная куда. Почему-то эта картина изменила что-то в нем, словно он и не догадывался, что у многих КЭТТов тоже есть семьи, друзья. Что они тоже их любят и стараются, в первую очередь, для их благополучия. Разница между ними, и Ковеном в том, что Ковен делает все честно, а они прибегают к обману для достижения своих целей. «И этот обман может понести за собой жертвы» — подумал Хантер, резко останавливаясь. Нет, он это просто так не оставит. Пусть сегодня его план и провалился, но это не значит, что он спустил все на тормозах. Он найдет способ расформировать КЭТТ и сделает это мирным путем. Он не собирается уподобляться им. Тем временем дорога стала куда более освещенной, и Хантер понял, что так задумался, что вышел на площадь неподалеку от окраины города. Народ еще гулял, так как время было хоть и позднее, но зато завтра был выходной. Ведьмы и демоны столпились вокруг небольшой сцены, на которой уличная группа исполняла какую-то энергичную песню. Хантер даже немного отвлекся от всей этой суматохи и начал постукивать носком в такт музыке, начиная слегка подпевать. А затем над ухом раздалось куда более агрессивное пение, что он подскочил и отодвинулся в сторону. Развернувшись, он увидел нескольких ведьм, что буквально орали песню, радостно вскидывая руки. — Покультурнее можно себя вести… — пренебрежительно буркнул юноша, уворачиваясь от неаккуратного взмаха кулаком, но его никто не услышал. Ведьм было штук двадцать, и создалось ощущение, что все они навеселе. Неужели они так рады концу недели? Хантер лишь фыркнул и попытался сосредоточиться на концерте, но выкрики заметно этому мешали. Только юноша хотел возмутиться еще громче, как кто-то схватил его за руку и начал энергично трясти, заставив его резко развернуться, но тут же застыть. Перед ним стояла человек. От вида ее глаз сердце каждый раз подпрыгивало, пока он не осознавал, что они принадлежат не той, кого он рад бы был увидеть. Скорее наоборот, этого человека он не очень хотел бы встречать. Луз скакала и кричала громче остальных, и юноша в очередной раз осознал контраст между ней и ее сестрой: девчонка уже чуть ли не лезла к нему на голову. — Можно аккуратнее, — громче сказал он, вырываясь из хватки. — Ты тут не одна. Но его слова оказались проигнорированы. Луз опять схватила его за руку и начала качать ею взад-вперед. Только Хантер хотел еще громче напомнить о себе, как она повернулась к нему с широкой улыбкой. — Смотри, как тут здорово! — радостно пропела она и схватила его за обе руки, заставляя покрутиться вокруг своей оси. Юноша все-таки поддался. Только сейчас он присмотрелся к толпе, отмечая, что многие из них одеты в те же балахоны, что и КЭТТы. Во мгновение стало понятно, к чему такое веселье. «Твою ж…» — только и успел подумать он, когда его потащили танцевать на площадь. Луз вертелась, и ее движения едва напоминали танец, но она хохотала настолько громко, что всякая неловкость перекрывалась каким-то всепоглощающим чувством счастья, причины которого были неизвестны. Хантер осмотрелся, все вокруг него танцевали. А он был среди них белой вороной. Поддавшись настроению, он начал неловко пританцовывать. Луз это порадовало, так как она начала дергаться с еще большим рвением. Это было… странно, мягко говоря. Хантер никогда жизни не танцевал, да и особо никогда не видел, как другие танцуют, но это было даже весело. Луз напоминала марионетку в руках задорного кукловода, что смешило и вызывало испанский стыд одновременно, но юноша попытался подавить такие чувства и просто насладиться праздником. — Ты новенький, да? — спросила человек. — Я тебя раньше не видела. — Ну да, — отозвался Хантер. — Решил… попробовать бороться с режимом. — Это правильно. В одиночку мы может, ничего не сделаем, но в команде нам все нипочем! — Твоя… правда, — выдавил из себя юноша. Внутри снова забурлило желание отговорить ее от этой затеи, и Хантер приложил все возможные усилия, чтобы не завести этот разговор. Нужно быть аккуратнее и подобрать более подходящий момент. Луз усмехнулась и продолжила танцевать, когда как пыл Хантера заметно поумерился из-за того, что он уже начал продумывать будущий разговор. В свои мысли он погрузился настолько сильно, что «праздник» пролетел буквально перед глазами, и КЭТТы начали разбредаться по домам. Юноша бросил взгляд на часы — час ночи. — Тебя родители искать не будут? — спросила Луз, перебрасывать через плечо черную сумку. — Нет, они в ночную смену работают, — соврал Хантер. — А твои? — О-хо-хо, моя мама бы точно не одобрила такие гулянки, — рассмеялась человек. — А Ида мне разрешила. Только сказала, чтобы я в магазин по дороге домой заскочила. Хантер даже начал забывать, что человек живет с Совиной Леди, но сейчас это было неважно. Надо было поговорить с ней. — Слушай, а зачем ты вступила? Ну, есть какие-то мотивы помимо желания изменить ситуацию, — Луз не понимающе склонила голову. — Я имею в виду, есть ли личные мотивы? Девочка мягко улыбнулась, словно готовилась говорить с маленьким ребенком. — Меня просто научили так себя вести, — ответила она. — Понимаешь, у меня в жизни был человек, что говорил, что стараться нужно всегда, даже если кажется, что сделать ничего не получится. Не попробуешь — не узнаешь, так? — Я это понял, — оборвал ее Хантер. — А лично для тебя что эта борьба дает? Луз приложила палец к губам, думая. А потом улыбнулась еще ярче. — Лично для меня — ничего, — ответила она. — Точнее, прямой выгоды для меня тут нет… почти что. Но я просто не могу смотреть, когда другие страдают. белос сделал столько ужасных вещей для Островов, и я не могу это просто так оставить. Понимаешь? — К-конечно, — Хантер подавил желание прямо высказать, что он думает об этом всем. Девочка внимательно осмотрела его, заставив юношу вздрогнуть и встать по стойке смирно, словно она могла прожечь его насквозь и увидеть самые неприглядные стороны души. — А ты для чего тут? — наконец, спросила она. — Какие у тебя личные мотивы? Хантер всей душой надеялся, что этот вопрос она не задаст. Ну, раз уж задала, увиливать смысла нет. Юноша вдохнул полной грудью и выдохнул, собираясь с мыслями. — Я… я пострадал от угнетения, — сгорая от стыда, соврал он. — Мои родители из ковена животноводства и им сильно занижают зарплаты. Плюс, в школе меня травили мерзотники. Девочка пододвинулась, в ее глазах появился блеск. — О, я люблю трагичные предыстории. Расскажи еще. Хантер уже хотел одернуть ее и отругать за такое наглое вторжение в чужую жизнь, но вовремя оборвал себя. Вместо этого он отодвинул край рубашки, обнажая один из многочисленных шрамов. Глаза Луз слегка расширились. — Его мне оставили в драке, — продолжил юноша, — Я попытался дать тем мерзотникам отпор, только вот не знал, что они научились создавать нож из мерзости. А этот, — он отодвинул горло туники, чтобы было лучше видно конец шрама на лице. — Мне оставили совсем недавно. Я снова попытался постоять за себя, но те ребята были сильнее, да и их было больше. Вот и результат. Девочка потянулась пальцем к шраму, но Хантер легонько стукнул ее по руке. С виноватым «прости» она прижала руку к груди. — Это ужасно… — заключила она. — Не думала, что настолько серьезно… ты не знаешь, где эти мерзотники живут? — Нет! — опасаясь из-за возможности, что полоумная побежит их искать ради возмездия, Хантер заговорил слишком громко. — Точнее, нет, я не знаю, где они живут. Знаю только, что они какие-то богатеи из элитного района Боунсборроу. Нет смысла искать их. — Ну подожди, у меня есть возможность проникнуть в элитный район. Да и думаю, Ида будет рада, если… — Нет, — с нажимом повторил юноша. — Я справлюсь с этим сам. Не хочу, чтобы ты пострадала. — Ну ладно, — недовольно буркнула она. — Но если передумаешь — скажи. — Непременно, — отозвался Хантер, прекрасно понимая, что этого не случится. — Но я считаю, что ты молодец, — тут начала она. — Пережить такое и все еще иметь запал битвы — это многого стоит. Я даже не знаю, получилось ли бы у меня. — Почему? Ты выглядишь, как боевая девчонка. — Просто… дома, в мире людей, я также сталкивалась с проблемами, и у меня не хватало сил и смелости противостоять им. Я только пыталась проявить себя снова и снова, получала тумаки, а потом рыдала в подушку. Но тут я решила, что лучше попытаюсь, чем потом буду жалеть, что ничего не сделала. — Понятно, — Хантер слегка тряхнул головой, переваривая новую информацию. — Я считаю, что ты молодец. Переступить через себя — это большой шаг. — И ты тоже молодец, — она повернулась к нему. — Не сломался после травли. С этими словами девочка сделала шаг навстречу и тихонько по-дружески стукнула его по руке. — Как тебя зовут-то? — Хантер. — Луз. — Я знаю, — он слегка улыбнулся. — Ты уже местная звезда на Островах. — Ну вот, исполнилась моя главная мечта — стать селебрити! — девочка в шуточной манере вскинула руки в небо и захохотала. — Знайте все Луз-великую-революционерку! — Революционерку-то да, но вот великую… большой вопрос, — юноша усмехнулся. — Надо верить в себя, и я верю, что у меня получится стать великой, — почему-то казалось, что говорит она это совсем не в шутку. Хантера слегка передернуло. — Твое дело, — он пожал плечами. — А мне всех этих величий не надо. Хочу жить обычной жизнью. — Мы противоположности. Слушай, а давай скооперируемся. Ты будешь искать мирной спокойной жизни, а я буду становиться известной. — Девочка заговорчески подмигнула. — Поможем друг другу и станем боевыми товарищами. — Неплохая идея. Ты тоже вступила в КЭТТЫ? — Собираюсь, мне уже дали буклетик, — в доказательство своим словам она достала из сумки ту же самую бумажку, что дали Хантеру. — На этой неделе пойду. — Совиная Леди не против? — Она пока ничего не знает, но я поставлю ее перед фактом, — в тоне девочки проскользнула обида. — Я очень хочу вступить и сражаться вместе с вами. — Ну, если хочешь, то получится, — слегка позавидовав ее жизни, сказал Хантер. — Я в тебя верю. — А я в тебя, — с улыбкой отозвалась Луз, отчего внутри Хантера слегка потеплело. Она повернула голову к часам и вздохнула. — Время позднее. Пора домой. — Точно, — юноша порылся в подсумке и достал Флэпджека. — Увидимся на отборе. — Подожди! — внезапно выпалила она. — Можно последний вопрос? — Давай. — Это правда, что ты родился без магии? Внутри Хантера словно что-то упало. Он сжал древко посоха покрепче, чувствуя, как по спине пробегает холодок. Ну вот, сейчас она узнает и засмеет его. — Да, — честно ответил он. — Я инвалид. Повисла тишина. — Круто! — без всякого сарказма воскликнула Луз. — Получается, мы с тобой друзья без магии. Не думаешь, что это судьба? — Наверное, — Хантер пожал плечами и взлетел. — Пока. — Пока! — девочка закричала, размахивая рукой. — Я еще найду тебя и мы станем крепкими друзьями. «Друзьями…» На душе снова стало тоскливо, как только девочка скрылась из поля зрения. В последний раз о нем думали, как о друге месяц назад, когда он впервые встретился с ее сестрой. Да и то, иногда Хантеру казалось, что она никогда и не считала его другом. Паршивое чувство поначалу перекрыло все позитивные эмоции, и юноша попытался отогнать его от себя. Вечер сегодня закончился более-менее хорошо, надо думать об этом. И, стоит признаться, он думал, что эта Луз страшно раздражает, но в личном общении она оказалась… не такой уж и плохой. Да, безбашенной, но по-своему доброй и заботливой. Нужно принять это во внимание, когда он будет дружить с ней. «Дружить…» Слова раздавались в голове то громче, то тише, когда юноша наконец-то вернулся в замок и направился в Тронный зал для сдачи отчета. К нему как раз прибежали скауты, которым он отдал свои задания и по-быстрому пересказали произошедшее за день. Хантер внимательно их выслушал и приготовился к аудиенции. Почему-то стало очень тревожно. Густая тишина в зале Белоса и раньше была не особо приятной, но сейчас казалось, что она стала в несколько раз тяжелее. Юноша сделал несколько глубоких вдохов и начал, пока дядя не двигаясь смотрел прямо на него бездонными черными прорезями маски. — Это все, — закончил он и замолчал. Император изучал его еще несколько секунд, а потом небрежно махнул рукой. — Свободен, — голос был холоден, как сталь. Это восхищало и пугало одновременно. Тяжелые двери захлопнулись, и Хантер почувствовал, словно огромный вес с грохотом упал с его плеч. Страх, что дядя обо всем узнает, сковал тело, и отпустил только тогда, когда он вышел в коридор и шумно вздохнул, едва не падая на колени. Казалось, что он находился на волоске от гибели. Встречаться с дядей было так ужасно, что дыхание нарушалось каждый Титанов раз. Страж отошел в сторону и начал хватать ртом воздух, словно совсем недавно побывал под водой. Ну же, почему это так страшно? Дядя же не бил его в этот раз, не ругал. Тогда почему ему так тревожно? Потому что он бьет его чаще, чем говорит слова одобрения? Хантер просто рад, что в этот раз все закончилось более-менее нейтрально? Конечно, ответ лежал на поверхности. Хантер чувствовал этот сочащийся мертвенный холод каждый раз, когда находился в тронном зале. Он понимал, насколько сильной обузой является для дяди, для Ковена, для всех окружающих. Тогда почему он каждый раз удивляется ощущениям, к которым давно должен был привыкнуть? Стало больно, и Хантер быстро убежал в свою комнату, а там быстро стянул с себя броню и упал на кровать, прижимая руки ко лбу и вздыхая. Все стало таким непонятным в последнее время. Он впервые за несколько месяцев ослушался дядю и отправился на тайную миссию, все идет более-менее гладко. И, самое интересное, когда он начал думать о Луз, на душе стало спокойнее раза в три. Неужели эти гульки с КЭТТами так на него влияют? И, самое главное, правильно ли это? Мозг изо всех сил вопил, что нет, но сердце радостно пело, что да. Со вторым человеком он провел всего несколько минут, но ощущение от такого контакта было сравнимо с тем, что он испытывал с Раей месяц назад. Это было как наркотик. И Хантер не хотел с него слезать. Значит ли это, что стоит бросить всю затею со слежкой и вернуться к официальным поручениям? В конце концов, Белос точно не одобрит эту идею, если узнает. Но каждый раз, когда Хантер серьезно рассматривал эту возможность, в голове снова пульсировали образы понимания и одобрения в оппозиции. Эти радостные крики, это подбадривание, это внимание… оно опьяняло. И побуждало искать еще. Хантер должен контролировать эти позывы. Он должен понимать, что это все — обман, манипуляция. Красивая обертка, под которой скрывается не лучшее содержание. И он должен этому противостоять. Ради дяди. Ради Островов. Но почему мысли об этом доставляют такие мучения?