Far From Any Road

Проснувшись в чужом доме, Изуна не сразу понял, где он есть. Неудобный диван давил в спину, резкий запах чьих-то духов и перегара, освежителя какого-то дурманящего, от чего голова, разрывающаяся после вечерней попойки, начинала кружиться только сильнее. Он застонал, прикрывая лицо рукой. Шесть, мать твою, утра. Он не спит, солнце, блядское, светит. Сушит. Может, не стоило пить так много? Возможно. Но об этом Учиха тогда не думал. Так что теперь обязан пожинать плоды своих безрассудных поступков. Он встал с кровати неохотно, болезненно застонав от судороги в ноге и резкой боли в пояснице. Изуна определенно припомнит это Тобираме, что просто настоял вчера на том, чтобы тот лёг в зале. Потёр виски и повернулся, удивлённо посматривая на тумбу, где расположился стакан с водой, аспирин и записка, написанная очень мягким и аккуратным почерком. Учиха взял листок в руки и сузив глаза для лучшей фокусировки, вчитался в слова. «Знаю, что проснешься в дерьмовом состоянии. Это меньшее, что я могу для тебя сделать.» Изуна улыбнулся, даже слегка засмеялся вслух. Надо же, этот Сэнджу может быть таким заботливым. Он скомкал записку, оставляя ту на столе, взял таблетки и распечатав их, вкинул в стакан с водой, наблюдая за бурной реакцией. После залил в себя это странное на вкус пойло и облегчённо вздохнул. Через минут пятнадцать стало легче. Намного. Гудение прекратилось, боль отошла и теперь Изуна мог спокойно встать, надевая брюки и помятую рубаху, покидая комнату. Судя по звукам, исходящим со стороны кухни, Тобирама уже не спал. Он был удивительным человеком. Ибо умудрялся мало спать, много работать, при этом выглядеть бодро вне зависимости от того, пил ли он вечером или же просто. И сегодня так же. Ибо Учиха застал его стоящим в забавном фартуке у плиты, что-то активно готовящим. — Утра. — Он говорит как-то отстраненно и садится за стол. — Спасибо. — Ага, да. — Отвечает Сэнджу, стараясь ни на секунду не отвлекаться от готовки. Видимо, на том и поговорили. Впрочем, Изуне не хотелось лишний раз напрягать своего временного напарника по работе. Ибо знал он, что по утрам Тобирама дико раздражен. Особенно сейчас, когда в его голове роились тысячи мыслей о деле. Все зацепки, все, что имелось, словно огромный клубок; спутано, ничего не ясно. Будто огромный кот поиграл. Хотя, у самого та же каша творилась. Разве что иногда прерывающаяся на мысли о брате, что был сейчас дома один на один с Хаширамой. Чем они там занимались? Встали ли уже? Или до сих пор спят на диване в зале, как и раньше, улёгшись в неудобной позе, потому что перед сном им приспичило распить ещё одну бутылку виски, купленную в круглосуточном? Это был вопрос, который оставался для него тайной. — Могу ли я в душ сходить? — Учиха долго не решался спросить об этом. — Да, иди. Там разберёшься. Изуна поднялся с места и покинул кухню, облегчённо вздыхая. В присутствии Торы ему определенно было напряжно. Он медленно пошагал через весь коридор, ища нужную дверь. К счастью, в его конце оказалась та самая комната, ярко освещённая диодной лампой. В ней пахло странно. То ли освежителем, то ли каким-то дивным моющим. Странный и знакомый из детства запах. Мужчина заперся в ванной и взглянул на свое отражение в зеркале. Уставшее, помятое. Мешки тенью осели под глазами, делая его образ каким-то мертвенно жутким. Да и кожа казалась бледнее обычного. Изуна усмехнулся. Он от силы выпил пару стаканов виски, а уже выглядит так, будто месяц не выходил из запоя, в то время как его братец после масштабной попойки выглядит так свежо, будто он не пил, а, черт его знает, здоровый образ жизни практиковал. Колдун ебучий. Впрочем, долго собой он любоваться не мог, так как стук в дверь тут же напомнил о том, что Учиха в доме не один. — Завтрак на столе. Смотри, всю воду не выхлюпай. Я тоже в душ хочу. Если чего-то не можешь найти — открой шкаф. Там есть все. Пришлось наскоро приводить себя в порядок, мыться тем, что первым под руку попалось. Изуна морщился. Ему никогда не нравились резко пахнущие средства для мытья. Такие, что аж нос режут. Впрочем, требовать что-то другое он не смел. Просто перетерпел, собрал волосы в привычный, низкий хвост и вышел из комнаты обратно в гостевую, чтобы подушиться первым попавшимся в его портфеле парфюмом и перебить этот резкий, режущий запах. Взглянул на часы и охнул. Начало восьмого. Им бы на работу поспешить. Завтракал Изуна так же быстро, под доносящиеся из ванной комнаты звуки воды и классической музыки. Пил горячий кофе так быстро, что немного пожег себе язык. Впрочем, несмотря на спешку, он успел отметить для себя важный факт; Сэнджу наконец-то научился нормально готовить. Не какую-то стряпню, от которой желудок сводило в судороге. А в конце концов нормальную еду, может, слегка пригоревшую в некоторых местах. — Ты закончил? — Где-то через пятнадцать минут одетый в светлую футболку и такие же брюки Тобирама стоял в проходе, держа в руках пакет и свой портфель. — Да. — Изуна вытер руки о кухонное полотенце. — К слову, — он почти что добежал до гостиной чтобы забрать свою сумку, — что в пакете? — Брат вчера обещал тебе бутылку виски. Ту самую, которую они на пару с твоим выжрали. Так что как доедем — пакет твой. — Понял, спасибо. — А теперь поехали. Вряд ли эти оболтусы могли уже приехать. Надо чтобы кто-то встретил рабочих, которые поставят новые двери в наш кабинет.

***

— Ну и пиздец же. Приехав на свою любимую работу, по крайней мере Хаширама, несмотря на все условности, таковой её считал, а офис и подавно стал для него вторым домом, он закономерно удивился творящемся беспорядку на этаже. Гудение в голове от этого только усилилось, а горло пересохло вдвойне. Он уже даже засомневался, что это от количества выпитого вчера. Мадара лишь похлопал его по плечу, так, по-дружески, чтобы поддержать, хотя тут не помешало бы выпить ещё с пару бутылок огненного пойла, чтобы хоть как-то адекватно воспринимать увиденное. Сэнджу прошел внутрь офиса, в этот кавардак бумаг, пыли и покосившегося фикуса, печально опустившего свои листья. Сел на стул, заметив, что тот стал каким-то чересчур расшатанным и ненадёжным, взглянул на бардак, что образовался на его столе, хотя он был уверен, что вчера все было в порядке и лежало на своих местах и с шумом ударился головой о стол, добавляя себе ещё больше головной боли. Тяжёлый стон эхом отбивается от стен и утопает где-то в шуме из коридора. Учихе же остаётся только грустно стоять рядом, надеясь, что его друг не впадёт в еще большую апатию из-за всего этого. Уж больно не хотелось ему снова видеть перекошенное грустью лицо. Да и, признался он себе, Хашираме определенно не шла грустная мина. — Как думаешь, — бормочет он, не поднимая головы и не меняя нейтрально-печальный тон, — скоро приедут Тобирама с Изуной? — Хотелось бы знать. — Мужчина пожал плечами, опираясь ягодицами о стол. — Брат не писал со вечера. И в сети не был. Я сомневаюсь, что Тобирама зажал бы дать зарядку к телефону, так что думаю, он ещё не проснулся. Хотя, — он смотрит на часы, — уже полдесятого. Начинаю подозревать, что твой брат… — Доброе. — Как ни в чем не бывало в офис зашёл Тобирама, облизывая губы, поблескивающие от карамели и держа в руках наполовину полную коробку с пончиками. — Налетайте. — Он взвалил коробку на тумбу, рядом с печальным фикусом и направился к своему столу. — К слову, рабочие еще не приезжали? — Еще нет. — Старший Сэнджу вздохнул. — А должны были? — Да. Сказали, к девяти тридцати — десяти будут. Поставят новую дверь. — Ясно. — Привет, брат, Хаширама-сан. — Спустя полминуты все в таком же непринужденном настрое в офис зашёл Изуна, попивая кофе и на ходу жуя каких-то желейных червяков. — Вы поздно сегодня. — Мадара кивнул в сторону часов, пока шел к коробке с пончиками. — Прям непривычно приходить раньше. — Он взял первый попавшийся и с наслаждением впился в пончик зубами. — Блин, Хаши, попробуй. Они офигенные. И харе киснуть. — Пробка на двадцать втором. — Младший Сэнджу взял в руки первое что попалось, принимаясь листать, не особо вчитываясь. — Пришлось ехать через магистраль Глосковскую. А там вообще атас с движением. В итоге заехали в пригород за Стронциевыми Рудами, взяли свежих пончиков и через мост выехали к шестьдесят третьему, а там на мост и за Эрд. В общем, сделали круг вокруг города. — Внизу поговаривали, что все из-за сбитого оленя. Там прям огромный кусок трассы перекрыли. — Изуна швырнул опустевший стаканчик в мусорку и плюхнулся в старое, потёртое кресло, одиноко стоящее в углу. — Движение восстановят явно ближе к вечеру. — Отлично. — Тобирама фыркнул, доедая сладкую выпечку. — Вот думаю, сколько ещё сбитых животных и, скорее всего, мертвых людей должно там быть, чтобы хоть кто-то в мэрии зашевелился? — В мэрии шевелятся, только если дело «клановое», если можно так сказать. — Старший Учиха взял второй пончик и слегка приподняв голову своего лучшего друга, всунул сладость ему в рот, наблюдая за тем, как Хаширама как-то совсем опечаленно его жует. — Остальное мэрия не решает аж пока в городе массовые протесты не начинаются. Эх, — он опёрся ягодицами о стол, — а этот такие надежды подавал. Не то, что Старейшина Шимура, или этот, Сарутоби вроде, которого на пенсию лет десять назад отправили. Как и было обусловлено, рабочие явились к десяти, принеся с собой ящик с инструментами и новую дверь. По подсчётам бригадиста, работа займет полтора часа. Решив не терять столько времени, младший Сэнджу предложил отправится в отдел судмеда. К тому же, Цунаде уже всяк подготовила документы, а значит им было чего обсудить. Пройтись до здания было делом пяти минут, однако тяжких и невыносимых, ибо уже в такую рань температура на улице стояла до одури жаркая, а солнце, даже не в зените, пыталось выжечь все сущее на земле. Даже в тени деревьев находится было невозможно. Зайдя в здание, мужчины наивно полагали, что здесь будет прохладней. Однако же нет. Здесь было не менее жарко. Работники едва волочили ноги, почти что у входа раздавали бутылки с ледяной водой. Каждый выживал как мог. — Что тут произошло? — Тобирама делает глубокий вдох и внимательно смотрит на развалившуюся в кресле Шизуне у стойки регистрации. — Система кондиционирования накрылась. — Слова давались ей тяжело. — Мы уже вызвали ремонтную службу. Но черт их знает, когда явятся. Работать невыносимо. — Цунаде у себя? — Да, кажется. Они поднялись на лифте на пятый этаж. Коридор пустовал. Казалось, будто все сущее на этаже успело вымереть. Никто не ходил, от кабинетов не доносился шум. Лишь одиноко мигающая лампа в конце коридора давала понять, что тут кто-то мог быть. Стоило открыть дверь, как прохлада кабинета тут же вырвалась наружу, пробирая до костей. Мужчины зашли в кабинет, закрывая за собой дверь и замечая наконец сидящую за столом женщину, склонившуюся над какими-то бумагами и попивающую кофе со льдом. В кабинете чувствовался странный аромат, будто кто-то тут пил, но достаточно давно, чтобы свежий воздух от кондиционера успел развеять резкий запах. — О, уже пришли. — Она бодро потянулась в кресле и поставила кружку на подставку. — Мне, черт возьми, сегодня везет. — Женщина недовольно указывает на кондиционер и на лотерейный билет у нее на столе. — Так что могу с уверенностью сказать, что нас ждёт какое-то дерьмо. — Ты опять пила в кабинете? — Тобирама недовольно фыркнул, заметив на полке наполовину пустую бутылку саке. — Да не пила я. — Цунаде возмутилась, невольно стукнув кулаком по столу. — Я в морге на свой халат спирт опрокинула. И вообще, я взрослая женщина. Чего ты прикопался? — Считай, что пытаюсь достучаться до твоего здравомыслия и отучить тебя от дурной привычки, перенятой у твоего отца. — Я думала, мы тут работать собрались, а не слушать нравоучения. — Она недовольно скрестила руки на груди. — Ведь несмотря ни на что, я вчера тонну времени потратила на поиск и сопоставление всей информации. — Ладно, выкладывай. — Мужчины уселись на диван, плотно друг к другу прижавшись из-за его размеров и принялись слушать. — В общем, — Сэнджу отхлебнула своего кофе, — отвечая на твой вчерашний вопрос, отец, о том, что было на прошлом осмотре, то скажу так: ни черта нового. Разве что машина другой марки. Ну и имена, конечно же, все разные. По виду смерти — все то же самое. Насильственная смерть, следы криозаморозки, раздутые вены у некоторых из жертв, отсутствие органов. Разве что. — Сэнджу прикусила губу, смотря куда-то в пустоту, но после вновь перевела взгляд на Хашираму. — Я связала отсутствие органов и наших жертв и нашла небольшую закономерность. У всех людей с одними и теми же инициалами пропадают одни и те же органы. Так что я могу предположить, что у этого человека или группы людей есть определенный список или нечто подобное, по которому они подбирают своих жертв. Но, судя по тому, что вижу, думаю, что мы столкнулись с какими-то экспериментаторами или ещё чем-то, или кем-то, кто что-то тестирует на этих людях. Следы каких-либо лекарств в их крови я не нашла, как и других веществ, так что думаю, все дело именно в органах. — Дела плохи, как погляжу. — Старший Сэнджу с тяжёлым вздохом потёр виски. — У нас на примете есть люди, хрен знает, каннибалы, или какие-то корпорации, что могут в теории что-то тестировать на людях или просто забирать их органы для неизвестных нам целей? Может, Grape промышляет чего? — По поводу Grape, — Мадара хмыкнул, припоминая, что у него там есть старый знакомый, — я могу поехать туда и добыть какой информации. У меня есть пара контактов на примете. Может, кто чего знает. Насчёт остального — понятия не имею. У нас в последние годы из крупных дел только сбыт наркоты и похищения людей. — Как-то разнообразием не пахнет. Будто у нас в городе больше нечему происходить. Разве что, добавить малость фантазии, связать пропавших людей с наркотой и получим, что кто-то варит наркотики из человеческих органов. — Изуна дёрнулся от внезапных, перекошенных взглядов в свою сторону и непонимающе вскинул руки вверх, махая головой. — Да вы чего? Шутка же. — Я уже могу начать тебя подозревать в подобном? — Тобирама скрестил руки на груди, недоверчиво поглядывая в сторону Учихи. — Нет конечно! — Завопил тот. — Говорю же, просто шутка или предположение, не более. — Прозвучит бредом, но слова Изуны в данной ситуации больше на правду похожи, чем на шутку. — Старший Учиха кивнул головой. — Либо же мы что-то упускаем и не замечаем чего-то важного. Мы уже третий раз сталкиваемся с подобным, но ничего в итоге не нашли и просто забросили. Может, мы в самом деле не туда смотрим? — Как знать. — Хаширама в очередной раз поник. — Ладно, — Тобирама оживился и поднялся с дивана, устав от давящих на него тел, — не время вешать нос. Нужно разделиться и попробовать что-то сделать, пока не стало слишком поздно. Раз у Учих есть какие-то связи в этой корпорации зла, пускай они едут туда, а мы с тобой, старший брат… Младший Сэнджу прервался, только стоило двери кабинета открыться и на ее пороге появиться Хинате. Девушка сжалась в порыве какого-то неизвестного страха и бесшумно зашла в кабинет, закрывая за собой дверь и тут же в нее вжимаясь. — С-Сэнджу-сама, — она заикалась, пытаясь выдать из себя ту информацию, с которой сюда пришла, — я Вас обыскалась. Не могу вспомнить, кто, но кто-то просил поискать меня что-то о недавних событиях. Я всю ночь провела в нашем архиве и нашла, ну, немного записей о какой-то группировке, что похищает людей. Я не совсем уверена, что это именно то, но Вы все можете узнать у отца. Я договорилась о встрече. Он сегодня в ресторане «Красная Нить». — Девушка хотела стремительно покинуть офис, но тут же замерла, будто что-то вспомнив, резко, на каблуках развернулась и взглянула в глаза младшему Учихе. — Наруто хотел что-то Вам сказать, Учиха-сан. Но он потерял ту визитку, что Вы ему оставили. — Хьюга, жутко нервничая, всучила в холодные руки записку с номером и низко поклонившись, выбежала из офиса. — И что это было? — Мадара осмотрелся, заметив на лицах своих товарищей такое же удивление. — Ну, — Хаширама потёр затылок, слегка улыбаясь, — Она жутко пугливая девушка. Поэтому я и дал ей работу в архиве. Но, она важный человек у нас в участке. Ответственный. Так что, думаю, стоит поехать по ее наводке. — Я поеду с тобой. — Младший Сэнджу всполошился. — Там все кишмя кишеть будет мафиози. Я не отправлю тебя туда одного. — Кажется, я не сказал, — старший впервые выглядел до жути серьезным, — но я еду один. — Черт тебя дери, старший брат. Это может быть… — Я. Еду. Один. Тобирама, под натиском сурового взгляда, все же отступил. Как бы он искренне не хотел защитить брата, все же придётся согласиться с ним. Да и часть его говорила, что волноваться не стоит. Однако же, что-то было не так. И от этого ему не по себе. Изуна внимательно осматривал листок с аккуратно написанным номером телефона. Подсознательно он стал анализировать увиденное. Да, точно, человек, что писал этот номер, жутко стеснительный и закрытый, возможно, немного пуглив. Прям как эта девочка. Но что-то было еще. Что-то жуткое. Скрытое между строк. Окончания цифр. Резкие, дёрганные, несколько агрессивные. Кажется, у девчули были явные проблемы. Возможно, диссоциативное расстройство личности. Он ловко достал телефон и набрал номер. Долгие гудки. Слишком напряженные. Он не любил лишний раз звонить по телефону. Но работа того требовала. — Резиденция Намикадзе. Наруто слушает. — Привет, Наруто-кун. Это инспектор Изуна Учиха. Помнишь? — А, да, конечно. — Послышались шаги куда-то, нервное «я сейчас вернусь» и хлопок двери. — Фух. Не хочу, чтобы мама знала, что я с Вами связываюсь. Она мне голову открутит. — Ближе к делу. — Ах, да. Вчера просто я звонил Хинате. Просил номер, но она сказала, что совсем его не знает. Впрочем, не это важно. Я к тому, что вспомнил. Пару дней назад, когда моя подруга уже числилась пропавшей, мне пришло уведомление о зачислении определенной суммы на счет от нее. Точнее, как сказать, я ей писал несколько раз. И поэтому она прислала. Я просто думал, что она может уехала. Или избегает меня после того, как мы немного повздорили из-за того, что я, ну, впрочем, неважно, даттебайо. — Так, Наруто, — Изуна потёр переносицу, — давай еще раз пройдёмся по тому, что ты уже успел сообщить: ты и та девушка, как ее, Магдалена Данбровская, повздорили накануне ее пропажи из-за личных предубеждений. После ты отвёз её на станцию, откуда она исчезла. Ты подал заявление в полицию, когда на твои звонки и смс она перестала отвечать. После этого от неё пришла транзакция в определенном размере, ты засомневался, что она в самом деле пропала, а уже после… — Да. Все так и было. — Скажи еще что. Она после не писала? — Нет. Точнее, я позвонил ей. Она взяла трубку, но я не услышал ничего, кроме звука, ну, как сказать, будто что-то капает. И после связь прервалась и более телефон не отвечал. — Ясно. Это все, что ты вспомнил. — Да. Пока что это все. Если нужно будет, я могу Хинате выслать скриншоты всех транзакций и звонков. — Будет очень кстати, если ты это сделаешь. — Хорошо, даттебайо. Я не подведу. — Наруто! Где ты ходишь?! Живо в дом! — Послышалось по ту сторону. — Уже бегу, мам! — Мальчишка замешкался. — Ладно. Простите. Еще раз спасибо, что позвонили. — Итак. — Учиха отложил телефон и встал с дивана, подходя к кулеру и наливая себе холодной воды, чтобы тут же выпить. — События приобретают неожиданные повороты. Например, если кто не понял, наша жертва была на связи в момент своей предположительной гибели. Значит, у нас есть возможность найти похитителей — раз, и два — у нас проблемы и, думаю, мальчишку стоит вывезти из города, если не дальше. — К чему такие предположения? — Тобирама опёрся спиной о стену. — Наруто сказал, что, предположительно, жертва, но я полагаю, похититель мог взять трубку и услышать голос мальчонки. Он достаточно болтлив, а значит мог чего-то сболтнуть. Следовательно, сейчас он в огромной опасности и лишь вопрос времени, когда его похитят. — Дерьмово. — Цунаде залпом выпила кофе. — К слову, вопрос к тебе, Сэнджу. — Изуна странно покосился в сторону стоящего. — Я не нашел ничего в отчётах твоих людей о том, что кто-то из пропавших совершал какие-либо звонки или транзакции. Почему? — Я откуда знаю. — Тобирама недовольно скривился. — Можешь пойти в отдел расследований, к Какаши, и узнать у него лично, какого чёрта в протоколе нет ничего об этом. — Вот вместе и сходим. Твои же люди. — Ишь, размечтался. Я займусь другим делом. — Каким же? — В общем, — Хаширама встал, потирая замерзшие пальцы, — прежде чем вы тут подерётесь, скажу план действий. Я поеду к Хьюгам и узнаю информацию, после отправлюсь к мэру с документом, разрешающим мальчишке выезд за пределы города и попрошу их на некоторое время уехать. Мадара, — он повернулся к старшему Учихе, — дай своих людей для сопровождения и поезжай в Grape. Тобирама, а ты бери Изуну и идите в отдел расследований. И нет, других дел для тебя у меня нет. Так что перестань корчить недовольное лицо и наконец выясни, по какой причине у нас нет информации о том, что жертва совершала какие-либо действия со своего телефона после своей пропажи. Цуна, — он повернулся к женщине, — покопайся еще в том, в чём можешь. Найди любую зацепку. Нам сейчас важно все. Раздав указания, он поправил ворот цветастой рубашки, любезно позаимствованной из шкафа Учихи, и под недовольный возглас младшего брата покинул кабинет. Он шел быстро, при этом даже не смотрел на дорогу, интуитивно поворачивая куда нужно. Все его мысли были полны волнения о предстоящей встрече. Они с Хиаши не виделись с самого основания мирного уговора Левого и Правого. Конечно, повидаться с Боссом не помешало бы за столь долгие годы, но он всячески избегал встречи. Однако же, ситуация сейчас требовала любой информации. Любых зацепок. Поэтому Сэнджу без промедления сел за руль своего авто и направился в сторону правого берега.

Beyond the horizon of the place we lived when we were young In a world of magnets and miracles Our thoughts strayed constantly and without boundary The ringing of the division bell had begun Along the Long Road and on down the Causeway Do they still meet there by the Cut There was a ragged band that followed in our footsteps Running before times took our dreams away Leaving the myriad small creatures trying to tie us to the ground To a life consumed by slow decay

Их прошлое было окутано той тайной, которой лучше ни Узумаки, ни вообще кому-либо знать. Но он все же помнил. Помнил то время, когда оказался в руках молодого мафиози, жаждущего крови своих заклятых врагов. В его глазах азарт, в жилах — горячая кровь. «Услуга за услугу, Сэнджу». Так тогда он сказал. И Хаширама согласился. Не знал, ради дружбы или же ради брата. Точно ради кого-то он месяцами втирался в доверие левобережного клана. Впрочем, не то, чтобы это прям требовалось. Ибо ему и так доверяли достаточно. Ему нужна была бумага. Одна единственная, что решит исход всей войны. Да кто же знал, что все приведёт их к Эрду. К влажному берегу широкой реки. К золотому песку, к одиноко стоящему маяку. Где они, как чертовы псы, будут драть друг друга до кровавых ошмётков. Где их потери будут настолько велики, что новым главам кланов ничего не останется, кроме как заключить мир Двух Берегов и наконец остановить на века это чёртово кровопролитие двух мафиозных кланов.

The grass was greener The light was brighter When friends surrounded The nights of wonder

Как он и обещал, услуга за услугу. Да только Сэнджу отказался. Сказал, что побережет свое право на услугу от мафиози до лучших времён. Хьюга лишь усмехнулся, но все же сделал себе пометку.

Looking beyond the embers of bridges glowing behind us To a glimpse of how green it was on the other side Steps taken forwards but sleepwalking back again Dragged by the force of some inner tide At a higher altitude with flag unfurled We reached the dizzy heights of that dreamed of world Encumbered forever by desire and ambition There's a hunger still unsatisfied Our weary eyes still stray to the horizon Though down this road we've been so many times

Впрочем, времена кровопролитного прошлого кончились. Сейчас все более-менее цивильно и порядочно. Но Хашираму все равно сотрясало от дрожи. Видеть своего старого боевого товарища и того, на кого он работал против Левого берега было тяжело. Может, потому что он уже стал считать себя частью левобережной семьи. И мало ли, что могло прийти в голову мафиози, все еще поминающего былые времена.

The grass was greener The light was brighter The taste was sweeter The nights of wonder With friends surrounded The dawn mist glowing The water flowing The endless river Forever and ever

Впрочем, думать уже было поздно, так как он выехал в пределы правого берега и уверенно гнал по шоссе глубже в город. Особой разницы от левого берега не было. Все те же здания, те же технологии. Все такое одинаковое. Разве что магазины, отличающиеся самую малость. Все те же люди, бродящие по делам, бегающие дети, гуляющие с собаками парочки. Никаких отличий. Издалека виднелось высокое здание Grape. Как бы Тобирама враждебно не относился к этой корпорации, что буквально держала весь мир на своих технологиях, трудно было не признать, что они явно совершили технологический прорыв и двинули человеческую цивилизацию на сотни лет вперёд. Поэтому Хаширама всегда относился к этой корпорации более чем дружелюбно. Вскоре, свернув у этого высокого здания, он оказался в Цветущем Квартале. Десятки покрытых цветами клумб и такие же деревья оправдывали название этого квартала сполна. В небольших сливах водились небольшие рыбки, а возле кормушек, доверху заполненных, сновали птицы. Издалека виднелась добротная вывеска нужного ресторана и Сэнджу, шумно вздохнув, ускорился, чтобы тут же припарковаться в удобном месте и выйти на улицу. Солнце обжигало кожу, дышать было тяжело. И это вряд ли от жары. Мужчина обтёр свои влажные ладони о брюки и медленно подошел к двери, толкая ее внутрь.

You went and left me But you, Never really leave me No matter what I do I don't mind when I dream, But I've been scalded by steam But I try not to dream about you

Колокольчик на двери зазвенел и Хаширама медленно, несколько неуверенно прошел внутрь довольно светлого вестибюля, встречая миловидную девушку у стойки регистрации. Если бы он не знал, куда пришел, подумал бы, что это довольно миловидное место. Да только стоящие в полном обмундировании головорезы Хьюга не давали ни на секунду забыть, что он сейчас в несколько враждебном месте. Сэнджу нервно выдохнул и подошел к стойке, стараясь мило улыбнуться. — Добрый день. — Её голосок мягкий, мелодичный. Будто доносящаяся из-за плотных штор песня. — Вам назначено? — Я Сэнджу Хаширама. Я к администратору. — Одну минуту. — Она взяла в руку трубку старинного телефона и набрав незамысловатый номер, стала дожидаться ответа, постукивая аккуратными ноготками по тёмному столу. — Господин Администратор, к Вам назначен посетитель? Представился как Сэнджу Хаширама. Ага. Сию же секунду. — Она ловко положила трубку. — Администратор ждёт. Следуйте за мной.

You say you're sorry But you're never really sorry Wish I could fall for someone new Wouldn't mind if I dream But I drowned in a stream But I try not to dream about you

Когда они прошли за плотную штору, Хашираме предстал вид на едва освещенный лампами ресторан. Приятный аромат блюд, дорогих духов, сигар, алкоголя. Присутствующие, повернувшись головами к сцене, даже не обратили внимание на зашедшего. На сцене, под светом тусклых, красных и белых фонарей стояла девушка, одетая в черное, облегающее платье. Именно её голос доносился отсюда. Её каштановые волосы волнами спадали на плечи, а светлые глаза мимолётно сопровождали нового гостя. Сэнджу невольно поёжился от этого взгляда и даже несколько смутился. Стоило взять себя в руки.

When I met you, I must have been out of my mind Everybody said, «He'll do you wrong'' But you kiss me For a while you were kind And every dream begins so sweetly Then it goes to hell completely

Он не заметил, как администратор довела его до нужной двери на втором этаже. Резной, красивой. Кажется, из красного дерева. Мимолётно постучала и тут же скрылась в неизвестном направлении, оставляя Сэнджу один на один с неизвестностью. Мужчина вздохнул и попытался отвлечься. Вспомнить, откуда вообще взялся этот ресторан в распоряжении Хьюга. Что-то в его памяти стало всплывать. Далёкие года. Может, еще времена молодости отца. Приятные мотивы джаза тогда заполонили улицы. Он вспомнил особу, с которой все началось. Точно, приезжая. Лаура Катс. С глупой, но очень безумной мечтой открыть ресторан с живой музыкой и атмосферой, что годами не будет меняться. И то ли она приглянулась кому-то из старшей ветви, то ли что-то еще, но ресторану было место быть. И тогда он и появился. Прошли уже годы, а все точно так, как она и завещала. Живая музыка и старинные атрибуты.

You said you love me But you neve really love me You' sweet, sincereand so unture A night I don't dream, It's a good night for me 'Cause I can't stop dreaming about you Even though I try not dream about you Wish I didn't dream about you.

Дверь открыл кто-то из телохранителей и Хаширама неуверенно прошел в тёмное помещение, залитое тусклым, желтым светом. Аромат бренди и дорогих сигар ударил в нос, от чего он слегка поморщился. Не нравится ему столь резкий запах курева. Впрочем, сказать он ничего не смел, застыв под чужим взглядом. — Что ты как не свой? — Тон Хиаши был дружелюбен и вполне весел. — Проходи, присаживайся. Хочешь, угощу выпивкой. — Пожалуй откажусь. — Он сел напротив. — Я сегодня при исполнении. Хотя, раз уж желаешь, можешь плеснуть мне чаю? Того самого, из османтуса. — А губа не дура, Сэнджу. — Он махнул кому-то рукой. — Моника, принеси гостю османтусовый чай без сахара и конфеты с черносливом. — Сию секунду. Названная Моникой тут же скрылась в подсобке, оставив мужчин один на один. Хьюга расслабленно расселся, потушив сигару и взял в руку стакан с пойлом. — Так тебя привела информация, я так понимаю? — Верно понимаешь. Твой племянник мёртв, следовательно, угроза может пасть и на остальных членов твоего клана. Думаю, это общий интерес — поймать ублюдков. — А ты знаешь, как договариваться. К тому же, помнится, когда-то ты выполнил для меня важную услугу. Я этого не забыл. Так что пожалуйста, любая информация, документы, люди, может, чьи-то головы. Я принесу все, что требуется. Девушка, что кропотливо звенела чашками в подсобке, вскоре вернулась, поставив перед Хаширамой поднос с чаем и конфетами. Он взял кружку в руки и с шумом втянув приятный аромат чая, отпил. — Сейчас хорошо было бы выяснить все, что ты знаешь о людях или человеке, что других похищают. — Об этом. — Хиаши вновь махнул рукой и у него на столе тут же оказалась папка с нужным делом. — Это все, что записано в официальном отчете. Как понимаешь, недоговорки и секретность. Но все же. Основа. Четыре года назад парочка каких-то ублюдков забрала одного из наших людей. Мы вышли на след и нашли склад в порту с какой-то лабораторией. Там же держали и нашего человека. Нашего мы вызволили. Ему вырезали почку, но он был еще жив и док мог его подлатать. Думаю, ты знаком. Дело спрыгнувшего. — То самое, когда предположительно спасённый, завидев полицейских, прыгнул с крыши своего дома? — Да. Нам в руки попал мальчишка. Кажется, Дейдара или как-то так. Он взорвал лабораторию, но скрыться так и не смог. Так что, к сожалению, наводку прямую дать не могу. Да и в целом это все, что я знаю. Далее делом занималась моя младшая дочь. — Могу ли я с ней поговорить? — Хаширама с некоторой надеждой смотрел на старого товарища. — Думаю, да. — Хиаши взял телефон и набрал нужный номер. — Ханаби, поднимись в офис. Не прошло и пары минут, как в помещение, звонко стуча каблуками, прошла младшая дочь Хьюга. В тусклом свете виднелся ужасающий шрам, исполосовавший её лицо. Кажется, ожог. Девушка встала позади своего отца и напряженно схватилась за рукоять своей катаны. — Что этот коп делает здесь, отец? — Это мой старый друг, дочь. Однажды он выполнил для меня услугу, и теперь моя очередь отплатить тем же, поэтому будь мягче. Он — наш гость. Ответь на все его вопросы. — Как скажешь, отец. — Она нехотя отпустила рукоять меча и выпрямилась, с подозрением смотря в сторону Сэнджу. — Я хочу знать о том, что произошло четыре года назад. В подробностях. — Мы захватили мальца. Какого-то пацана лет семнадцати. Кажется, Дейдара Тсукури. Он работал на эту, «Красную Луну». — Сэнджу непроизвольно дёрнулся, будто что-то вспомнив после этих слов. — Мы пытали его три дня. Из того, что удалось выяснить, они что-то хотят воскресить. Но более ничего не сказал. Тогда мы думали, как еще выпытать информацию, но оказалось, что у мальца была припасена взрывчатка внутри тела. Он разнёс нашу допросную, убил десятерых моих людей, а я лишилась глаза и получила ожог. Еще, если я помню, он сказал, что рано или поздно все окажутся в шахтах старой АЭС. Надеюсь, это все? — Да, это все. Спасибо. — Тогда у меня к тебе, полицейский, будет встречная просьба. — Какая? — Хаширама удивился, внимательно взглянув на девушку. — Скажи Учихе Саске, чтобы тот убрался подальше от Узумаки Наруто. Конечно, правильней было бы явиться к ним в Бюро и все по полочкам разложить, но раз уж сюда явился друг Мадары, то будь добр, передай им это. Иначе мы их со свету сживём. — Могу ли спросить, почему? Я ведь слышал, что Саске — всего лишь друг. — О, мой дорогой товарищ, — Хиаши отпил свой алкоголь и со стуком поставил стакан на стол, — слухи ходят поганые. Что Учиха этот не просто друг. Поговаривали, что они спят. А знаешь, репутацию будущей свадьбы моей старшей дочери и наследника Узумаки знатно портит. А я новой войны не желаю. Ушли те времена, когда я жаждал с лица земли стереть Узумаки. Этот брак должен состояться. А значит, Учиха должен исчезнуть. Порвать все связи с Наруто и свалить как можно дальше из города. Иначе, уж прости, но я буду вынужден в расход пустить весь клан. — Я понял. Сделаю все, что в моих силах. — Очень хорошо. Знаешь, — Хьюга засмеялся, — получается, я снова должен тебе услугу. Что ж, так и быть. Я подсоблю тебе в расследовании и попробую разрыть эту змеиную нору. — Буду несказанно благодарен твоей помощи. — Сэнджу взглянул на часы. — Ты уж прости, но мне пора. Есть дело, которое я должен еще закончить. К слову, будет хорошо, если твои люди, наравне с Учихами помогут. — В чём? — Защита Наруто Узумаки. Кажется, ему угрожает опасность. — Замётано. Хаширама покинул ресторан ближе к четырём часам вечера. Дневная жара спала наполовину, но все же асфальт, как и местные вещи, оказавшиеся под солнцем, все ещё хранили дневную жару. Сэнджу сел за руль своего авто, тут же включая внутри кондиционер и покинул Цветущий Квартал. Теперь его дорога была направлена в сторону левого берега, ближе к городской границе. Там, за Лисьим Полигоном расположилось огромное, переливающееся всеми цветами радуги здание. По дороге мужчина не забыл позвонить Мадаре, а после, отложив телефон в бардачок, сосредоточился на дороге и на приближающихся огнях казино. Узумаки знали толк в азартных играх и для них «Алый водоворот» был той жилой, что обеспечивала клан. Так что, наверное, поэтому они так редко подвергались гонениям со стороны полиции, поскольку для них дело с наркотиками было чужим. Прежде всего честный и более постоянный заработок. За это, возможно, Узумаки были ближе по духу Сэнджу, но это не отменяло того факта, что с должниками или другими неугодными клан поступал с особой жестокостью. Определенно сказывалось суровое, даже несколько спартанское воспитание. Он припарковался на единственном свободном месте, едва его найдя. Здесь как всегда было море людей с разных городов, стран и даже с другого берега. Вдохнуть было невозможно от количества посетителей. Хаширама даже не сразу смог пробиться к администратору. — О, Сэнджу-сама. — Мужчина весело поприветствовал посетителя. — Вы к заведующему? Или решили немного отдохнуть. — Не сегодня, Лин, — Хаши добродушно улыбнулся, — при исполнении. Я бы хотел к Нагато. Он здесь? — Да. На третьем этаже, в офисе. Мужчина ещё раз добродушно улыбнулся и направился к лифту. На третьем этаже шума было поменьше, собственно, как и людей. В основном здесь собирались немногие из персонала. Коих, впрочем, сейчас было почти не встретить. Он прошёлся по красному ковру и аккуратно постучал в резную, темную дверь. Услышав одобрение, он вошёл в светлый, уютный кабинет, где за столом, сосредоточенно разбирая немногочисленные бумаги, сидел Нагато. Где-то вдали, начищая до блеска свое оружие, сидел Яхико, а у дальней стены расположился стол секретаря, за которым сидела не менее занятая Конан. — Сэнджу-сан. — Узумаки отвлёкся от дела и поднял уставшие очи на своего посетителя. — Что Вас привело сюда? — Я по делу приехал. Конечно, правильно было бы сразу к твоей сестрице поехать, но она мне вчера офис разнесла, так что я малость не хочу сейчас с ней видеться. Не со злости, не подумай. — Хаширама потёр затылок. — Ты знаешь. — О, она никогда не владела своим характером. Вы уж простите. Если нужно, я все компенсирую. — Нет, нет, все в порядке. Сейчас важно другое, — он достал из кармана бумагу, — это разрешение о выезде Узумаки Наруто за пределы города и страны. Его нужно увезти как можно дальше. — Малыш Нару во что-то вляпался? — Нагато напрягся. — Мы подозреваем, что он по своей глупости связался с похитителями и сейчас может находится в опасности. Я договорился с Учихами и с Хьюга о предоставлении людей для его защиты. Мы, увы, ничем не поможем. Многие из Сэнджу ушли в медицину. — Ничего. — Он взял из рук бумагу. — Я понимаю. Сегодня же поговорю с сестрой, и мы сделаем все. Но, не обещаю, что мальчик покинет город. Вскоре должна состояться свадьба дочери клана Хьюга и нашего Нару. Это очень важное событие для обоих кланов. Поэтому, будет хорошо, если все силы, брошенные на его сопровождение, станут защитной стеной. — Думаю, они сделают все возможное. — К слову, — Нагато отпил холодный чай из своей кружки, что уже не один час стояла на его столе, — как там тётушка Мито? — Док говорит, что лучше ей вряд ли станет. — Хаширама печально улыбнулся, держась, чтобы не зарыдать от упоминания о своей жене. — Но я по возможности приезжаю, все ещё надеюсь, что память вернётся к ней. — Кажется, у нее деменция. Так что… ладно, — он виновато отвернулся, — простите. Просто, жаль. — Впрочем, никто не застрахован. Ладно. — Сэнджу хлопнул в ладоши. — Я, пожалуй, пойду. Дел ужасно много. — Понимаю. Наши люди тоже всюду рыщут. Мы все ещё надеемся найти Наруку живой. — Знаю. Тогда до встречи. — Удачи.

***

Мадара уехал следом за Хаширамой. Сел в машину, привычно закурил и двинулся в сторону правого берега. В какой-то момент он даже нагнал машину друга, а после и вовсе ушел на обгон, все дальше от него удаляясь и все ближе приближаясь к высотке Grape. Место впечатляло своими исполинскими размерами. Впрочем, самомнения у создательницы этого добра было не менее большим. Цветущее зеленью, с шумящим откуда-то позади водопадом и вращающимися турбинами. Определенно это величественное место олицетворяло собой политику директората этой корпорации: «экология и не более того». Мужчина поправил ворот своей рубахи и поднявшись по мраморным ступенькам на самый верх, вошел внутрь прохладного, приятно пахнущего зеленью помещения. — Добро пожаловать в Оранжинариум. — Приятный женский голос из динамиков донесся до ушей Учихи, и он улыбнулся своим мыслям. Странное название, данное этому месту Первой. Но, ей, создательнице, было решать, как называть отделы этого чудо здания. Он плавно двигался по мраморному полу просторного, белоснежного зала, мимо десятка автоматизированных систем и снующих в полном покое людей, выполняющих свою работу. Прям до стойки администратора. Не успев открыть рта, чтобы спросить, его тут же перебили. Такой знакомый и в то же время суровый голос старого друга. — А ты как всегда быстр, Мадара Учиха. Мужчина развернулся, упёршись поясницей в терминал администратора, улыбаясь и протягивая руку, чтобы пожать другую в приветствии. Перед ним возвышался светловолосый мужчина годов так за пятьдесят в стильном, тёмно-синем костюме. На светлом лице сияла добродушная улыбка, а в голубых глазах читались искры любопытства. — Ты же знаешь, я не очень люблю заставлять других себя ждать, Ричард Лира. — Да-да. Помню. — Тот отмахнулся. — Ты же по делу, так понимаю. Пошли в офис, пока меня не заметили. А то Берта снова заставит меня разбирать кипу бумаг. — Как скажешь. Учиха следовал за своим товарищем просторной залой, осматривался и вдыхал свежий, будто очищенный воздух. Безликие роботы-коробки разносили воду и лёгкие угощения посетителям, небольшие птицевидные роботы летали, доставляя почту. Мадара впервые задумался о том, что мир в пределах этих стен разительно отличался от того, что был вне. Словно своя экосистема. Здесь водились небольшие животные, рыбы в аквариумах, свой подземный океанариум и, конечно же, дендрарий. Все здание — огромный дендрарий. Оттуда и название, наверное. Каждый работал здесь со своим домашним питомцем, мог отдохнуть в специальных спальных капсулах, вылечится в медицинском крыле от любой заразы и, конечно же, развлечься в игровых комнатах. Да и зарплаты у них были выше. И работа безопаснее. Невероятно комфортные условия. Удобные кресла. Комфортное жилье. И никаких преступлений. Никакой мафии. Они шли просторным, белоснежным коридором, по лестнице, к лифту, к верхним этажам. Чем выше, тем ярче прослеживались следы чего-то внеземного. Не здешнего. В какой-то степени, пугающего. Мадаре было не по себе. Он, по слухам, небылицам, наслышан о необычных свойствах этих «виноградных лоз». Первая. Сто процентов была инопланетным чудищем, принесшим им технический прогресс и жуткую экосистему, к которой жаждал тянуться любой за пределами этих стен. Мужчина тряхнул головой, отгоняя жуткие мысли и зашел следом за Ричардом в шикарный, стеклянный лифт. Пока они ехали к верхнему этажу, у него было предостаточно времени разглядеть турбины и местные внешние красоты, подмостки и переходы между несколькими корпусами, что составляли собою единое целое здание-комплекс. Город. Крепость. — Погоди, а кто это там? — Мадара шокировано взглянул в окно одного из мостиков, замечая до ужаса знакомое лицо. — А. Это Дамиан Гаутер. — Ричард улыбнулся. — Наш ведущий учёный и прародитель крионики. Его технологии удивительны. — Ему же, черт дери, должно быть за добрых семь десятков. — Удивительные технологии, не правда ли? Офис встретил их панорамным окном на город и яркими, солнечными лучами, освещающими приятный, молочного цвета кабинет. Картины, горшки с цветами, плавающие в большом аквариуме рыбки из единой океанариумной цепи. Здесь уютно и просторно. Не то, что в пыльном офисе Учихи, более походящим на старый архив. Лира сел за свой стол, привычно закидывая ноги на его поверхность и лёгким движением пригласил своего товарища уместиться на удобный диван. — Впечатляет. — Мадара усмехнулся. — Никогда бы не подумал, что маленькая конторка превратиться в нечто восхитительно пугающее. Первая прям постаралась. — О, думаешь? Она бы оценила твои слова, будь сейчас здесь. Но увы, дел много. Знаешь ли, мы тут не на заднице ровно сидим. Хотим дальше двигаться. — Да я это по вашему слогану догадался. «Прогресс и только он.» — Мадара сделал важное лицо, проговаривая известнейшую цитату так, будто сам ее и придумал. — Впрочем, — он стал серьезным, — я не об этом. Как понимаешь, дело было не телефонное. — Да, я догадался. — Ричард выглядел не менее серьезным. — Так понимаю, подозрения лучшего агента в городе, если не стране пали на меня? — Увы, друг. Я бы хотел, чтобы это было не так, но все следы ведут сюда. Так что, хотелось бы услышать лично от тебя… — Корпорация не замешана в этом. По правде говоря, да, бывало время, когда наши люди занимались исследованиями старых руин под городом и подозрительной живности. Но это было десятки лет тому назад. Еще во времена Первой. После череды несчастных случаев проект пришлось законсервировать, данные похоронить, а любые упоминания стереть. Наш отдел постарался на славу, так что уверен, что чего-либо из прошлого не всплыло в ненужные руки. — Понимаю, что дело секретное. Личные корпоративные данные. Прочее. Но учти, если дело снова приведёт сюда, я буду вынужден составить рапорт и получив соответствующее разрешение, перерыть тут все. Я не угрожаю, не подумай. Лишь предупреждаю. — Я с тобой максимально честен, друг. — Ричард развёл руками. — Если хочешь, я дам тебе свою карту допуска. Осмотри все, что считаешь нужным. Допроси всех, кого желаешь. Я чист. — А как насчет сотрудников? Например, ведущих ученых? — Учиха знал, куда вести. — Если об этом — большинство чисты. Те, кто были под подозрением — уволены. Если думаешь, что есть те, кто мог воспользоваться наработками или знаниями корпорации и ее внутренностей — нет. При увольнении мы стираем работникам память. Подчистую. Можем создать ложные воспоминания. И вывозим за пределы города. У нас все продумано, чтобы никто не смог вынести за пределы нашей «экосистемы» знания, которые в неправильных руках могут разрушить мир. Политика жестокая, но нужная. — Сурово. Но, если не возражаешь, могу ли я получить данные на тех, кто был уволен? — Я знал, что ты пожелаешь этого. — Лира встал с насиженного места, пальцами ловко подхватывая желтую папку с грифом «Секретно» и передавая ее в холодные руки Учихи. — Я собрал для тебя данные всех, кто у нас когда-либо работал, за какой проступок был уволен и где сейчас проживает. Это меньшее, что я могу сделать для тебя. Конечно, кабы Первая не разозлилась на то, что я разбрасываюсь информацией. Но, знаешь, плевать. Мое дело, как директора, защитить компанию. И я сделаю все, чтобы ни репутация, ни ее сотрудники не пострадали. — Думаю, она бы оценила такую самоотверженность. Ты ведь ее лучший ученик. — О нет. Я был под началом Третьего. Но, возможно ты прав. К слову, раз уж дело идёт к масштабному расследованию. — Ричард вновь уселся за стол. — Добрых десять лет назад кто-то стащил один из прототипов мистера Гаутера. Я могу его позвать, если хочешь узнать больше. — Давай. Я все равно не спешу. Мужчина делает короткий звонок по передатчику. В помещении повисла напряженная тишина. Будто что-то было не так. Будто все было не так однозначно. Мадара чувствовал себя странно. Будто был окружен недоговорками и каким-то замалчиванием. С другой стороны, учитывая суровые методы увольнения из корпорации, он понимал страх своего друга. Не хотелось бы ему испытать на себе тяготы пропажи добрых десятков лет жизни. Дверь резко открылась, заставив мужчин вздрогнуть, а на пороге, сверкая стёклами своих очков и нереально белоснежным халатом, в помещении оказался тот самый на вид юноша, которому может от силы перевалило за двадцать. Каштановые кудри растрепались, вспотели, а зеленые глаза блестели от любопытства. — Дамиан Гаутер здесь. — Он поправляет очки и с важным видом проходит вглубь, чтобы тут же уставится на гостя, нервно вжавшегося в диван. — Удивительно, мистер Лира. Я уж думал, что никогда вживую не увижу легенду Эрда. Второй после Сэнджу с удивительными дедуктивными навыками, превосходной смекалкой и колоссальными объёмами памяти на лица. Удивительный мозг, который так бы и хотелось изучить. — Мальчишка восхищенно схватил в свои руки чужое, покрасневшее лицо. — Но, — он поумерил свой пыл и смиренно принял ровную стойку, переведя взгляд на директора, — я так понимаю, что он здесь не ради моих исследований. — Верно. Учиха-сан здесь ради твоей… проблемы. — Ах, мой небольшой эксперимент. — Дамиан развернулся лицом к гостю. — Дело в том, что кто-то взломал наши системы, хотя я сам поражен тому, как им удалось разрушить сеть Госпожи Второй, и выкрал из моей персональной серверной небольшое хранилище. Не то, чтобы там было что-то важное, но оно принадлежало моей хорошей подруге. И я бы очень сильно хотел вернуть его. Его название MIQ.der. Наши системы не смогли отследить местоположение мисс… то есть моего хранилища, так что я хочу, чтобы вы приложили свои усилия и вернули мне хотя бы резервную копию того, что находилось внутри украденного. Я заплачу крупную сумму и смогу выполнить для Вашей семьи любую услугу. Конечно, если Вы завещаете моей прекрасной лаборатории свой удивительный мозг, я несказанно буду благодарен и внесу Вашу семью в реестр будущих колоний на нашей новой… Ох, — мальчишка широко улыбнулся, встрепенувшись, — простите. Иногда работа так увлекает, что не могу держать себя в руках. В общем, это мои все пожелания. Поэтому, надеюсь на Вашу гениальность. Всего доброго, Учиха-сан. Гаутер подмигнул мужчине и скрылся за широкой дверью, а сам Мадара облегченно вздохнул. Он был наслышан о Дамиане, но никогда не представлял, каким же будет вживую этот великий учёный. Впрочем, капля безумства всегда была присуща гениям. Учиха встал с насиженного места и крепче взявшись рукой за папку, слегка кивнул. — Так сказать, спасибо за радушный прием. — Всегда рад повидать тебя. Ты хоть звони чаще. А то я чувствую себя каким-то обделенным. — Как будет время. Сам же знаешь — дел полон рот. — Занятой, как и прежде. Ладно, удачи в расследовании. Мадара покинул кабинет, вызывая себе лифт на нижний этаж. Его телефон в кармане завибрировал, а знакомая песня заиграла на весь холл. Хаширама. Кажется, он уже разобрался со своими делами, потому и звонил, поэтому без задней мысли мужчина провёл по сенсору, отвечая на звонок. — Слушаю. — Я сейчас за рулём, так что долго разглагольствовать не буду. — Сэнджу звучал обеспокоенно. — Поезжай к своему внуку и скажи, чтобы тот убирался из города. Порвал все контакты с Узумаки и ехал как можно дальше. — Погоди Сэнджу. Что малец уже натворил? К чему такие резкие заявления? — У Узумаки и Хьюга намечается свадьба между двумя их представителями — Хинатой и Наруто. А у твоего Саске есть какие-то тёрки с младшим из левобережного клана. Соответственно, Хьюга сейчас вне себя от ярости и сказали, что, если он не уедет куда-то, начнётся новая война. Я знаю, что ты дорожишь им, все-таки он и его старший брат — последнее, что осталось от твоего сына. Но прислушайся к голосу здравомыслия. Ему опасно здесь быть. — Я поговорю с Саске. — Руки Мадары задрожали. — А ты сейчас куда? — К Узумаки и обратно в участок. Ладно, я все еще за рулём. Позже наберу. Связь прекратилась, Учиха осел на пол лифта. Он был не в ладах с младшим, особенно после произошедшего пять лет назад. Но все же, он любил его. Последнюю семью, что осталась. Что не выгорела дотла в том пламени. И запросто отпускать мальца в неизвестность не хотелось. Но на кону стоял мир. Заключенный договор между ведущими сторонами. И он, как одна из главных ветвей этого договора, должен был соблюдать требования остальных. Тяжкий выбор, что ложился на его плечи. Мир целого города или же его внук, что сейчас этот мир может разрушить. Учиха едва поднимается на дрожащие ноги, шагает как-то неуверенно через вестибюль и прямо на улицу, к машине. Сел за руль и головой приложился о него. Это было так тяжело. Но нужно было. Сделать выбор. И он завёл авто и направился к центру правого берега. Чем ближе он был к нужному зданию, тем сильнее дрожали его руки. Разговор явно вымотает его до последнего пота, но нужно было что-то делать. Нужно как-то убедить младшего из Учих покинуть город. Он уже не задавался вопросом, как к этому отнесется Итачи. Просто не думал. Теперь он целенаправленно ехал, чтобы защитить шаткий мир между двумя мафиози. Он не хочет вновь всех потерять. Вновь хоронить пол своего рабочего состава. Ни своих друзей. Ни своих коллег. Ни уж точно кого-то из семьи. Когда Мадара зашел в маленькое помещение офиса детектива, удивился. Здесь было еще меньше места, чем в его собственной конуре. Бумаги, шаткий стол, пыльные полки и сосредоточенный на нём взгляд тёмных глаз. Недовольно сжаты губы и искры некой злобы, что резко поднялась в помещении. Он чувствовал себя не в своей тарелке. Будто это его сейчас за что-то отчитают. Такое знакомое, давно забытое чувство. Будто на мгновение предстал пред разъярённым отцом. — Могу спросить, какого черта ты приехал? — Саске отвлёкся от бумаг, принимая враждебно-закрытое положение, скрещивая руки на груди и делая свое лицо жутко злым. — Разговор есть. — Мадара выдохнул, стараясь не терять самообладания. — Об Узумаки. — Чего еще? — Младший уже готов был вспылить от одного упоминания своего друга. — Не добили? Еще чего-то не вытащили? Не до конца наставили ссадин? — Дело не в нём, а в том, что ты костью в горле стоишь у Хьюг. И теперь от твоего решения зависит, будет ли шаткий мир между левым и правым берегом, или же вновь разразится война. — Как это понимать? — Саске вскочил. — Прямо, как я и говорю. Клан Хьюга недоволен тем, что ты слишком много времени проводишь с Наруто. У них закрадываются сомнения. Волнение о том, что мальчишка может отказаться от свадьбы с Хинатой растут. — Да эта конченная сука мне чуть глаза не вырезала. Я уже максимально сократил время общения с этим идиотом. Ей мало? Старший был шокирован данным заявлением. Чтобы эта миловидная, скромная девушка могла кому-то глаза вырезать? Чушь. Впрочем, его опыт агента бюро подсказывал, что в любом омуте водятся жуткие черти. — К сожалению. — И какое их требование? — Саске сел за стол, наконец поумерив пыл. — Чтобы ты оборвал все связи с кланом Узумаки и свалил из города как можно дальше. Чтобы малец даже не пытался тебя искать. То есть, буквально исчез, будто тебя никогда и не было. — Ублюдки. — Младший Учиха громко ударил по столу, сваливая на пол семейную фотографию. — Саске, я… — Мадара перевёл дыхание. — Слушай, я и сам не в восторге. Итачи, Изуна и ты — последняя семья, что осталась у меня. И я не хочу, чтобы ты покидал город. Но, мой долг перед… — Я уеду. — Саске решительно взглянул в тусклые глаза своего деда. — Если этот ублюдский клан сероглазых жаждет, чтобы я исчез — я дам им желаемое. Пускай подавятся. А ты, раз уж так волнуешься, забудь обо мне и позаботься о моем брате. Кажется, он как раз жопу рвёт ради достижения главенства. Просто, не будь мудаком, каким был пять лет назад и защити то, что осталось. Ради матери, отца и бабушки. Мадара хотел обнять внука, но тут же опешил, когда тот грубо оттолкнул его руки. Он хотел хоть как-то ободрить мальчишку, но тот лишь отмахнулся и указал на дверь. Учихе ничего не оставалось, кроме как уйти. Сказать тихое «прощай» и двинуться в сторону машины, сжимая губы и сдерживая боль внутри. Если бы мог — закричал во весь голос. Так громко, чтобы каждая псина в этом городе поняла, насколько это тяжело. Но он все проглотил, подавил, натянул на лицо привычную маску невозмутимости и кратко написав Хашираме, что ждёт его в ресторане «Синяя лагуна» на левом берегу, сел за руль и двинулся как можно дальше отсюда.

***

В отделе расследований было тихо. Удивительно тихо для второго дня расследований, учитывая, что дело никуда не свернули. Разве что Какаши в компании Шикамару и агента Итачи сидели за столом, играя в «Квадро». Видимо, дело их волновало в последнюю очередь, особенно то, которое вообще не имело зацепок. — Прохлаждаетесь? — Тобирама стукнул по столу, привлекая внимание. — Делом бы занялись. — Да угомонись ты уже. — Изуна фыркнул. — Дело к вам есть. — Он перевёл взгляд на полицейских. — Мальчишка сообщил, что недавняя пропавшая жертва совершала транзакции по своей карте и один раз звонила со своего номера. Однако же в отчёте ничего из этого указано не было. Так что вопрос: кто составлял отчёт? — Я. — Нара вскидывает руку в воздух. — Ибо старший лейтенант Хатаке как всегда слился. — Я же сказал, что позже все сделаю. Чего ты докопался? — Полицейский возмутился такой дерзости своего напарника. — Ты всегда опаздываешь с отчётом. Должен же я был что-то сделать, пока опять нагоняй не получил. — Прекратите ссоры! — Сэнджу выглядел не на шутку злым. — Нара, тащи этот чёртов отчёт. Шикамару фыркнул, но все же поднялся с места, отходя к рабочему столу. Пошарил там, опрокинув какие-то бумаги и наведя там еще больший бардак, нашел, что искал и вернулся к столу, протягивая начальнику планшет. Тог же, в свою очередь, передал его Изуне. Учиха шлёпнулся за стол, открывая раздел с делом и стал что-то внимательно высматривать да изучать. Тишина висела давящая, странная. Лишь сосредоточенное причмокивание чужих губ и шум кондиционера. Мужчина издал смешок. Сначала один. А после и вовсе залился смехом. На его лице читалось нечто странное, высокомерное. Говорящее полицейским: «глупыши». Хатаке и Нара переглянулись. — Ладно. — Учиха перевёл дыхание и сосредоточенно взглянул в глаза полицейских. — Кто из вас знает больше одного языка? Я имею ввиду не местных, а более западных, из других материков. — Те в свою очередь отрицательно покачали головами. — Я так и думал. В общем, Тобирама, что хочу сказать. Незнание твоими людьми языков и явное неумение пользоваться вещью под названием «интернет», сыграло в этой ситуации злую шутку. Суть вот в чём, — он достал блокнот и сделал две надписи, которые явно отличались по написанию, — в нашем языке все пишется так, как слышится, включая иностранные имена, но в том языке, который используется в паспорте нашей жертвы, используются символы рэ-давон. И, собственно, в базе данных она была записана через рэ-давон. Но вот в отчёте — стандартным письмом. Эта грубейшая ошибка привела к тому, что твои люди упустили важную зацепку. А именно то, что транзакция и звонок были совершены жертвой в один и тот же день из бара «Синий Кит», возле порта. Как раз за два дня до того, как мы нашли труп этой особы. — Так и знал, что тебе ничего нельзя доверить. — Какаши фыркнул, плотнее натягивая маску на свое лицо. — И почему вообще, скажи на милость, тебя сделали моим напарником? Сказал же, терпеть не могу мешающихся под ногами. Шел бы Асуме помогал. — Таков приказ старшего. — Шикамару возмутился. — Мне это и нахер не сдалось, но, если сказали — значит надо. Так что харе выпендриваться. — Иногда даже рад, что работаю один. — Итачи скептически осмотрел парочку и поднялся с места. — Ладно, я обратно в Бюро. — Мадара прислал файлы. — Изуна потряс своим телефоном. — Я уже отправил их на твой компьютер. Поройся в архиве. — Понял, принял. Удачи. — Он ушел. — И что дальше думаешь? — Тобирама привычно скрестил руки на груди, игнорируя чуть ли не развернувшуюся на фоне драку двух лучших полицейских в их отделе. — Предлагаю взять этих оболтусов, — Учиха мимолётно махнул рукой в сторону, — и поехать в порт к тому бару. Осмотреть посетителей, поискать лазейки и чуть что, накрыть возможных похитителей. В любом случае, пока наши братья заняты своим, нужно тоже на месте не сидеть. Может, это хоть немного прояснит ситуацию. К тому же, вечереет. Мы тут малость засиделись, пока я рылся в документации. Так что так даже проще. — Понял. — Сэнджу кивнул и привлёк внимание Какаши и Шикамару. — Вы слышали его, разгильдяи. Собирайте манатки и поехали. Операция «На живца». Оба полицейских встрепенулись и принялись собирать оружие и всякие необходимые вещи. Изуна же предложил Тобираме выпить кофе, пока они их ждут, так что покинув отдел расследований, они направились в ближайшее кафе. Заказали по кружке кофе и какому-то круасану. Наскоро поели и с уходящим в горизонт солнцем направились в сторону порта. У «Синего Кита» была дурная слава, прозвище Помойки. Об этом чуть ли не каждая крыса в городе знала. То ли из-за наркоторговли, то ли потому что там собирался всякий сброд — неясно. Для полиции и Бюро, это была та самая точка сбыта человеческих тел. Заправлял всем Какузу — жуткий барыга, что за деньги и товарищей на органы продаст. Однако же, делом, вроде как, благородным занимался, так что его не трогали. Ибо знали все, что его товар не раз спасал жизни людям в больницах. Но в этот раз все иначе. Отсюда шел последний сигнал одной из жертв. Когда они приехали на точку, уже знатно стемнело. Вокруг бара собралось приличное количество сброда. Какаши и Шикамару, одетые в самые стрёмные гражданские лохмотья, чтобы хоть немного походить на местный контингент, пошли вынюхивать внутрь, в то время как Изуна с Тобирамой обошли между парой портовых контейнеров, чтобы оказаться позади бара, у металлической двери. Переглянувшись, они подошли ближе, постучали, назвали пароль и прошли внутрь, сталкиваясь с блеклыми глазами стоящего за прилавком мужчины. Его длинные волосы были собраны в гульку, а черный фартук перемазан чей-то кровью. — А, легавые. — Какузу неохотно умыл руки под проточной водой. — Чем могу помочь? Если нужно сердце или печень — не дам. У меня дефицит на такое сейчас. — Мы не за товаром. Инфа нужна. — Учиха говорил коротко, по фактам. — Двадцать тысяч, и я отвечу на любой вопрос. Сэнджу, на мгновение переглянувшись со своим напарником, все же протянул конверт барыге и тот, пересчитав деньги, одобрительно кивнул. — Кто-то забирает органы. Недавно пропала девушка в этих кругах. Приезжая. У нее отсутствовало сердце. Нет мыслей, кто это может быть? — Мне давно не поступало заказов на человеческие органы. Включая их извлечение. Сейчас через мои руки проходят немногие тела. Так что о пропаже такого органа, как сердце, ничего не скажу. Не знаю. О девушке, приезжей. Припоминаю, что несколько дней назад тут была одна, очень необычная для наших кругов. Приличная. Пришла с мутным типом и более я ее не видел в пределах бара. Что за тип — не знаю. На его лице была маска, а девка была то ли под наркотиками, то ли под алкоголем. Едва ноги волочила. — Камеры тут водятся? — Нет. Мы своих клиентов не палим копам, как вы уже поняли. Так что камеры и любая съемка тут под запретом. — Более ничего не помнишь? — Все, что знал — сказал. Моя лавка сейчас в убытке. Из-за этих похищений, мафия более не привозит мне тела недругов. — Значит — в курсе. — Да. Так что, если в клинике Сэнджу или еще где-то, куда я поставлял по заказу органы, будут жаловаться на дефицит и большие очереди — скажите спасибо тем, кто сейчас мне бизнес портит. — Ясно. Мы ушли. — Бывайте. Мужчины покинули место сбыта, направляясь к машине. Дело совсем казалось гиблым, если так посмотреть. Раз уж даже барыга знал, значит в городе совсем дерьмо творится. — Клиника Сэнджу закупает тут органы? — Вдруг удивился Изуна. — Да. — Тобирама этого не скрывал. — А как же официальный источник? — Если ты не в курсе, то он делил полученные органы, кровь и другие ресурсы между двумя клиниками, нашей и Яманака. Соответственно, из-за своего положения, правобережная клиника получала ресурсы в первую очередь и лучше, в то время как нам иногда доставался второсортный сбыт, который иногда убивал пациентов. Из-за этого пришлось прибегнуть к некоторым нелегальным вещам. Впрочем, мы составляли официальный отчет полгода назад. Ибо Бюро интенсивно пыталось разыскать всех клиентов Какузу. — Тогда вопросов нет. — К тому же, если помнишь, именно в нашей клинике тебе дали новую печень. Если бы не этот, возможно, твой старший брат до сих пор поминал бы мне ту бойню тридцать лет назад. Изуна тряхнул головой, чтобы эти воспоминания мгновенно исчезли и сел в машину, продолжая пристально наблюдать за баром. Но ни через час, ни через два ничего не случилось. Полицейские, что были с ними, уже уехали по домам, а они все еще сидели тут на пару с Сэнджу и глазели, будто вот-вот, да явится кто-то. Учиха психанул. Нервно вышел из машины, чуть ли не содрал пару верхних пуговок с рубашки, расстёгивая её, снимая давящий галстук. — Я отлить и покурить. — Бросил он, уходя куда-то в темноту за стоящие контейнеры. — Далеко не теряйся. — Бросил ему вслед мужчина и развалился в своем сидении, потирая виски. День безумно долго тянулся. Вся эта какофония, невыясненные обстоятельства. Будто кто-то что-то подчистил, прежде чем они приехали. Сэнджу хотел начать подозревать каждого таракана в этой помойке, но ордера не было, а значит — связаны руки. Дело дрянь, он знал. Но ничего не поделаешь. Оставалось сидеть и наивно полагать, что что-то произойдёт. И произошло. Когда из-за контейнеров послышалось кряхтение его товарища. Тобирама схватил пистолет и направился во тьму, подсвечивая путь фонариком. Но стоило зайти за угол, за которым скрылся Изуна, как он застыл. Фонарик упал к ногам, а мужчина впервые странно затрясся. Учихи след простыл. Лишь недокуренная сигарета и стойкий аромат женских духов, коими утром этот надушился давали понять, что он тут был. Но пропал. Будто сквозь землю провалился. Сэнджу закусил губу, взял фонарь и осмотрелся. Но ничего. Совсем ничего. Ни следа. Не владей он невероятным самообладанием, точно впал бы в истерику от произошедшего. Еще и чей-то шум из рации раздражал. Тобирама фыркнул и вернулся к машине. — Пост, это Сэнджу, на связи, что стряслось? — Пожар в жилом квартале, сорок шестая авеню, правый берег. Повторяю, пожар в жилом квартале. Возможно, поджог. 10-18. 10-18. Сегодня явно был не его день. Сначала это, а теперь еще и пожар. Да и код. Он прекрасно знал, что это значит. Требование срочности. Видать, дело совсем плохо. — Пост, уже выдвигаюсь.

Faintly I'll go To take this Head on Soon I'll come around Lost and never found Waiting for my words Seen but never heard Buried underground But I'll keep coming

Тобирама не хотел уезжать с места преступления. Если Изуну похитила та группировка, то ничем хорошим это не кончится, но выбора не было. Нужно было откликнуться на зов о помощи. И он вдавил педаль в пол, помчался коротким путём от порта к правому берегу. Даже отсюда был виден столп дыма, что доносился с другой стороны реки. Красно-синие огни отблесками отражались в его глазах, шум сирены оглушил. А он, вцепившись в руль, гнал под двести. Пока не увидел пожарные машины, знакомые мигалки, знакомых людей. Он резко тормозит, выскакивает из машины и бросается к старшему брату, что крепко кого-то держит. — Саске! — Крик оглушает и Сэнджу не сразу понимает, что происходит.

Wipe those Tears off And make your Heart proud Soon I'll come around Lost and never found Waiting for my words Seen but never heard Buried underground But I'll keep coming

Только когда пелена хоть немного спадает с глаз, он замечает, как крепко его брат удерживает в своих руках рыдающего Итачи. Как тот бьется в истерике, пытается выбраться. Подоспевшие доктора хватают его, вкалывают успокоительное. Еще минут пять буйства и парень затихает. Постепенно до Тобирамы доходит смысл происходящего. Горит — дом Саске. Телефон — записка. Самоубийство? Тот подходит, поднимает его с земли. Читает. Да, наверняка. Самоподжог? Возможно. Но что стало причиной? Может, мафия? Слухи доходили разные. Сэнджу слышал о них. Смотрит на вышедшего из толпы Мадару. Видно, что тот давит в себе чувства. Но блеск на щеках от слёз скрыть невозможно. Он рыдал? Мужчина трясет головой. Пожарные оперативно тушат пламя. Полиция допрашивает свидетелей. — Тобирама! — Тот слышит грозный голос старшего Учихи не сразу. Медленно поворачивает голову. Видит, как алое пламя, отражаясь от черноты его глаз, будто окрашивает их в красный. — Где Изуна? — Его похитили. — Как в тумане отвечает он. Мгновение, и голова Тобирамы, словно что-то невесомое, дёргается от удара, а он падает на влажный асфальт. Кровь сочится из носа, разбитой губы. В голове гудит. То ли мысли. Хотя, нет, точно. Мыслей нет. Ничего нет. Лишь кричащий голос. Обвиняющий. Ядом брызжущий. Не привыкать. Но сейчас Сэнджу не чувствовал своей правоты. Лишь чувство вины, тьмой расползающееся внутри. Он бросил его. Он бросил Изуну там. Может, был шанс найти. Если бы он постарался. Подольше поискал. Не мог же он просто исчезнуть. — Я найду его! — Тобирама кричит, перебивая. — Пойду за ним! Только заткнись уже! Верил ли он своим словам? Вряд ли. Но хотел. Хотел поверить, что он приложит все силы и найдёт того, кто пропал по его вине.

I'll keep coming