Протектор

Дэй птицей слетела с кушетки, в раз оказавшись рядом с креслом, куда укладывали Ви. Она не медик, она ни черта не смыслила в том, за что нужно хвататься в таких ситуациях, но она не могла остаться на своем месте и просто ждать в неведении. Его она ненавидела. Лучше хоть что-то, хоть какая-то информация. Глаза вспыхнули алым, сканируя наемника, пока Виктор подключал его к своим аппаратам. - Что там? – заметив это, коротко спросил рипер. - Ушибы, гематомы, два ребра треснуты, - отрапортовала Дэй. Говорить о том, что у Ви пуля в башке, не имело смысла. И так очевидно. Каким чудом он жив неизвестно. - В порту какой-то чип, - хмурясь, заметила она. – Арасаковский, больше ничего сказать не могу. Он странный, Вик. Он что-то делает с его мозгом. - Сейчас посмотрим. Помоги мне. Операция затянулась на несколько часов. Долгих, страшных, изматывающих. Как физически, так и морально. Дэй даже представить не могла, что все это время чувствовал Виктор. Это для нее Ви лишь знакомый, а для рипера друг, за которым он по-отечески приглядывал. Когда на столе оказывается кто-то настолько близкий, наверняка, справиться с эмоциями становится невыносимо тяжело. И тем не менее Виктор держался. Его руки не дрожали, голова работала быстро и четко, указания Дэй он раздавал ровным, твердым голосом. Только один раз позволил себе рыкнуть на Деламейна. А вскоре стало понятно, что все не так хорошо, как они хотели верить. Они проверили чип. Они поняли, что за дьявольскую штуку Ви сунул себе в голову. С одной стороны это стало его шансом на чудесное воскрешение. С другой – малыш буквально отдал душу за этот шанс. Конструкт Джонни Сильверхенда, знаменитого террориста. Конструкт, переписывающий сознание, стирающий личность и заменяющий ее на другую. Чудовищное изобретение, которого просто не должно существовать. И вот оно. В голове то ли проклятого, то ли благословленного парня. И черт знает, что с этим теперь делать. Когда операция над Ви была окончена, Виктор осмотрел корпората, привезшего его. Дэй только в этот момент поняла, что здесь была Мисти. Впрочем, она быстро ушла, едва перекинувшись с Дэй парой фраз. Она выглядела растерянной, грустной, но не сломленной. Над корпоратом Виктор тоже провозился немало времени. Отключенные от сети импланты удовольствие сомнительное. По окончании, корпорат все же ушел на своих двоих, пообщавшись с рипером около двадцати минут. Дэй не слушала, о чем они говорили. Она сидела рядом с Ви, погруженная в свои мысли. При этом, спроси ее кто, о чем она думает, она бы не нашлась с ответом. Казалось, что все сознание заполняют лишь вопросы, смысл которых сводился к недоумению. Как наемники умудрились в такое вляпаться? Чем они это заслужили? И главное – а что дальше? Когда в клинике стало тихо, Дэй вынырнула в реальность. Отыскав взглядом рипера, она увидела, как он тяжело обрушился на диван, совершенно вымотанный. Поднявшись, она тихонько подошла к нему и опустилась рядом. На секунду ей показалось, что Виктор разом постарел на добрый десяток. Бледный, уставший, поникший. Он выглядел так, будто опять потерял друга. Будто Ви уже мертв. У Дэй сердце сжалось от боли. Смотреть на рипера было просто невыносимо. - Вик, - мягко позвала она, положив руку на исколотое предплечье. - Конструкт Джонни Сильверхенда, твою мать. Сильверхенда! - с горечью в голосе отозвался Виктор и накрыл лицо ладонью, словно пытаясь спрятаться от жуткой реальности. – Если он в ближайшее время не вытащит эту хрень из головы, ему конец. Но насколько я могу судить, такие технологии на сегодняшний день в подворотне не найдешь. Господи… Вероятность того, что он… Быстро догадавшись, что за страшные слова хочет произнести Виктор, Дэй перебила его: - Нет! Даже не думай об этом! – она подалась вперед и, взяв рипера за татуированное запястье, заставила открыть лицо. – Да, этот чип жрет его, но время есть. А Ви, как я поняла, не тот, кто сядет, сложив лапки, и ничего не будет делать. Твоя задача сейчас его поддерживать и верить в него. Кислая физиономия рипера – это не то, что ему будет нужно, когда он очнется. Виктор устало смотрел на нее несколько долгих секунд, после чего качнул головой. - Я реалист, Дэй. Я не верю в сказки. Нейронные связи, нервная система, мозг – это не то, с чем можно экспериментировать и думать, что все закончится хорошо. Киберпсихоз тому подтверждение. А тут… Я понятия не имею, что здесь можно сделать. - Виктор, - Дэй настойчиво сжала его предплечье. – Ты устал. Вся эта ситуация тебя изрядно вымотала. Я понимаю. Но когда мальчик очнется, ему нужна будет надежда, а не пессимистичные прогнозы. В мире полно людей, а, значит, много возможностей, которые в итоге могут его спасти. Не ставь крест раньше времени. Сейчас тебе нужно поспать. Нам всем нужно. Ты же доктор, сам знаешь, как усталость влияет на организм. Поэтому ложись. Ты хорошо потрудился. Ты молодец. Дэй тяжело поднялась с дивана. Собственная рана тоже дала о себе знать после нескольких часов на ногах. Слабость накатила огромной волной, когда адреналин спал и ситуация в той или иной мере пришла в норму. Сейчас ей даже показалось, что она была слишком самоуверенна в отношении своего состояния, а значит, есть все шансы за это поплатиться. Очень не вовремя. - Черт, я совсем забыл, что ты тоже еще не восстановилась, - Виктор тут же вскочил на ноги. – Прости. Давай, пошли к кушетке. Дэй не успела возразить, что сама вполне в состоянии дойти до своего временного спального места, как рипер обнял ее за плечи и повел в нужном направлении. Решив не спорить, Дэй доверчиво прижалась к его торсу, теплому, крепкому, и позволила отвести себя к кушетке. В надежных руках рипера она быстро расслаблялась, принимая его заботу. Поддерживаемая им, она улеглась на подушку, после чего рипер на всякий случай проверил ранение. К счастью, все было хорошо, кроме тотальной усталости. - Спасибо тебе, девочка, - с искренней благодарностью произнес Виктор, поправляя на ней одеяло. – Ты мне очень помогла. - Держись, Вик, - Дэй постаралась ободряюще улыбнуться, уже проваливаясь в сон. – Еще поборемся, вот увидишь. - Конечно, - он кивнул и вдруг провел ладонью по ее волосам, нежно погладив большим пальцем скулу. – Еще поборемся. Следующие несколько дней они провели в тревожном ожидании. Пару раз Ви приходил в себя, но быстро вырубался. Виктор держался как мог, принимал клиентов, разговаривал с Дэй, которая старалась его поддерживать, не позволяя скатиться в мрачные мысли. Ее собственные раны затянулись, и она даже позволила себе съездить ненадолго домой. Помыться, переодеться, решить скопившиеся дела – и обратно в клинику. За эти несколько дней они с Виком стали ближе, чем просто пациент и доктор. Конечно, было бы здорово, если бы причиной их сближения выступало нечто менее печальное, но когда жизнь интересовалась человеческими желаниями? Помимо Виктора Дэй часто разговаривала с Мисти. По ней происходящее ударило не слабо, но она справлялась. Возможно, даже лучше, чем закрывающийся на все засовы рипер. Она не боялась говорить о чувствах, о переживаниях. Плакала так горько, что Дэй тоже не выдерживала и пускала слезу. Но потом Мисти улыбалась так, как могла, наверно, только она – с облегчением и благодарностью. Вытирала покрасневшие глаза и не теряла надежды. Дэй находила ее удивительной в ее вере и мировоззрении. Даже в чем-то завидовала. И была безмерно рада, что Мисти рядом. У нее отлично получалось успокаивать. Подходило время ужина, и Дэй решила сбегать за едой, пока Виктор заканчивал с очередным клиентом. Вернувшись, она обнаружила на пороге клиники взволнованную Мисти. - Что такое? – тут же поинтересовалась Дэй. - Ви очнулся, - шепнула та, и они вместе шагнули за решетку. Виктор сидел рядом с кушеткой Ви и о чем-то с ним разговаривал. Очевидно, обоим было непросто. Наемник пусть и был в сознании, но выглядел, мягко говоря, не очень. Осунувшийся, ослабший, с несчастным выражением лица. У Дэй сердце сжалось. Бедный парень. Вернулся с того света, чтобы вступить в бой на выживание. Сильно ограниченный по времени. Даже представить трудно, что с ним будем твориться в ближайшее время. Сбросив пакеты на стол, Дэй осторожно подошла к Виктору, опустив ладонь на его плечо. - Привет, - она улыбнулась Ви, поднявшему на нее взгляд. – Как ты, малыш? - Отвратительно, - прохрипел он. – Вик рассказал, что произошло. Спасибо, что помогла меня вытащить. - Без проблем, - Дэй кивнула. – Как иначе-то. - Ну, теперь ты знаешь, что это был за чип и что он делает с тобой, - заговорил Виктор, обращаясь к наемнику. – У тебя не много времени до того, как он тебя перепишет. Так что… - Так что, - растеряно повторил Ви и отчаянно подался вперед. – Что мне делать, Вик? Посоветуй хоть что-то! Рипер покачал головой и поднялся, выскользнув из-под руки Дэй: - Если бы я знал, малыш, - тяжело вздохнул он и отошел. – Мисти… Дэй молча стояла в стороне. Она искренне хотела бы чем-то помочь, что-то подсказать, дать хотя бы направление, но у нее не было ни одного ответа. Все, кто связывается с Арасакой, огребают по самое не балуйся. Это факт. И как справляться с последствиями, она понятия не имела. Ви придется разгрести все самому. Конечно, с их посильной поддержкой, но не больше. Рядом прошла Мисти, бросив короткий взгляд на Дэй, и обратилась к Ви: - Ты слишком многого хочешь от такого дедули, как Вик, - мягко заметила она, наклонившись к наемнику. – Я отвезу тебя домой. Когда Мисти увезла Ви, усадив его на коляску перед этим, в клинике воцарилась тишина. Неприятная, пахнувшая бессилием и гневом. Дэй буквально чувствовала, как здесь дрожал воздух. И источник происходящего сейчас стоял перед рабочим столом, опершись о него ладонями с низко склоненной головой. Спина напряжена, плечи подняты, челюсть сжата так сильно, что желваки ходуном ходят под кожей. Дэй вздрогнула от неожиданности, когда Вик вдруг со всей дури впечатал кулак в столешницу. Это было громко и внезапно. Дэй не испугалась только потому, что ожидала чего-то подобного. А еще, глядя на Виктора, понимала, что этого ему будет мало, чтобы выпустить все, что накопилось внутри. Тихо пройдя к выходу, Дэй защелкнула дверь клиники на замок и следом закрыла решетку. Затем отошла вглубь помещения и вернулась к Виктору, держа в руках две боксерские перчатки и бинты. Виктор, заметив это, вопросительно изогнул брови: - Это еще зачем? - Так надо, - просто отозвалась Дэй, опустив перчатки на стол, и развернула рипера к себе лицом. - Дэй, я… - Тише, - оборвала она попытку возразить и в следующую секунду сняла с Виктора стетоскоп. Он открыл рот, видимо, собираясь сопротивляться, но осекся и замер. Дэй, не поднимая взгляда на его лицо, принялась расстегивать пуговицы на его рубашке. Спокойно, уверенно, без лишних слов и движений. А рипер просто стоял, позволяя это делать. Дэй мысленно поблагодарила Вика за то, что не стал спорить. Она не знала, доверился он ей или была другая причина, но главное, он не мешал делать для него то, что ему сейчас было необходимо. Расправившись с пуговицами, она вытащила заправленную в штаны рубашку наружу. Но спокойно снять ее мешала риперская перчатка. Взяв Виктора за руку, Дэй неторопливо ослабила все ремешки и крепления, после чего стянула жуткий агрегат, оставив его на столе. Затем ладони нырнули под синюю ткань на груди рипера и поползли вверх к плечам. Из-за разницы в комплекции в какой-то момент Дэй пришлось прижаться к торсу Виктора, чтобы стащить с него рубашку. Доктор даже не шелохнулся. Закончив с этим, Дэй, недолго думая, взялась за край футболки и потянула ее вверх. Чтобы стащить ее, ей пришлось встать на цыпочки. Виктор молча поднял руки, помогая освободить себя и от этого элемента своей докторской формы. Отбросив футболку в сторону, Дэй невольно прошлась взглядом по обнаженному торсу рипера. Не даром бывший боксер. Мощный, сильный, с красивым рельефом мышц. Желание прикоснуться возникло внезапно. Мелькнуло в сознании и было тут же беспощадно задавлено как неуместное. Взяв со стола бинты, она подготовила руки Виктора для перчаток. В прошлой жизни ей часто приходилось такое делать, помогая друзьям и приятелям, поэтому ей даже не пришлось просить о помощи рипера. Следом она натянула на его кисти перчатки, затянула шнурки и закрепила липучки. И только после этого осмелилась поднять взгляд на Виктора. Что она ожидала там увидеть, она не сказала бы. Но увидев невозмутимую физиономию, глаза которой по-прежнему прятались за темными очками, она не удивилась. Вик умел скрывать любые эмоции. Сейчас Дэй подумалось, что это даже к лучшему. Закончив с подготовкой, она взяла рипера за запястье и повела к висевшей в углу клиники груше. - Ты знаешь, что делать, - голос ее прозвучал негромко, когда она вновь повернулась к нему. Остался последний элемент. Дэй подняла руки и сняла с лица Виктора очки. Взгляд, которым он наградил ее, пронизывал до костей. Слишком прямой, слишком проникновенный. Слишком не характерный для заботливого доктора Вектора, который лечил ее рану, кормил ее, разговаривал с ней и смеялся, дурачась. Этот взгляд принадлежал той его стороне, о которой Дэй не знала. И это была та сторона, проявление которой ее смутило. Опустив голову, Дэй отвернулась и отошла, оставляя рипера один на один с его чувствами. Спрятавшись на диване, Дэй какое-то время не слышала ничего. Украдкой глянув за спину, она увидела, как Виктор поправляет перчатки, будто в нерешительности. Затем он посмотрел на грушу, провел по ней рукой. Словно заново знакомился. А потом, решившись, встал в стойку, выставив перед собой кулаки. У Дэй по телу мурашки волной пронеслись и затерялись где-то на затылке. Несмотря на свое телосложение в обычной жизни Виктор производил впечатление не кого-то опасного, а кого-то доброго и мирного. Но сейчас увидев рипера не на записи, а в живую, она в полной мере ощутила, что такое боксер-тяжеловес в шаге от чемпионского титула. От него разило такой дикой энергией, что Дэй ощутила, как у нее самой внутри все по необъяснимой причине задрожало, будто в резонанс войдя. И это она сидит в добром десятке метров от него. Что, интересно, чувствовали те, кто выходил против него на ринг? Хотя… Вряд ли на ринге его распирал такой гнев. Его Дэй тоже ощущала. Наконец, рипер перестал сдерживаться. Виктор лупил грушу так яростно, так отчаянно, с такой пугающей злобой, что нужно было отдать должное инвентарю - он не развалился под шквалом ударов и все стойко выдержал. Дэй со своего места могла видеть только спину, но все равно оказалась не в силах оторвать от рипера взгляд. Следила как завороженная за его молниеносными выпадами, движениями плеч, перекатами мышц. Это было красиво. Достойно любования, восхищения и оваций, если бы не было интимным актом общения человека со своими чувствами. Дэй отвернулась, посчитав, что так будет правильно. В идеале, ей бы вообще стоило уйти, что она и сделала бы, если бы Виктор заартачился. Но он ничего не сказал, и она предпочла остаться. Прошло около получаса прежде, чем звуки ударов стихли, и послышались приближающиеся шаги. Дэй подняла голову как раз в тот момент, когда уставший, весь блестящий от пота рипер обрушился на диван, вытянув вперед длинные ноги. - Полегчало? – улыбнулась Дэй и без того видя, что лицо рипера посветлело. - Да, - на выдохе ответил он, откинув голову на спинку и прикрыв глаза. – Намного. Дэй окинула его неловким взглядом. Вроде перед ней сидел тот самый Виктор, с которым они отлично общались, имея все предпосылки, чтобы стать друзьями. Но полуголый, взмыленный, тяжело дышащий, развалившийся на диване в алом свете редких ламп он вдруг стал «мужчиной, заставлявшим ее смущаться». Слегка обалдев от собственных реакций, Дэй попыталась от них отмахнуться, объяснив их тем, что у нее давно никого не было. А Виктор как ни крути вполне себе привлекательный мужчина. Ничего удивительного, что ее повело. Главное только не поддаваться. Не хотелось бы портить с ним отношения. Взяв себя в руки, Дэй подползла к риперу поближе. - Давай, помогу снять, - она взяла его руку и положила к себе на колени. Виктор открыл глаза и повернул голову, впрочем, так и не оторвав ее от спинки дивана. - Спасибо, - постепенно восстанавливая дыхание, произнес он. – Это была хорошая идея. Помогло прочистить мозги. - Я рада, что ты не стал спорить, - хмыкнула она в ответ, ослабляя шнурки на перчатках. - Хотел, - честно признался Виктор. - И что помешало? – Дэй бросила на него короткий смеющийся взгляд. - Ты начала меня раздевать, - усмехнулся рипер, а у Дэй пальцы дрогнули. В тот момент она не особо задумывалась над тем, как это может выглядеть со стороны. Зато сейчас поняла. - Ты предпочел бы боксировать в одежде? – пытаясь сохранять невозмутимый вид, Дэй стянула первую перчатку и жестом велела дать ей вторую руку. - Нет, - рипер выполнил запрос, но поскольку позу не поменял, Дэй пришлось подвинуться еще ближе, и взяться за перчатку, чуть ли не нависая над Виктором. – Просто не ожидал. Дэй улыбнулась и молча продолжила свое занятие. Она не знала, что сказать по этому поводу. Сейчас она в целом не знала, что сказать, чувствуя себя невероятно неловко рядом с рипером. Впервые за все время их знакомства. И ей это не особо нравилось. Все мужчины, с которыми она связывалась на романтическом поприще в итоге оставляли ее. Она боялась, что, если позволит себе смотреть на Виктора как на мужчину, а не как на друга, итог будет тот же – она потеряет его. А этого Дэй совсем не хотела. Нужно было только избавить от наваждения. - Готово, - Дэй стянула вторую перчатку. – С бинтами помощь нужна? - Ну раз уж взялась, продолжай, - хмыкнул рипер и, наконец, поднял голову. Так он выглядел каким-то чудом поприличнее. - Как это ты раньше без помощи справлялся, - проворчала она, принявшись разматывать бинты. - А я и не говорил, что сейчас не справлюсь сам. Но так приятно, когда о тебе заботятся, - протянул он лениво, как-то так двинувшись на диване, что на торсе заиграли мышцы, настойчиво привлекая внимание Дэй. И снова у нее появилось желание к ним прикоснуться. Сжав зубы, она попыталась сосредоточиться исключительно на бинтах, как мантру повторяя про себя слово «друг». - Конечно, приятно, - хмыкнула она. – Уж я-то знаю. Особенно заботливые уколы в попу вдохновляют. - Я был предельно нежен с твоей попой, - тут же парировал Виктор. – Ты даже не выла. А ведь могла бы. - Ты говорил, что оно должно щипать, - напомнила Дэй. - Я приуменьшал. То лекарство очень болючее. Но я сделал так, что все было терпимо. - Так ты мне врал?! – притворно ужаснулась Дэй. – Лжец! Нет веры тебе больше! Все мужики одинаковые! Запудрят бедной наивной девушке голову, а потом вон что оказывается! Виктор коротко засмеялся. Вполне расслаблено и искренне. - Очень сомневаюсь в твоей наивности, - заметил он, размяв освобожденную от бинта кисть, и протянул Дэй вторую руку. - Ну и зря, - проворчала она в ответ. – В некоторых вещах я очень наивная. - Как и все, - хмыкнул рипер, продолжая наблюдать за манипуляциями Дэй с его ладонью. Когда дело было сделано, Виктор поднялся на ноги. - Пойдем, поможешь мне еще кое с чем, - он качнул головой. - С чем? – Дэй поднялась и пошла за ним следом. Рипер ответил не сразу. Только когда они дошли до туалета и он, открыв воду, бросил в умывальник полотенце, Дэй поняла, что от нее хотят. - Душа у меня здесь нет, придется так справляться, - подтвердил Виктор ее догадку и вручил мокрое полотенце, чуть отжав его. Дэй оторопело уставилась на махровую ткань в руках. Смущение, которое она отпихивала ногой в дальние уголки сознания, с новой силой рвануло наружу. Дэй почувствовала себя вчерашней школьницей, которая не в силах справиться с собственными гормонами, реагирующими на полуголого мужчину со щенячьим восторгом. Нужно было взять себя в руки. Это же Виктор. Просто Виктор. Заботливый доктор. Добросердечный человек с уютной улыбкой. Дэй в нерешительности подняла на рипера взгляд. Какой же он все-таки высокий в сравнении с ней. На целую голову. И шире в два раза. И опять смотрит на нее непривычным ей взглядом. Слишком пронзительным. Хотя, может, он всегда так смотрел? Просто за очками не видно. «Возьми себя в руки!» - приказала Дэй себе. Это просто Виктор. Тот самый, с которым вы шутили шутки, ели и смотрели бои. Человек, с которым хочется дружить. Видеть в нем мужчину нельзя. Вздохнув с деланным безразличием, Дэй криво усмехнулась: - Такое чувство, что ты просто хочешь, чтобы я тебя полапала. Ты же и без меня можешь обтереться. - Могу, - не стал отрицать Виктор. – Если тебе тяжело поухаживать за стариком, то… - Ой да заткнись ты! – фыркнула Дэй и, расправив полотенце, решительно прижала его к груди рипера. Через прохладную ткань прикасаться к нему было полегче. Дэй попыталась представить, что просто протирает скульптуру, и даже смогла себя обмануть. Она осторожно провела полотенцем вниз, до самого ремня. Затем уделила внимание плечам и рукам. Заново намочила ткань и прошлась ею по спине. И изо всех сил старалась, чтобы пальцы не коснулись чужой кожи напрямую. Закончив, она всучила полотенце Виктору, чувствуя себя изнуренной настолько, будто только что гору камней перетягала. Держать себя отстранённой оказалось не так просто, как думалось. - Спасибо, девочка, - улыбнулся Виктор и отвернулся к умывальнику. - Да без проблем, - Дэй пожала плечом и вышла в коридор. Только оказавшись там, она поняла, что у нее дико колотится сердце, а лицо пылает так, что наверно из космоса можно было увидеть. Горестно вздохнув, Дэй прижала ладони к щекам. И в следующую секунду поняла, что совершила ошибку. На руках остался запах Виктора. Волнующий, заставлявший внутри все переворачиваться. Едва не взвыв, Дэй чуть не рванула обратно в туалет, чтобы смыть его, но вовремя опомнилась. Рипер все еще там. Чертыхнувшись, Дэй направилась к шкафу, где Виктор держал дезинфицирующие салфетки, вонявшие так, что на слезы пробивало. Достав парочку, она остервенело принялась протирать ладони. За этим занятием ее и застал рипер. Вопросительно выгнув бровь, он покосился на салфетки. - Тебе было настолько неприятно? – усмехнулся рипер без какой-либо обиды или недоумения в голосе. - Что? – Дэй подняла голову, не совсем сообразив, о чем он говорит. А потом она посмотрела на себя со стороны, и у нее сердце чуть не стало. Чего-чего, а уж того, чтобы Виктор думал, будто ей противно к нему прикасаться, она точно не хотела! – Да нет же! Просто… Дэй осеклась. А что сказать-то? Правду нельзя. А как еще это объяснить? Виктор тем временем подошел к столу, где лежала его футболка, и натянул ее. Затем надел рубашку, застегнулся, заправил в штаны. Накинул на шею стетоскоп и завершающим штрихом посадил на нос очки. Дэй же по-прежнему молча таращилась на него, не зная, что сказать. Вернув себе прежний облик добропорядочного рипера, Виктор подошел к ней. Прочесть хоть что-то по его лицу было невозможно. Спокойное, невозмутимое. Дэй вдруг показалось, что сейчас он попросит ее уйти. В конце концов, кому будет приятно увидеть нечто подобное. С замирающим от страха сердцем, Дэй следила за тем, как Виктор наклонился к ней чуть ближе. - 4:1, - шепнул он и выпрямился с довольной, хитрющей улыбкой на лице. Дэй понадобилось несколько мгновений, чтобы осознать, что произошло. - Ах ты падлы кусок! – взорвалась она, разъяренно сверкнув глазами, и запустила в рипера смятые салфетки. – Ты это специально! Виктор засмеялся, поймав снаряд, и отправил его в урну. - Трудно было удержаться, - покаялся он. – Актриса из тебя не очень. На лице все написано. Дэй искренне надеялась, что все-таки не все. - И что ж ты там успел прочитать, мне интересно?! – надулась она, сложив руки на груди. - Что у тебя период овуляции скорее всего, - без обиняков ответил Виктор, ничуть не смутившись. Зато у Дэй глаза стали что два блюдца. К такой теме разговора с рипером она оказалась, откровенно говоря, не готова. С другой стороны… Глаза Дэй вспыхнули - она открыла свой календарь. - Да как ты это понял?! – ахнула она, увидев, что Виктор оказался полностью прав. - Совокупность реакций на вполне определенный раздражитель, - рипер отошел к столу и полез в пакет с едой, которая наверняка уже успела остыть и потерять хоть какой-то сносный вид. - Меня пугают твои знания о женском организме, - заметила Дэй, тоже приблизившись к столу. - Я врач. Было бы страшнее, если бы у меня не было этих знаний, - легко парировал Виктор и отставил пакет в сторону. – Собирайся. Пойдем, поедим нормально. И выпьем заодно. - Вик, - позвала Дэй, решив, что все-таки надо кое-что прояснить. – Тебя совсем не волнует, что я так на тебя отреагировала? - А должно? – он склонил голову к плечу. - Не знаю. Просто… это как-то странно, - неуверенно проговорила Дэй. - Ты узнаешь, что возбуждаешь кого-то, и для тебя это ничего не значит. Просто овуляция. А если это не просто она? Виктор немного помолчал. Затем выпрямился и повернулся к ней с невозмутимым лицом. - А это не просто она? Как мне, по-твоему, следует к этому относится? Ответным возбуждением? Ты бы этого хотела? Дэй оказалась застигнута врасплох этим вопросом. Что было бы, обними он ее и поцелуй? Дэй представила это и все внутри затрепетало. Вожделение определенно имело место быть. Но в физиологии ли дело? Только в ней одной ли дело? - Вот видишь, - улыбнулся Виктор и шагнул к выходу, прихватив на ходу куртку. – Оставим все, как есть. По крайней мере, пока не поймем, чего мы хотим друг от друга. - А ты что-то хочешь? – встрепенулась Дэй. - Кто знает, - неопределенно хмыкнул рипер, остановившись рядом с решеткой. – Идем. Я умираю с голоду.