Оксюморон

Академия Оксюморон славится своими габаритами и масштабности проекта. Сделано в стиле Барокко — роскошь напоказ, как девиз этого стиля и Академии в целом. Настолько эстетично и элегантно было здание и размещение внутри. Колоны, лепнина, расписные потолки и позолота. Сказочно чудесный мир открывается, как только перейти границы Академии. Во дворе было футбольное поле с трибунами, здесь проходили ежегодные чемпионаты по футболу между студентами из разных Академий. Так же рядом находилась волейбольная и баскетбольная площадка, и как же без тренажёрной площадки. А по всей территории были ухоженные сады, огромные кусты роз по периметру Академии и другие цветы в клумбах. Само здание в виде буквы «п». Академия делится на три корпуса. Первый корпус находится у основания «буквы», считается, как главный и общий корпус. Там есть два актовых зала, спортивный зал, столовая, гардеробная, библиотека, кафедры общих предметов и управленческая часть. Второй корпус, как правая ножка «буквы», там находятся только кафедры факультетов юридического, медицинского и графического дизайна. Там есть зоны отдыха, лаборатории и компьютерные классы. Третий корпус, как левая ножка «буквы», он делится ещё на три этажа. Первый этаж — это художественные мастерские. Второй этаж — это музыкальные классы. Третий этаж — это танцевальные залы, там есть раздевалки, душевые и комнаты для разминок с несколькими тренажерами. О подробностях Академии ему рассказали на собрании первокурсников медицинского, в актовом зале. Там же и вводили в экскурс дел, о предметах, как все будет проходить, где можно найти информацию о парах, расписаниях. Говорили мотивирующую речь, поддерживали.

«Академия заботится о вас»

Сынмина это все будоражило. Он сидел ровно и слушал внимательно, и записывал в блокнотик. Дресс-код. Только у медиков. Сынмин уже, как и все студенты-медики, сидел в белом халате и шапочке. Халат был просторным для него и не сковывал движения, да и он даже не был застегнут. Но в аудиториях это главный критерий. В аудитории и лаборатории обязательно заходить в застегнутом халате и в шапочке. При невыполнении требований запрещают заходить в аудиторию. Тем самым пара будет прогуляна, а если прогул значит отработка. С ними разговаривала девушка, она выпускница медицинского и закончила Академию с красным дипломом, поэтому ей дали слово. Она давала советы по подготовкам, рассказывала о сайтах с информациями, лекциями, хорошие учебники, где простым языком написано. Она улыбалась и смеялась, говоря, что это было не так страшно, как казалось ей. Но Сынмин почувствовал, как она глазами пытается сказать про начало голодных игр. Он только тихо кивает самому себе и идёт за потоком людей. Говоря себе, что пути назад нет. Следующее мероприятие должно проходить в концертном зале, он был прям напротив актового, откуда они сейчас выходили. Чем они отличались? Да в том, что в концерном зале есть большая сцена, огромные кулисы и за кулисами точно есть отдельный мир и в зале были красные мягкие кресла. Сделано все для комфорта зрителей перед предстоящими номерами. Здесь проводятся отчётные концерты танцоров и музыкантов. Бывали и дуэты этих групп, и так понравилось студентам, что стали чаще делать такую практику. И проводились конкурсные мероприятия, каждый бился за свою победу и за победу Академии, ведь это тоже были своего рода чемпионаты между Академиями. В зале собрался народ, свет приглушили и настроили всё внимание на сцену. Вышла ведущая, очень красивая и выразительная девушка. Одета строго, но с какой-то милой брошкой на рубашке. В руке у неё был планшет, а в микрофон говорила уверенно, зная свою работу: — Добрый день, Уважаемые студенты первого курса, сегодня такой знаменательный день для Вас! Мы рады приветствовать Вас в наших стенах Академии! Чувствуйте себя, как дома, но не забывайте о правилах этикета! — ее голос звучал очень твёрдо и громко, широкая улыбка и глаза в зал приковывали к себе внимание. — Сегодня Вы увидите силу Академии! Для Вас это будет, как вдохновение и настрой, а для первого курса творческих факультетов и вовсе станет целью на предстоящие года. Надо знать сильные стороны Академии и увидеть результат работы, который Вы можете достичь! Все зависит только от Вас, мои дорогие танцоры и музыканты. А всем остальным желаю приятного просмотра и хорошо переработать полученную атмосферу в силы для работы! — девушка делает поклон и хихикает от аплодисментов зала. — И первые наши звездочки это музыкальная группа из шести участников из факультета музыки, третий курс! Девушка уходит со сцены и на замену ей собираются шестеро парней и встают рядом со своими инструментами, беря их в руки и настраиваясь на игру. В группе: два клавишника, ударник, басист и два гитариста. Представление начинается. Заиграла музыка в стиле рок и Сынмин, да и все остальные, так удивились, что подпрыгнули на стульях. Музыканты не только играли, но и ещё пели. Такому и правда учат? Такое здесь приветствуется? Сынмин с широко раскрытыми глазами рассматривал музыкантов, неброский стиль в одежде и крашеные волосы, очень круто выглядят. Они смогли включить весь зал в свою атмосферу, что некоторые начали вставать со стульев и прыгать, как на концерте. Парни очень харизматичные и опытные. А песня же про счастливый день смерти, о том, как же они ненавидят свои дни рождения и они говорят и правда о жизненных, но очень пессимистических взглядов насчёт таких дней. Это очень заинтересовало Сынмина, ведь он так же думает и о своём дне рождении.

뭐가 좋은데 We're closer to death

После взрывного выступления они ещё долго кланяются залу, улыбаются и машут. А зал криками восторга разрывается в аплодисментах. Сынмин теперь без понятия, что же будет дальше, если такое выступление они решили поставить первым. Дальше было выступление труппы студентов балета. Была яркая и бодрая музыка и танцоры дежурно и точно с наслаждением улыбались, показывали свои белые зубы. Костюмы были яркие, у девушек пышные юбки с рюшами и пуанты и у парней брюки и балетки. Сынмину понравилось выступление, конечно, на него произвело не такой уж фурор, как от музыкантов, просто он мало чего понимает в балете. А потом он понял закономерность выступающих: музыканты-танцоры-музыканты и так и далее. Они послушали дуэт скрипки и пианино, посмотрели балетное выступление романтической пары, попели все хором под акустическую гитару, атмосфера была, как в лагере у костра, а после было комедийное выступление танцоров в желтых костюмах, которые напоминали цыплят, и, как они бегали бездумно по сцене, но отбивали ритм своими носочками балеток. После, в зале был какой-то встревоженный шёпот, о чём-то все говорили, все чего-то ждали. До ушей Сынмина дошёл странный вопрос: «а принц скоро выступает?» «Какой принц?» — подумал он. Тут на сцену выходит парень, зал весь замолкает и слышно где-то по углам вздохи и аханье девушек. Фарфоровый парень стоит посреди большой сцены, лицо невинное, расслабленное и одновременно сосредоточенное, вот он профессионализм. Стоит в четвёртой позиции и ждёт музыку, он не смотрит в зал, его взгляд опущен, но, когда заигрывают первые ноты, то он медленно поднимает голову вверх, демонстрируя свою тонкую шею и кадык, и ушёл в свою историю, которую хочет рассказать зрителю. Его костюм это белая блузка с фонариками и с длинным рукавом и треугольным вырезом, что показывает его молочные ключицы. И открытая спина, которая демонстрирует лопатки и россыпь веснушек, они же все рассыпались и на его кукольном лице. И сильно обтягивающие белые колготки, обхватывали каждый изгиб этого прекрасного сладкого тела. Софиты отражались от его блёсток на декоре блузы и приковывали внимание. Он четко кружился на носках и отпрыгивал, делая длинные прыжки, вытягивая ногу, и тянул носок вперёд. Грациозно и плавно водил руками, со всех сторон, показывая свой костюм и свои умения. Сынмин все не мог отвести взгляд от него, он облизывал его с ног до головы. Не мог поверить, что видит его в живую, что такие люди существуют. Такие сказочные и идеальные, требовательные к вниманию и знают о том, что они здесь лучше всех. Парень ласкается об взгляд зрителя. К Сынмину кто-то подсел рядом и пихнул в плечо: — Пекус, рот закрой и слюнки подбери! — шепотом в ухо кто-то сказал. Сынмин лишь на миг отвернулся от принца и кинул взгляд на виновника, что потревожил его от восхищения прекрасного. Это Чонин, что тупо лыбится и смотрит на него. — Ли Феликс, — он кивнул в сторону сцены, где уже музыка стала более тревожной, а принц мимикой играл страх и потерю. Вот тебе и оставь артиста без внимания, он сразу изменит эмоцию и настроение истории. А Чонин шептал на ухо Сынмину дополнительную информацию о парне, пока они пристально следили за его резкими обрывистыми движениями, — балерун наш с третьего курса. Одна из звёзд Академий. Толпы фанатов, все девчонки пытаются его охомутать. Но он им только мило улыбается и упархивает. Он просто невозможный. — Не то слово, — согласился с ним Сынмин. И вот песня завершается и на последних нотах парень трагично умирает в своей истории, театрально опадая на пол. Зал в восторге срывается в бурные аплодисменты, в визги девушек и в свист парней. Феликс встаёт и с улыбкой делает поклон, широко расставив руки. К нему бегут девушки, чтобы подарить артисту цветы. Он подходит ближе к сцене и смущенно забирает букеты, благодарит. Это что за театр только что посетил Сынмин. Ему определенно нравится такая атмосфера. Чонин откидывается на кресле и скрещивает руки на груди: — Ну, что, пекус, как тебе наш Феликс? — Честно я в восторге, никогда бы не подумал, — он не успевает договорить, как на сцену выходит девушка и пианист. Женский высокий вокал удивлял уши. Девушка брала высокие ноты, а пианист дополнял ее голос. Сынмин уже устал удивляться, он тяжело смотрел на девушку, с платье в пол, и больше не мог из себя выдавить ни одной буквы. Слов больше нет. Он просто в шоке. После выступления девушки, дали опять минутный перерыв для переваривания. Чонин сел тверже и прямее, заулыбался: — Сейчас последний, и знаешь кто? — ухмыляется он, Сынмин вопросительно кивает ему. — Вторая звездочка балета, подготовлю тебя сразу, он жесткий. Сейчас тут не просто девчонки будут ахать, а сразу течь, так что, если что, я взял лодку, — Чонина прерывает темнота. На сцене резко включился один яркий софит и указывал на юношу, что сидит на коленях, он чуть крупнее, чем Феликс, грубее, злее и острее. Из одежды только обтягивающее трико до колен и футболка в облипку. — Вот он, дьявол во плоти, — кто-то прошептал сбоку. А Сынмин нервно сглотнул. — Ли Минхо, — шепчет ему на ухо Чонин.

Take Me To Church — Hozier

С начала музыки свет рассеялся по всей сцене, открывая площадку для новых возможностей издёвок над зрителем. Он падает на пол и изгибается в спине, движения пластичны и даже эротические, это точно балет? Но парень в потертых жизни чешках, показывает, что что-то с балетом и связано. Тянет носки и выпрыгивает в ритм, так высоко и так мягко приземляется. Футболка не может скрыть его мускулистость, его крепкую подкачанную спину. Насчёт лодки Чонин ловко придумал, потому что от такого даже Сынмин начинает течь. «Это что вообще такое, немыслимо». Чонин закрывает челюсть друга и ухмыляется: — Да-да, у Минхо снова появились новые поклонники. Потому что зал онемел вновь, как и во всех выступлениях Минхо, из в года в год. — Четвёртый курс, они с Феликсом лучшие подружки, — Чонин все нашептывал, пока артист изнывал на сцене, бегая по ней в страданиях. Не забывал изображать и показывать изгибы тела, скобля руками по плечу и груди.

Take me to church, I'll worship like a dog at the shrine of your lies. I'll tell you my sins so you can sharpen your knife. Offer me my deathless death. Good God, let me give you my life.

Многочисленный пируэт, высокие и длинные прыжки восхищают ещё больше, взгляд серьезный, смотрит вперёд. Так и манит, так и хочется крикнуть от восхищения этой персоной, от переполненных эмоций. В конце артист падает на колени и потихоньку оседает вниз, вернулся в исходное положение. Свет опять выключился и остался только один софит, направлен на танцора, и в итоге тоже потухает. «Если бы снял футболку, то точно бы пригодилась лодка Чонина», — немного отходя от восторга, подумал Сынмин. Зал застыл от такого зрелища, но придя в себя, начинает кричать. И бить в ладоши. Потихонечку возвращают свет, чтобы несильно шокировать организм, все же куда ещё больше. На сцене никого нет. Это было последнее выступление. Надо выдохнуть от этого восторга. Сынмин и Чонин все ещё сидят в зале, пока другие уже уходят. Первокурсник смотрит долгое время вперёд, а потом поворачивается на Чонина, тот только выжидает. — Это… это… я не могу, я в шоке, это было так прекрасно, меня мало, что удивляло в жизни, но это?! — он резко вытягивает руки, показывая на большую сцену. Чонин ухмыльнулся. — Они просто монстры! Они… это же такой труд, — Сынмин откидывается на спинку и чуть стекает по креслу, — чувствую себя, после такого, просто отвратительно. — Да, есть такое, вроде хочется быть таким же, делать такие невообразимые вещи, но я понимаю, что поздно, да и морально я не смогу это вытерпеть, — Чонин оглядывается на толпу, что уже поутихла, — слушай, может ты хочешь выразить свой восторг танцорам напрямую? — Чего? Ой, ну, я… — Погнали в столовую! — он хватает за руку и ведёт прочь от этого страшного и будоражащего места.

***

Столовая — самое главное место встреч. Она светлая и большая, с плакатами на стенах о здоровом питании, и о ценностях продуктов, и просто смешными рисунками с едой. Большая улыбающаяся морковка. Всякие стойки с недельным меню. С огромными окнами, что выходят на сад. Столики, как в американских кафетериях. Людей вроде много, но нет чувства тиснения. Все ещё есть много свободных столиков. Чонин ведёт его куда-то целенаправлено. Пока Сынмин не замечает впереди столик с двумя танцорами. Он немного опешил и сжал руку Чонина, не понимал, что сейчас собирается сделать его знакомый. — Оу, что за звёзды Голливуда, — говорит Чонин, когда они уже стояли напротив них и садится к ним. Феликс сразу ему улыбается и кивает, рот его занят рисом, а Минхо пронзающее смотрит на него, пихая в рот лапшу. Танцоры уже были в спортивной мешковатой одежде, что, наконец, прикрывает все их изящества. Происходит сильный диссонанс образов. Феликс поднимает голову и видит Сынмина. Он пытается быстрее прожевать, и что-то сказать, прикрывает рот рукой. Но Чонин был быстрее: — О, а это пекус, подобрал так сказать, — довольно улыбнулся и схватил Сынмина за плечо опустил его рядом на скамейку. У Минхо вырывается смешок, с набитым ртом, от слова «пекус» из уст Чонина, а Феликс протягивает руку. — Ли Феликс, — улыбается так ярко, что глаза режет. Они крепко пожимают руки. Рука Феликса такая маленькая по сравнению с рукой Сынмина. И кожа такая мягкая и светлая. — Ким Сынмин, я хочу выразить свою благодарность за выступление, мне очень понравилось, меня очень сильно удивило такое, никогда не ходил на такие мероприятия, первый раз такое видел в живую и что-то из разряда современного. Я… правда, у меня нет слов, вы восхитительны, — на одном дыхании говорит Сынмин, все так же держа руку Феликса, и, качая ее. Но блондинчик только качал головой в ответ и смущался. — Спасибо большое, ты на каком факультете? — Стоматологии. — Ого, мед, ну, наконец-то, у Чонина появился сокамерник. — И мой личный пекус! — Чонин перекидывает руку через плечо Сынмина, сжимает в захвате и трёт кулаком по его макушки, растрепывая его волосы. Минхо смеется в кулак. И резко кто-то окликивает подходя ближе к столу: — Парни-и-и, ну, разъеб, как всегда! — протягивая каждую букву и с каждым словом, меняя интонацию своего голоса, к их столу подходит юноша в огромной яркой одежде. И снова происходит неожиданная встреча, ведь этого парня Сынмин видел в свой первый день в общежития в обеденной зоне. Он снова его рассматривает. На нем новый наряд, но все в таком же стиле. Волосы уже более ухожены и лицо выглядит не таким опухшим, но синяки никуда не делись. Юноша чуть щекастый и похож на белку. — А ты, вообще, м-м, — парень проводит рукой от макушки Минхо по шее, плечу и до запястья. Оглаживает его и, жмуря глаза, выдыхает, — ты слышал крик? Это я там орал, — хрипло смеётся он. Минхо освобождает место рядом с собой, скинув свою спортивную сумку на пол. Когда юноша садится и видит перед собой новое лицо, он моргает глазами и поджимает губы, смотрит на рядом сидящего Чонина. — Хан, это пекус. — Ким Сынмин, — поправляет Сынмин и неуверенно протягивает тому руку. — Хан Джисон, — широко улыбается и пожимает руку. — Я с графического, третьего курса. — Стоматологический. — Ого, круто, — Хан отворачивает голову в сторону и говорит, как бы невзначай и с долькой отчаяния, — зубы бы полечить… — М-м, ну, ложись, сейчас вправлю, — тоже со смехом говорит Сынмин, уже чувствуя себя уверенней среди старшекурсников. Парни посмеиваются, танцоры опять принялись за еду. — Что опять не ели перед выступлением? — выдыхает Хан и вытирает салфеткой соус на щеке Минхо. — Да я вообще жрать хочу, как мразь, диета диетой, — громко сглатывает Минхо, — меня аж трясёт. По утрам я хоть йогурт какой-нибудь ем, а тут, ну, просто вылетали с общаги в одних трусах! — возмущённо высказался он, все посмеялись, представляя то, что танцоры вполне могли так выйти на улицу. А что им, особенно Минхо, когда он по Академии шкандыбает в одних обтягивающих трико, да в майке. Сегодня у Сынмина даже были пары, после мероприятия и перерыва, надо было идти на две пары по анатомии. Было просто, как ознакомительная часть, даже больше друг с другом, нежели с предметом. Преподаватель проговорил критерии оценивания, лист своих требований на его парах.

***

Уже вечер, вот и такой длинный день заканчивается. В комнате тихо, каждый занимается своими делами. Они первый раз в этой комнате одновременно что-то делают. Хенджин сидел за своим столом, убрав весь хлам, и, скинув его на подоконник, чтобы он мог сидеть и писать конспект. Он сидит весь согнувшись, ноги к груди, голова касается коленей и ещё корпусом напирает вперёд, очень близко к тетради. Хван был с завязанными волосами в хвостик. Это тоже очень удивляло Сынмина, и он по долгу мог рассматривать спину соседа. Он громко слушал музыку в наушниках, но она никак не мешала Сынмину, потому что он тоже был в наушниках и слушал лекцию и конспектировал. … масштабность Академии меня пугает, я буду усердно работать, чтобы удержаться за место, если здесь ТАКИЕ танцоры с музыкантами, а сосед-художник совсем чудик, то какие другие вообще? Хотя, графический дизайнер Хан показался мне модником и со звездой во лбу, медицинский, смотря на Чонина, студенты тоже становятся отшиблены на всю голову. Главное мне не сойти с ума.