Память о колокольчике, который хотел жить

      Вот уже наступил третий день в лагере; зимнее солнце мягко освещало комнату; из коридора доносились голоса одноклассников, идущих в столовую или в ванную комнату, а в это же время, двое парней сладко видели сны. Лучший друг одного из них с рыжими волосами мрачно взглянул на две фигуры, расположенные в разных местах: одна развалилась на кровати, вторая свернулась на полу. — Эм-м, — тянул Зак, смотря на пол. — Гон, доброе утро?  — Мгм, — буркнул в ответ Гон, кутаясь в жалкие куски одеяла, свисавшие с кровати. — Тебе не холодно? Че на полу то спишь? Ты опять упал? — Мгм… — Встань с пола! По нему Филл ходит, небось ещё заразу подцепишь! — Я вообще-то здесь сижу, — произнёс Филл на своей кровати.  — Тогда выйди и я повторю снова. Вставайте, принцессы! — Зак легонько пнул Гона в бедро, но тот лишь недовольно поморщился. Не оставалось ничего другого, как прилечь рядом, шепча на ухо: — Гон… я сейчас приставать начну~ Чувствуешь, куда моя рука тянется? — Зак медленно коснулся шорт Гона. — Уди от меня, я сплю, — пробурчал Фрикс, отмахиваясь от того. — Спи-спи, мы же не хотим разбудить твоего паренька~ — Я сейчас развернусь и вмажу тебе.  — Тц! У тебя опять спячка? — Зак фыркнул, огорченный тем, что даже его настойчивые приставания не смогли сдвинуть Гона с места. Тот упрямо продолжал лежать, словно врос в землю. С досадой откинувшись на спину, Зак сложил руки на груди, но допрос прерывать не стал. — Базя-базя… — Ты упал что ли?  — Наверно да…Пол теплый такой…..ляляля  — Еще бы! Нагрел его за ночь, зато вон королевна, как посмотрю, удобно устроилась, — рыжий приподнялся на локте, бросая взгляд на Киллуа, вольготно расположившегося на кровати Гона. Беловолосый же, услышав свое имя, приоткрыл один глаз, лениво оглядел комнату и, заметив направленный на него недовольный взгляд Зака, лишь нагло ухмыльнулся в ответ. Он назло поудобнее устроился на кровати Гона, подложив руки за голову и закинув ногу на ногу. — Чего, как султан, разлегся ? А ну слезай, это место Гона, — возмутился Зак, приподнимаясь. — Он не захотел обратно лезть, — невозмутимо парировал Киллуа, закрывая глаза. — И вообще, чего раскричался с утра пораньше? Дай поспать спокойно.       Зак хотел было продолжить словесную перепалку, но, взглянув на всё еще валяющегося на полу Гона, передумал. Вздохнув, он подошел к кровати и попытался стянуть Киллуа за ногу, но тот лишь пнул его. — Ладно, уговорил! Спите дальше, — проворчал Зак, отступая. — Но потом не жалуйтесь, если будете как сонные мухи. И, Гон, ты все-таки вставай, а то совсем окоченеешь. Но-о-о могу нассать на тебя, если замерзнешь.       Не стерпев утренних подшучиваний, Гон резко взял подушку со своей постели и метнул ею в затылок Зака, вызвав у друзей тихий смех.       Фрикс с тяжким трудом проснулся, однако как встал, так и упал, споткнувшись о вещи, раскиданные на проходе. Кажется, Гон совсем не выспался… Обычно Гон, будучи энергичным и неутомимым, почти не нуждался в отдыхе, постоянно стремясь к движению и суматохе. Однако раз в месяц, Гон впадал в спячку, что означало, что в этот день, даже сила природы не сможет поднять парня, за исключением работы, где он был вынужден пить много кофе и сохранять предельную бдительность. Зак же как лучший друг знал о такой особенности, но никак не хотел принимать ее. По иронии судьбы, именно в дни "спячки" Гона Заку особенно хотелось приключений и развлечений. Этот день не стал исключением, учитывая запланированный поход в лес, который никак нельзя было пропустить. Рассказав об этом новому избраннику лучшего друга, Киллуа задумчиво взглянул в потолок и кивнул, взяв на себя ответственность переносить Гона из комнаты в комнату как щеночка, и не давая расплавиться в дремоте на месте. 

.

.

.

— Я, значит, спрашиваю у нее: "Что ты хочешь?" А она в ответ: "Я не знаю…Давай потом, ну или сам реши". Разве это странный вопрос? — негодовал Джей, энергично орудуя вилкой во время завтрака в ресторане, стоящий напротив их дома. Они завтракали всем классом. — Встречайся с парнями, не проканаешь, — отозвался Зак, не отрываясь от тарелки. — Знаешь…я больше предпочту женские объемы… — М? Эй! Гон, очнись! — грубо крикнул Зак другу, заметив, как тот опасно склоняется над супом. — Не дрыхни! Киллуа, ты же рядом! Смотри за ним! — Я не дрыхну… — пробормотал Гон, уже с полузакрытыми глазами.       Не церемонясь с окружающими, Зак оглушительно ударил кулаком по столу и прорычал басом: — ШУХЕР МЕНТЫ!       Гон мгновенно распахнул глаза и в панике забегал взглядом по сторонам. Вся столовая вздрогнула, посетители растерянно озирались на Зака. — Что?! — вытаращился Гон. — Ты чего творишь?! — Зато проснулся. — И все пятьдесят человек заодно, — хмыкнул Киллуа, закатывая глаза. — Успех им да любовь. Килл, будь другом, лягани Курапику. Спроси во сколько поход.       Киллуа обернулся и ткнул пальцем в старосту, получив в ответ информацию о том, что выход в лес намечен через два часа. Следовательно, после приема пищи следовало начать подготовку к походу, чтобы успеть добраться до места назначения и вернуться обратно до наступления поздней ночи. — Гон, тебе надо проснуться, иначе в снегу уснешь, — продолжал рыжий, косо прожигая сидящего напротив друга. — Не усну… — сонно говорил Гон, снова кладя щеку на руку. — Ты у меня сейчас литр кофе выпьешь, ты заебал меня. — Отвали….никуда я не денусь… — Ну-ну! 

Через час

— Слушай, никто Гона не видел? — настойчиво интересовался Зак, обращаясь к ребятам в школьном коридоре. — Неа…       Вместе с Киллуа они прочесывали этаж за этажом, не прекращая поиски. — Гона случайно не встречали? — Эмм, даже не знаю… Может, он на улице? — предположил один из учеников. Зак лишь отмахнулся и пошел дальше. — Гона не видели? — поинтересовался Киллуа у девочек, стоявших чуть поодаль от Зака. — Кажется, он туда пошел, — ответила одна из них, показывая в сторону другого корпуса. — Ясно, спасибо!       Встретившись снова, друзья устало переглянулись. — Да сколько можно! Что за чертовщина? Третий день подряд он устраивает прятки! Я что, нянькой нанялся в этом лагере? — Может, тебе в детский сад пойти работать? — Ага, размечтался! Чтоб я их там сожрал, что ли? Все, хватит, идем к старшеклассникам. — Может Гон спать улегся? Как поспит так и придет. — Да плевать мне, где он! Мне просто нужно знать, что он там, и если он там заснул, пусть спит хоть до следующего года!       Во втором корпусе царила атмосфера хаоса, как всегда. Старшеклассники носились по коридорам, смеясь и толкаясь. Из одной из комнат доносилась громкая музыка и крики. Зак поморщился. — Ну и рассадник дегенератов, — пробормотал он.       Киллуа пожал плечами и заглянул в первую попавшуюся дверь. Комната была полутемной, завалена мусором и граффити. — Пацаны здоров! Гона не видели? — спешно спрашивал рыжий в коридоре. — Кого не видели? — Чел с черными волосами, ну который с вашим Футцатой на сцене был! В белой одежде! — Ааа, не, сюда ваще не заходил, мы бы увидели. Но вы бы могли спросить того парня, — указательным пальцем он указал на виноградного, стоящего около окна.       «К его родственничку идти??? — возмутился Зак на брата Футцаты. Они с Киллуа удивленно переглянулись и подошли. — Рехэй, верно? — спросил Зак. — О привет! Зак и Киллуа же? Как дела? — с улыбкой поздоровался старший брат. — Ты..э..Гона не видел? — Он в гардеробной, по крайней мере последний раз заходил туда. — О! Спасибо! — парни быстро смотались от него и тот расстроился. — А как дела то?…Ну блин..       Светлая гардеробная оказалась на удивление тихой и почти пустой. Здесь пахло старым деревом и чем-то неуловимо успокаивающим. Зак и Киллуа снова переглянулись. Неужели Гон мог уснуть здесь? Но стоило им пройти вглубь комнаты, как их сомнения развеялись. За стойкой около стены, самой дальней, раздался тихий, мирный храп. Гон мирно спал в гардеробной, свернувшись калачиком среди старой одежды и на его лице играла безмятежная улыбка. Кажется, ему снилось что-то очень хорошее. Видимо, устав от всеобщего шума и суеты, он решил уединиться и немного вздремнуть, выбрав для этого самое укромное и тихое место, где его никто не потревожит. Ирония судьбы заключалась в том, что, пытаясь избежать внимания, он, напротив, потревожил абсолютно всех. — Килл, держи меня чтобы я не пнул его. — Тогда я пну тебя, — твердо сказал парень, однако тоже желая сотрясти сонную голову. — Гон! Я кому кофе наводил?? Маме своей?!  — Мгм… — сопел брюнет в куче курток. — Может его здесь оставим?  — Не-а, он нам нужен, — твердо произнёс Киллуа. — Хм, может его как-то поинтереснее разбудить? С другой стороны злиться потом будет… — Ага… — … — Может уже хуй вставить? — ПФФФ! Ты че спизданул щас?! Маленькие еще!  — Да ну?  — …странный ты. Вот когда я говорю презики купить, так мы смущаешься. Как на спящего человека смотреть - «может хуй вставить» Хорошо бл что в сказке «Спящая красавица» ты не был принцем. — А что, я бы сошел~ — Эх, ладно, по старинке… — парень набрал воздух в легкие, что аж Киллуа чуть отошел, — ХУЛЕ СПИМ НА РАБОЧЕМ МЕСТЕ?! ГОН ФРИКС! — заорал Зак во все горло в гардеробной, хорошо что гардеробщицы не было на месте. — А?! — встрепенулась гора курток, из которой вылез Гон. — Че надо?! — Хуле ты здесь спишь, деревня с мухами?? — Сам ты деревня с мухами…Где мне спать?… — На кровати хотя бы?! — Да идите вы все… — начал было он, снова укутываясь в одежду, но так и не закончил фразу. — Поднимай его! — скомандовал Зак Киллуа. — Гон, подъем, — приободрительно предупредил Киллуа, тянувшись к парню.  — М-м-м! Изверги, воры, цыгане-е-е-е! А, ОЙ! — вскрикнул Гон, когда Киллуа взял его на руки. — Поставь меня!        Гон начал вырываться, но один взгляд Киллуа заставил его поджать губы и вцепиться в его шею крепче. Зак следовал за ними, ворча что-то про безответственность и упущенное время. Они прошли через просторный коридор, где одноклассники бросали на них любопытные взгляды, с догадками куда же они его повели. Гон, уткнувшись лицом в шею Киллуа, старался не встречаться ни с кем глазами, слишком уж он чувствовал себя беспомощным, когда здоровый парень был на руках другого. Он же не пьяный, чтобы на ногах не стоять? Позже Золдик усадил Гона на свою кровать, но тот все еще выглядел сонным и растерянным. Зак дал ему в руки чашку кофе, от которой исходил соблазнительный аромат, и Гон неохотно сделал маленький глоток. — Проснись и пой, — сказал Зак, — у нас тут дела, а ты дрыхнешь. Лес не ждёт!       Гон поморщился, но отпил еще кофе. Постепенно к нему возвращалась бодрость. Он потер глаза и огляделся вокруг. Киллуа стоял рядом, наблюдая за ним с легкой улыбкой. — Ладно, ладно, — пробормотал Гон, — сейчас включусь. Только дайте мне минутку.       Он допил кофе залпом и принялся собирать рюкзак, стараясь не вспоминать о том, как сладко спалось в гардеробной среди старых вещей.       Затем класс выстроился в ряд в коридоре, и Курапика пересчитал всех, удостоверившись, что никто не забыт и все тепло одеты. В конечном итоге, они двинулись в зимний поход. Их влек лес, покрытый блестящим снегом, где в их планах было разжечь костер и полакомиться вкусной едой. Сон сморил Гона, и друзья заботливо приглядывали за ним, но утомленный путник все же не удержался и рухнул в объятия мягкого снега. Киллуа, среагировав, подхватил Гона под руки, не давая тому окончательно увязнуть в сугробе. Лицо Гона было всё в снегу, и даже его обычно взъерошенные волосы казались прилипшими ко лбу.  — Эй, Гон, ты как? — обеспокоенно спросил Киллуа, встряхивая друга. Джей и Филл тут же подбежали, окружив Гона плотным кольцом. Курапика, как староста, сохранял спокойствие, но его взгляд был полон тревоги. Леорио, как всегда, шумно ворчал, доставая из рюкзака термос с горячим чаем. — Кажется, он просто переутомился, — констатировал Леорио, протягивая Гону кружку. — Зимний лес - не место для подвигов, особенно когда не выспался. Гон, что за дела? — Гон слабо улыбнулся и сделал несколько глотков. Тепло постепенно возвращалось в его тело, и он отряхнул снег с щек.  — Извини, Леорио… Не подумал, — пробормотал он, чувствуя, как силы начинают возвращаться. Друзьям стало неловко, ведь это они настояли, чтобы Гон пошел с ними.       Они углубились в зачарованный лес, и с каждым шагом его колдовская красота пленяла все сильнее. Здесь было несравненно прекраснее, чем в родных краях, словно сама природа выткала гобелен из дивных красок и волшебных теней. То ли умиротворяющая атмосфера, то ли неведомая сила очарования витали в воздухе. Внезапно Зак остановился, задумчиво сжимая палку в руке, найденную по дороге. Опустившись на одно колено, он ловким движением начертил на снегу три схематичных профиля – портреты друзей, Гона, Киллуа и его самого в частности. Проходя мимо него, Киллуа даже остановился, чтобы взглянуть. — Тебе никто не говорил, что ты красиво рисуешь? — произнёс Киллуа, скорчив рожу. — Вау, че правда? Не, не говорили!  — Ну а нахуй ты рисуешь тогда. — Пидр. — Ха. Ха. Ха. — Эх. Просто захотелось позабавиться, — пожал он плечами.       Гон, который до этого молча наблюдал за ними, подошел ближе и внимательно оглядел рисунки. — Здорово получилось, Зак! Особенно я, — заявил он с гордостью, указывая на свой схематичный портрет.       Киллуа закатил глаза.  — А почему я такой урод? Закуля? — У родителей спроси. — Ага…У родителей значит?  — Ха-ха-ха! Гон, — Зак приобнял друга и отвернулся, что-то шепча о Киллуа. Сам Золдик занимался мщением, лепив снежок размером с ладошку.  — Гон, отойди! — предупредил Киллуа со снежком в руке и Гон будто почувствовал, что затеял парень, поэтому отскочил и даже пригнулся, а Зак же как только обернулся, получил снежок прямо в рожу, отчего и упал.  — Пидорас, Золдик! Нахуя лицо поганишь?! — Куда ещё хуже~ — Котяра недоношенный. Тьфу!       Киллуа рассмеялся, а Гон подбежал к Заку, протягивая руку. — Ты как? Сильно прилетело? — Да все нормально, — отмахнулся Зак, принимая помощь и поднимаясь на ноги. — Просто я ахуел.       Он выплюнул остатки снега и злобно посмотрел на Киллуа, который все еще ухмылялся, держа в руках очередной снежок. — А ты труп, Золдик! — прорычал Зак, начиная лепить свой собственный снаряд.       Завязалась настоящая снежная баталия. Гон, чувствуя себя немного виноватым, старался держаться в стороне, уворачиваясь от летящих снежков. Киллуа и Зак, словно два маленьких ребенка, с азартом кидались друг в друга, не жалея сил. Смех и крики разносились по лесу, создавая атмосферу беззаботного веселья. Даже остальные остановились и смотрели на них, снимая на телефон. Курапика, как главный, тоже посмеивался, однако знал, что это веселье стоило прекратить. Через какое-то время, уставшие, но довольные, все трое согнулись, тяжело дыша. Лица их были красными от мороза и возбуждения, а одежда покрыта тонким слоем снега. — Ха-ха-ха! Ну вы даете! — проговорил Гон, вытирая пот со лба. — Ага, — согласился Зак, бросая злобный взгляд на Киллуа. — Но я еще отомщу.       Киллуа лишь пожал плечами, продолжая ухмыляться.       Они продолжили свой путь, углубляясь в чащу. Лес, казалось, приветствовал их глухим голосом голых деревьев и пением птиц, словно одобряя их нежданный визит. Дорога заняла не меньше двух часов и они пришли, когда на улице уже вечерело. — Нам нужно место для костра, — произнес Курапика, указывая на чистое место, приютившееся под сенью густых елей. — Здесь ветер не достанет, будет теплее и безопаснее.       Согласие было единодушным. Вскоре они уже хлопотали, собирая хворост и расчищая снег под кострище. Леорио, словно опытный следопыт, умело сложил очаг из камней, а Киллуа зажигалкой дал огня. Пламя, озорно взметнувшись, принялось танцевать, раскрашивая лица ребят причудливыми тенями. Курапика попросил самых сильных принести бревен, и вокруг костра образовался уютный круг. Усевшись поудобнее, путники протянули руки к теплу, делясь историями и шутками. Джей и Филл достали из рюкзаков зефир и шоколад, но Киллуа, не церемонясь, тут же отобрал лакомства, припрятав большую часть для себя. В воздухе поплыл дразнящий аромат жареного зефира. Одноклассники переговаривались, обменивались взглядами, то и дело украдкой обсуждая новоиспеченную парочку. Особенно умилялись, когда Киллуа, не отрывая влюбленного взгляда от Гона, с тревогой следил, чтобы тот, замечтавшись, не клюнул носом в костер. Гон, словно не замечая всеобщего внимания, блаженно улыбался, глядя на пляшущие языки пламени. Тепло костра приятно согревало озябшие щеки, а запах жареного зефира вызывал детские воспоминания. Он чувствовал себя невероятно счастливым, находясь в окружении друзей, в этом тихом, безопасном месте, защищенном от холода и опасностей леса. Курапика, наблюдая за этой идиллической картиной, почувствовал, как усталость отступает. Он понимал, что путешествие только началось, и впереди их ждет множество трудностей, но сейчас, в этот момент, он чувствовал себя спокойно и уверенно, поэтому прильнул на плечо Леорио. Рядом с ним были его друзья, его команда, готовая поддержать его в любой ситуации. Леорио, доставая из своего бездонного рюкзака термос с горячим чаем, довольно крякнул. Чай с лимоном и медом был именно тем, что нужно после долгого дня в пути. Он разлил напиток по кружкам, делясь теплом и бодростью со всеми. Вскоре вокруг костра воцарилась тихая, умиротворяющая атмосфера. Каждый думал о своем, наслаждаясь теплом, компанией и простыми радостями походной жизни. Отдых в зимнем лесу обещал быть запоминающемся на всю жизнь, и сейчас, в этот момент, все были просто счастливы быть вместе. — Так заебато, — пролепетал Зак, кушая зефир. — Да, — мило улыбался Гон, жуя. — Мне тепло…сейчас аж засну… — Не спать! Иди пробздись!  — Надо встать… — Иди воздухом подыши. Давай-давай! Вставай, — подтолкнул его Зак, и Гон, пошатываясь, поднялся на ноги. — Гон, мне пойти с тобой? — обеспокоенно спросил Киллуа. — Долго не ходи, а то замерзнешь. И недалеко! — Хорошо, Киллуа, — Гон наградил своего парня своей лучезарной улыбкой и легонько коснулся кончика его носа, отчего у одноклассников перехватило дыхание, а щеки Золдика залились румянцем.       Пока друзья сидели около костра, разведенного в лесу, Гон пошел проветриться на чистый зимний воздух. Он начал витать в облаках, думая, как ему хорошо, как спокойно рядом с Киллуа, он чувствовал себя защищенным и нужным, не то что с Футцатой. Лес дышал морозной свежестью, снег похрустывал под ногами, а в голове рождались теплые образы. Гон вспомнил их первую встречу с Киллуа в детстве и новую спустя несколько лет в школе — неожиданную, дерзкую и неидеальную. Как постепенно, сквозь череду приключений, эти отношения снова переросли в дружбу, а потом… во что-то большее. Футцата же, напротив, всегда требовал от Гона доказать свою любовь, постоянно устраивал сцены ревности и заставлял сомневаться в себе. Он был всегда рядом, но всегда далеко - такими словами можно было описать их любовь. Да и было ли это правда любовью, Гон не знал. Хотелось верить, что хотя бы капля правды была в его словах, в недавнем разговоре в центре зала, словах, что, может быть, терзали его совесть. Он целовал, когда ему было нужно, он был требователен и настойчив, когда ему было нужно. В случаях когда этого хотел Гон, Футцаты будто и не было вовсе. С Киллуа всё было иначе. Не было нужды в словах и доказательствах, просто было тепло и спокойно, даже если сравнивать первое время в отношениях с Футцатой. Киллуа был ему родным человеком. И как бы плохо это не звучало, но в каких-то моментах Киллуа и смахивал на него, однако все равно оставался особенным, даже в объятиях. Когда Футцата обнимал его со спины, Гон чувствовал себя в ловушке, а попытки вырваться лишь усиливали хватку. "Прекрати", – шепнул Футцата на ухо, лишая воли к сопротивлению. Тогда эти слова неприятными мурашками пронеслись по коже. Когда же Киллуа обнял его так, в момент появления Филла, Гон почувствовал в этом жесте собственника нежность и робость, словно Киллуа оберегал его, боялся причинить боль. Это было настойчиво… но совсем иначе, смущающе. Даже когда Гон попытался вывернуться, Киллуа не отпустил, но Гону не хотелось убежать, замереть, перестав дышать. Ему захотелось прижаться сильнее, потому что знал – Киллуа позволит ему сделать это. Просто обняться и целоваться. Такое простое действие, но так много значащее для Гона. Гон остановился у края обрыва, откуда открывался вид на заснеженную долину. Вот уже лунный свет серебрил вершины деревьев, и казалось, что весь мир замер в ожидании чего-то важного. Он закрыл глаза и глубоко вдохнул морозный воздух, наполняя легкие ощущением свободы и счастья. Да, ему было хорошо. Ему было очень хорошо.

***

— Киллуа, побежали к воде! — воскликнул чумазый мальчик в потрёпанной футболке, показывая в сторону пляжа. — Искупаться захотел? — Ножки мочить! — Скоро брат вернётся… — Холошо! Тогда останемся тут, — смущённо хихикнул Гон, усаживаясь на скамейку. Киллуа, глядя на Гона, радостно болтающего ногами, почувствовал угрызения совести из-за того, что не исполнил маленькое желание друга. — Ладно, уговорил, но ненадолго…       Гон взвизгнул от восторга и тут же сорвался с места, увлекая за собой Киллуа. Они помчались по раскаленному песку, оставляя за собой цепочки следов. Ветер трепал их волосы, а солнце ласково согревало кожу. Добежав до кромки воды, Гон с визгом запрыгал, брызгая во все стороны прохладной водой. Киллуа, сдержанный и немногословный мальчик, лишь слегка улыбался, наблюдая за другом. Он тоже разулся и позволил волнам омывать свои ступни. Ощущение было приятным, успокаивающим. Он нечасто позволял себе такие моменты беззаботности, но сейчас, рядом с Гоном, все казалось проще и легче. — Киллуа, смотли! — Гон поднял с песка ракушку и протянул ее другу. — Она класивая!       Киллуа взял ракушку в руки, внимательно рассматривая ее перламутровый узор.  — Да, красивая. Сохраним ее?       Гон кивнул, сияя от счастья. Они положили ракушку в карман зелены шорт, словно это был самый ценный клад. Вскоре, почувствовав легкий холодок, Киллуа напомнил, что пора возвращаться. Гон немного расстроился, но послушно согласился. Они медленно побрели обратно по пляжу, держась за руки и делясь впечатлениями о маленьком приключении. В сердце Киллуа разливалось тепло от осознания, что он смог подарить другу немного радости. Вечернее солнце окрашивало небо в нежные оттенки розового и оранжевого, создавая волшебную атмосферу. Возвращаясь, они заметили вдалеке силуэт одинокой лодки, качающейся на волнах. Гон, не удержавшись, снова загорелся идеей: — Киллува, а давай когда-нибудь поплывем на такой лодке? Куда-нибудь далеко-далеко!       Киллуа задумался, представив себе бескрайний океан и горизонт, сливающийся с небом. Ему нравилась идея путешествия, но еще больше ему нравилось разделять эти мечты с Гоном. — Может быть, — ответил он, слегка улыбаясь. — Но сначала нам нужно научиться управлять лодкой.       Гон залился смехом, представив себе, как они оба неумело пытаются справиться с парусами. Они продолжали идти, пока не добрались до места, где оставили свои вещи. Отряхнув песок, они направились в сторону города, на площадку.  — Эх, жаль что так быстло время плошлооо! — верещал Гон. — Угу..Но…Потом ещё погуляем, не переживай.  — Конефно! Киллува, а ты же возьмешь лакушку? — М…а вдруг ее кто-то увидит? Не хочу, чтобы ее отобрали. — Вот как… — Агрх! Ладно! — Киллуа, заметив огорчение на лице друга, неловко выхватил ракушку. — Хи-хи-хи! Плавда? — Д-да…только не грусти…. — Не глущу! — Пх! Скажи ещё раз, — усмехнулся Золдик, предвкушая, как Гон опять исковеркает букву. — Не глущу! Л-л-л-л! — Ха-ха-ха! Когда же ты букву начнешь выговаривать? — А?! Н-начну! Вот увидишь! — А вроде бы уже взрослый~ — Я сталше тебя! — Не верю~ — Бука ты! 

***

      Воспоминания о береге, словно осколки янтаря, вспыхнули в сознании Гона, когда он жадно вдохнул морозный зимний воздух. Обхватив себя за плечи, он почувствовал, как легкий озноб пробежал по коже.       «Интересно, Киллуа сохранил ракушку? — смыкая глаза интеросоаался Гон. — Надо будет спросить, вдруг вспомнит»       Желание побыть здесь ещё немного при лунном свете, заставило его присесть на попу в снег и облокотиться о дерево спиной, продолжая вспоминать разное из своей жизни. 

***

— Гон! Куда ты лезешь?! — кричал Киллуа, стоя под деревом, на которое забрался мальчишка. — Здесь котик! — Ты же упадешь! — Не упаду! — Ах, разве ты не можешь просто сидеть? — буркнул мальчик под нос.       Гон был неудержим в своем стремлении помочь. Киллуа это знал, но все равно не мог сдержать беспокойства. Дерево было высоким, с сухими, ломкими ветвями. Одно неловкое движение, и Гон мог сорваться вниз. — Гон, будь осторожен! — снова крикнул Киллуа, сжимая кулаки. Он не мог просто стоять и смотреть. Он должен был что-то сделать. Но что?       Вдруг, он увидел, как Гон приблизился к котенку. Маленький, пушистый комочек жалобно мяукал, прижавшись к стволу дерева. Гон протянул к нему руку, и котенок, словно поняв, что ему хотят помочь, доверчиво прижался к его ладони. — Вот он! — радостно воскликнул Гон, спускаясь вниз с котенком в руках.       Киллуа выдохнул с облегчением. Он подбежал к Гону и осмотрел его, убеждаясь, что он не поранился. — Ты в порядке? — спросил Киллуа, хотя и видел, что с Гоном все хорошо. — Да! — ответил Гон, сияя от счастья. — Смотри, какой милый котенок!       Гон протянул котенка Киллуа, и тот, нехотя, взял его на руки. Котенок был теплым и мягким. Он замурлыкал, уткнувшись мордочкой в ладонь Киллуа. — Ладно, — сказал Киллуа, смягчаясь. — Похоже он тоже в порядке. — Ты тоже похож на котенка!  — Ха?! Ч-что ты такое говоришь! Совсем не похож! — У тебя глазки похожие! И ведешь себя как котик! — Прекрати…смущаешь же. — Хи-хи-хи! Когда я выросту, хочу завести котенка. — Можно…но я не очень люблю их. Наверно, я больше собак люблю. — А ты говолил, что у вас есть собака! А можно ее погладить? — А…ну…не думаю…..Она съест тебя, — сказал Киллуа, вроде и в шутку, но зная, что такое произойдет.  — Не съест, как собачка может скушать меня? — Гон нахмурился, не понимая, как такая милая собачка может быть опасной. Киллуа вздохнул. Объяснять Гону разницу между дрессированной домашней собакой и порождением ада из его семьи было слишком сложно. Он просто улыбнулся и потрепал котенка по голове. — Пойдем отсюда. Нужно отнести котенка к кому-нибудь, кто сможет о нем позаботиться, — сказал Киллуа, стараясь сменить тему.       Гон кивнул, и они вместе направились в город. Пока они шли, Гон не переставал говорить о том, какой Киллуа милый с котенком на руках. Киллуа отмахивался, стараясь не обращать внимания на поддразнивания, но в глубине души ему было приятно. В городе они быстро нашли добрую старушку, которая с радостью согласилась взять котенка к себе. Она поблагодарила ребят за спасение маленького пушистика, и они пошли дальше, довольные тем, что сделали доброе дело. — Знаешь, Киллува, — сказал Гон, когда они отошли от дома старушки, — ты все-таки очень холоший. И совсем не злой, как иногда говолишь.       Киллуа покраснел.  — Замолчи, — пробормотал он, пряча взгляд. — Я просто не хотел, чтобы котенок был один. Вот и все.       Гон ярко улыбнулся и встал на носочки, чмокнув друга в лоб. Киллуа даже не понял что произошло, пока Гон снова не залился смехом. — Хе-хе-хе! Так точно на котенка похож! — Я…э…да что делаешь блин?! — Я обожаю тебя, Киллува! — А?! М! Агрх……Боже… — Киллуа выдохнул, но не мог оторваться от зефирного лица и янтарных глазок со звездами. Он просто крепко обнял Гона за шею, пока тот хлопал его по спине. — Спасибо… — За что-о-о? Это же плавда! — Ты дурак, Гон. — М?! Не обзывайся, пока обнимаешь меня! — Мехехехе!

***

      Гон улыбнулся, он перестал слышать, что происходило вокруг него, растворяясь в приятных чувствах. Но отдаленно парееь услышал как его зовут, очень громко. Это был Киллуа, этот голос он не перепутает ни с кем. Только сейчас Гон окончательно открыл глаза и понял, что заснул.  — Гон! Ты где?! — кричал Киллуа неподалеку.        Гон заморгал, пытаясь сфокусировать взгляд. Лунный свет, пробиваясь сквозь ветви деревьев, рисовал причудливые узоры на снегу. Он все еще сидел, прислонившись спиной к шершавой коре дерева, а мысли его, словно бабочки, порхали в саду воспоминаний о Киллуа. Невольная улыбка расцвела на его губах, согревая замерзшее лицо. — Я здесь! — крикнул Гон, и его голос эхом прокатился по затихшему лесу. В ответ, словно по волшебству, из-за темных стволов вынырнул запыхавшийся Киллуа. Его голубые глаза вспыхнули молниями, когда он нашел то, что искал продолжительное время. — Что ты творишь?! Я чуть с ума не сошел, пока тебя искал! — выдохнул он, подлетая к Гону. — Я же просил, не отходи далеко!       Гон виновато опустил голову, пряча взгляд. — Прости, я просто…уснул, — пробормотал он, смущенно улыбаясь. — Мне приснился сон… про маленького котенка.       Гнев Киллуа мгновенно улетучился, сменившись тревогой, когда он увидел раскаяние в янтарных глазах. Он опустился рядом с Гоном на искрящийся снег. — Ладно, проехали, но больше так не делай, слышишь? — сказал Киллуа, легонько потрепав Гона по взъерошенным волосам. — А теперь пойдем. Уже поздно, пора возвращаться. — Посиди со мной еще немного…       Киллуа взял его ладони в свои и похолодел от ужаса. Пальцы Гона были ледяными, словно сосульки. — Ты же весь замерз, дурень… — обеспокоенно прошептал он, крепко сжимая окоченевшие руки Гона. — Ничего! Хе-хе! — В смысле ничего?!? А ну, вставай, греться пойдем! — Киллуа, поцелуй меня, — прошептал Гон, прикрывая веки и глядя на Киллуа с нежностью. Киллуа тут же оторвал взгляд от его заледеневших рук, и, когда Гон подался вперед, он не стал отстраняться. Парень просто коснулся покрасневшей от холода щеки, второй же всё еще согревая замерзшие пальцы. Он коснулся холодных губ своими, целуя так, словно хотел своим дыханием растопить лед, сковавший Гона. Киллуа углубил поцелуй или скорее попытался, чувствуя, как дрожит тело любимого человека. Он притянул его ближе, стараясь передать ему своё тепло и свою жизнь. Лёд в сердце Гона начал таять, и вместе с теплом возвращались краски, звуки и запахи. Брюнет ответил на поцелуй робко, ибо не мог сильно двигаться, но с каждой секундой его прикосновения становились всё более решительными. Когда они оторвались друг от друга, в глазах Гона плясали искорки, а на щеках играл чувственный румянец. Киллуа облегченно выдохнул, чувствуя, как возвращается тепло в ладони. — Вот теперь другое дело, — прошептал Киллуа, нежно касаясь губами лба Гона. — Но это еще не всё. Вставай, я сказал! — Харашо! Для девственника без отношений, ты хорошо целуешься~ — А…Агрх, замолчи и не смущай! — Ты такой милый, Киллуа, когда так ругаешься~ — Хм! Идем, ледышка. Милый ему!       Он помог Гону подняться, крепко обнял его за плечи и повёл в сторону лагеря. Пара шла молча, наслаждаясь временем вместе, и лишь хруст снега под ногами нарушал тишину ночного леса. Гон прижимался к Киллуа, чувствуя, как чувства согревают его тело изнутри.       У костра их ждали друзья. Увидев потерявшуюся парочку, они переглянулись, понимая, что между этими двумя произошло что-то особенное, но никто не стал задавать вопросов. Они просто объятиях место у огня, зная, что сейчас им нужно согреться. Гон и Киллуа сели рядом, обнявшись. И в этот момент, глядя на пламя костра, Гон понял, что нашёл свое счастье. — Киллуа, — шепотом произнёс Гон, смотря на огонь. — А ты помнишь ту ракушку, которую я дарил тебе?  — Ракушку?…М…не знаю, не уверен, память возвращается чуть медленнее, чем я предполагал…. — Вот как, — усмехнулся брюнет, в объятиях Киллуа. — Мы пошли к берегу и я нашел там ракушку. Она мне напомнила твои волосы и тогда я захотел подарить ее, однако ты сказал, что ее могут найти и забрать. Конечно, я чуть расстроился, но ты тут же согласился и сказал, что спрячешь ее так, что даже сам не найдешь! Видимо всё же ты ее хорошо спрятал, раз за эти несколько лет она не попадалась тебе на глаза, — говорил Гон с улыбкой, кладя голову ему на плечо.        Киллуа обнял Гона крепче, утыкаясь носом в его волосы. Он чувствовал вину за то, что не помнил о подарке, но обещал себе во что бы то ни стало найти его. Это был его способ показать Гону, как он ему дорог.  — Не попадалась…Ну, когда мы будем праздновать Рождество, я же все равно буду заходить за Аллукой, тогда и гляну! — О! Было бы славно! Просто…так интересно стало..хех. — Как вы думаете, — сказал Зак в компании Филла и Джея, — отпиздить Гона потом или сейчас? — грозно произнес рыжий, никак не сомневаясь в сказанном, ведь он тоже переживал не хуже Киллуа. Просто Киллуа сказал оставаться на месте и что он сам найдет его. — Давай потом…пусть воркуют, — ухмыльнулся Джей. — Тебе бы лишь руки распускать, — прокомментировал Филл. — Че вякнул?! — Че слышал. — Гнида фемозная. — Это батя твой фемозный был, пока тебя заделывал.  — Пошли выйдем! — Выходи!  — Выйдете - и вас даже с собаками в лесу не найдут, — гробовым тоном сказал Курапика, что следил за их громкой перепалкой. Парни тогда хмыкнули и отвернулись друг от друга, пока Джей невинно кушал шоколад.       Гон зевнул, чувствуя усталость после насыщенного дня. Тепло костра приятно согревало, но сон неумолимо клонил в объятия. Он прикрыл глаза, продолжая прижиматься к Киллуа, словно боясь, что тот исчезнет, как мираж. Киллуа чувствовал его усталость и нежно поглаживал по голове, стараясь убаюкать. Он и сам ощущал приятную истому, разливающуюся по телу. После всего пережитого, эта спокойная ночь казалась даром небес.       Добравшись до гостевого дома, они поспешили распределиться по комнатам, словно уставшие путники, нашедшие долгожданный приют. — Спокойной ночи, — прошептал Киллуа, нежно укладывая Гона. В голосе его звучала забота, трепетная и искренняя. — А ты? — Я скоро приду. — Ну хорошо, спокойной ночи, Киллуа, — сонно пробормотал Гон, обнимая подушку. Его глаза уже слипались, унося его в царство грез.       Киллуа вышел из комнаты, где его уже поджидали Зак и Филл. Троица покинула дом и направилась в сторону курилки, где можно было укрыться от посторонних глаз и предаться тихим беседам. — Чет я так устал…— еле выговорил Зак, едва держась на ногах. — Свежий воздух утомляет, конечно, — усмехнулся Филл. — Кстати, а че дарить друг другу будем? — поинтересовался Зак, нарушая тишину. — А тебе расскажи, — отмахнулся Киллуа, делая глубокую затяжку. Дым кольцами взвился в ночном воздухе. — Боже, ну Гону что ты дарить собрался? Я если что могила. — Ну…Хочу кулон подарить ему. — Ты всю ювелирку решил скупить? — поддел его Зак. — А ему не понравится?? — в голосе Киллуа проскользнуло беспокойство. — Смотря какое. — В виде яблочка…золотое…с янтарем… — Ого, ну романтика проблескивает, ладно, — протянул Зак, оценивающе прищурившись. — А ты ему что будешь дарить? — Как лучший друг я подарю ему набор чая. — ………а ему чая в жизни и не хватает? — Да, мало, — усмехнулся Зак. — Ясно…Филл, а ты будешь кому-нибудь дарить подарки? — Я ничего не подарю…как-то не думал об этом. — Как обычно, — закатил глаза Зак. — Ну, хочешь, фингал под глазом подарю, — огрызнулся Филл. — Давай, — с готовностью откликнулся Зак.       Покончив с курением, они вернулись в дом. Киллуа тщательно вымыл руки и лицо с мылом, стараясь избавиться от запаха сигарет, чтобы не потревожить сон Гона. Он тихонько прилег рядом с ним. Вернее, сначала ему пришлось подвинуть Гона, который успел раскинуться на всей кровати звездочкой. Киллуа осторожно перевернул его на бок, лицом к стене, а затем прижал к себе, чувствуя, как горячее тело Гона прекрасно сходило за грелку, особенно после прохладной вылезки. Так и прошел ещё один день вместе.

Продолжение следует…