I'll save you

***

Тихий щелчок при каждом вдохе и металлический скрежет при выдохе, постукивание в такт каждому удару сердца - бесконечное количество звуков. Они происходят прямо в голове, ощущаются всем телом легкой дрожью и мурашками на спине - там, где раньше была спина, а не груда трубочек и проводов. Перед глазами кромешная тьма, словно вовсе ослеп. Он даже не видит, где эта пугающая пустота разбивается о пластины его клетки. Все это сводит с ума. На внутренней стороне ладони приклеен небольшой пластмассовый квадратик с красненькой лампочкой - словно сверчок, только цвета персиков зайтун. Их тут много, растут почти на каждом углу. Они ужасно сладкие, будто фруктовые карамельки. А еще мягкие, полные нектара. В некоторых забегаловках из них делают сок, а на базаре можно найти еще и сушеные. Что вообще можно делать из сушеных фруктов? Сказитель устало трет глаза, квадратик с лампочкой неприятно царапают кожу. Хочется его оторвать, но это пока что единственный источник света. На столько слабый, что Странник даже не может разглядеть кончики пальцев, но он все еще присутствует. Осознание, что в металлическом коробе полном раздражающих звуков есть эта мерцающая лампочка успокаивает. - Сейчас начнется подача энергии, будь добр не дергаться, - голос доктора пробирается даже сквозь плотные стены. Он что обзавёлся громкоговорителем? Или у него начались галлюцинации? - ты меня вообще слышишь?! - ах, точно - наушник. Хоть какая-то польза от этого листа на ухе. Как ее там называют? Акаша? - какаша блять. В ушах снова слышится недовольное рычание - вот он, служебный пес фатуи. Скарамучча хмыкает от своей нелепой шутки. - Снимайте его, - Дотторе почти верещит как девчонка. Наверное, это один из молодых экземпляров. Сколько их вообще? - Да слышу я, давай реще, - еще раз залазить в эту жестяную коробку ему не хочется, тревожить почти в клочья разодраную спину - еще меньше. - Отвечай попроще, - этот голос уже не такой звонкий. Значит, их тут трое: две копии и один настоящий. Хотя, по поводу последнего он до сих пор не уверен. Будет весело, если окажется, что главный из них давно сдох где-то в недрах своей лаборатории. - Заткнулись. Начать эксперимент - в спину потоком ударяет энергия. Тело непроизвольно выгибается в попытках уйти от болезненной волны, а из горла вырывается хрип. Он жмурится, вспоминая что угодно, лишь бы не чувствовать это так остро, что бы не казалось, будто ножом ковыряют в одном и том же месте. В ладонях перекатывается электро, искрит и колет пальцы. Он наконец-то видит металлические пластины - сам стал гребанной лампочкой. Та штуковина на руке загорается зеленым, пищит как ошалелая. Ко всему этому прибавляется противный запах гари. Дотторе говорил, что он не должен чувствовать боли благодаря какой-то модификации в его теле. Он действительно не ощущает всепоглощающего чувства, будто живьем срывают кожу и подносят открытый провод под напряжением. Ах точно, именно так они и делают. Но все же не зря этот ученый капался в его теле: вместо этого он лишь ощущает, как сжимаются все мышцы, словно деревенеют, слышит, как бурлит черное месиво вместо крови. Ноги начинают неметь. - Слышишь меня? - бесконечно долгий поток энергии медленно стихает. Кажется, он все же прокусил себе губу. Капилляры в носу лопаются от сильного напряжения. Волосы встали дыбом - "как одуванчик в Мондштате". Там красиво. Он хотел бы еще раз побывать в городе свободы. - Если у тебя ничего не выйдет, - говорить сложно, его всего трясет, а язык еле шевелится. Из глаз брызгают слезы. Уж лучше бы он ощущал боль, чем все это. Но если это поможет ему стать божеством, забрать то, что должно принадлежать по праву и наконец почувствовать хоть что-то кроме пустоты, то он вытерпит. Он заменит ту бесполезную железяку, что запихнули ему в тело. Старший доктор хмыкает, шелестит какими-то бумажками, - в конуре у себя так пофыркаешь. Сутулый пес. - Подними руку, - Скарамучча глубоко вдыхает, напрягается, прогоняя противную дрожь. Запихнуть бы его в эту камеру пыток и пропустить через напряжение. О, он бы послушал, сколько надменности останется в этом голосе. Жмурясь, Сказитель медленно поднимает руку - по телу все еще бегают электро искры. Он не слышит ожидаемого скрежета от движения механических рук, все внизу тоже молчат: даже самый бешеный и истеричный не пискнул. Что-то не так со слухом? Вполне возможно, что от количества элемента его физическая оболочка не выдержала - уже проходили, но руками то он шевелить может. Обычно ведь онемевало все и ему оставалось валяться невольной марионеткой без ниточек. Что-то не так с наушником? А он изначально сказал, что и идея и создатель - бредовые. - Ты надо мной издеваешься? - мужчина говорит спокойно, но недовольства в его голосе слишком много. Сказитель мысленно спорит с самим собой, что рано или поздно это заносчивый идиот психанет и будет плакать как маленькая девочка. - Че опять не так?! - Я по твоему просто так синхронизирую тебя с роботом?! - ну или разгромит тут всю лабораторию и заставит своих клонов все это разгребать. То то они такие зашуганные, - напряги свои чертовы извилины и сконцентрируйся на прототипе, а не на своем теле. Странник готов прям сейчас забить на все, вылезти из этой чертовой коробки и набить кому-то рожу. Состояние рук и ног уже перестали так волновать - да пускай хоть отвалятся, он лбом пробьет ему грудную клетку. Кукла глубоко дышит. Нельзя убивать этого цепного пса: он пока-что заинтересован в проекте больше остальных, а остальные из этого жалкого кружка мстителей ему спасибо не скажут, только верещать начнут громче. - Мне долго ждать? - нет, он все же разобьет ему это смазливую рожу. - Ты, блять, умеешь молчать?! - по позвоночнику пробегают мурашки, пока в ладонях собираются сгустки энергии. Голос будто вовсе не его - звучит словно в воздухе. Снаружи раздается стук металла о камень. Отдача проходит через все те множество трубок, заставляя дернутся. К черту все эти тестовые "забеги", он прямо сейчас поднимет робота и раздавит этих чертовых червей. - Поспокойней, - ученый рявкает. Отдает приказ, как псу, - у меня нет желания заново собирать тебе руки. - По-моему твоя задача состоит в том, что бы сделать их неубиваемыми, - нужно еще немного потерпеть. Скоро этот больной на голову жук свалит. Скоро вместо колючего потока энергии он будет чувствовать его прямо в теле, в месте, где и должно быть сердце.