Сердце Феникса

1

      — Доброе утро, соня! — раздался где-то около Елены нестерпимо громкий голос.       В глаза ударил яркий свет.       — Что происходит? — поинтересовалась девушка, спросонья с трудом двигая губами.       — Утренняя побудка. — заявила Тонкс, гася заклинание солнечного света на конце своей палочки. — Уже пора вставать.       — А что так рано? — потянувшись, осведомилась Елена.       — Уже семь утра! Ты проспала на час. Какое ещё «рано»?       Елена взвыла.       — Заче-е-ем? Я легла всего семь часов назад!       — Не всего, а целых. Тебе рассказать, сколько спят мракоборцы?       — Ну я-то не мракоборец…       — Тебе, зато, надо купить целую кучу всего в Косом переулке. А для этого придётся потратить часа три на то, чтобы восстановить доступ к твоему сейфу… — вздохнула Нимфадора, словно объясняя прописные истины.       — Зачем? — растерялась девушка.       — А где ты деньги собиралась взять? — со смехом кинула ей одежду Тонкс.       — Нет, я имела в виду, зачем восстанавливать доступ? Ключ уже не подходит?       — Подходит, конечно. Но где твой, мы не знаем…       — Конечно же, не знаете! По-твоему, я должна вам была ещё ключ отдать от сейфа, где деньги лежат? — Елена рассмеялась. — Он тут, в доме лежит. Я знаю, где, потом достану.       — Ну ладно… Тогда одевайся и спускайся, там Гестия с завтраком возится. Сейчас есть будем.       — Что за Гестия?       — Ах да, ты, наверное, не знаешь её… Гестия Джонс. Познакомитесь как раз. Она член Ордена.       Тонкс вышла за дверь, оставив Елену одеваться в одиночестве. Девушка натянула рубашку и брюки. Нимфадора, конечно, оставила мантию, но с непривычки казалось, что одежда волшебников слишком свободная.       Потом было сделано ещë несколько нехитрых премудростей — волосы с помощью резной костяной шпильки собраны в узел на затылке, а заветный ключик от сейфа извлечëн из тайника в стене. Елена убрала его в карман и, вздохнув, направилась вниз.       Гестия оказалась очень милой, но молчаливой особой, что абсолютно не помешало ей первым делом сделать комплимент причëске Елены, а затем мастерски выполненным заклинанием собрать фантастический пирог с лососем и шпинатом, сделав при этом лишь несколько изящных движений палочкой. Уплетая это чудо кулинарии и рассыпаясь в похвалах, Елена давала себе обещание научиться если не такому, то хотя бы просто готовке. На текущем этапе единственное, что она умела — причëм умела очень неплохо — это готовить рыбу. Почти любую. От начала и до конца. «От чешуи и до позвоночника», как выражался Джа-Джинни.       «Интересно, как он там?» — подумала Елена. Потом сами собой возникли мысли об Амари и Камэ, о Хагене… Отчëтливо вдруг проступила опять тишина в голове — такая оглушительная и… нет, не давящая, но… создающая ощущение пустоты, что ли. Как будто пока на тебя что-то давило, ты этого не ощущал, а потом, когда давление пропало, вдруг осознал, что без него, безусловно, легко, но при этом словно неуютно.       — …Э-э-э-эй! Елена! — девушка встрепенулась, когда Тонкс начала щëлкать пальцами прямо у неë перед носом.       — Да, что?       — Ты вообще слушала? — поинтересовалась та.       — Вопрос, надо понимать, риторический? — уточнила Елена.       — Этот — да. Но предыдущий — нет, и я бы очень хотела узнать на него ответ.       — Какой был вопрос? — невинно похлопала глазами девушка.       — Ключ у тебя? Мы можем ехать? — отставляя от себя тарелку, спросила Тонкс.       — Это два вопроса.       — Не будь занудой.       — Ладно-ладно. Да, у меня. — она повертела небольшим ключиком перед глазами собеседниц. — Ехать можем хоть сейчас, если все поели.       — Отлично! Тогда собираемся и выходим.       Хлопнув в ладоши, Нимфадора оставила Джонс и Фейру наедине.       — Я не буду предлагать помощь с посудой, потому что боюсь, что всë побью. Очень долго не практиковала левитацию. — созналась Елена.       — Ничего страшного, не переживай. Чем объяснять тебе, что делать надо, я быстрее сама справлюсь. — улыбнулась та.       — Спасибо большое за завтрак. Было очень вкусно. — вернула улыбку девушка.       — На здоровье. Рада, что понравилось. — ответила волшебница, уже посылая заклинание в тарелки, от чего те построились друг за другом и плавно полетели по направлению к раковине. — Ты иди, я тут сама всë доделаю.

2

      Перед еë глазами предстал Косой Переулок. Да? Он? Девушка не поверила бы, скажи ей кто-то, что эта главная магическая улица Лондона. Если бы только что не прошла вместе с двумя мракоборцами через Дырявый котëл и волшебную стену — не поверила бы.       — Меррская мать, что же тут случилось? — тихо произнесла Елена, оглядываясь вокруг.       Улица словно сжалась. Половина витрин была заколочена досками, другие обклеены тëмно-фиолетовыми плакатами Министерства Магии с движущимися портретами пожирателей смерти. Весь Косой Переулок посерел, стал пустыннее и как будто уже. Редкие прохожие шли быстрым шагом — не разговаривая и не здороваясь ни с кем. Не было, как раньше, групп волшебников, рьяно обсуждающих последние новости. Все старались побыстрее сделать то, за чем приехали, и вернуться домой. Было тихо. И эта гробовая тишина давила со всех сторон, заставляя подчиняться — так же, как все, ускорять шаг, так же опускать голову и так же переговариваться только шёпотом.       — А что такое «меррская мать»? — ответила вопросом на вопрос Тонкс. Тоже шёпотом.       — Ругательство.       — Не ругайся.       — Ладно. — покладисто сказала Елена. — Но что всë-таки случилось?       — Пожиратели Смерти случились, вот что. — тихо, в тон происходящему, заговорила Гестия, качая головой. — Они больше не скрываются. В открытую нападают на дома волшебников, разносят дома и общественные сооружения магглов, устраняют тех, кто не боится в открытую выступать против них… Ты помнишь Флориана Фортескью? Его самого убили, а кафе-мороженое разнесли в щепки. Как и магазин Олливандера, и ателье госпожи Леггари, и многие другие места…       — Сегодня ещë дежурят ребята из Министерства, поэтому нет торговцев псевдо-амулетами на каждом углу… — хмуро заметила Нимфадора. — Ты не знаешь ещё, это сейчас очень популярная тема. Браслет-оберег для доченьки, кулон из драконьего когтя для сыночка, заговорëнное кольцо для мужа… Многие переживают за родных, вот и покупают такие штуки. — она горько усмехнулась.       — В большинстве своëм они безопасны — безусловно, не от чего не защищают, но и вреда не наносят. Но бывают и крайне мерзкие экземпляры. — заметила Джонс.       — Да, я помню, как Артур рассказывал про того беднягу, у которого рука отсохла. Жуть. — грустно кивнула Тонкс.       — Кошмар… — покачала головой Елена, провожая взглядом обугленные останки, которые некогда были одëжным ателье. Она сама туда не ходила, одевалась у мадам Малкин, но от этого места веяло не поддающейся описанию смесью ужаса, безысходности и безумного холода.       — Мы пришли. — отметила Тонкс, когда они остановились перед огромным белым зданием банка, так разительно отличающимся от окружающей серости.       Их встретили, как и раньше, молчаливые гоблины. Только теперь в их действиях было больше скрытой угрозы, чем пафоса, и уважение во взглядах сменилось подозрительностью. Они волшебный народ — им всë равно, какие войны происходят у людей. Но даже равнодушные гоблины не оставались таковыми, когда речь заходила о Том-Кого-Нельзя-Называть.       — Меня зовут Елена Форестер. Я бы хотела посетить наш фамильный сейф. — сказала девушка, взяв себя в руки и стараясь не показывать волнение.       — Ключ. — гнусавым голосом потребовал гоблин за стойкой.       — Вот. — Елена выложила золотой ключик на стойку.       Носатый старичок повертел его в длинных пальцах, осмотрел, и вернул волшебнице.       — Вас сейчас проводят к хранилищу, мисс Форестер. — прогнусавил он, а затем вдруг так лихо свистнул, что Елена вздрогнула от неожиданности.       Через несколько десятков секунд к ним подошëл другой гоблин, куда моложе, и жестом длиннопалой руки велел волшебницам следовать за ним.       — Тут почти ничего не изменилось. — шёпотом заметила Елена, пока они вчетвером шли к гоблинской тележке.       — Гоблинам нет дела до войны, пока она не вторгается к ним. — пожала плечами Джонс. — А к ним не рискнëт вломиться даже сам Тëмный Лорд.       — Люди могут говорить что угодно, но деньги и правда правят миром. — подытожила Тонкс, когда они свернули в туннель и подошли к своему средству передвижения.       — Пристегнитесь. — хриплым голосом приказал гоблин. Все три девушки безмолвно повиновались.       Тежка тронулась. Вернее, она не тронулась, а просто сорвалась с места, сразу же достигнув максимальной скорости.       Елена нервно сглотнула и вцепилась руками в сиденье. Даже в самый сильный шторм она чувствовала себя увереннее. Фрегату она доверяла, а этой безумной железной машине — ни капельки.       Остановка случилась так же неожиданно, как и начало движения. Елена с некоторым усилием отодрала свои пальцы от сиденья и на негнущихся ногах пошла за гоблином к своему сейфу.       Последний раз она посещала хранилище 736, когда ей было пятнадцать. Технически — всего пару лет назад… Но на практике прошло почти восемь лет. И резная металлическая дверь, и странная конструкция замкá, которого будто бы вовсе не было, и низкие своды пещеры, усеянные мелкими фосфоресцирующими кристаллами, которые терялись в свете яркого факела — всë это казалось волшебным воспоминанием из детства, далëкой полузабытой сказкой, которая удивляла, как в первый раз.       — Хранилище номер 736! — возвестил гоблин, открывая дверь.       Елена вошла внутрь.       Знакомая полка с семейными реликвиями первой попалась на глаза. Мамины вещи лежали так, как запомнилось девушке: в строгом порядке, каждая на своей подушечке. Обручальный браслет — филигранное серебро и сапфиры. Золотая брошь в виде павлина — подарок от матери на свадьбу. Колье с россыпью рубинов — она никогда не надевала его, всë берегла для особого случая. Затем шли вещи отца. Сначала — почти такой же браслет, только более массивный и украшенный изумрудами. Потом фамильный перстень, тяжëлый, с гравировкой и большим драгоценным камнем — он не носил его, говоря, что мужчину украшают не побрякушки. Последним предметом, лежащим на полке, были два кольца. Их сюда положила сама Елена. Тогда она последний раз приходила сюда — перед своим шестнадцатилетием. Эти кольца она сама откопала в пепле через несколько часов поисков и отнесла к ювелиру на чистку. Следов гари не осталось на платиновой поверхности, изумруд и сапфир сияли, как и в день их свадьбы, но след в душе Елены остался навсегда.       Все эти воспоминания заняли всего несколько секунд — три шага, пройденные мимо полки, к дальней стене. Там в нише стояли три сундучка — не такие большие, как еë сундук с книгами, но всë же вмещающие семейное состояние в два или три десятка тысяч тысяч галлеонов. Елена положила в подготовленную сумочку несколько горстей золотых монет, а затем, подумав, взяла из соседнего шкафчика мешочек сиклей и кнатов.       «Мама всегда расфасовывала некрупные деньги по мешочкам, кладя в каждый одну и ту же сумму… Мелочь всегда пригодится.» — решила она и сделала два шага в сторону двери.       Вдруг девушку словно остановило что-то. Она замерла, так и не сделав третьего шага. Повинуясь какому-то непонятному чувству, она повернулась и взяла с полки обручальные браслеты. Поразмышляв ещë секунду, взяла ещë и кольца. Снова повернулась к двери и вышла на небольшую каменную площадку перед хранилищем.       «Почему я это сделала? Зачем? Что я буду делать с обручальными украшениями? Я же только что с болью вспоминала, как принесла сюда эти кольца… Я не хотела их видеть.» — сердце девушки бешено колотилось. Она пробыла в хранилище не больше минуты, для стоящих снаружи не произошло ничего необычного. Хорошо, что было не очень светло — еë лицо наверняка выдало бы все тревожные мысли с головой. Хотя гоблин, кажется что-то заметил… Но ему было плевать.       «Наверное, я просто мазохистка.» — решила она, вновь садясь в гоблинскую тележку. — «Или моë подсознание решило, что раз я смогла прийти сюда из другого мира, то уж обручиться с Драко мне труда не составит и церемониальные украшения можно готовить уже сейчас.» — она истерично хихикнула, но за грохотом колëс тележки этот смешок не был никем услышан.       Кроме гоблина. Он всë услышал и заметил. Рагнар, конечно, уловил перемены в поведении волшебницы. Он лично знал чету Форестер и их детей — они были хорошими и честными магами. А вот Елена, видимо, не помнила его. Ей было очень тяжело справиться с потерей — так считал гоблин. И то, что она сейчас не рыдает, уже само по себе говорит о еë силе духа. Потому что многие рыдали бы, забирая из сейфа обручальные кольца родителей.       Рагнар ничего не сказал. Он в первую очередь работник банка. А разве имеет права простой клерк вмешиваться в личную жизнь клиентов? Конечно же нет. Но тележка, у которой для обычных случаев есть всего одна скорость, в этот раз ехала, казалось, немного медленнее.

3

      — Ты чего такая белая, Елена? — поинтересовалась Тонкс, когда они вышли из банка.       — Тележка. — коротко ответила та.       — Понимаю… — закивала Джонс, а затем, поглядев на часы, охнула: — Мерлинова борода, я забыла про дежурство! Кингсли с меня шкуру спустит, если я опоздаю больше, чем на две секунды! — и, бросив на девушек немного виноватый взгляд, она с хлопком растворилась в воздухе.       — Ну, у меня нет дежурства. Освободили на сегодня. — пожала плечами Нимфадора. И добавила, хитро улыбаясь: — Зато я знаю, куда мы пойдëм поднимать тебе настроение. Тут есть одно супер-крутое место.       — Ну пошли… — недоверчиво кивнула Елена, и они быстрыми шагами направились вниз по улице.       — Это как же Пожиратели Смерти проглядели такие яркие вывески? — поинтересовалась она, пребывая в полном шоке, когда перед ними во всей красе предстал магазин «Всевозможные волшебные вредилки»       — Наверное, они и сами до сих пор в лëгком шоке. — со смехом ответила Тонкс. Она явно наслаждалась произведëнным эффектом.       Среди всей серости Переулка магазинчик близнецов Уизли был как яркий праздничный фейерверк. В правой витрине за стеклом были выставлены разные товары. Они все без исключения как-то себя проявляли — одни прыгали, другие вертелись волчком, третьи тихонько подскакивали, четвëртые выпускали дым, пятые шустро бегали взад-вперёд: от царившего здесь разнообразия и хаоса рябило в глазах. Но это было не всë.       На левой витрине красовались несколько плакатов. Елена читала, а в душе у неë понемногу зарождалась истерика. Будь она на месте Пожирателей, авторы этих стихов прожили бы очень мало… Самым большим, закрывающим почти всë стекло был плакат фиолетового, как и министерские, цвета, но на нëм красовались не безумные лица Пожирателей, а ярко-оранжевые пылающие буквы.

Почему так всех волнует Тот-Кого-Нельзя-Называть? Лучше пусть народ волнует Тот-Кто-Умеет-В-Кишках-Застревать! Он хитёр, он шустёр! От него с давних пор У всей страны запор!

      — Молли считают, что их за такое убьют в собственных постелях. — заметила Тонкс, глядя на губы Елены, которые беззвучно повторяли «Он хитëр, он шустëр».       — Я с ней согласна. — кивнула девушка, с трудом отводя взгляд от плаката. — Сейчас мы выясним, почему же этого до сих пор не произошло. — с этими словами Елена толкнула дверь лавки       Еë сразу окружила громкая музыка, звуки, издаваемые товарами, и весëлые разговоры волшебников и волшебниц. Последние делились на две категории: те, что пришли с маленькими детьми, и слоняющаяся без дела молодëжь лет семнадцати-восемнадцати. Они все улыбались.       — Тонкс, а откуда столько народу? Учебный год же. — поинтересовалась Елена, протискиваясь к отделу с большой вывеской «Чудо-ведьма».       — Тут всегда так. Люди любят такие места. — улыбнулась та, склоняясь над полочкой с любовными напитками, мимо которых Елена прошла, стараясь не обращать внимания.       — Просто смех продлевает жизнь. — сказал за спиной девушки чей-то очень знакомый голос.       — А сейчас все очень-очень хотят жить долго и счастливо. — закончил фразу ещë один голос, абсолютно такой же, но всë-таки другой…       Елена широко улыбнулась и, повернувшись, кинулась в объятия близнецов.       — А-а-а-а, мальчики! Как я скучала-а-а! — она повисла на их шеях, радостно смеясь.       — А мы-то как скучали, Огонëк! — рассмеялся Фред.       — Ты даже не представляешь! — кивнул Джордж.       — Пусти, задушишь! — синхронно воскликнули они, когда девушка ещë крепче обняла их.       — А вот и нет. Всë под контролем. — заявила она, наконец отпуская их и вставая на пол. — Ну вы и вымахали, конечно. — всë ещë смеясь, она покачала головой: всë время, пока они обнимались, Елена была вынуждена висеть в воздухе, едва-едва касаясь носками сапог пола.       — А у тебя причëска другая. — отметил Фред, с нежностью глядя на подругу.       — А ещë взгляд более живой и радостный. — констатировал Джордж, глядя на Елену с тем же выражением, что и брат.       — Ну, со мной вообще много чего произошло — сказала она и, картинно встав в позу, сделала руками несколько пассов, отчего между ними возникло огненное кольцо из витиеватых рун. Ещë парочка движений, и руны превратились в огненного дракончика, который, следуя за рукой девушки, описал в воздухе несколько восьмëрок и рассыпался дождëм искр.       — Круто. — выдохнули одновременно близнецы и каким-то образом оказавшаяся рядом Тонкс.       — Но пожароопасно. — отметил Джордж.       — Братец прав. Ты же не сожжëшь наш магазинчик? — деланно-серьëзным голосом поинтересовался Фред.       — Вообще мне тут нравится, поэтому думаю, что нет. — улыбнулась она. — К тому же, тут в клетке какие-то очень миленькие пушистые существа. — она махнула рукой себе за спину. — Предать их огню было бы преступлением.       — Это карликовые пушистики. — ответил один из близнецов. — У нас их с руками отрывают девчонки всех возрастов, не успеваем выводить.       — Расходятся быстрее любовных зелий. — кивнул второй. — Кстати, у нас тут живëт ещë одно очень милое и пушистое существо… — и он громко свистнул в два пальца.       Около десяти секунд ничего не происходило, а затем где-то сверху раздался шорох крыльев и на плечо Елены спикировала серо-коричневая полосатая сова с перьевыми ушками на голове. Она ласково щëлкнула клювом и потëрлась лбом о висок хозяйки.       — Скуто! — радостно воскликнула девушка, помогая сове пересесть ей на руку и аккуратно поглаживая перья питомицы. — Я так рада тебя видеть!       — И кого больше? Еë или нас? — хитрым голосом поинтересовался Фред.       — Не задавай глупых вопросов. — посоветовала Елена, целуя сову в лоб. — Конечно же я очень-очень рада наконец снова увидеть мою конфеточку. Да, моя радость? Да? — ворковала она со Скуто, которая отнеслась к этому поразительно благосклонно.       — Нас сместили с пьедестала, Дред. — со скорбным выражением лица заявил Джордж.       — Точно. Теперь мы на втором месте, Фордж. — состроив грустную мину, покивал Фред.       — Парни, а вы не знали? Как путь к сердцу мужчины лежит через желудок, так дорога к сердцу женщины куда быстрее прокладывается животными. — рассмеялась Тонкс.       — Печально. У нас нет шансов. — одновременно произнесли близнецы, а затем заржали в один голос.       Скуто, насытившись нежностями, отдала хозяйке два письма с печатью Хогвартса и перелетела на прежнее место — верхнюю полку одного из шкафов под самым потолком.       Елена распечатала один из конвертов — тот, в котором находились результаты СОВ.       — Ну, до Грейнджер тебе совсем недалеко… — покивал Фред, читающий результаты глядя Елене через плечо. — У тебя всего две «Выше ожидаемого», а остальные «П»!       — Никогда не любила историю магии. А с древними рунами это случайно вышло. — констатировала Елена, глядя на две буковки «В», которые нарушали идеально ровную колонку «П».       — Что вы вообще тут делаете? — спросил Фред у Елены, когда она убрала лист с результатами в карман плаща. — Гермиона рассказала нам, что ты пропала, но в подробности не вдавалась. Снова случилось что-то плохое?       — И да, и нет… — вздохнула Елена. — Тут есть более укромное место?       — Конечно. — кивнул Фред.       — Идите в заднюю комнату, а я предупрежу Верити, чтобы нам не мешали, и присоединюсь. — кивнул Джордж.       — Вы общайтесь, ребят, а я пока пойду. — сказала Тонкс, поднимая сумку на плечо. — Нужно заскочить в несколько магазинов. Елена, давай письмо, я куплю тебе всë, что нужно по списку.       — Вот. — девушка поспешно протянула ей второй конверт с печатью Хогвартса. — Спасибо огромное.       — Да пустяки. — отмахнулась Нимфадора. — Встретимся тут через два с половиной часа.       — Хорошо. — кивнула Елена. — До встречи.       В этот момент перед ними словно из-под земли вырос Джордж.       — Ну, я готов к твоему фантастическому рассказу. — сказал он.       — К такому никто не готов… — покачала головой Елена.       — Мы близки к состоянию готовности. — заверил еë Фред. — Ты не представляешь, какие интересные вещь слышим иногда на работе. Тут хочешь не хочешь, а придëтся укреплять нервную систему.       — Да, без этого никуда! — согласился Джордж.       И, подхватив подругу под руки, они потащили еë в комнату, находившуюся на втором этаже магазина за неприметной дверью.

Один очень запутанный рассказ спустя

      — …Ну, я попыталась всë изложить максимально кратко. — подытожила Елена.       — Ты совершенствуешься. — кивнула вернувшаяся около полутора часов назад Тонкс. — это гораздо понятнее и куда более сжато, чем то, что ты рассказала мне и Римусу.       — Спасибо. Стараюсь. — приняла похвалу Елена.       Близнецы сидели с круглыми, как блюдца, глазами, как завороженные уставившись на подругу.       — Парни, вы как? — осторожно спросила она и несколько раз щëлкнула пальцами перед носом каждого.       — Чума… — выдохнул Фред, с восторгом глядя на неë.       — Это интереснее любой истории, которую я когда-либо слышал! — воскликнул Джордж. — Мы обязаны создать как минимум несколько полок товаров в твою честь! Скажи, Фред?       — У меня уже есть около двух десятков идей. — согласно кивнул тот. — Как тебе новый сценарий «Грëз наяву»? Или «Конфеты со вкусом сладкой морской воды и водорослей»? О, или аналог карликовых пушистиков, только с чешуëй: можно писать формулу для трансфигурации не мышей, а рыбок!       — Или сделать зелье для трансфигурации волшебника в человека-птицу! Как канареечные помадки, только с крыльями и на основе ворона! — с воодушевлением подхватил Джордж.       — Ну всë, процесс пошëл. — рассмеялась Тонкс. — Предприниматели, что с них взять!       — Слушай, Огонëк, мы говорили, что ты потрясающая? — спросил абсолютно ошалевший Фред.       — Да, уже раза три или четыре. — со смехом ответила Елена. — Но я готова слушать это ещë и ещë.       — Я понимаю, что парни готовы ещë долгое время увеличивать твою самооценку до заоблачных высот, но нам пора. — заметила Тонкс, собирая стопку книг и письменных принадлежностей в сумку. — Ещë нужно зайти за формой к мадам Малкин.       — Ты собираешься после таких приключений продолжать учиться в школе? — удивлëнно спросил один из близнецов.       — Хочешь, оставайся у нас? Работа хорошая, нескучная. — предложил другой.       — Я бы очень хотела, правда… Но я должна закончить школу. Мои родители хотели бы этого. — твёрдо помотала головой волшебница, с сожалением глядя на друзей. — Но если через два года возьмëте меня к себе…       — В любое время! — одновременно воскликнули близнецы.       — Ты у нас всегда желанный гость. — улыбнулся ей Фред, обнимая на прощание.       — Обязательно пиши нам. — добавил Джордж, тоже заключая подругу в объятия.       — Конечно. Постараюсь как можно чаще. — пообещала Елена.       — Вот, это прощальный подарок. — Джордж достал откуда-то небольшой мешочек и вручил Елене. — Перуанский порошок мгновенной тьмы.       — Позволяет скрыться с места преступления незамеченной. — подмигнул ей Фред.       — О-о-о, мальчики, спасибо… — она снова их крепко обняла.       — Ты очень сильная, Елена. У тебя всë получится. — заверил еë Фред.       — Главное, верь в свои силы и ни за что не сдавайся. — добавил Джордж.