pink devil

      Вокруг гул, громкие разговоры, шумные стуки высоких каблуков о кафель, шелест разнообразных тканей. Вокруг мечутся модели, стилисты, менеджеры, а также и сотрудники, целиком и полностью отвечающие за необходимое оборудование, свет, подсветку и экран. Весь этот шум и нервные метания смешиваются в громкую какофонию звуков, капая на и без того взволнованную голову. Однако волнение где-то внутри, спрятанное от окружающих за спокойным, рассудительным и дружелюбным — когда это нужно — выражением лица. Челси на невысоком каблуке размеренно постукивают о пол, выделяясь своим неторопливым цоканьем от остальной смеси звуков. Между тонких длинных пальцев левой руки зажат нежно-голубой блокнот, в котором хранится вся необходимая для показа информация, в том числе и личные данные, параметры моделей, в том числе и распределенные наряды с некими заметками, понятные только их создателю — Хван Хенджину.       Однако все конечно не может пройти гладко и без происшествий. Нервозность Хвана выдает синяя ручка в правой руке, которую тот периодически покручивает в руках, и частое подглядывание в блокнот, в котором глаза сверлят одну единственную фамилию и небольшое прикрепленное фото. Уже через полчаса начнется генеральный прогон показа, а Ким Джиу все нет. И ладно, если бы на девушке должен был быть какой-нибудь не слишком замороченный костюм. Но нет же! Платье, являющееся также одним из главных представителей грядущей коллекции весна-лето, шилось специально для параметров модели. Хенджин собственными руками создавал этот шедевр не один день и был более чем доволен результатом. Но вот тебе незадача! Модель бессовестно опаздывает, не предупредив, а Чимин — ассистент Хенджина и по совместительству хороший друг — уже около часа никак не может дозвониться ни до Джиу, ни до ее менеджера.       — Хенджин! — запыхавшийся голос Чимина вырывает из раздумий. Хван прекращает измерять огромное помещение шагами и разворачивается на ассистента.       — Боже, скажи, что они просто телефоны потеряли, а не решили подорвать мой показ, — с нотками раздражения произносит Хенджин, пытаясь окинуть Чимина проницательным взглядом, дабы хоть по настроению того понять с какими новостями он пришел.       — Нет… К сожалению, нет, — он быстро переводит дыхание, так как успел пробежать пару метров по лестнице, пока несся на всех парах сюда. — В общем, Джиу не сможет присутствовать, она ногу вчера сломала. Я дозвонился до менеджера и он сказал, что приносит извинения, — Пак чуть ли не скороговоркой докладывает полученную информацию, наблюдая за сменяющимся потоком эмоций на лице Хвана.       — Пусть извинения свои запихнут знаешь куда! — восклицает Хенджин, мимолетно потирая переносицу пальцами.       — Знаю, прекрасно знаю, но у нас получается минус одна модель. Нам нужно срочно искать замену, — на слова друга Хенджин лишь кивает, безмолвно соглашаясь, так как другого выхода у них нет. Конечно, если бы Хван был слегка более миниатюрным, то он бы и сам смог предстать перед репортерами и многочисленными гостями в своей лучшей, по его скромному мнению, работе за последний год. Однако он немного больше по параметрам, а порвать свой шедевр отнюдь не хотелось.       — Срочно обзванивай менеджеров моделей из запаса, но только тех, кто имеет похожие параметры. Желательно конечно бы кого-то, кто один в один Ким Джиу по телосложению, но выбора у нас особо нет, — он раздраженно-нервно выдыхает, покручивая ручку в пальцах, а затем неосознанно начинает постукивать ей по пухлым губам. Чимин внимательно следит за чужими движениями, впитывая, как губка. — В общем будет чудом, если кто-то сможет вырваться прямо сейчас и мне не придется натягивать платье на себя, — он натянуто рассмеялся на последних словах.       — Я сделаю все возможное! Не могу позволить выйти тебе на подиум и светить своими прелестями перед толпой толстосумов. Некоторые из них кончатся на месте, — хмыкнул Чимин, быстро подмигивая, а затем убегая в обратную сторону, откуда он до этого пришел — прибежал. Хенджин проводил взглядом хрупкую фигуру ассистента, а затем решил пойти к моделям, что уже были готовы, дабы хоть как-то отвлечься.       Либо прошло и правда мало времени, либо это Хенджин настолько погрузился в любимую работу, пока подправлял некоторые элементы одежды на моделях, но уже через несколько мгновений его телефон начал вибрировать, заставив Хвана чуть ли не подскочить.       — Да, Чимин.       — Соён подъедет через двадцать минут, — сразу произнес Пак, решив не затягивать с важной новостью.       — Фух, — Хенджин и правда громко выдохнул, ощущая, как внутреннее спокойствие возвращается на круги своя. — А, подожди, это которая? Ты же знаешь, что я плох на запоминание имен…       — Она просто алмаз для нас. Невысокая, стройная и параметры точь-в-точь Джиу, — радостно провозгласил Чимин. — Вселенная сегодня на твоей стороне, Хван Хенджин, — хмыкнул Пак.       — Да уж… — он тоже немного рассмеялся, перед тем как закончить звонок. Ему определенно повезло.       Хенджин не первый раз проводил показ, не впервые так долго и тщательно продумывал каждый наряд, вкладывая душу в каждую строчку. Однако в этот раз все определенно должно было быть более грандиозно. Во-первых, посадочный зал был правда большим, как минимум больше, чем в последний раз, когда он представлял коллекцию осень-зима. Во-вторых, только во время генерального прохода он, стоя перед подиумом и впиваясь глазами в каждую деталь не только походок, но и собственно созданных элементов одежды, осознал насколько обширную и старательную работу проделал. До этого момента он будто не ведал точное количество образов, что он сегодня представит на показе. Но модели все появлялись и появлялись на подиуме, сверкая своими нарядами. Вопреки тому, что Хван был предельно дотошным и самокритичным, он был доволен. Капля гордости внутри грела душу.       Не могло не успокаивать и то, что Соён приехала ровно к назначенному ее менеджером времени, так что к моменту последнего прогона ее прическа и макияж, которые делали в четыре руки, были готовы. Легкое разлетающееся платье словно было сшито именно для нее, а не Ким Джиу. Оно красиво подчеркивало фигуру, а светлые ткани смотрелись потрясающе в тандеме с идеальными блондинистыми локонами. Хван окончательно успокоился, когда увидел, что его главное творение и причина пары бессонных ночей в надежных руках.       После окончания генерального прогона, оставалось около часа до показа. Теперь пришла очередь Хенджина отдаться в умелые руки стилистов. Ему сделали мокрую укладку, которая смотрелась достаточно необычно на коротко стриженных голубых волосах. Более того, легкий макияж, подчеркивающий нижнее веко и сияющие блестки в уголке глаза сделали его взгляд еще более выразительным. Когда с лицом и волосами было покончено, он поблагодарил стилистов и направился в свою гримерку, так как ему нужно было сменить свой наряд. Сегодня ему тоже предстояло пройтись по подиуму. Конечно он в конце скажет благодарственную речь, в этом не было чего-то необычного, но он также представит и еще один из своих образов, который станет официальным завершением показа и коллекции весна-лето.       Черные облегающие хлопковые брюки, лазурная майка, свободно висящая на его стройном теле, голубая прозрачная блуза без рукавов. Однако, пожалуй, самое главное и любимое Хваном — высокие черные ботфорты, доходящие до середины бедра, в которые заправлены брюки. Ботфорты на пятнадцатисантиметровом квадратном каблуке с таким же фигурным мысом. Нижняя часть каблука голуба-прозрачная, что точно притянет к себе множество заинтересованных взглядов. Целиковый образ выглядит потрясающе, поскольку все сочетается и придает некого волшебства благодаря преобладающему цвету — нежно-голубому. Хенджин оглядывает себя в зеркале, удостоверяясь, что выглядит это роскошно, слегка дерзко, но притягательно. То, что он и хотел. Его свежевыкрашенные волосы будто были созданы для этого образа, поскольку цвет подходит просто идеально. Хван еще раз довольно рассматривает себя со всех сторон в зеркале, перед тем как направиться на выход из гримерки. Вот-вот должен был начаться показ.       Теперь его каблуки еще громче отстукивают об пол, что ласкает его слух. Ему с детства нравился этот звук, но, конечно, мальчик не мог позволить себе носить что-то подобное, однако, не сказать, что он прямо-таки изнывал без ношения каблуков. Не было возможности — он и не задумывался об этом. А сейчас, когда он уже более четырех лет периодически выходит в свет на высокой платформе или же туфлях, ломая гендерные стереотипы, Хенджин привык. Нет, не сказать, что настолько высокие ботфорты, которые на нем сейчас, являются безумно удобной обувью и он бы не вылазил из нее ночи напролет, но по крайней мере они точно больше ему нравятся, нежели истинно мужские оксфорды. Он умеет ходить на каблуках, знает толк в модельной походке и пару хитростей, чтобы ноги не уставали быстро.       Он уже собирается выйти за дверь, дабы направиться к моделям, однако, дверь открывается до того, как он успевает схватиться за ручку. Благо, что дверь открывается наружу, иначе на лбу у Хвана уже бы красовался приличный синяк.       — Хенджин, там… — врывается Чимин, но успевает остановиться, вовремя предотвратить столкновение с грудью Хвана. Слова застывают в горле от вида Хенджина да он и вообще забывает, что хотел сказать, когда намеренно ворвался в чужую гримерку без предупреждения. — Грёбанный пиздец! — вместо окончания предыдущей фразы восклицает Пак, с нескрываемым восхищением сканируя взглядом друга. — Ты, блять, божество во плоти! — продолжает он, с особым интересом разглядывая ботфорты. Чимин вообще был прямолинейным человеком, так что в его словах не было лести или излишней хвалебности. — Беру слова назад, все в зале от тебя и без платья обкончаются.       — Последнее было явно лишним, — рассмеялся Хван, оголяя белоснежные зубы в широкой улыбке. — Но спасибо, — хмыкнул он, похлопав Пака по плечу. — Ты вроде что-то хотел сказать?       — Та черт с ним! Выходи за меня, Хван Хенджин, мой гениальный и самый прекрасный в мире друг, — Чимин поднимает глаза на лицо Хвана, задирая голову, поскольку он в принципе от природы не обладает высоким ростом, а Джин теперь еще и на очень высоких каблуках. — Мне теперь лестница нужна, чтобы тебе в глаза нормально смотреть, а то шея-то затечет, — хмыкает он, однако, в этих словах все еще сквозит исключительно восторгом.       — Я обязательно подумаю над твоим предложением, — рассмеялся Хенджин, обхватывая щеки Чимина своими руками, а затем слегка тормоша. — Ты действительно теперь такой малыш, — умилился он.       — Эй! Но-но-но! Малыш все еще может постоять за себя, — вырвался из хватки Чимин, а затем вышел в коридор. — Пойдем, через пару минут начинается показ. Еще один звездный час моей звездочки, — нарочито всхлипывает Чимин, смахивая рукой невидимую слезу, пока Хенджин проходит мимо него, по доброму закатывает глаза и шепчет что-то по типу «Ты невыносим».       Хван идет немного впереди, а Пак еле поспевает за его гигантскими шагами. Однако вопреки спешке он все же успевает посматривать на ровную походку дизайнера и каждый раз удивляется тому, как же легко и красиво у него это получается. Чимин про себя думает, что стопроцентно бы сломал ногу даже на не особо высоких туфлях, что уж говорить про высоту каблука ботфортов парня перед ним. Восторг да и только!       Стоит им войти в большое помещение, в котором уже выстраиваются модели согласно очереди своего выхода, как Хенджин тут же начинает притягивать всеобщий взгляды. Он идет спокойно, с прямой спиной, неторопливо вышагивая, чуть ли не снося все вокруг своей уверенностью и аурой. Пока он идет к самому началу «шеренги» многие одаривают его комплиментами и провожают завороженными взглядами. Хван слегка тянет уголки губ в улыбке и отвечает сдержанное «Спасибо» на все, что долетает до его ушей.       В зале, по словам ведущего, уже полная посадка, что значит то, что можно уже начинать показ, к тому же и время уже. Пока ведущий приветствует всех гостей и говорит пару слов о грядущем показе, Хенджин произносит напутствие своим моделям, желая всем удачи, настраивая их на лучшую в их жизни проходку.       И вот, ведущий спускается в зал, где для него было приготовлено специальное место, а первая модель, открывающая показ, ступает на подиум. На ней фигурные топ и юбка, оба заужены к низу в форме треугольника и с вставленными косточками, дабы держать форму. Девушка профессионально пролетает до конца платформы, останавливается там на время, вставая в позу, затем разворачивается и возвращается по правой стороне подиума. Слышатся щелчки камер, размеренные овации, восхищенные тихие восклики. Однако первая модель доходит до середины и вот, на платформу ступает уже следующая. В этот раз гости слегка более оживляются, поскольку на идущем парне замысловатые шорты до колена, к которым по периметру прикреплены полосочки ткани, которые разлетаются в разные стороны при его походке. Сверху на нем пиджак с полосатыми прорезями, из-под которых видна смуглая кожа модели. Выглядит это очень интересно и более, чем восхитительно. Люди хлопают громче, а репортеры начинают энергичнее щелкать камерами, не намереваясь пропустить ни одной детали.       Хенджин стоит за «кулисами», провожая и встречая взглядом каждое из своих созданий, задумчиво постукивая пальцем об штанину. Ему ласкает слух то, что он слышит из зала, поскольку казалось, что с каждой новой моделью, зал рукоплещет все больше и больше. В момент, когда вышла Соён, все гости пооткрывали рты, как ему передал ведущий, а затем начали доставать свои телефоны, дабы запечатлеть это произведение искусства. Светлое платье из легкой разлетающейся материи со сборками по краям юбки и цветными молочными вставками по периметру. Верх платья был выполнен в форме корсета, а квадратный вырез смотрелся шикарно. Соён пролетела над подиумом, словно ангел, а затем скрылась за экраном, не дав гостям вдоволь насладиться сие шедевром.       И вот, последняя модель завершает показ, на сцену выходят все модели, вступая на подиум с разницей в пару секунд, тем самым они еще раз демонстрируют всю коллекцию, все образы. Они завершают показ и на подиум выходит Хенджин. Модельная легкая походка, ровная спина, спокойный взгляд — все это пронзает гостей восторгом и чужой уверенностью. Все вокруг замерли в момент, когда на подиум ступили ботфорты, с тех пор так и не выдохнули. Сейчас Хван чувствует на себе сотни пожирающих взглядов, имеющих отнюдь разный характер восхищения. Он доходит до вершины платформы и совершает пару оборотов вокруг своей оси, демонстрируя разлетающеюся ткань туники и свой очередной образ. Гости громче аплодируют, некоторые даже поднимаются со своих мест, дабы выразить высшую степень почтительного восторга, а Хван в ответ тянет пухлые губы в улыбке и слегка кланяется головой, выражая безмолвную благодарность. За этим действом следует благодарственная речь и небольшое словесное описание особо выделяющихся, по его мнению, образов, дабы рассказать что именно он вложил в их создание, а затем на сцену вновь выходя модели, совершая «круг почета», за последней из них уходит и Хенджин. Гости разрываются овациями.       По традиции, после каждого показа обычно устраивается вечеринка для гостей и моделей. Это не только хороший шанс на новые знакомства, занимательные разговоры, но еще и отличная возможность найти новых спонсоров или начать какие-либо сотрудничества. В любом случае, независимо от того устал Хенджин сейчас или нет, он все равно поедет в соседний ресторан, где и устраивается небольшой банкет. Он обязан присутствовать, как минимум для уважения к Чимину, который все это организовал и, как максимум — для процветающего будущего своего модного дома. Сейчас, когда Хван идет обратно в свою гримерку, а сзади плетется Пак, он ощущает, что в крови бурлит возбуждение, поскольку за сегодня он получил достаточно большое количество разношерстных эмоций да к тому же еще и не отошел от показа. Со временем оно сменится на присущее ему хладнокровие.       — Чимин-а, — тянет Хенджин, заходя в гримерку и пропуская следом Пака, а затем закрывая дверь.       — Мм? — он плюхается на небольшое кресло, расположенное около окна.       — На сколько ты забронировал ресторан?       — На два часа, — спокойно ответил тот, зачесывая свои черные локоны назад пальцами. — Мало? — удивился он, поскольку Хенджин ничего не сказал, а лишь повернулся на него. Чимин вопросительно уставился в коричневые глаза напротив.       — Нет, как раз, — он растянул губы в улыбке. — Вряд ли я выдержу больше находится в шумной компании сейчас. Вымотался, — отмахнулся он, начав собирать свою сумку, складывая костюм, что до этого было на нем, в чехол. Также он принял решение все же поменять обувь, надев обратно свои челси на невысоком каблуке.       — Ты так поедешь? — спросил Чимин, замечая, что Хван не собирается переодеваться.       — Да, а что? — бросил через плечо Хенджин.       — Не-не, все чудесно, — махнул рукой Чимин, поднимаясь с кресла, дабы тоже собрать свои вещи.

***

      — Главное улыбайся и благодарствуй, — хихикнул Чимин, тыкнув в бок Хенджина, когда они вышли из машины и направились в ресторан, в котором уже собралось приличное количество гостей, так как парни немного задержались.       — Так говоришь, словно я обычно всех матом покрываю и ругаюсь без разбора, — хмыкнул Хван. — Это по твоей части обычно, — подмигнул Хенджин, оборачиваясь на Пака.       — Ой-ой-ой, — передразнил Пак, закатывая глаза. — Можешь попробовать упасть на какого-нибудь богатого дядю, он разом нам все коллекции на будущее проспонсирует, — хихикнул Чимин, за что вновь получил локтем в бок. — Ауч!       Людей и правда уже собралось достаточно. Благо, что в ресторане убрали столы, тем самым освободив место посередине, что давало возможность не тереться своими телами друг об друга. Они с Чимином прошли в самый центр, дабы оглядеться, однако, не успел Хенджин что-либо рассмотреть, как его уже утянули в разговор. Пак похлопал друга по плечу, решив, что оставит его на съедение многочисленных желающих переговорить с ним.       — Ваш показ был потрясающим, впрочем как и всегда, — тянет подошедший мужчина в строгом костюме, слащаво улыбаясь.       — Спасибо большое, мистер… — задумчиво останавливается Хван, понимая, что впервые видит своего собеседника.       — Мистер Чхве, — произносит мужчина, протягивая руку в знак знакомства. Хенджин кивает, улыбается и отвечает на рукопожатие.       — Вы гениальны, молоды и перспективны. Я бы хотел стать вашим спонсором на следующем показе, как минимум, — произносит Чхве. — А еще вы очень красивы, — добавляет он, заинтересованно оглядывая Хенджина перед собой.       — …спасибо, насчет спонсорства обратитесь пожалуйста к Чимину, господин Чхве, — блевать тянет от этого двуличного мужчины, который уже раздел его взглядом, однако, на лице привычное натянутое дружелюбие, приправленное безразличными глазами. Хенджин знает, как себя вести в обществе, знает, что нужно говорить и как. — Прошу меня извинить, меня ждут другие гости, — улыбается он, кивая. — Приятно было познакомиться.       — Взаимно, — усмехается мужчина, провожая красивое тело пожирающим взглядом. — Сучара высокомерный, — добавляет он тихо, когда Хван уже скрылся в толпе.       Хенджин направился к моделям, некоторые из которых стояли в небольших кучках, обсуждая насущные темы. Стоило ему только произнести приветствие, как девушки незамедлительно начали осыпать его комплиментами насчет образа, показа, коллекции. Хван свободно улыбался, чувствуя искренность и доброжелательность. Он отвешивал комплименты в ответ, хваля за прекрасную проходку, поскольку правда хотелось ответить добром на добро. Он был хорошо знаком со многими моделями из круга, в котором он сейчас находился, так что непринужденная беседа избавила его от слегка неприятного осадка после недавнего господина Чхве.       Однако и здесь он не смог задержаться надолго, поскольку его отвлекла какая-то женщина, которая намеревалась обсудить с ним пару рабочих вопросов. Она вроде как часто помогала с организациями показов, но хорошо знаком с ней был скорее Чимин, который всем этим заправлял, нежели сам Хенджин. Так что они еще раз условно познакомились для того чтобы беседу было удобнее вести.       Когда вопросы с госпожой Ким были решены, Хенджин увидел в толпе блондинистую макушку Соён, решив, что самолично хочет поблагодарить девушку. Он направился прямиком к ней, заметив, что та пока что разговаривала по телефону. Он по пути захватил с подноса у официанта два бокала шампанского. Девушка завидела его издалека, так что поспешила закончить телефонный разговор.       — …возле центрального стола, да. Жду, милый, — этот отрывок разговора Соён услышал дизайнер, после чего Хенджин появился перед ней, протягивая фужер, дружелюбно улыбаясь. Девушка засунула телефон обратно в сумочку, благодарно принимая шампанское.       — Спасибо, господин Хван, — произнесла она, поднимая уголки аккуратных губ в улыбке.       — Вам огромное спасибо. Если бы вы не смогли приехать, то мой любимый шедевр остался бы пылиться в мастерской, — рассмеялся он, делая глоток шипучего напитка.       — Повезло, что у меня сорвалась съемка утром, — пожала плечами девушка, отзеркалив действие Хвана. — Платье правда потрясающее, — проглотив напиток, сказала она.       — Вы в нем бесподобны, — ответил Хенджин, на что девушка специально покрутилась пару раз вокруг своей оси, словно еще раз красуясь, смущенно хихикая.       — Кстати, показ был чудесным. Вы снова превзошли себя, — произнесла блондинка, сверкая восторженными глазами.       — Спасибо, Соён, очень признателен, — кивнул Хван, однако, девушка не успела как-либо отреагировать, так как заметила идущего к ним мужчину.       — Милый, — воскликнула девушка, помахав рукой, словно бы ее можно было не заметить. Хенджин не успел обернуться, дабы посмотреть на кого-то, кто шел прямо к ним, так как стоило повернуть голову вбок, как перед глазами вырос мужчина.       — Господин Хван, познакомьтесь, — просияла девушка, когда подошедший мужчина подошел к ней и мимолетно поцеловал в щеку, а затем наконец обернулся на дизайнера.       — Ли Минхо… — протянул руку мужчина, впиваясь неверящим взглядом в мужчину напротив, впадая в ступор. Глаза Минхо округлились, а рука так и повисла в воздухе.       — …Хван Хенджин, — сглотнул ком в горле он, отвечая на рукопожатие, которое обожгло, словно огонь, всколыхнув внутренности.       — Приятно познакомиться, — тянут оба, не разрывая зрительного контакта. У Хенджина внутри переворот, однако на лице прежнее спокойствие и хладнокровие. У Минхо — беспардонно круглые глаза, удивленно приоткрытый рот и все тот же кошачий взгляд, как и девять лет назад.