Эскорт

Феликс проснулся среди ночи, когда на часах было без пяти минут два. В комнате было темно, душно и всё ещё немного пахло сексом. Ли медленно пришёл в себя, будто с трудом выплыл из вязкого сна. Одна рука онемела от неудобной позы, и он аккуратно подвигал ей, понемногу возвращая чувствительность. Томно вздохнул; в голове и теле ощущалась приятная лёгкость, и он вспомнил, кто подарил эти ощущения. Феликс перевернулся на другой бок, надеясь на второй половине кровати увидеть этого виновника, но наткнулся только на холодную пустоту и смятую подушку. «Ушёл», — проскользнуло в голове. Нет, а на что он надеялся, да и зачем? Они видели друг друга первый раз в жизни, и то почти не разговаривали, и Хёнджин не должен был оставаться и лежать с Феликсом до утра. Он своё отработал и ушёл. Может быть, даже к своей девушке или парню, Ли ведь ничего о нём не знал. Так Феликс утешал себя и старался не замечать, что пустота на второй половине кровати его очень задела. Плюсом ко всему он не помнил, как Хёнджин ушёл. Неужели Ли так быстро уснул, а Хван даже не пытался его разбудить, чтобы попрощаться? И почему казалось, что его использовали, хотя это он вызвал парня, чтобы удовлетворить свои желания? Феликс вздохнул. Напоминанием о том, что Хёнджин вообще был здесь, оставался только небольшой дискомфорт в пояснице и липкая кожа бёдер и ягодиц, но это ненадолго. Всё исчезнет, как только он сходит в душ. Феликс лениво поднялся и прошёл в ванную, чтобы смыть с себя следы секса. Но когда проходил мимо зеркала, остановился и посмотрел на своё отражение: волосы были растрёпаны, губы краснели в полумраке комнаты так, что одного взгляда было достаточно, чтобы понять, чем он занимался. Он коснулся пальцами нежной кожи и, не сдерживая глупую улыбку, повёл рукой ниже, на шею и грудь. Память подкидывала воспоминания, как Хёнджин целовал его, но на теле не было ни одного следа, и Феликс успел немного расстроиться, пока не повернулся боком. Ахнув, он подошёл ближе, чтобы рассмотреть тёмные пятна на бёдрах и ягодицах: чёткие следы пальцев синели на белой коже. Глупо, но Феликсу слишком понравилось такое явное свидетельство несдержанности Хёнджина. Правда, если это увидит кто-то из стаффа — упрёков не избежать. Проведя ладонью по коже, будто убеждаясь, что это не стереть, Феликс подумал, что настолько коротких вещей их стилисты ему никогда не предлагали и вряд ли кто-то заметит синяки до того, как они сойдут. Решив, что в случае чего скажет, что ударился на тренировке, он подмигнул отражению и скрылся в ванной. Через пятнадцать минут он вернулся в спальню одетым в тёмную шёлковую пижаму, ткань которой приятно холодила кожу. От тёплой воды Феликса совсем разморило, и он уже предвкушал, как продолжит сон, но совсем забыл о беспорядке в комнате. Обречённо простонав, он нехотя стянул с кровати простынь, наволочки, пододеяльник и перестелил постель, а грязное бельё оставил кучей лежать на полу: уберёт завтра. Он заметил использованный презерватив и разорванную упаковку от него и выкинул всё в мусорное ведро в ванной. Вернувшись, открыл окно на проветривание, погасил свет и забрался, наконец, под одеяло. Блаженно потянулся, перевернулся на живот и обнял подушку. Перед тем как уснуть, он успел поймать себя на мысли, что хотел бы вместо подушки чувствовать тело Хёнджина.

***

Наступило утро. Плотные шторы на большом окне комнаты не пропускали солнце, но один луч всё равно пробивался через маленькую щель и ярким пятном ложился на противоположной стене. Феликс сощурился, едва проснувшись, и взглядом нашёл часы: девять утра. Сегодня у группы была запланирована только фотосессия в час дня, поэтому он проснулся без будильника в виде криков Бан Чана. Им нечасто выпадала возможность поспать утром, да и вообще со сном была напряжёнка из-за очень плотного графика, поэтому такие дни были на вес золота. Как и ленивые завтраки в полном составе. Как доказательство, снизу донеслись приглушённые голоса и смех парней. Настроение поползло вверх. Феликс быстро поднялся, умылся, как был, в пижаме (что было тоже своего рода традицией для таких завтраков), спустился на первый этаж и приветственно помахал всем рукой. За большим, круглым столом в центре просторной столовой, совмещённой с кухней, свои места уже заняли Минхо, Джисон, Сынмин и Чанбин. Бан Чан, видимо, сегодня был за повара и готовил вафли, а Чонин крутился вокруг него и было не понятно, помогал он или мешал. Феликс потянулся к графину с соком, налил и немного отпил. Мысленно он снова вернулся во вчерашний вечер и поэтому не сразу заметил хитрый взгляд Минхо. Будь Феликс внимательней, сразу бы пресёк попытку того поупражняться в юморе. — Как спалось? — осторожно начал Ли Ноу и с трудом сдержал улыбку. Феликс не почувствовал подвоха в вопросе и спокойно ответил: — Отлично. А вам? — этим вопросом он подразумевал и Джисона, ведь те живут в одной комнате. — Неплохо… — протянул Минхо и продолжил: — «Отлично» — это значит, что ты выспался и не будешь сегодня без повода на всех орать? Феликс виновато опустил глаза. Сейчас, когда он был удовлетворён и спокоен, ему стало стыдно за своё поведение. Вчера он явно был не в себе и поэтому поспешил извиниться. — Простите, что сорвался и накричал. Я плохо себя чувствовал, — тихо произнёс Феликс и посмотрел на Сынмина, а затем на Чонина. Парни кивнули с улыбкой. Они не держали зла на Феликса, плохие дни бывают у каждого. Но Минхо не отстал и сказал то, ради чего затеял этот разговор: — А вылечил тебя вчерашний таинственный красавчик? Джисон толкнул своего парня ногой под столом и взглядом попросил заткнуться. До Феликса дошло, к чему клонил Минхо, и ему стало чудовищно неловко. Он почувствовал, как жар расползался по щекам и шее. То, что вчера все в доме слышали их, он понял только сейчас. Феликс постарался взять себя в руки и ответил максимально непринуждённо: — Нет, мы просто… общались, — всё же запнулся он на последнем слове и посмотрел в глаза Минхо. Все остальные молча наблюдали за диалогом, а у Бан Чана даже подгорела вафля. Он выкинул её в мусор и с улыбкой начал делать новую. Его развеселила попытка подколоть Феликса. Чану лучше других было известно, чем занимался младший с парнем из агентства, и простым общением это назвать можно было с большой натяжкой. Его мысль озвучил неугомонный Минхо: — А, так вот как это называется. Хани, — повернулся он к уплетающему вафли Джисону, — ну тогда значит, что я каждую ночь тоже просто «общаюсь» с тобой. Что ты на это скажешь? Джисон подавился едой, откашлялся и схватил стакан с соком. Он медленно пил, надеясь, что Минхо устанет ждать ответ и вернётся к Феликсу, который по цвету уже практически слился с красной футболкой Чанбина. Но сок кончился, а Минхо всё ещё выжидающе смотрел, и Хану пришлось отвечать: — Ну, если Феликс найдёт себе такого же хорошего, — он еле сдерживал смех, — такого же хорошего собеседника, то я буду рад за него. Думаю, как и все. Минхо засмеялся на слова Джисона и чмокнул его в щёку. Он хотел сказать что-то ещё смущённому до предела Феликсу, но в разговор вмешался Бан Чан. Он поставил последнюю порцию горячих вафель на стол и дал Минхо лёгкий, шуточный подзатыльник: — Ешь сам и дай поесть остальным, любопытный. Нам скоро выезжать уже. — Да ещё три с половиной часа! — спорил тот. — Пока поедим, пока соберёмся, особенно зная тебя и Джисона. Пока доедем. Место съёмки на другом конце города. Наверняка простоим в пробках. Ещё аргументов или достаточно? — милейшим тоном выдал Чан и выжидающе посмотрел. Минхо понял, что спорить дальше было реально глупо и бесполезно, и, показав старшему язык, молча потянулся к вафлям. А Феликс просто тихо обрадовался, что фокус сместился с него, и мысленно поблагодарил Чана. Конечно, Минхо не оставит эту тему просто так и наверняка ещё найдёт момент, чтобы устроить Феликсу допрос с пристрастием, но тогда он хотя бы будет готов к этому. Почему-то, спускаясь к завтраку, Ли даже не подумал, что все мемберы были в курсе его вчерашнего «рандеву», хотя стоило бы догадаться. В стонах и криках он себя совсем не сдерживал, но это всё Хёнджин виноват. Определённо.

***

В назначенное для фотосессии место группа добралась почти вовремя, задержавшись на каких-то пятнадцать минут. Но главный менеджер паниковал, встречая их уже внутри огромного ангара, разделённого на разные стилевые зоны. Он мельтешил перед Бан Чаном, что-то неразборчиво кричал и подталкивал айдолов в сторону гримерки, не переставая тараторить на какой-то жуткой смеси корейского и французского. Парни успели разобрать лишь несколько слов, из которых было понятно только «фотограф», «оплачено» и «быстрее». Отмахнувшись от невысокого мужчины, как от мухи, Чан поспешил скрыться вместе с парнями в гримёрке. Никому особо не нравился этот новый полукореец — полуфранцуз в их команде, но он был профессионалом своего дела, поэтому пришлось потерпеть какое-то время. В просторной комнате парней сразу расхватали визажисты. Феликсу больше всего нравилась эта часть преображения, будь то концерт, фотосессия или съёмки клипа. Он радовался, что хотя бы полчаса мог посидеть спокойно и молча, просто отдавшись рукам профессионала и погрузившись в свои мысли. Но когда в соседнее кресло уселся Минхо, Ликс понял, что его лишили и этих драгоценных минут покоя. Он мысленно простонал и закрыл глаза. Может быть, его не заметят?.. Но через минуту он уже услышал тихий знакомый голос слева, который принадлежал совсем не визажисту: — Он был так хорош? Феликс открыл глаза и, не поворачивая головы, покосился на старшего. Девушка-визажист только начала накладывать макияж, увлажняя кожу Феликса вкусно пахнущим кремом. Если бы не вездесущий Минхо, он бы уже наслаждался процедурой, но вместо этого пришлось отвечать: — Кто? — Феликс не оставлял надежды съехать со щекотливой темы. Ну а что, вдруг получится? Рядом послышался вздох и следом тот же полушёпот: — Твой партнёр по ночным беседам. Феликс посмотрел на своего мейкапера, затем на мейкапера Минхо и снова опустил веки. Конечно, он знал: все люди, работавшие с ними, подписывали кучу бумаг, что «всё, что видится и слышится ими внутри команды, остаётся там же и не разглашается», и это отлично работало благодаря огромным штрафам и угрозе суда, предусмотренных за нарушение этого условия. Но Феликсу, в отличие от Минхо, которого, как всегда, ничего не смущало, всё равно было неловко обсуждать при посторонних такие подробности. Видимо, его молчание затянулось, потому что он почувствовал пинок в левую ногу. Нет, покоя сегодня не будет. — Тебе в подробностях расписать или будет достаточно моего короткого «очень»? — прошипел Феликс и ощутил прикосновение пушистой кисти на лбу и щеках. Значит, уже скоро дойдут до губ, и у него будет законное право помолчать. Но пока он снова слышал любопытный голос: — Не надейся, так просто ты не отделаешься. Я жду подробнейшего доклада о твоём вчерашнем вечере, иначе не усну сегодня. Я и вчера не мог, пока вы не угомонились. Пришлось даже Хани будить, чтобы отвлечься от ваших стон… Минхо не дал договорить наигранно-строгий голос его мастера: — А теперь пять минут тишины, дорогой. Дай мне хорошо сделать свою работу. Ли Ноу пришлось замолчать, а Феликсу захотелось расцеловать милую девушку. Он уже сам был готов встать и начать красить Минхо губы, лишь бы тот заткнулся хоть на секунду. Через полчаса, когда макияж и укладка были готовы, парням оставалось только переодеться в приготовленную одежду. В этом им помощь посторонних не требовалась: каждый образ украшала именная бирка, и перепутать что-то было нереально. Феликс нашёл свой комплект вещей на вешалке, и, когда он увидел его, по спине пробежали мурашки. Чёрт, такой подставы он не ожидал. Почему именно сегодня? Он оглядел вещи, надеясь, что ему показалось, но нет. Стилисты собрали для него образ из разноцветного свитера с длинной бахромой, коричневых шорт и чёрных гольфов. Ах да, ещё кеды. И всё бы ничего, Феликса наряжали и не в такое, но его буквально повергли в шок шорты. Даже не примеряя их, он понимал, что они были слишком короткими, а это значило только одно: синяки на его бёдрах, оставленные Хваном, через пять минут станут достоянием всей команды. Этого допустить было никак нельзя, иначе достанется и ему, и, что пугало почему-то больше, Хёнджину. Феликс пораздумывал несколько секунд и не нашёл ничего лучше, чем позвать Бан Чана. Старший обязательно что-нибудь придумает, Ли был уверен. Феликс поискал глазами и увидел того в другом конце комнаты, уже одетого и что-то шепчущего на ушко макнэ. Чонин первым заметил машущего Ликса, что-то сказал старшему, и тот озадаченно обернулся. Феликс жестом подозвал его к себе, и Чан торопливо пошёл в его сторону. Когда лидер почти поравнялся с Феликсом, тот утянул его за вешалку с костюмами и испуганно прошептал: — У нас проблема. Бан Чан не сразу догнал, что происходит. Вид у Ли был испуганным, и он успел испугаться тоже, поэтому взволнованно ответил так же шёпотом: — Ты о чём? Что случилось? Феликс тыкнул пальцем в шорты: — Это случилось! Я не могу их надеть! — Размер не подходит? Ли аж подпрыгнул на месте: — Какой размер! Я не могу их надеть, потому что они слишком короткие, а у меня все ляжки в синяках! Представь глаза стаффа! А менеджер, наверное, и корейский забудет вместе с французским! В голове старшего быстро сложились два плюс два: — Чёрт, я же ему говорил про это! Специально акцент сделал, как раз чтобы таких ситуаций не было! Ну Хван… — Бан Чан злился, вспоминая вчерашний визит, а Феликс попытался оправдать Хёнджина: — Чан, он не специально, просто так получилось. Не надо ему ничего говорить, пожалуйста. Лучше придумай, что делать с этими шортами сейчас. Чан молча обвёл взглядом комнату, после чего выдал: — Давай я аккуратно замажу, синяки вроде бы не слишком сильные. Другого выхода не вижу. — Как я сам не догадался. Ты гений! Тащи тональник, а я пока переоденусь. Пока Феликс переодевался, старший ушёл к зеркалу в поисках крема. Когда он вернулся с нужным тюбиком, Феликс был уже полностью одет. — Тебе очень идёт. Сейчас только пару моментов исправим, — с улыбкой сказал лидер и присел на корточки перед Феликсом. Через пять минут стараний следов как ни бывало, и Феликс со спокойной душой вышел к фотографу вместе со всеми. Фотосессия получилась очень удачной, и никто даже не подозревал о маленькой тайне Феликса, которая приносила ему сладкое удовольствие. Ведь носить следы Хёнджина на теле ему почему-то слишком понравилось.

***

В дом группа вернулась около девяти вечера. Фотограф оказался очень требовательным и дотошным, так что съёмка одного человека занимала минимум полчаса, плюс общие фото в конце, из-за чего всем пришлось ждать, пока отснимут каждого. Под конец Феликс уже практически ненавидел фотографа, и казалось, его мысли разделяли как минимум все мемберы и половина стаффа. Даже тот вечно кричащий менеджер был на грани совершения убийства. По пути домой Чанбин предложил купить готовой еды в ресторане и не утруждаться приготовлением ужина, всё равно сил на это не было ни у кого. Предложение приняли единогласно. Поэтому сейчас Феликс лежал в постели после часового релакса в тёплой ванне и лениво уплетал лапшу. Есть в кровати было не самым лучшим решением, но он был настолько расслаблен, что сил, чтобы спуститься вниз, просто не было. И что-то подсказывало ему, что все остальные тоже ужинали по комнатам. Даже Минхо не пришёл устраивать свой страшный допрос, которым угрожал днём. Расправившись с едой за десять минут, Феликс оставил пустую коробку на столике у кровати. Да, ему было лень даже встать, чтобы выкинуть её, и за это было совсем не стыдно. Он сделал пару глотков воды из стакана, что стоял на том же столике, выключил светильник и заполз под одеяло. Рука потянулась к телефону, и через секунду блокировка была снята отпечатком пальца. «На пять минут зайду в Инстаграм и спать», — подумал Ли. Он зашёл с аккаунта группы и опубликовал селфи, которое сделал сегодня днём. Под фото сразу посыпались сотни лайков и комментариев. Феликс улыбнулся: он любит всё это, любит популярность и признание, любит стей и ни дня не жалел, что выбрал карьеру айдола. Он недолго читал восторженные отзывы, смотрел ленту и переключился на другой аккаунт. Это была пустая страница без единой фотографии, но имя его. Мало ли Феликсов в мире, верно? Он листал ленту теперь уже по своим собственным интересам: фото животных, больше собак (Феликс очень мечтал о собственном питомце, но пока обстоятельства не позволяли), страница об Австралии, личные странички близких, школа массажа, кулинарные аккаунты и страница ЛГБТ+. Ли понял и принял свою бисексуальность довольно быстро и безболезненно ещё в школе. Ему нравились и девушки, и парни, но к последним Феликс испытывает всё же более сильное влечение. Особенно к таким, как Хёнджин. Мысли снова вернулись к нему. Феликс думал о вчерашнем вечере и уговаривал себя не заводиться от одних воспоминаний, но воображение уже рисовало в голове лицо Хвана, его руки и остальные привлекательные части тела. Ли на секунду прикрыл глаза, всё ещё держа в руках телефон, и, когда открыл, пальцы уже начали вводить в строку поиска «Хван Хёнджин». Интернет немного завис, как назло, и Феликс в нетерпении прикусил губу. Но вот результаты загрузились, и четвёртым в списке Феликс узнал знакомое лицо в маленьком кружке аватарки. Сердце ёкнуло. Он в нетерпении нажал на аккаунт и открыл страницу: фотографий было немного, но они были. Вот Хёнджин на берегу моря (над фото стояла геолокация острова Чеджу), следом шло селфи в зеркале, и Феликс жадно рассматривал крепкие руки и плечи. Потом, среди нескольких фотографий природы и архитектуры, Ликс нашёл фото с собакой и улыбнулся: зверёк такой маленький и милый, он очень подходил Хёнджину. К концу просмотра фотографий Феликс был настолько взбудоражен, что совсем забыл о сне. Он гипнотизировал кнопку «написать» и в итоге отложил телефон. Феликс знал, что ему не стоило продолжать общение, ведь это явно выходило за рамки дозволенного, но через минуту он снова взял смартфон в руки. Чёрт, он видел этого парня единственный, к тому же первый раз в жизни. Так почему и чем тот так зацепил его, что Феликса сейчас разрывало от соблазна поговорить с ним? Нет, этого нельзя делать. К тому же аккаунт Ли был пустым, скорее всего, Хван даже не ответит ему. Феликс снова открыл уже полюбившееся ему селфи у зеркала, любовался минуту и сдался. Нажал на «написать», открылся пустой чат. Хёнджин был не в сети, и от этого было не так страшно. Феликс подумал какое-то время и, не придумав ничего лучше, написал: «Привет, Хёнджин. Это Феликс из Stray Kids».