Часть 17 «l» Зимние каникулы в Хогвартсе
3 июня 2023 г., 15:00
В конце декабря, Гарри совсем не хочется уезжать из школы к Дурслям, тем более на Рождество у дяди с тётей будет гостить противная Марджори — родная сестра дяди Вернона, а Гарри её терпеть не мог, из-за гнусного характера и склочной манеры поведения.
В последний учебный день, перед каникулами, набравшись смелости, мальчик идёт к своему декану и просит его позволения на пребывание в школе.
Расспросив Гарри о причине сей просьбы, Снейп одобряет его желание и подписывает пергамент с разрешением.
Обрадованный Гарри сообщает Рону о своём нахождении в школе во время каникул. Узнав об этом, Рональд также изъявляет желание остаться в замке с другом.
Профессор Макгонагалл дала добро на это, предупредив о соблюдении неукоснительных школьных правил и днём, и ночью.
На радостях, мальчик соглашался со всем, кивая головой, представляя двухнедельные каникулы в замке.
В канун Рождества, редкие студенты и преподаватели, собираются на ужин в празднично украшенном Большом зале. Студентам разрешено было занять один стол, чтобы упростить эльфам задачу сервировки столов.
— Не забудь загадать желание перед сном, просто напиши на клочке пергамента свою самую сокровенную мечту и положи под ёлку. Если бумажка исчезнет — желание сбудется. Я уже так делал — сработало, — инструктировал Рон своего друга, с аппетитом уплетая жаркое из индейки.
— Хорошо, Рон, но вряд ли у меня сбудется то, что я напишу, — произнёс немного грустно Гарри, разделывая сочное мясо столовыми приборами.
— А ты попробуй — вдруг
получится, — без обиняков сказал Рон, продолжая энергично жевать поджаренное мясо.
— Ладно, воспользуюсь твоим советом.
Оставшееся время до отбоя, мальчики играют в волшебные шахматы, здесь же, в Большом Зале, посматривая, как Хагрид и другие учителя наряжают при помощи заклинаний, пушистую высокую ель.
Придя к себе в спальню, Гарри делает так, как советовал Рон — пишет своё желание, но не из разряда несбыточных, а вполне реальное, хотя, Гарри не уверен и в нём тоже.
Положив маленький лист пергамента под нарядную ёлку в гостиной Слизерина, Гарри отправляется в душ, размышляя над своим вынужденным одиночеством. Жаль, что никто из его соседей не остался в замке, вот если б с ним был Драко, то Гарри уговорил бы его сыграть в шахматы и прокатиться на санях, запряжённых тремя белыми лошадьми…
Но Драко нет нужды оставаться в школе на такие длинные каникулы: у него есть родители, которые с нетерпением будут ждать его на вокзале Кингс-Кросс.
Гарри тоже так хотел, чтобы его встречали родители, а не родственники, которые считали его никчёмным и странным.
Улёгшись в свою постель, Гарри снимает очки и заворачивается в тёплое одеяло, смотря на пять пустующих кроватей, аккуратно заправленных и неизбежно навевающих грусть.
***
За праздничным ужином, в честь приезда Драко домой, у него с родителями происходит обстоятельный разговор. — Драко, сынок, ты смог подружиться с Гарри Поттером? — спрашивает отец, следя за Драко глазами и без труда читая ответ на его сконфуженном лице. — Не совсем. Он предпочёл дружить с Уизли. — Как это? Неужели ты ничем его не зацепил за все четыре месяца учёбы? — с угрожающими нотками спросил мистер Малфой у порозовевшего Драко. — Дорогой, я уверена, у Драко будет достаточно времени, чтобы сблизиться с Гарри. Мальчики ведь такие разные, — встала на защиту сына Нарцисса. — Он должен был сделать это ещё в поезде, первого сентября, — не унимался Люциус. — Не будь таким требовательным. От этого не будет толку, если ты будешь давить на Драко. Он достаточно взрослый, чтобы выбирать себе друзей. — Что ж, в его же интересах, переманить Поттера на свою сторону, отбив у Уизли, — вкрадчивым голосом произнёс Люциус, пристально глядя на сына. Драко кивает, якобы соглашаясь, но внутренне не разделяя энтузиазма отца, относительно дружбы с Поттером, тот уже не бросит своего рыжего дружка, а Драко не собирался конкурировать с Уизли за дружбу Поттера. Чушь какая-то!***
Утром, едва раскрыв глаза, Гарри бежит в гостиную, проверять правдивость слов Рона, или свою удачливость. И каково же было его удивление, когда он не обнаружил маленького листа пергамента, оставленного вчера ночью. Сразу стали закрадываться сомнения: а вдруг кто-то подшутил над ним и специально убрал его глупую записку?! Из слизеринцев осталось несколько учеников-старшекурсников, нормальных ребят, которые вряд ли б стали шутить над ним и выискивать под ёлкой записки первокурсника. Гарри ещё кое-что замечает под ёлкой: прямоугольный свёрток в изумрудной подарочной бумаге, к которому был прикреплён конвертик, адресованный ему! Не до конца осознавая, что это правда, Гарри осторожно берёт свёрток в руки и живо удаляется в спальню, чтобы там, без свидетелей, распаковать свой неожиданный подарок. Изумлению Гарри не было предела — его подарком была необычная мантия, из струящейся серебристой ткани! Надев загадочную вещицу, Гарри поразился её свойствам: его тело полностью стало невидимым! — Круто! Желая узнать, кто же был отправителем, Гарри распечатывает конвертик и читает коротенькое послание: «Эта мантия принадлежала твоему отцу. Он отдал её мне после твоего рождения, попросив сохранить в целости, так как не хотел, чтобы об этой чудной вещи узнали недоброжелатели. Теперь мантия по праву принадлежит тебе, используй её волшебные качества по своему усмотрению». Гарри так и остался не осведомлён от кого был подарок, но очень был доволен, что этот человек сохранил мантию и отдал её ему. Ко всему прочему, сладкие презенты также прилагались к подарку: блестящий кулёк с несколькими шоколадными батончиками, глазированными орехами и фруктовой пастилой. Гарри не терпелось скорее поделиться со своим необычным подарком с Роном и посмотреть на реакцию друга. Наспех умывшись и переодевшись в вельветовые брюки и тёплый вязаный свитер, Гарри аккуратно сворачивает волшебную мантию и быстрым шагом идёт на выход из гостиной, прямиком в Большой зал. Там он замечает Рона, в вязаном бордовом свитере с буквой «Р» на груди, улыбаясь другу и присаживаясь рядом на скамью. — С Рождеством, Рон. — С Рождеством, Гарри. Что это у тебя? — Рон заинтересовывается свёртком в руках у Гарри, но мальчик не спешит раскрывать подарочную упаковку перед остальными студентами, тихо шепнув Рону: — Рон, после завтрака, я покажу тебе свой подарок. — Хорошо, — Рон соглашается, принимаясь за завтрак и расспрашивая Гарри о выполнении его совета. Гарри утвердительно кивает, сообщая, что записка с желанием исчезла. Рон хлопает по его раскрытой ладони, выражая радость за везение друга и хвастается, что и его желание тоже осуществится. — Ну же! Разворачивай скорее! Рон с нетерпением и блеском в голубых глазах, поторапливает Гарри, едва они скрываются от посторонних глаз в беседке, рядом с можжевеловым кустом. — Вот мой подарок. Гарри демонстрирует другу Мантию-невидимку и Рон с немалым восхищением рассматривает струящуюся серебристую ткань, осторожно прикасаясь к шелковистой поверхности. — Вау! Кто тебе её подарил, Гарри? — Я не знаю. В записке не было имени отправителя. Гарри протягивает Рону послание, тот его читает и строит разные догадки по этому поводу. — Может, это кто-то из родственников твоего отца? — Может быть. Или кто-то из знакомых, с кем он был в хороших отношениях. — В любом случае, тебе очень повезло. Иметь Мантию-невидимку — круто. — Я предлагаю сегодня же испробовать её в действии: будем незаметно перемещаться по школе. — Здорово! Мальчики осуществляют свой план в этот же день, поздно вечером, встречаясь на втором этаже замка. Укрывшись мантией, они поднимаются на запретный третий этаж, подходя к двери, за которой жил Пушок. Оттуда доносится неясное бормотание и, друзья, движимые любопытством, приоткрывают деревянную створку, применив заклинание «Алохомора». Приоткрыв дверь, мальчики смотрят сквозь ткань мантии и видят Хагрида: лесничий без боязни трепал Пушка по его огромным ушам и что-то ласково приговаривал. Рядом валялись обглоданные кости какого-то крупного животного, а три огромные миски были пусты, очевидно, Пушок только что закончил ужинать. — Гарри, идём отсюда… что-то мне не по себе, — пожаловался Рон, тронув Гарри за плечо. — Да, мне тоже. Идём. Мальчики прикрывают дверь и чуть не выдают себя вскрикнув от неожиданности: мистер Филч, вместе со своей кошкой миссис Норрис, брёл по этажу и делал это настолько тихо, что буквально каких-то пара метров и столкновения лоб в лоб не избежать. — Кто здесь?! От меня не уйти, я найду тебя, где бы ты не прятался! — зловеще предупредил смотритель, подсвечивая ручным фонарём коридор. Гарри с Роном пустились наутёк, особо не разбирая дороги, лишь бы не быть пойманными, ведь их топот ног был слышен Филчу и он бы мог запросто загнать их в тупик, так как знал все закоулки Хогвартса и потайные ходы. Об этом неоднократно повторяли близнецы, строго запретив мальчикам портить отношения с Филчем и не попадаться с провинностями. «Старайтесь жить весело, но при этом не отсвечивайте», — таков был девиз Фреда и Джорджа. Младшего брата они учили такому же принципу действия, Рон мотал на ус и поддерживал репутацию порядочного студента, во всяком случае по поведению: некоторые предметы были для него трудны и непонятны, а практика и вовсе удавалась через раз. — Сюда, Рон! Гарри открывает неприметную дверь и тут же останавливается, увидев в полумраке коридора двух учителей: Снейпа и Квиррелла, о чём-то тихо толкующих. Рон силится рассмотреть заминку в их маршруте, выглядывая из-за плеча друга: — Что такое, Гарри? — Идём другим путём. Им кое-как удаётся обойти учителей, и прошмыгнуть в боковую дверь, как можно тише открывая её и оглядывая помещение, прежде чем переступить порог пустой комнаты, с одним лишь странным зеркалом, на вид — очень древним и с магическими свойствами: едва мальчики попали в его отражение, они тут же увидели свои самые заветные желания. — Рон, я вижу своих родителей! — воскликнул восторженно Гарри, подойдя вплотную к зеркалу и дотрагиваясь до его глади кончиками пальцев. — А я вижу себя с кубком школы! Я капитан команды по квиддичу! — Что это за зеркало? Я вижу умерших, а ты будущее. Так, получается? — Я не знаю, Гарри. В Хогвартсе полно всяких волшебных вещиц, и, походу, мы наткнулись на одну из них. С этого момента жизнь Гарри стала намного счастливее: он посещал комнату каждый день во время каникул и подолгу смотрел на своих родителей, которые улыбались ему, но, всегда молчали, что бы Гарри им не говорил и о чём ни спрашивал. В последний день каникул, его уединение нарушил директор Дамблдор, войдя в помещение и заводя с мальчиком разговор, о вреде зеркала. Директор объяснил Гарри в чём это выражается: оно не показывало ни прошлого, ни будущего, не исполняло желания, а только лишь создавало иллюзию мнимого счастья, не давая полного ощущения счастья. Из-за этого, люди отчаивались, впадали в уныние и постепенно сходили с ума. Дамблдор не желал такой участи для своего особого ученика, поэтому он оповестил Гарри, что зеркало перенесут в безопасное место, и оно больше не принесёт никому страданий. Придя в свою гостиную, которая уже не была тихой и безлюдной, как все эти две недели, Гарри торопится в спальню, чтобы выплеснуть все эмоции на бумагу, зная, что ему станет от этого легче, ведь он не единожды доверял своему дневнику все переживания, мысли и значимые события. — Гарри! — Мэгги Стоунс не даёт ему скрыться незамеченным, вскакивая с дивана, оставив свою подругу и устремляясь к Гарри. — Привет! — Мэгги улыбается, глядя в глаза лучистым взглядом, доставая что-то из кармана вязаной кофточки. — Привет, Мэгги, — Гарри улыбается ей в ответ, наблюдая, как девочка увеличивает заклинанием крохотный подарочный кулёк. — Я слышала, что ты не ездил домой на каникулы, поэтому я хочу немного порадовать тебя и вручить маленький подарок, — произносит жизнерадостно Мэгги, протягивая презент Гарри. — Спасибо, Мэгги, — Гарри берёт из её рук подарок, немного смущаясь внимания к себе. — Угощайся, Гарри. Может посидим, поболтаем? — Ладно, — кивает Гарри, направляясь вместе с Мэгги к дивану. Он проводит в её обществе какое-то время, всё поглядывая на наручные часы. «Почти десять… Драко скоро ляжет спать, ведь он рано засыпает, а я не видел его две недели…» Попрощавшись с Мэгги, Гарри уходит в спальню весьма вовремя: кровать Драко была пуста, очевидно, мальчик был в душе, как и Тео с Блейзом. А вот Грегори с Винсентом были уже в кроватях, переговариваясь между собой, помахав Гарри в знак приветствия. На их тумбочках громоздились открытые подарочные кульки, недоеденные сладости, обёртки, фантики, с серебристой буквой «М» — это означало, что все лакомства были от личного кондитера Малфоев. Усевшись на свою кровать, Гарри берёт в руки дневник, намереваясь сделать записи. Набросав несколько строк, Гарри убирает тетрадь в тумбочку и начинает готовиться ко сну: расправляет постель, собирает душевые принадлежности в холщовый мешок, стаскивает с себя вязаный свитер, бросая его на кровать. Покинув ванную комнату, Драко видит Поттера, в каком-то отрешённом состоянии ползающего по комнате, собирающего свои шмотки для похода в душ. Драко замечает яркий подарочный кулёк у него на тумбочке и он невольно задумывается: кто же вручил его Поттеру? Уизли ж вроде не уезжал домой, тогда, скорее всего, старшие братья постарались. — Привет, Драко. — Привет. Драко немного хмурится, так как он сейчас как придурок, будет вручать Поттеру второй рождественский подарок. Перед отъездом в школу, мама положила в его чемодан пять кульков с гостинцами, сказав при этом: «Раздашь эти презенты своим мальчикам, по приезду в школу», одарив сына предупреждающим взглядом. Призвав подарок, предназначенный для Поттера, Драко вручает его мальчику, явно не ожидавшего от него такой милости. — Поттер, это тебе, от моей мамы. — Спасибо, Драко. Поблагодари от меня свою маму, в письме. — Непременно. Гарри кладёт подарок в тумбочку, чувствуя душевный подъем и решает немного расспросить Драко о пребывании дома. — Как у тебя прошли каникулы? — Неплохо. Драко задёргивает половину полога, беря в руки книгу, не желая болтать с Поттером, как приятели, его отношение к нему не изменилось ни на грамм. — Понятно. У меня также. Гарри вздыхает и отправляется в душ, слегка разочарованный холодностью Драко. Мог бы проявить чуточку больше любезности, а не быть необщительной букой.
