Темные коридоры

В тот же день. Комиссар Августин Мерцелиус.

- Господин комиссар!- вытянулся по струнке комиссар-кадет Тадекит Сугулт, стоило мне зайти в помещение небольшой кальянной.- Рядовые Лисар Алрит и Нирт Гленкан по вашему приказанию доставлены! Я посмотрел на обоих рядовых гвардейцев, что вытянулись передо мной и сейчас смотрели в стену взволнованными, хоть и уставшими, глазами. Вот они - те, кто устанавливал заряды, которые должны были сработать, как ловушка для бунтовщиков. Заряды, которые не сработали, как того от них требовалось, из-за чего мы оказались в очень опасном положении. Да, у нас были щиты и боевой сервитор, но это не означало, что мы не могли погибнуть. Тогда мы оказались в большой опасности. - Итак,- начал я, подойдя ближе,- Как я понял, именно вы оба занимались подготовкой минной ловушки в Форте-Два, так? Парни напряглись еще сильнее. - Д-да, господин комиссар!- ответил тот, что стоял слева. Как я понимал, его звали Лисар. - Так вот будет вам известно, что вы облажались!- от моего крика оба рядовых еще сильнее вытянулись,- Мины не сработали! И это в тот момент, когда противник уже шел вперед! Теперь на лицах рядовых возник натуральный страх. Они понимали, во что вляпались. Всё же, они готовили эту ловушку для того, чтобы ею потом управлял комиссар. А теперь он стоял здесь и говорил, что они провалились. Тут уж хочешь или не хочешь, а будешь бояться. Потому что подобный провал - это не просто серьезно. Это пиздец. - Будьте любезны объяснить, как такое могло произойти!? Лисар сглотнул, в то время Нирт пытался унять дрожь. Несмотря на то, что они уже были ветеранами, верлонец и акитосец, им все равно было страшно от того, что их сейчас отчитывал сам полковой комиссар. Хоть у меня и была репутация адекватного человека, я все же был комиссаром. А комиссаров лучше злыми не видеть. Особенно, когда они злы на тебя. Хуже будет. - Г-господин комиссар, мы... вероятно, мы допустили где-то ошибку с детонатором,- Лисар вновь сглотнул, его нижняя губа дрожала,- Или с приемником... Я... Я не могу сказать точно... Тут я их понимал. Всё же, им нужно было проверить, а проверить не выйдет, так как территорию цехов мебельной мастерской нам пришлось сдать. Однако, я все еще мог добавить немного театральности. Для должного эффекта. - Ах вот оно что, да? Тогда позвольте спросить, почему вы допустили эту ошибку, а!? Оба гвардейца уже были настолько напряженными, что на них можно было бы играть, как на струне, при особом желании. - Мы...- еще немного и Лисар, судя по виду, мог уже падать в обморок,- Мы очень сильно... торопились... И устали к тому моменту... Я... Я отвечал за детонатор, потому... готов понести наказание. "- Достойно."- пронеслось у меня в мыслях. Все же, гвардеец честно признавался в том, что совершил. - Вот оно что значит. Торопились и устали,- начал я, на ходу придумывая, как и что сказать,- Я это могу понять, вот только для вас обоих это нихрена не оправдание! Вы оба - не просто гвардейцы, а сапёры! Вас специально обучают для того, чтобы вы даже в пьяном угаре, когда стоять и говорить не можешь, все равно могли установить взрывчатку так, чтобы ее можно было грамотно подорвать! А остальные гвардейцы полагаются на вас и планируют все исходя из того, что вы все сделали правильно! Что они смогут подорвать эти гребаные заряды тогда, когда они сочтут нужным! Ладно бы я с адъютантами - у нас щиты и сервитор с автогранатометом вместо руки! Но что было бы, будь на нашем месте гвардейцы в простой броне? Кто-то может сказать мне, а? На этот раз решил ответить Нирт, который сглотнул и собрался с силами. - Они... вероятнее всего... погибли бы, господин комиссар,- выдавил он из себя. Голос он свой едва сдерживал. - Именно!- рыкнул я, приблизившись к лицу гвардейца почти что вплотную.- И потому я хочу, чтобы именно это вы уяснили. Так уяснили, как только можно. Свою ответственность перед солдатами, которые в случае вашей ошибки могут погибнуть. А чтобы вам лучше думалось, можете пока что забыть об увольнительных и всяких вкусностях. Пресного меню и одиночных приемов пищи вам вполне хватит, чтобы продолжать нести службу. Вам все понятно!? - Да, господин комиссар!- ответили оба гвардейца практически синхронно, но с явным облегчением. Еще бы, так легко отделались. Тут любой был бы рад, прямо-таки до усрачки. - Очень надеюсь, что подобного у вас больше не повториться.- как можно более грозно и холодно заявил я,- Потому что если мне придет сообщение, что вы повторно налажали, плетьми не отделаетесь, я вам это гарантирую. А теперь марш с глаз моих! Я указал пальцем в сторону выхода из кальянной. - Да, господин комиссар!- вновь ответили оба и бегом устремились к выходу, выбравшись наружу и убежав вместе с колонной снабженцев. Я же повернулся к стоящим здесь капитану, старшему лейтенанту, лейтенанту, младшему лейтенанту и сержанту, которые по своей цепочке нашли этих двух саперов. Все стояли, вытянувшись на максимум, и смотрели четко вперед. - Все всё поняли?- переспросил я своим грозным комиссарским голосом. Офицеры еще сильнее подтянулись. - Да, господин комиссар!!!- прокричал в ответ мне в ответ громкий хор разномастных голосов. - В таком случае, доведите до всех сапёров и прочих специалистов, что на них надеются и что они всегда должны выполнять свои обязанности правильно. Если надо, снизьте на них нагрузку, но они должны делать все без осечек. Чтобы больше подобного не повторялось. А теперь свободны! - Да, господин комиссар!!!- вновь повторили офицеры после чего все очень быстро покинули кальянную Со мной остался только комиссар-кадет Сугулт. Вид у него был удивленный и слегка недоуменный. - Позвольте... задать вопрос, господин комиссар,- спросил он неуверенно. - Конечно, кадет, спрашивайте,- спокойно ответил я. - Почему... вы ограничились таким мягким наказанием?- я видел, как кадету было немного страшно подобное спрашивать, но при этом он слишком сильно хотел узнать ответ,- Ведь сапёры явно заслуживают расстрела, учитывая, что вы чуть ли не погибли в следствии их халатного отношения к своим обязанностям. "- Еще один..."- сказал я себе, едва не закатив глаза на виду у кадета. Как же мне были дороги вот такие вот... любители расстрелять. - Они - важные специалисты, кадет,- серьезным голосом начал я,- Не стоит так разбрасываться кадрами, особенно в нашей ситуации, когда и так каждый солдат на счету. - В таком случае, они заслуживали плетей,- не унимался кадет, который смотрел на меня теперь более уверенно. "- Где вы только такие находитесь все..."- пронеслась у меня в голове мысль. С кадетом я был не согласен от слова совсем. Но при этом просто сказать, что так нельзя, я не мог. Тут необходимо говорить более вдумчиво. Все же, я тут начальник. - Побитый сапёр - это сапёр, который будет чувствовать боль. А боль с еще больше вероятностью приведет к ошибке,- парировал я, на ходу подбирая слова, которыми можно было донести мою мысль наиболее корректно,- И уже далеко не факт, что эта ошибка обойдется также просто, как это было в моем случае. - Однако, если их не наказать, это станет довольно плохим примером для всех остальных гвардейцев. Примером того, что за ошибки наказания можно избежать. "- Блять, тебя что, Харьянди покусал?"- уже не выдержал я. Причем мало того, что он вообще такое говорил, так еще и упертый, как горный барашек. - Я их наказал,- напомнил я, уже начиная немного злиться. Не особо мне хотелось тратить время на него. - Честно вам скажу, господин комиссар... Это довольно мягкое наказание. Обратно несоразмерное преступлению. Кадет не сдавался. Но и я не собирался отступать от своего, потому начал вновь думать над тем, что тут можно ответить. К счастью, ответ нашелся быстро. - Наша задача, кадет, не в том, чтобы наказывать, а в том, чтобы поддерживать дисциплину. Наказания - лишь один из способов это делать, но далеко не единственный. Они - ветераны, как и все, кто участвует в этой операции. Они знают, что такое дисциплина. Потому я их просто пристыдил, указал на ошибку. И об этом они не забудут благодаря особому меню, которое они будут есть в отдельности от остальных. При этом они будут продолжать выполнять свои функции грамотно, без боли в спине от плетки. На этот раз кадету не нашлось, что ответить сразу же. Он опустил задумчивый взгляд в пол и промолчал секунду, а затем вновь посмотрел на меня. - Я... вас понял, господин комиссар,- кадет вытянулся,- Спасибо за разъяснения, я это запомню. "- Наконец-то!" - Всегда пожалуйста, кадет,- улыбнулся,- Рад был поговорить. Что-то еще? - Нет, господин комиссар. Это все. - В таком случае, вы свободны. - Слушаюсь, господин комиссар!- Тадекит сложил руки аквиллой и направился к выходу из кальянной. И только когда он завернул в коридор, поравнявшись с колонной снабженцев, идущей вперед, я выдохнул. Еще один аспект комиссарской работы, от которой мне никуда не выйдет скрыться - обучение кадетов. Стоило признать, в какой-то мере я этому уделял сильно мало внимания, но это происходило в следствии того, что других дел, причем действительно более важных, у меня было гораздо больше. То тебе то, то тебе это, да еще и бумаги надо разбирать, по типу приговоров накосячивших солдат. Тут уж не до обучения. Я просто оставил их самих на себя, чтобы они действовали по своему разумению, но одновременно с этим смотрели на мой примере. В какой-то мере это все же помогало. Однако в этом была одна проблема, которая все же давала о себе знать, причем постоянно и неумолимо. Потери. Кадеты гибли постоянно. За всю войну мы потеряли уже триста шестьдесят одного кадета, это при штате-то в сто. Большая часть погибла на фронте и лишь восемнадцать из них оказались убиты гвардейцами за совсем уж рьяную работу. Может таких и больше было, но если так, то их гибель замаскировали достаточно хорошо, чтобы даже я ничего не заподозрил. Однако подобные потери все же были для нас... некритичными. Одни кадеты гибли, другие прибывали из числа кадетов Схолы, что проходили своеобразную практику в СПО. Благодаря этому пополнение у нас шло постоянно, благо, что в самой Схоле было под миллион одних только выпускников гвардейских комиссар-кадетов, которые уже вот сейчас должны отправляться в различные полки Имперской Гвардии. Причем пополнение шло во все полки и по личному приказу Харьянди. Вначале, когда мы уже начали нести большие потери среди кадетов, я начал даже переживать, что он решит вызвать меня и всыпать по самое не хочу за все это, однако он эту тему ни разу не поднимал, ни на совещаниях, ни в каких-либо письмах. По всей видимости, он не видел в этом какой-то проблемы, учитывая активные боевые действия и их специфику на Вильяр Уникус. Меня это только устраивало. А тот факт, что у нас есть доступ к пополнениям, меня все же радовал. Окажись я без кадетов и младших комиссаров, было бы мне совсем плохо, потому что справится с таким количеством народу я не смог бы при всем своем большом желании работать. Вот только из-за всех этих потерь и пополнений к нам в полк попадали люди, которые вот прям совсем не понимали, как тут у нас в полку все работает. И приходилось разбираться с такими, как Тадекит, разжевывая им, что не нужно всех расстреливать и бить плетьми, можно и по другому дисциплину в войсках поддерживать. Вроде как у меня это получалось, что понятное дело, радовало. А то неровен час, как кто-то совершил какую-то херню, а мне потом разгребать или недовольство солдат, или труп кадета, скоропостижно скончавшегося от ожогов спины четвертой степени. Оно мне и даром не надо. При этом всем, были еще и другие заботы, с которыми приходилось разбираться, и первейшая из них - это, понятное дело, фронт. Бунтовщики всё же прекратили атаки. Скорее всего, как полагал майор Аошанар вместе со всем штабом, у них закончились те люди, что они успели тогда экстренно прислать, и им нужно было еще больше. Выбили они нас всего лишь из четырех этажей и продвинулись еще на семи, но в целом ситуация была вполне нормальная. Мы продолжали накапливать силы для того, чтобы начать свое наступление на провизионные хранилища бунтовщиков. Закончить всё это мы должны были уже через два дня. Бунтовщики всё же начали пытаться устраивать диверсии с подкреплениями и это вновь давало о себе знать промедлениями. Да и переправить войска через шахту было не так уж и просто - у нее была слишком маленькая пропускная способность. Пришлось даже раненых уже не вывозить, по большей части, а оперировать их тут, если была такая возможность. Про военнопленных и гражданских и речи не шло, эти сидели под строгим надзором. На них никто тратить время не собирался. Самым большим нашим вопросом было - когда вновь атакуют бунтовщики? Потому что было понятно, что они рано или поздно атакуют вновь. Нам оставалось надеяться, что мы успеем начать наступление раньше, нежели это произойдет. А уж тогда у них проблем будет в достатке. "- Еще немного... Еще совсем немного..."- в который уже раз за эти дни я говорил себе. Мы были близки. Очень близки к тому, чтобы наконец-то победить, разгромить бунтовщиков и закончить эту проклятую войну, которая унесла столько жизней, как солдат, так и гражданских. И одной только мысли становилось волнительно. Нужно было лишь напрячь силы и мы сможем все это закончить. Главное - сделать все правильно. Осмотрев еще раз кальянную, которую бунтовщики превратили в склад селитры для производства самодельного пороха и направился к выходу. Там меня уже ожидала моя группа, с которыми мы и направились к нашей комнате. Потому пока что могли себе позволить немного отдохнуть, благо, что гвардейцы не творили тут какой-то особой херни. Опытные были, не нуждались в том, чтобы за ними был глаз да глаз. - Так-то он прав вообще.- произнес Гихьян по нашему каналу вокса,- Саперы хуйню сделали страшную. - И ты туда же.- ответил я с сарказмом,- Что, расстрелять мне их надо было? - Естественно,- как само собой разумеющееся сказал сервитор,- Я удивлен, что ты этого не сделал. - Незачем расстреливать опытные кадры. Пригодятся еще. - Незаменимых людей нет, Авги. Так что лучше бы расстрелял. - Ты прям, как моя бывшая,- произнес Бюрдар,- Вот просто один в один. - Эта та комиссарша, которую ты трахал?- переспросил Биндегиж. - Ага, она самая. Тоже в любой непонятной ситуации - расстреливай. - Знакомо.- с каким-то пугающим ностальгическим умилением сказал Гихьян, от чего стало даже как-то не по себе,- Чего расстались хотя бы? - Погибла.- флегматично ответил Ахо,- На Дисаноре расстреляла полковника, а брат младший разозлился и угрохал ее поезд, подорвав мост над проливом. И меня чуть было не прибил, благо, что я в другом вагоне был, он не свалился. - Пиздец,- прокомментировал Раот шокировано. - А-а-а-а, убийства комиссаров.- начал Биндегиж, пока мы шли по коридорам,- Знакомо. Моего первого комиссара, Самиальта, отравили мышьяком. Второй не в счет, ему шрапнелью голову пробило. Третьего подорвали в "Химере". Четвертого подорвали вместе со всем зданием. Пятого траванули грибами. А потом меня в Глойнорский мой родной забрали. - Какой у тебя славный полк был.- Бюрдар говорил с неприкрытым сарказмом,- У меня всего двух комиссаров прибили. Мою бывшую и потом последнего, на Сингирии. Подорвали ему лифт к хренам. - Это ты еще наших соседей не видел,- продолжил Гихьян,- Одному сделали подкоп под дом, в котором он жил, и взорвали снаряд от "Сотрясателя". Ошметки одни остались, спал в подвале. Второго убили в палате, прокрались через вентиляцию и зарезали, прям после операции. Третьего из гранатомета в "Химере" прибили, боекомплект сдетонировал. Четвертому подмешали яд в воду. А пятого вообще заразили какой-то херней, от которой не нашлось лекарства быстро, помер в полевом лазарете. - Как-то у вас... комиссары мерли, как мухи.- прокомментировал я, не ожидав услышать нечто подобного. - Не без этого.- флегматично ответил Гихьян,- Не справлялись они с тем, чтобы себя обезопасить от всякой неадекватной солдатни. - А у тебя, как я понимаю, это получалось?- спросил Бюрдар. - Как видишь,- голос Гихьяна звучал с некоторой гордостью прямо,- Свой взвод телохранителей был, пятьдесят человек. Отпетые мордовороты, лично отбирал. Ну и еще спасал от всяких мелочевок, вроде убийства гражданских на пьяную голову. - М-м-м, классика,- слышать это от Ахо было жутковато. - Что, тоже было? - Ага. В увольнительной. Нажрались, меня за руль, как самого трезвого, и поехали под сотку. Врезались в одну мамашу с дочкой. Мамаша преставилась, дочка пятилетняя не пострадала. - Пиздец,- только и смог ответить я. - Да, неудобно вышло. В свое оправдание скажу, она переходила дорогу в неположенном месте и дочку с собой повела. Так-то тут уж сама виновата, я на каждом светофоре останавливался. - И то верно,- согласился Гихьян. - Там потом еще и продолжение было. Дочка оказалась одного офицера СПО, капитана. Он меня потом убить угрожал, а комиссара обозвал выродком, ну его и казнили, а дочку в Схолу отправили. На твой Тонган, кстати, Гихи. - Вот, что называется - не повезло.- с сарказмом ответил Биндегиж,- И особенно с Тонганом. Не планета, а жопа не подтёртая. - Это ты еще на Сингирии не был.- продолжил Бюрдар,- Однако, нам на Сингирию присылали Двести Восемнадцатый Фегилийский. И вот они как-то раз воевали на Игемеруне. С их слов - на Сингирии все было не так уж и плохо. Мы с этого прям охуевали, потому что куда уж хуже. - И что же там было? - Ну... Впереди раздался довольно громкий грохот, который эхом начал разносится по коридорам. Это был стабберный пулемет. И он был очень близко. Мы все резко остановились и переглянулись. - Так... Это что-то нехорошее...- проговорил Рингер. Тут я был с ним согласен. Мы сейчас находились слишком далеко от фронта, чтобы слышать пулемет настолько хорошо. - Всем внимание!!!- прозвучал взволнованный голос некоего лейтенанта Ходжгерта по экстренному каналу связи,- Пулеметчик в вентиляции, он нам всю улицу накрыл! Множество убитых и раненых! - Да блять!- только и смог выплюнуть я, после чего запустил триангуляцию. В несколько секунд я увидел точное местоположение, откуда говорил Ходжгерт. Он сейчас прятался за поворотом, а ста метрах от него как раз находился тупик, откуда, вероятнее всего, и стреляли по нему. Сам тупик был длинной в тридцать метров и подобраться как-то к вентиляционному отверстию никак нельзя, это хорошо видно по карте. - Лейтенант, это комиссар! Видим вас! Идем к вам! Приём!- я запустил программу проработки маршрута, после чего бегом устремился вперед. Остальные последовали за мной. - Принято, господин комиссар! Эта мразь по раненым бьет! Мы прикроем их дымом и попытаемся вытащить! Приём!- ответил мне Ходжгерт. Как по мне, это было излишним. - Скройте их дымом, но не пытайтесь вытащить, пока эта мразь стреляет! Пару минут и мы у вас! Приём! - Принято, господин комиссар! Приём! Мы бежали вперед, обгоняя колонны гвардейцев, прибывающих снизу, и снабженцев, нагруженных всем необходимым. Все смотрели нам вслед и одновременно быстро уходили с дороги. - Я догоню!- сообщил Гихьян по воксу. Он мог бегать, но далеко не так быстро, как люди, а уж тем более я. Его конструкция такого не позволяла. Отвечать я не стал и продолжил бежать вперед. Пока мы бежали, в коридоре продолжали слышаться всё новые и новые очереди из пулемета, которые с каждым метров становились все более слышимыми. Я понимал, что нужно было торопиться. Там сейчас нуждались в нашей помощи. Там сейчас были раненые гвардейцы, которым не могли помочь из-за этого грёбанного пулеметчика. Раз уж я мог помочь, то я должен был это сделать. Где-то за минуту бегства по коридорам, мы все же добрались до цели. Это был перекресток двух улиц - одна была наша и шла вперед, вторая шла от тупика справа до улицы, на которой располагался поворот с лейтенантом Ходжгертом. На перекрестке уже были трупы. Двое человек лежали мертвыми, с пробитыми головами, из которых на пол уже растекалась алая кровь. У стен, по обе стороны, уже собрались гвардейцы. - Господин комиссар!- поздоровался со мной один из сержантов, приложив руку к виску. Пулемет продолжал грохотать, но благодаря воксу его можно было услышать,- Сержант Чемар Ортон! Этот ублюдок в вентиляционной шахте, отсюда метров тридцать. Мы пытались по нему стрелять, но он чем-то защищен там, лазерами не пробить. Пытались еще гранатометами, но вслепую не попасть, а если пытаться целиться, он увидит и стреляет. - Понял,- кивнул я,- Кидайте еще дымы туда, разберемся сейчас. - Слушаюсь!- Чемар повернулся к своим,- Так, все по дымовой достали и бросили туда! - Может кого-то из нас пошлете?- спросил меня Раот взволнованным голосом. - Согласен,- продолжил за ним Бюрдар. - Дима, ты у нас самый крепкий. Пробейся к нему с щитом и прибей нахрен. - Принято,- коротко ответил мне скитарий и направился к углу. Ждать же Гихьяна, который имел самую толстую и крепкую броню я не мог. Там сейчас были раненые. Им нужна была помощь и срочно. Даже десять секунд задержки - уже непростительно много. Тем временем гвардейцы закинул дымовые гранаты за угол. Очередь быстро переместилась на них и пули начали быстро раскалывать бетонный угол улицы, расширяя дыру в помещение за стеной. Часть пуль попадала в стену слева от нас, оставляя в ней глубокие отверстия. Дима активировал щит и бросился вперед. Сразу же его щит зарябил от попаданий, но потом скитарий смог пробежать этот поток, добежать до противоположной стороны, повернуть направо и побежать в сторону тупика. Пулеметная очередь начала бить прямо по полу - стало понятно, что Диму все же заметили и теперь пытались стрелять по нему. Но у него все же был щит, он мог это выдержать. Секунда. Две секунды. Три секунды. Все ждали, пока огонь из пулеметов продолжался. Я чувствовал волнение. Вроде и щит есть, вроде и броня есть, вроде и скитарий более живучий, чем простой человек, но все равно было страшно. За друга. Взрыв. Чудовищно громкий, что даже слух автоматически убавился. От неожиданности все вздрогнули, включая меня. Пару секунд еще стояло эхо, а потом - наступила тишина, единственным звуком в которой оказались немногочисленные болезненные стоны. За ними пошли крики и просьбы о помощи, шедшие с левой стороны перекрестка. - Цель ликвидирована,- отчитался Дима по воксу,- В вентиляции зафиксированы звуки еще одного объекта. - Попытайся догнать, если возможно,- ответил я. Не стоило давать этой мрази сбежать. - Принято. Приступаю,- ответил Дима. - Всем внимание, помогите раненым, но будьте начеку, в вентиляции еще есть!- приказал я. В коридоре послышался звук чьего-то падения, а затем - словно кто-то пытался залезть по стене. Я прошел дальше, к самому перекрестку. Там все было покрыто дымом, но тот быстро рассасывался. На полу, под входом в вентиляцию, виднелось тело с пулеметом, а скитарий уже залез в шахту и уже ползком пробирался туда. Да уж, он решил действовать напрямик. - Всем внимание,- обратился я ко всем,- Если услышите что-то в вентиляции - не стрелять, там скитарий ищет бунтовщиков. Затем я повернулся в другую сторону, по которой пулеметчик, собственно, стрелял. Там дыма тоже уже почти не осталось... Картина открылась страшная. Весь коридор был завален телами гвардейцев. По центру, у краев - везде. Лишь немного еще шевелились и даже поднимали руки, стараясь показать, что они живы. Пол был залит темно-бордовой кровью. Весь коридор начали заполонять гвардейцы, так что нашей помощи уже не требовалось. - Боже-Император...- сказал первым Раот,- То огнемет, то пулемет... - То ли еще будет.- ответил Бюрдар,- Они не остановятся, уж можешь не сомневаться. Эти вентиляции грёбаные ничем не перекрыть, все равно найдутся проходы. - Даже не сомневаюсь...- ответил ему Тикьярм. Вскоре к нам все же добежал Гихьян, которому мы коротко все объяснили, а затем направились к самому пулеметчику. Это оказался очередной паренек лет семнадцати, в простых джинсах и футболке. Без какой-либо брони. К прикладу пулемета был приделан кусок ткани, к плечу - небольшая подушка. Также у самого дула находились две толстые пластины, которые явно исполняли функцию брони от лазеров, но сейчас были испещрены осколками от гранаты Димы... Выстрел. Глухой, почти не слышимый. Потом еще один. Еще. И тишина. - Цель ликвидирована,- оповестил меня скитарий. - Отлично. Возвращайся к нам. - Принято. Как выяснилось в дальнейшем, в этом нападении погибло двадцать пять человек - это была колонна подкрепления, которая только прибыла снизу и направлялась к линии фронта. Еще пятнадцать человек получили ранения и шестерым из них пришлось делать ампутацию. Причем это было не первое нападение за день, а четвертое. Просто двоих успели засечь, а еще об одном, который стрелял из автомата и убил пятерых, не успели сообщить наверх, а следовательно - и мне. Но это оказалось только началом. К концу дня таких происшествий было уже пятнадцать. А на следующий день только к завтраку их было уже двадцать восемь. Это были самые разные диверсии. Огнеметы, пулеметы, стабберы, гранаты, взрывчатые вещества, отравляющий газ и даже духовые ружья с иглами, отравленные наркотиком, от чего довольно быстро наступала передозировка и смерть. Стало понятно - бунтовщики спокойно к нам пролазают, порой даже очень глубоко вглубь нашего плацдарма. Если огнеметчика мы восприняли, как простого недобитка, то теперь было понятно, что это систематические нападения. В других местах ситуация была аналогичная, хоть и не с такими масштабами, что вполне себе понятно, так как именно мы находились ближе всего к одному из провизионных хранилищ бунтовщиков. Изжить нас отсюда пытались любыми способами. Причем что самое противное, посылали именно молодых парней и девчонок, которым и восемнадцати явно не было. Они были мелкими по габаритам и могли без труда ползать по вентиляции с каким-нибудь оружием. А уж целей у них хватало с лихвой. Плацдарм был переполнен гвардейцами и припасами для нашего наступления, а потому и таким вот диверсантом искать долго не приходилось, тем более что много им и не надо - просто взял, убил хоть одного и готово. Несколько - еще лучше. В итоге, пришлось экстренно решать, что с этим делать. И решили довольно быстро. Нужно было лезть в вентиляцию и пытаться искать этих уродов. При этом было очевидно, что нужно это делать без всякой брони и только с пистолетами и ножами. Перспективка была такая себе, ведь солдат окажется замкнутым в узких темных вентиляционных туннелях, у которых высота может быть - и метр, и полметра. Да и реакция там нужна неслабая. Поэтому я приказал отправлять туда исключительно добровольцев, которые готовы пойти на такое. Плюс должны были идти мы, за исключением Гихьяна - наши щиты давали ощутимое преимущество. Но при этом взять получалось только одну батарею, так как даже с ней будет не сильно удобно. И вот теперь мы во всю готовились к нашему своеобразному рейду по вентиляции. После недолгих обсуждений мы все же поняли, что нужно надевать. Но внезапно, когда я снимал с себя поддоспешник, ко мне подошел Бюрдар. - Комиссар,- начал он довольно взволнованным голосом. Это настораживало,- Я... Простите, но я... не смогу. В комнате наступила тишина. Все прекратили подготовки и посмотрели на нас. Бюрдар же закрыл глаза, сделал вдох и вновь просмотрел на меня. - Я... Я уже делал это. На Сингирии. Ползал по вентиляции в поисках еретиков... Чуть было не погиб и с тех пор... Боюсь этого. Настолько замкнутых пространств. В улье-то прожил столько, но вот заставить себя туда полезть... Мне от одной мысли пиздец как страшно. Так что... я не смогу туда полезть. Я видел, как Бюрдар пересиливает себя. Как выдавливает из себя каждое слово, стараясь объясниться. Видел, каких трудов это ему стоило. Ведь по сути, он прямо сейчас расписывался в своей слабости. Признавался в ней перед всеми. И делал он это только по одной причине - он нам доверял достаточно сильно, чтобы решиться на подобное. Потому в ответ я кивнул. - Хорошо, Бюрдар. Я понял.- мужику заметно стало легче,- Пойдешь с Гихьяном, вдруг бунтовщики вновь атакуют. - Я могу... передать щит кому-то из гвардейцев,- продолжил Ахо уже более уверенно,- Чтобы хоть кому-то было проще. Я немного подумал над этим. В одной стороны идея была хорошая, а с другой не хотелось оставлять Бюрдара без защиты. Мало ли что... - Ладно.- все решился я,- Передадим. Главное, если вдруг что - не лезь на рожон. - Не переживайте. Это я умею,- старик улыбнулся,- Здесь же стою все-таки. Я также улыбнулся. - Тоже верно. - И еще... спасибо вам.- продолжил Ахо,- Вы действительно хороший комиссар. Другой бы меня уже расстрелял за подобное. - Что, даже твоя бывшая?- удивленно спросил Рингер, только что надевший на себя брюки. - Она в первую очередь.- уверенным, но все же саркастичным голосом ответил Ахо. Мы все, кроме Димы, слегка посмеялись, а затем продолжили переодеваться. - Так, ну вроде всё.- сказал я, когда закончил с подготовкой. Выглядел я довольно забавно. Армейские штаны, футболка, налокотник на левом локте, пояс с щитом и батарея от него на боку. Плюс к этому - лазпистолет, который подарил капитан Ортигурт с батареей и нож. Никаких лекарств, никаких запасов воды или еды. Всё по минимуму. Остальные также были готовы, после чего мы направились на миссию. Генератор щита мы отправили самому опытному солдату, который был среди добровольцев - Амад Фарамолт. Верлонец, прошедший и Сентикрит, и Сактун, и Соктомор, участник нашей операции по убийству Корвуарца, причем до сих пор был в рядовых, так как постоянно отказывался от повышения. Плюс три медали - две за отвагу и одна за подбитие орочьего танка. Такого все же стоило поберечь, раз уж была такая возможность. Вскоре мы добрались до моей точки входа. Это была насосная станция по водоотводу - то есть канализации, которая все же тут существовала, в богатых и обеспеченных районах. И здесь же проходила нужная нам шахта, с которой уже выдернули решетку. - Ну что ж, парни.- сказал я, поворачиваясь к своим,- Всем удачи. Храни вас Бог-Император. - И вас также.- ответил Рингер. Я обнял его, а затем всех остальных, включая Гихьяна. Последний попытался это сделать гранатометов и лазганом, но вышло не очень. - Когда все это закончится, сделай мне ноги нормальные. И руки. Денег у тебя на это хватит. - Так сильно хочешь обнять комиссара?- подшутил внезапно Раот. Я и все остальные громко засмеялись. - Ты у нас, я погляжу шутник.- сказал Биндегиж,- Но не без этого. Всех вас буду крепко обнимать. До хруста позвонков. - Кажется, это будет слегка лишним.- ответил Тикьярм. - В самый раз. - Ладно, я пошел. Берегите себя. - А ты береги себя в кубе.- уже куда более серьезно ответил Гихьян,- Комиссар в вентиляции. Не думал, что когда-нибудь увижу нечто подобное. - Поверь, сам удивлен.- честно ответил я, и развернулся к шахте. Взобравшись по лестнице, которую мне подержали Рингер и Раот, я заглянул в шахту, активировав режим ночного зрения. Ни с одной, ни с другой стороны не было никого, так что я пробрался внутрь и направился вправо. Сама шахта была метр в высоту, из-за чего ползти приходилось, что называется, раком - по другому тут уж никак не выйдет, так как ползком будет уж слишком медленно. Щит я пока тоже не включал, так как непонятно, сколько займут поиски диверсантов, а разрядить щит просто так было бы совсем не весело. Мне оставалось полагаться только на свой улучшенный слух, чью чувствительность я выкрутил на максимум. Метр за метром я шел по наспех проработанному маршруту, чтобы исследовать свой участок. Если тут были диверсанты, я их смогу найти. Так прошла минута. Потом две. Потом три. Пять. Десять. Ничего. Только летающие мухи и бегающие крысы. Но никаких людей, которых я бы услышал без проблем. "- Где же вы, где же вы..."- говорил я сам себе. Все же, мест, куда они могли спрятаться было не так уж и много. Правда, это самое "не так уж и много" было довольно внушительных масштабов само по себе. Карта вентиляции, которая у меня была, представляла из себя огромный запутанный лабиринт. И мой сектор был отнюдь не маленький. Потому мне оставалось только ползти дальше и искать. Главное - успеть это сделать до того, как они выкинут что-то еще...