Violence Fetish

В мастерской Виктора ревела музыка. Точнее, Джейс предполагал, что это была музыка, хотя издалека больше походило на скрежет и грохот какого-то разладившегося механизма. Виктор склонился над рабочим столом, кивая в такт и обтачивая какую-то деталь. Искры летели во все стороны, отражаясь в защитных очках. Хриплый женский голос выкрикнул что-то про заглаживание вины с оружием в руках. Джейс слабо мог представить себе, как это возможно. — Виктор, что это за ужасный шум? — Джейс подошёл ближе, изо всех сил сдерживаясь, чтобы не зажать уши. — Это Pentakill*, песня Stormrazor, если тебе нужна конкретика, — Виктор отложил деталь, над которой работал, и взялся за следующую. — Очень известны на Валоране, и даже за его пределами. Твой культурный уровень меня огорчает, Джейс Талис. — Почему я раньше не видел, как ты работаешь под музыку? — До этого моим проигрывателем пользовалась сестра. Теперь у неё появился свой. Дай мне пару минут, а потом можешь показать, что принёс. Пары минут действительно хватило. Виктор снял защитные перчатки и вопросительно уставился на Джейса. Тот сделал умоляющие глаза, и Виктор со вздохом убавил музыку. Джейс, избавленный от необходимости перекрикивать шум, благодарно улыбнулся и достал из внутреннего кармана записную книжку и деревянный футляр, похожий на те, в которых хранили украшения. — Я хочу его стабилизировать, — он открыл коробочку и показал Виктору уже знакомый по прошлым встречам шуримский кристалл. Вот только на этот раз он выглядел иначе. — Ты каждый раз будешь прибегать ко мне, когда у тебя что-то не получается? — Виктор тронул пальцем поверхность камня, убеждаясь, что он стал более гладким и цельным, но все ещё цеплялся за пальцы острыми гранями. — Да? — со странной интонацией произнёс Джейс. — Ты же ко мне не прибегаешь, — он наклонил голову к плечу и скосил взгляд в сторону. — Приходится искать достаточно веский повод, чтобы спуститься к тебе. — Оу, звучит весьма двусмысленно, — Виктор, внимательно изучавший выкладки Джейса, вынул из-за уха карандаш и начал привычно черкаться прямо поверх написанного, бормоча себе под нос. Он так увлёкся, что не заметил порозовевших ушей Джейса. — Так какая у тебя конечная цель? Этот кристалл уже выглядит весьма неплохо по сравнению с той сияющей взрывчаткой, которой был до этого. — Он всё равно слишком нестабилен, — Джейс опёрся руками о стол, всматриваясь в летящий почерк Виктора. — Он отлично справляется со своей задачей в стационарных объектах типа Врат. Но если запитать от него какой-нибудь инструмент, ты не сможешь им работать, если конечно не мечтаешь взлететь на воздух после дюжины манипуляций. — Пробовал нагревать и полировать раскалённым, значит, — Виктор повернулся в его сторону, практически сталкиваясь с Джейсом нос к носу. — Да, но чтобы заполировать полностью, нужно нагреть очень сильно, — Джейс неестественно хохотнул и взъерошил свои волосы. Он не знал, чем вызвано это неожиданное ощущение неловкости. — А после достижения необходимого предела он просто рассыпается во время полировки. Хорошо, если без взрыва. — А как ты его остужаешь? — Виктор вытянул губы и задумчиво прищурился, постукивая карандашом по бумаге. — Окунаешь в воду? — Эй, я не полный псих! Не хочу разлететься на кусочки, мне ещё дорого моё тело. Просто оставляю при комнатной температуре. А потом нахожу горсть серой пыли и осколков. Будто внутреннее напряжение уничтожает кристалл. Разрывает изнутри. — Ага, — Виктор покатал шарик в пальцах. — Не псих. Просто кузнец до мозга костей. — Так говоришь, будто это что-то плохое, — Джейс фыркнул и невольно проследил, как пряди волос Виктора качнулись от его дыхания. Обычно его бесило, когда люди оказывались в его личном пространстве. Но с Виктором это чудесным образом не работало. Наверное, поэтому они так хорошо сработались. — А что, если обращаться с ним не как с железным изделием. Ты видел, как делают стеклянные скульптуры? Им нужно время, чтобы структура стабилизировалась. Может и хекс-кристаллу нужно время? — Ты предлагаешь остужать его в гаснущей печи? — Верно! Остудим постепенно. Тогда он будет терять тепло равномерно, а не слоями, начиная с внешнего. При какой температуре у тебя получается заполировать кристалл как следует? — Виктор начал что-то высчитывать. Джейс смотрел ему через плечо, кивая каждый раз, когда Виктор выводил очередной ответ. — Виктор, это великолепно. Выглядит так, что обязано сработать, — Джейс восхищённо коснулся исписанных Виктором страниц. — Думаю, на сегодня нам следует закончить, — Виктор растёр пальцами уставшие глаза и бросил на Джейса короткий взгляд. — Хочу познакомить тебя с местной музыкой, — он разогнулся, потягиваясь, и скинул рабочую рубашку. Взгляд Джейса метнулся к его спине. Железный хребет начинался за ушами, ожерельем спускаясь к ключицам спереди и ныряя за пояс штанов сзади. Интересно, как он заканчивался? Даже спустя многие месяцы встреч и совместной работы тело Виктора интересовало его всё так же сильно. Точнее его изобретения, встроенные в это самое тело. Блеск металла завораживал. — Хорошо, что ты не в униформе Академии, смогу сводить тебя в одно местечко. Если выйдем сейчас, как раз успеем к началу… Виктор обернулся и поймал его взгляд. Джейс тут же уставился в потолок и сглотнул, с ужасом осознавая, насколько очевиден Виктору его румянец. — Отлично! Не хочу пропустить знакомство с культурой Зауна. Особенно с таким гидом, как ты, — с избыточным энтузиазмом произнёс он. — Хах, я не каждому предлагаю персональные экскурсии. Рад, что ты это ценишь. Готов? Спустя несколько минут они вышли из лаборатории, так и не заметив тонкий силуэт, прячущийся в тени. *** Бармен, наконец, подошёл к ним, и Виктор просто показал ему два пальца. Получив вместо ответа кивок, он кивнул в ответ и повернулся к сцене. Несколько одетых в чёрное мужчин подтаскивали инструменты, совсем непохожие на то, к чему Джейс привык в Пилтовере. Некоторые в принципе не были похожи ни на что, виденное Джейсом ранее. Народ толпился у стойки, задевая их плечами. Когда им принесли напитки, Виктор выложил на стойку несколько монет, но бармен покачал головой, отказываясь их принять. — Я смотрю, тебя здесь знают. — Джейс проводил бармена взглядом. Виктор прищурился и, как только тот отошёл подальше, ссыпал деньги в банку для чаевых. — Типа того, — он дождался свой заказ, подтолкнул к Джейсу стакан и легонько стукнул по нему своим, стоило пальцам Джейса сомкнуться на прохладном стекле. Мутная жижа, плескавшаяся внутри, не вызывала доверия, но Джейс не собирался выставлять себя ханжой перед Виктором. Он и так слишком часто выслушивал шутки на тему чистенького жителя Пилтовера. Так что он просто вдохнул поглубже и сделал глоток, надеясь не раскашляться, как первокурсник. Всё оказалось не так уж плохо, приятный жар прокатился по пищеводу. Виктор одобрительно кивнул. Музыканты наконец настроились, отыграв импровизацию в пару минут, и на сцене появился ещё один человек. На его лице была полумаска в виде оскаленной пасти. Он подошёл к микрофону и глубоким, хорошо поставленным голосом обратился к зрителям: — У кого здесь пунктик на насилие? Толпа одобрительно зашумела. Виктор засвистел, хлопая ладонью по стойке. Музыка загрохотала, заглушая все звуки. «Оглянись вокруг, Не отрицай того, что видишь. Мы живём в жестоком обществе. Но, мой брат, позволь показать тебе лучший путь: Раскрой свои карты, пришла пора рискнуть.» Когда песня закончилась, Джейс наклонился к уху Виктора, чтобы хоть как-то перекричать шум толпы: — Я думал, ты против насилия. — Это Заун, Джейс. Или насилие, или смерть. — Виктор опрокинул в себя остаток того пойла, что плескалось у него в бокале. Джейс последовал его примеру. — К тому же насилие не всегда предполагает драку. Ладно, давай подойдём поближе, иначе ты не прочувствуешь это. В толпе было душно и тесно. Джейс постоянно сталкивался плечами с другими посетителями, но это, кажется, абсолютно никого не волновало. Мужчины и женщины разных возрастов вскидывали вверх руки, взмахивая ими в такт музыке. Джейс чувствовал, как его внутренности дрожат. Если задуматься, это было приятное ощущение. Особенно приятным оно становилось, когда Джейс заметил, какое удовольствие от происходящего получает Виктор. Волосы Виктора взлетали в воздух с каждым прыжком. Он запрокидывал голову, смешно морща нос, и по шевелению его губ Джейс догадался, что он повторяет слова песни. Заметив его взгляд, Виктор повернулся к нему и коснулся его руки. Это выглядело, как случайное касание. Джейс был уверен, что это было оно, но его всё равно бросило в жар. Толпа качалась из стороны в сторону, и они вместе с ней. Музыка гремела, но в голове Джейса звучал лишь один голос — голос Виктора, который продолжал смотреть на него: — Я наблюдаю, как мои мечты становятся все более жесткими Каждый раз, когда я вижу тебя. Называй это как хочешь, Но я столько раз не выдерживал… Слишком много эмоций, слишком долго ограничивал себя — Стена, защищающая тебя, вот-вот рухнет. Песня была совсем о другом, но то, как смотрел на него Виктор в этот момент, переворачивало её смысл с ног на голову. Только сейчас Джейс понял, как близко они стоят друг к другу. В мерцающем свете цветных прожекторов глаза Виктора сияли золотом. Джейс разлепил пересохшие губы, чтобы сказать хоть что-то, но не успел. Виктор подался вперёд, переплетая его пальцы со своими. Вторая его рука зарылась в волосы Джейса. Джейс провёл по его спине ладонями, чувствуя твёрдость аугментов под рубашкой. Рот Виктора был горячим и требовательным. Лишь когда Виктор отстранился, Джейс вспомнил, что они не одни. Он судорожно осмотрелся по сторонам, но жителям нижнего города было абсолютно наплевать на то, что происходило вокруг. Джейс вновь бросил взгляд на Виктора. Тот смотрел на него снизу вверх, вопросительно вскинув брови. — Войди и возьми верх надо мной, — повторил он вслед за терзающим микрофон солистом, отчётливо проговаривая слова, чтобы Джейс мог прочитать по губам. И тогда Джейс сам наклонился к нему. Виктор казался таким хрупким и податливым в его ладонях, и от обманчивости этого ощущения Джейсу сносило голову. Музыка гремела над ними, но Джейс будто попал в око бури. Он не слышал ничего, не чувствовал людей вокруг. — Кажется, я всё же распробовал музыку Зауна, — произнёс он Виктору на ухо. По тому, как он затрясся в его руках, Джейс понял, что Виктор смеётся. — Она звучит очень воодушевляюще. Вдохновляет на поступки, я бы сказал. — Думаешь, ты достаточно вдохновлён, чтобы вернуться ко мне в мастерскую и всю ночь работать над кое-каким очень личным проектом, м? — Виктор прижался к нему ещё сильнее. — Насколько личным? Надеюсь, за это время ты не аугментировал себе ничего такого, о чём я не знаю. Виктор снова захохотал и потянул Джейса к выходу. — Я разрешу тебе проверить собственными руками. Ещё никогда дорога до лаборатории Виктора не казалась Джейсу такой долгой. *** Они лежали на тонком матрасе, который Виктор притащил сюда пару лет назад в момент особенной одержимости одной задумкой. Он не очень любил спать в мастерской, пол здесь был ледяным, а воздух — промозглым из-за близости к воде. Но с Джейсом под боком это становилось более чем сносным. Джейс прижимал его к себе, уткнувшись носом в макушку. От него шёл приятный ровный жар. — Тебе стоит отправиться в Пилтовер, — внезапно произнёс он. Виктор отстранился и заглянул в его задумчивое лицо. — В смысле сходить туда на свидание с тобой? — он подвигал бровями. — Нет, в смысле работать там со мной. В моей лаборатории, — Джейс провёл пальцами по его лбу, пытаясь разгладить хмурую морщинку между бровей. — Почему ты так на меня смотришь? Это не шутка, если ты об этом подумал. — Ты правда хочешь этого? — Виктор выпутался из его рук и приподнялся на локте. — Ты часть хекстека, Виктор. Без тебя этого всего не было бы. Нам стоило сделать так с самого начала, презентовать хекстек вместе. Я бы представил тебя декану Академии. Мне не пришлось бы вечно бегать к тебе каждый раз, когда я стопорюсь на чём-то. Тебе бы не пришлось довольствоваться лишь теми ресурсами и технологиями, что может дать нижний город. Я серьёзно, что скажешь? — Я, — Виктор замялся и вновь опустился на лежанку, пристраивая голову на плече у Джейса. Тот снова прижал его к себе. — Я не могу, Джейс. Ты думаешь, я не думал об этом? — Но почему? Это из-за того, что ты из Зауна? Если ты думаешь, что тебя не примут из-за твоего происхождения, то я клянусь, я надеру зад каждому, кто… — Я боюсь, что если я останусь в Пилтовере, я забуду, — едва слышно прошептал Виктор, отводя взгляд. — Забудешь? — Джейс непонимающе нахмурился и попытался заглянуть ему в глаза. — Забуду про Заун, про его людей. Что, если сияние Пилтовера ослепит меня? Каждый раз, когда я иду по улицам нижнего города, я не могу не думать о том, как все эти люди нуждаются в моей помощи. Что, если я просто забуду, ради чего всё это? Если все ужасы нижнего города просто сотрутся у меня из памяти, станут зыбкими и незначительными? Нет, Джейс. Даже если бы я хотел, я не могу пойти с тобой. Тяжелая тишина повисла между ними. Виктор ждал, сам, на самом деле, не зная, чего. Насмешки? Осуждения? Обвинения в том, что не ставит развитие и науку превыше всего? Но вместо этого Джейс произнёс: — Я говорил тебе, какой ты удивительный? — Джейс прижался губами к его щеке. Виктор фыркнул, пытаясь скрыть смущение. — Когда я начал работать над хекстеком, я тоже думал лишь о том, как принести пользу людям. Спасти всех, до кого только могу дотянуться. Но теперь… Я понимаю, что ты имеешь в виду. Так уж и быть, побегаю за самым лучшим учёным Зауна, раз ты такой несговорчивый. Виктор почувствовал, как его губы дрогнули в улыбке. Он пробежался пальцами по груди Джейса, выписывая на ней хаотичные узоры. — Я действительно очень благодарен тебе за то, что ты мне это предложил. И хотя я видимо слишком глуп, раз отверг тебя, я всё ещё не против подняться с тобой в Пилтовер и получить своё законное свидание. Должен же я иметь какие-то привилегии, раз уж я являюсь частью хекстека и ассистентом Человека Прогресса? — Партнёром Человека Прогресса, — прошептал Джейс ему на ухо, обдавая кожу жарким дыханием. Он надавил Виктору на плечо, оказываясь сверху. — И да, я свожу тебя на свидание в Пилтовер. И представлю тебя декану Академии. Пусть кусает свои длинные уши, что упустил такого студента. Помнится, кто-то обещал мне целую ночь, полную всевозможных исследований. Думаю, я готов продолжить и открыть для себя кое-что новое. Если, конечно, лучшему учёному Зауна хватит на это ресурсов. — Ресурсы тут могут понадобиться только тебе, хвастливое чудовище, — Виктор обхватил его ногами. — Я усовершенствованная версия человека, следующее звено эволюции. А ты простой кожаный мешок с хрупкими костями и… Ладно, признаю, мышцы у тебя ничего. Джейс фыркнул, пряча за смехом смущение. Он коснулся губ Виктора, чувствуя, как утихает неожиданная тоска по той жизни которая могла бы у них быть, сложись всё иначе. Но Джейс не любил думать о прошлом и несбывшемся. Он предпочитал смотреть в будущее. Его будущее простиралось прямо перед ним, распластавшееся на холодном полу маленькой невзрачной мастерской в глубинах Зауна. *** — Нет, это не так! Виктор не такой! Не правда, ты врёшь! Он же сказал, что сделал мне отдельную мастерскую, чтобы я могла… Нет! Заткнись, заткнись! Он не стал бы! Он не предпочёл мне этого… Этого! Виктор не предавал меня. Он сказал, что я могу прийти в любое время. Каркающий смех резанул по нутру, намекая, что «в любое время» уже не сработало. Она пришла. А он не ждал её. Он был занят! Занят кем-то другим. Джинкс взвыла и смела со стола всё барахло, до которого могла дотянуться. Шестерёнки и болты загрохотали по полу и молчаливо канули в тёмный голодный зев шахты. — Он сказал не сомневаться в нём. Он не такой, как она. Он сказал, что не бросит меня. Насмешливый голос над ухом замолчал на мгновение, а потом продолжил с новой силой. Джинкс рухнула на колени, держась за голову, её взгляд лихорадочно заметался, пытаясь зацепиться хоть за что-нибудь. Раздиратель скалился на неё из-под стола, подмигивая цветным нарисованным глазом. — Мне нужно… развеяться, верно! Хах, — Джинкс протянула руку, подтягивая к себе гранату. — А чтобы развеяться, нужно развеять кого-нибудь, верно? Если вы говорите, что пилтошки так хороши, что ради них Виктор готов… Неважно! Посмотрим, что они сделают. Это не из-за Виктора. Просто… Просто вечно они мозолят мне глаза своими миротворцами! Заткнись. Заткнись, чтоб тебя, — Джинкс закинула за спину свою новую ракетницу. — Просто напомню им, что такое настоящее веселье. Новый прогулочный мост, сгоревший дотла той же ночью, не так сильно напугал благообразных жителей верхнего города, как кислотно-розовая надпись, пересекавшая единственную уцелевшую опору. Let’s blow this city to ashes** Пилтовер определённо был Городом Прогресса, но он не любил, когда ему угрожают. Да, Пилтовер испугался. Но ещё Пилтовер был в ярости. И ярость эта всегда имела последствия.