Сотня: Перезагрузка. Часть 2. Отмотать назад

Они были в пути уже некоторое время, с тех пор как покинули лагерь землян возле Аркадии; все было иначе, нежели раньше поскольку теперь их не сопровождало тело Финна для кремации, что само по себе уже было большим изменением. И хотя группы были разделены и отказывались смешиваться друг с другом, ставя землян на одну сторону, а ковчеговцев на другую, Кларк видела небольшие изменения в их взаимодействии, которое стало гораздо менее враждебным с обеих сторон, чем себе представляла девушка, учитывая все произошедшее. Также на этот раз она ехала рядом с Лексой, вместо того, чтобы идти рядом с Беллами, думая о содеянном прошлой ночью, видя призрак Финна сквозь ветви деревьев и еще много чего. Однако пропасть между землянами и Небесными людьми все еще была слишком очевидна и Кларк не хотела этого. Она не хотела, чтобы ее люди продолжали видеть в землянах врагов, или чтобы земляне продолжали видеть в ее народе захватчиков, от которых им нужно избавиться; что ей было нужно, так это чтобы оба народа были готовы узнать друг друга, увидеть, что они не так уж сильно отличались друг от друга и что даже в тех вещах, которыми они на самом деле отличались, могла быть такая вещь, как пересечение в чем то, достижение компромисса, что не все нужно решать борьбой, когда слова могут работать еще лучше. Блондинке было нужно, чтобы они увидели, что им есть что добавить в жизни друг друга и есть что улучшить. Это фундамент, который нужно было построить, чтобы, когда Небесный Народ присоединится к Коалиции в качестве тринадцатого клана, все было намного более гладко и связь между обоими народами была настолько сильной, что Пайк и Станция Ферма не смогли ее разорвать, хотя блондинка нутром чуяла, что они попытаются это сделать. Поэтому ей в голову пришла мысль, что лучше всего для лидера незаметно вести своих людей в одном направлении, в котором они, возможно, не будут склонны идти самостоятельно, подав свой пример и, к счастью для блондинки, она была лидером своего народа, а ее девушка была лидером землян. Идеально. Зная, что они были на расстоянии слышимости не только ковчеговцев, но и землян, Кларк понимала, что им нужно будет следить за каждым произнесенным словом, поэтому когда она приняла решение заговорить с брюнеткой, она надеялась, что Лекса поймет, что она пытается сделать и подыграет, а учитывая то, насколько Командующая была умна и как хорошо, казалось, знала блондинку, Кларк верила, что она поймет. И, когда они ехали бок о бок, с Аней, Густусом и Индрой, следующими позади них и ее людьми впереди, Кларк глубоко вздохнула, повернулась, чтобы посмотреть на Лексу и спросила: «Командующая, могу я задать вам вопрос?» Слегка приподняв бровь, Лекса посмотрела на девушку, пытаясь понять, к чему та клонит, но все равно последовала за ней: «Спрашивай, Кларк». «Вы все из той же деревни, что и Линкольн?» — спросила блондинка, стараясь, чтобы ее тон был как можно более дружелюбным, говорящим, что она задает такой вопрос только из безобидного любопытства. Зная, что Кларк был хорошо известен ответ на этот вопрос, Лекса быстро уловила план блондинки и слегка кивнула, прежде чем ответить: «На самом деле нет. Линкольн, Аня и Индра из Тондиса, но Густус и я, родом из деревень дальше к югу». «Почему ты спрашиваешь, Небесная девочка?» — с подозрением в голосе спросила Индра. «Просто я мало что знаю о вашем народе и поскольку вы, как мне казалось, очень хорошо знаете Линкольна, я просто подумала, что вы все из одной деревни», — невинно пожала плечами Кларк. Лекса улыбнулась, прежде чем начала объяснять: «Есть двенадцать кланов и каждый клан отличается от другого. Аня, Индра, Густус, Линкольн и я, хотя мы не из одной деревни, мы принадлежим к одному клану, Трикру». Кларк улыбнулась, показывая девушке свою благодарность за то, что та присоединилась: «И вы правите всеми двенадцатью кланами?» — Лекса кивнула, — «Должно быть, это тяжело». «Почему ты так думаешь?» — удивленно посмотрела брюнетка на свою возлюбленную. «Люди по своей сути отличаются друг от друга и помимо решения этой проблемы, вам нужно понимать, как обращаться с каждым кланом в соответствии с их конкретными потребностями и традициями, их образом мышления, заставив их всех прийти к чему-то среднему. Должна отдать вам должное, Командующая, это не реальное проявление дипломатии». Лекса усмехнулась, как и некоторые другие земляне позади них, хотя и гораздо более сдержанно. «Действительно, Кларк. Это нелегко сделать и я действительно ежедневно истощаю свой талант к дипломатии, но результаты всегда стоят затраченных усилий. Мир между кланами всегда того стоит», — блондинка улыбнулась, — «А теперь, могу я задать тебе вопрос?» «Конечно. Что вы хотите знать?» «Каково это — падать с неба?» Кларк громко рассмеялась, некоторые из ее людей впереди, которые могли слышать разговор, тоже усмехнулись. «Очень страшно, на самом деле. Мы были почти уверены, что умрем при посадке, поскольку казалось, что с кораблем было что-то не так, но потом мы пережили это, чтобы поверить, что умрем из-за радиации. Но мы пережили и это. И все же, падать с неба не так красиво, как изображают звезды», — ответила блондинка. «Еще вы пережили не мало стычек с нашими воинами», — присоединилась к разговору Аня. «Отчасти это было чистое везение, если честно», — улыбнувшись, посмотрела на генерала блондинка, — «Но в целом это была командная работа. Возможно, у меня были некоторые идеи по спасению наших задниц, но это было бы ничем, если бы Рейвен не воплотила их в жизнь. Если бы не она, нас бы здесь не было». «Я тоже люблю тебя, Гриффстер!» — крикнула механик спереди. «Она невероятная, но в то же время очень странная. К ней нужно немного привыкнуть». «Вы все странные для нас, Небесная девчонка», — покачала головой Аня. Кларк повернулась, чтобы еще раз взглянуть на генерала, когда она ухмыльнулась старшей женщине и сказала: «Но я тебе нравлюсь, верно? Я определенно начинаю тебе нравиться и просто, чтобы ты знала, ты мне тоже нравишься, Аня». Все земляне засмеялись над выражением лица Ани при этих словах, прежде чем Густус, который был единственным, кто не присоединился к поддразниванию, посмотрел на Кларк, прежде чем спросил гораздо серьезнее: «Так вот почему ты спасла с Горы только ее и оставила там остальных наших людей?» Лекса повернулась, чтобы упрекнуть его в намеренном противодействии Кларк и ее действиям, чтобы посеять сомнения в головах других, которые, как она знала, изменили свое восприятие блондинки и ее людей, но прежде чем она что-либо сделала, блондинка ответила: «Аня была единственной, кого я спасла, потому что она мне нравится? Нет. Я искала ее, особенно потому, что я знала, что в тот день она была схвачена вместе с нами, но я нигде ее не видела после, но на самом деле я не думала ни о чем таком в тот момент. Все, что я знала, это то, что у нас нет времени все обдумывать и составлять план, мы просто должны были убраться оттуда. Единственная причина, по которой я не спасла остальных ваших людей, заключалась в том, что на это не было времени. Если бы мы задержались там еще на десять секунд, они бы поймали нас и тогда никто не сбежал бы. Вот почему она была единственной. Если бы я могла спасти всех, я бы это сделала. То, как они обращаются с вашими людьми, то, что они с ними делают, неправильно во всех отношениях, о которых я могу подумать, хотя должна сказать, что я понимаю, почему они так поступают», — спокойно объяснила Кларк. «Ты согласна с тем, что они делают с нашим народом? С тем, что они делали с нами на протяжении поколений?!» — сердито спросил ее Густус, пока остальные, тоже прислушивались к ее словам. Все, кроме Лексы, которая точно знала, о чем говорила ее девушка, поскольку сама понимала их мотивы, даже если она презирала их методы. «Нет, конечно, нет. Ни за что на свете. Как я уже сказала, то, что они делают с вашими людьми, бесчеловечно, жестоко и отвратительно, несмотря ни на что», — твердо ответила блондинка. «Тогда почему ты говоришь, что понимаешь, почему они делают такие отвратительные вещи?» — спросила Аня, заинтригованно ожидая ответа. Понимая важность этого момента, сделав глубокий вдох, Кларк начала говорить, чтобы все, кто был рядом, могли ее услышать: «Я знаю, что ваши люди могут думать иначе, но то, что я сказала тебе той ночью в шаттле, было правдой. Я ненавидела что мне пришлось нажать на кнопку, которая сожгла заживо триста ваших людей. Я ненавижу, что я это сделала. Я ненавижу то, что нам с самого начала пришлось оказаться в такой ситуации. Ничто из того, что произошло, не приносит мне ни радости, ни гордости. Я не горжусь тем, что я сделала, но… Я делала это, потому что знала, что это то, что мне нужно было сделать, чтобы спасти мой народ и быть уверенной, что мы выживем. Как лидеры, мы часто, слишком часто вынуждены принимать ужасные решения ради общего блага нашего народа. Решения, с которыми мы не согласны, которые разрывают нас изнутри. Тем не менее, когда дело доходит до боя, мы все равно это делаем. Мы ненавидим себя за это. Это преследует нас, когда мы бодрствуем и особенно когда мы спим, но когда мы оказывается в том же положении снова, мы делаем это снова и снова, потому что, как лидеры, в конце концов, все, что нас волнует это жизни тех, кого нам поручено защищать, и ради них нам в конечном итоге приходится жертвовать многим из того, кто мы есть. Иногда даже нашей собственной человечностью, чтобы убедиться, что наши люди доживут до следующего дня. Их лидер, Данте, сталкивается с такой ситуацией каждый день. Каждый день ему приходится выбирать между тем, чтобы поступать правильно и тем, чтобы делать то, что спасет его народ. Обескровливание захваченных землян — это единственный способ, который они нашли, чтобы обрести свободу, залечить свои раны, гарантировать, что многие из них проживут достаточно долго, чтобы увидеть день, когда они смогут безопасно выйти на солнце, за пределы этих металлических стен, не боясь умереть просто за то, что дышат нашим воздухом. Он выбирает свой народ вместо вашего, вместо своей человечности. Как лидер, я могу понять это, потому что я сделала выбор сжечь триста человек заживо. Как человек, я не могу понять, как они могут делать то, что они делают с вашими людьми. Однако есть разница между убийством трехсот человек в бою, на войне и высасыванием крови у трехсот беззащитных людей в лаборатории. Есть разница между самозащитой и накачиванием людей наркотиками, чтобы превратить их в животных, как они делают со жнецами. И, хотя я могу понять, откуда исходят их действия и что в первую очередь нужно заботиться о людях, я также считаю, что даже перед лицом выживания есть некоторые границы, которые мы никогда не должны пересекать. Это, по-моему, одна из таких вещей». «С этой точки зрения я могу согласиться с твоим мнением. Его действия, хотя и понятны, все же непростительны», — согласилась с ней Лекса. «Это наша ноша, как лидеров», — ответила блондинка, прежде чем замолчать, думая о последнем разе, когда Данте сказал ей эти слова и о контексте всего, что происходило вокруг них, и о том, как они преследовали ее все это время. Генералы начали беседовать на тригедасленге, не зная, что благодаря своей подготовке и изучению языка, Кларк сможет понять каждое слово: «Похоже, что Небесная девчонка не так глупа, как мы думали. Может быть, дело в остальных?», — высказала свое мнение Индра и Кларк почти рассмеялась над этим, в последнюю секунду взяв себя в руки и сохранив выражение лица неизменным. «Она отличается от других, это точно. Мне потребовалось некоторое время, чтобы понять это, но она понимает вещи лучше и, кажется, действительно хочет, чтобы мы сотрудничали, даже просто, помимо покорения Горы. Небесная девушка хочет, чтобы мы мирно сосуществовали, она боролась за это все это время. Даже когда мы были врагами, она никогда не делала ничего, что не было бы направлено на выживание. Ей не доставляло удовольствия побеждать нас и когда я нуждалась в ней, чтобы спасти Трис, она дала моей второй свою собственную кровь, чтобы убедиться, что она выживет», — высказалась в защиту Кларк Аня. «Ты не говорила нам про это, Аня. Что случилось с Трис и как Небесная девочка спасла ее?» — спросила Лекса ничего об этом не зная. Кларк хотела сказать ей, но у нее не было на это времени, поэтому она просто ждала, что об этом скажет Аня. «Трис была ранена во время взрыва на мосту, там же погиб и Фонт. Нико был далеко, в Сангедакру, и никто не знал, что делать, чтобы спасти ее, поэтому я поймала Небесную девчонку и еще одного мальчишку, который всегда за ней таскается, хотя я не думаю, что он ей так уж сильно нравится. Я отвела их к Трис. Девчонка быстро поняла, в чем дело и, пока она лечила Трис, она рассказала нам все о том, что ее народ понятия не имел, что Земля пригодна для жизни, и о том, что мы были здесь, как это стало неожиданностью, причем не из приятных, и я поверила ей, когда она сказала мне, что она никогда не предполагала, что отношения между обоими народами станут настолько напряженными. Она говорила о мире каждый раз, когда мы общались». «Это не значит, что мы можем доверять ей или ее людям, Аня. Ты знаешь так же хорошо, как я, как и Индра, что этот союз с ними может быть опасен для Командующей. А если с ней что-нибудь случится, Коалиция тоже прекратит свое существование», — сказал Густус, что нисколько не удивило Кларк. «Да, мы все знаем, что Командующая — это Коалиция, Густус, но ты должен согласиться, что этот союз не более опасен, чем с Ледяным Народом, не так ли?» — сказала Аня своему товарищу, — «Небесная девушка не сделала ничего, кроме как доказала, что она хочет, чтобы это сработало больше, чем кто-либо другой, не только для того, чтобы она могла спасти свой народ из Горы, но и для того, чтобы мы могли вытащить оттуда наших. Она проявила сострадание к воинам, которых послали, чтобы убить ее и всех, о ком она заботилась, и корит себя за их смерть. Вот какой человек заключает союз с Командующей и если хотите знать мое мнение, эти двое вместе станут силой, с которой нужно считаться». После этого Кларк не знала, что чувствовать; слышать, как страстно Аня защищала ее, было чем-то, что очень согрело сердце блондинки, поскольку это было словно одобрение от семьи ее девушки и зная, насколько важно было мнение Ани для Лексы, Кларк была рада, что оказалась способна показать старшей женщине, что она не представляет угрозы для ее людей, и тем более для самой Лексы. Сама брюнетка не могла не быть поражена тем, чего достигла Кларк. Получить одобрение Ани было не просто, если только она действительно не чувствовала, что этот человек достоин. Знать, что ее наставница, ее учитель, ее друг, та, кто заменил ей мать, настолько одобряла блондинку, что была готова защищать ее перед Густусом и перед множеством их воинов, значило больше, чем можно было описать словами. Казалось, что после слов Ани разговор между ними зашел в тупик и не желая оставлять все в таком напряжении, у Кларк появилась идея, и она улыбнулась: «Лекса — ваше настоящее, имя или это прозвище?» — еще раз привлекая к ним внимание остальных, спросила Кларк свою девушку, хотя уже и знала ответ. «На самом деле, просто прозвище. К чему вопрос?» — спросила брюнетка, зная, что Кларк хорошо знает ее имя. «Ни к чему. Мне просто интересно, было ли выбрано ваше имя из-за его значения», — покачала головой Кларк. «Имя Командующей имеет какое-то значение?» — перебила их Индра. «Имена обычно имеют значение, или, по крайней мере имели значение в Старом Мире, как мы его называем», — кивнула блондинка, — «Я читала, что до ядерной войны и всего остального, некоторые родители обычно искали и выбирали имя своему ребенку, основываясь на том значении, которое им нравилось больше всего, или на имени, значение которого было связано с чем-то, кем они хотели, чтобы их ребенок был, обладал или достиг». «Так было с тобой? Твое имя было выбрано из-за его значения?» — с любопытством спросила Аня. «Ну, у моего имени действительно есть значение, которое, кстати, довольно хорошее, но мои родители выбрали мне имя не поэтому. Это был папа?» — Кларк позвала своего отца, который усмехнулся ей. «У тебя есть какие-нибудь проблемы с этим, детка?» — оглянувшись назад, подразнил ее Джейк. «Нет, мне нравится мое имя, но дедушка всегда говорил мне, что мое имя происходит от его любимого персонажа комиксов», — улыбнувшись, покачала головой блондинка. Эбби заговорила, понимая, что нет ничего плохого в том, чтобы общаться с землянами, помогая при этом своей дочери: «Это потому, что мой отец был уверен, что это будет мальчик и ему всегда нравилось имя Кларк, из-за Кларка Кента, да. Но это было просто совпадение, так получилось, что твой отец всегда говорил, что назовет своего ребенка Кларк. Когда мы узнали, что я беременна и отказались заранее знать, будет у нас девочка или мальчик, я спросила его, как мы узнаем, как тебя назвать, и он сказал, что он такой умный, что выбрал имя, которое можно использовать в обоих случаях. И все же, когда ты родилась и мы посмотрели на тебя, мы оба просто знали, что это имя идеально подойдет». Кларк улыбнулась истории, которую рассказала ее мать, как и другие, и даже земляне, которые слушали. «Но если тебя назвали не в честь этого Кларка Кента, то в честь кого тебя назвали?» — спросила свою девушку Лекса, интересуясь ответом. «В честь автора любимой книги моего отца, Артура К. Кларка. Книга называется «2001 год: космическая одиссея». В основном рассказывает о приключениях людей в космосе и на других планетах, что было очень уместно, учитывая, откуда мы родом. Но все же, значение моего имени — ученый, ученик, или студент», — объяснила им блондинка. «А как насчет других?» — спросила ее Лекса. Улыбнувшись своей девушке, Кларк указала на механика: «Рейвен означает темноволосый, или мудрый». Девушка, о которой шла речь, захлопала в ладоши: «Были какие-нибудь сомнения в том, что я гений?» «Просто к твоему сведению, Джон означает «благословенный Богом». Получай», - прервал ее Мерфи. «Беллами означает «красивый друг», — можно было услышать смешки, поскольку остальные, казалось, дразнили парня. Кларк продолжила: «Имя Октавия на самом деле означает «восьмая», потому что это имя, которое обычно давали восьмому ребенку в семье давным-давно». «Серьезно?» — спросила ее младшая Блейк. «Ага. Также это имя сестры Цезаря и в других культурах именно это значение скрывалось за этим именем». «Мое имя дала мне моя мама в честь ее любимого писателя Герберта Уэллса, но оно также означает весна», — присоединился Уэллс. «А как насчет моего?» — посмотрела на своего парня Джессика. «Это значит видеть многое, или иметь дар предвидения», — ответила Кларк. «Круто». «А наши имена тоже имеют значение?» — спросила Аня блондинку, которая кивнула, — «А что же значит имя Командующей?» «Лекса — это сокращение от…» — Кларк замолчала, чтобы брюнетка закончила. «Александрия». «Это будет Защитник Человечества», — улыбнулась Кларк. Лекса ухмыльнулась, Аня усмехнулась, а Индра кивнула: «Подходит», — был ответ женщины. «Это настоящий смысл, но есть и другие отсылки. Так называлась самая большая и важная библиотека в истории человечества — Александрийская королевская библиотека. Говорили, что в ней хранились самые важные документы, насчитывающие, по оценкам, от сорока до четырехсот тысяч свитков. Она была создана для хранения мировых знаний, а также посвящена Музам, девяти богиням искусств в Древней Греции. Библиотека была построена в городе Александрия в Египте, что подводит нас к другой ссылке. Город был построен и назван в честь Александра III Македонского, более известного как Александр Великий. Он создал крупнейшую империю древнего мира еще до того, как ему исполнилось тридцать лет. К сожалению, когда греки отправились завоевывать Египет, они сожгли библиотеку или, по крайней мере, большую ее часть. Мудрецы того времени и те, кто пришел после, придерживались мнения, что утрата библиотеки была потерей для человечества», — закончила Кларк глубокое погружение в историю имени Лексы. Лекса ухмыльнулась, прежде чем повернуться, чтобы посмотреть на свою наставницу, которая вздохнула, качая головой: «Как будто ей нужны были еще какие-то причины, чтобы быть тщеславной. Тут и без этого все плохо, Небесная Девочка». «Прошу прощения», — виновато улыбнулась Кларк «Не обращай внимания на Аню. Она врет. Я не тщеславна, но я бы хотела знать, что означают имена Аня и Густус?» «Ну, Аня в первую очередь означает «милостивая», или «милосердная», но в некоторых странах оно также означало «мать». А Густус означает «королевский посох», или «посох богов». «Ты только посмотри на это? Я думаю, это значит, что ты слишком мягкая, Аня», — подразнила Индра свою бывшую ученицу. «Очень смешно. А как насчет Индры?» — спросила молодая женщина. Все воины, казалось, смотрели на Кларк, ожидая увидеть, что она скажет, когда она улыбнулась и ответила: «Это означает, проливающая дождь». Впервые, за этот новый шанс, который им был дан, Кларк смогла услышать беззаботный смех Лексы, наряду со смехом Ани, даже смешки других землян, которые внимательно слушали, любопытствуя о том, что говорила блондинка, и поняли, как забавно было, что у их генерала было имя, которое связывало ее с Небесным Народом. Женщина, о которой шла речь, заворчала, но даже она могла видеть, что ситуация была забавной и не обиделась, хотя она и не позволила бы им увидеть это, но все было нормально, потому что Кларк видела веселье в ее глазах, сочтя это победой. Пока это происходило, друзья Кларк идущие впереди, перешептываясь друг с другом, наблюдая за тем, как девушка совершает то, что они считали еще одним чудом. «Я не думала, что доживу до того дня, когда мы увидим, как земляне вот так смеются, но я думаю, нам действительно не стоит сомневаться в способностях Кларк так легко совершать невозможное», — прошептала Рейвен остальным. «Мы говорим о Кларк, Уродина. Разве есть что-то, чего она не может?» — ухмыляясь, согласился Мерфи. «Верно, девчонка действительное нечто. Но меняя тему на что-то более пикантное, это только я или кто-нибудь еще заметил напряжение между Кларк и Командующей, когда она помогала Кларк сесть на лошадь? Я имею в виду, там ведь что-то было, верно? Я ведь не просто вообразила все это, не так ли?» — спросила Октавия. Мерфи слегка усмехнулся, прежде чем ответить: «Сексуальное напряжение? Да, мы все это видели. Даже слепой мог заметить искры, которые летели от этих двоих». Рейвен толкнула его локтем, когда Финн хмуро посмотрел на него. Мерфи пожал плечами. «Что?! Не похоже, что у Кларк кто-то есть. Она свободна и может встречаться с кем захочет». «Я думаю, из них получилась бы отличная пара. К тому же очень могущественная». «Но мы не знаем, интересуется ли Командующая девушками при этом и свободна ли она?» — присоединился к своей девушке Уэллс. «Линкольн, ты можешь ответить на этот вопрос?» — спросила Октавия своего парня. «Командующая интересуется девушками и только девушками, и она также ни с кем не встречается». «Тогда я прав и они обе вольны сделать это перемирие немного более личным. Одна спальня на двоих, если вы понимаете, что я имею в виду», — пошутил Мерфи. «Да, мы все знаем, что ты имеешь в виду, извращенный осел, но это не наше дело и мы не должны сплетничать о Командующей, всего в нескольких футах от ее людей. Что, если они решат, что мы проявляем к ней неуважение, а? Этого мы точно не хотим, так что заткнись и поговори о чем-нибудь другом», — напомнила Рейвен ему и остальным, положив конец их поддразниваниям. «Тебе обязательно быть таким обламывателем веселья, Уродина? Мы просто безобидно развлекались». «Нет, она права, Джонни. Земляне могут воспринять все, что мы говорим, как неуважение, поэтому лучше следить за языком, пока они могут тебя слышать. Как только мы останемся наедине, если ты захочешь поговорить об этом, то пожалуйста, но прямо сейчас лучше не дразнить медведя. Отношения между обоими народами все еще очень напряженные и поводом для нарушения перемирия может стать что угодно. Кларк приложила немало усилий, чтобы сделать это и мы обязаны не облажаться при первом же удобном случае. Наши друзья рассчитывают, что этот альянс поможет им спастись, прежде чем они превратятся в мешки для крови. Окей?» — обратился к другу Уэллс, который всегда был голосом разума. «Хорошо, я понял, молчу», — сдаваясь, поднял руку Мерфи. Беллами, будучи еще худшим обламывателем веселья, чем Рейвен, сменил тему на что-то гораздо более серьезное: «На чем нам действительно нужно сосредоточиться, так это на том, чтобы добраться до Горы Везер и если вам интересно то, мы смотрели на все это с неправильного ракурса». «Что ты имеешь в виду, Белл?» — спросила его сестра. Он посмотрел на нее, прежде чем ответить: «Без обид, но я думаю, что на протяжении многих поколений Гора Везер надирала землянам задницы. Единственный способ, как мы можем изменить это и выровнять игровое поле — это иметь кого-то внутри, кто ослабит их защиту, чтобы дать нам шанс атаковать или хотя-бы приблизиться». «Дай угадаю, этим кем-то хочешь быть ты?» «O…» «Нет, Белл. Ты знаешь, насколько это опасно? Если они поймают тебя, они тебя убьют. Возможно, тебя тоже используют как мешок для крови». «Но ты не можешь отрицать, что его план действительно имеет смысл», — вмешался Финн. Октавия повернулась и наградила его убийственным взглядом. Финн поднял руки вверх, прежде чем заговорить: «Я просто говорю, что Беллами прав, говоря, что нам нужен кто-то внутри. Из-за кислотного тумана мы никогда не сможем подобраться к ним достаточно близко, чтобы даже подумать об атаке и уж точно не продвинемся к возвращению наших людей. Но это не обязательно должен быть конкретно он». Джессика покачала головой, сжимая руку своего парня, ища утешения и заговорила: «Мы с Кларк едва выбрались оттуда. Как он, или кто угодно, сможет проникнуть внутрь, и попасть к Горцам достаточно надолго, чтобы ослабить их оборону, не будучи пойманным? И более того, кто сказал, что его не посадят в одну из клеток, как и других землян и не выкачивают из него всю кровь?» «Я просто должен найти способ избежать этого», — вздохнул Беллами, — «Послушайте, все, что я знаю, это то, что у наших друзей не так много времени, чтобы мы бились лбами о стену, когда ответ смотрит нам прямо в лицо. Если кто-нибудь не уберет кислотный туман, то какие бы средства защиты у нас ни были, размер этой армии ничего не будет значить, как и все это перемирие», — твердо сказал парень остальным. «Пойдет Беллами, или кто-нибудь еще, или нет, решать не нам. Кларк знает, что нам нужно сделать, чтобы выиграть эту войну, поэтому после того, как мы заключим перемирие с землянами, тогда мы сможем узнать ее решение по этому вопросу. В конце концов, она единственная, кто знает все устройства Горы, кто знает карты. Ты все равно не сможешь попасть туда без ее помощи, так что, пока притормозим наших лошадей и просто сосредоточимся на чем-то одном», — предупредила их Рейвен, зная, что спорить бессмысленно, поскольку Кларк в любом случае отправит туда Беллами. Ребята кивнули в ответ на ее слова, зная, что она, вероятно, была права. Кларк наблюдала за каждым шагом Горы и они действительно не должны были ничего предпринимать без ее участия в первую очередь, поэтому они закрыли эту тему, отложив разговор на потом, пытаясь сосредоточиться на том, что должно произойти сегодня, а не беспокоиться о завтрашнем дне, но Рейвен и Мерфи почувствовали облегчение от того, что Кларк не придется предлагать Беллами взять на себя такую рискованную миссию. Он уже был готов сделать это, так что все, что ей нужно было сделать сейчас, это дать ему зеленый свет и проинструктировать о том, что делать. Оглянувшись, Рейвен смогла отвлечь внимание Кларк от разговоров, которые вели вокруг нее земляне и блондинка, приподняв бровь, с любопытством посмотрела на свою подругу, прежде чем заметила едва заметное движение головы механика в сторону Беллами, за которым последовал кивок и блондинка сразу же поняла, что у парня уже была идея проникнуть на Гору самостоятельно, и теперь от нее зависело привести этот план в действие. Кроме того, от нее зависело убедиться, что все пройдет также гладко, может быть, даже лучше, чем в прошлый раз, когда они поспешно приняли это решение, не слишком задумываясь и надеясь на лучшее. Слева от нее Лекса посмотрела на нее с чем-то близким к беспокойству, поскольку блондинка слишком внезапно замолчала и, казалось, была глубоко погружена в свои мысли. Глаза брюнетки явно спрашивали, не случилось ли чего, но Кларк просто ободряюще улыбнулась ей и едва заметно покачала головой, давая понять своей девушке, что ей не о чем беспокоиться и с блондинкой все в порядке. Конечно, им придется поговорить о своих планах относительно того, как справиться с осадой Горы, а также, возможно, погрузиться в свое прошлое относительно этого места, чего они раньше не делали, а также поговорить о том, чего они могут ожидать друг от друга на этот раз, чтобы снова не быть застигнутыми врасплох. В общем у них было одно большое поле для размышлений. Но сейчас Кларк просто хотела сосредоточиться на том, чтобы добраться до Тондиса, пережить этот день и трапезу так, чтобы никто ничего не сделал, чтобы нарушить перемирие между ее народом и землянами. Она не хотела проходить через все это снова, чтобы в итоге Лексе пришлось убить кого-то, кого она любит и кому доверяет, потому что он по глупости не доверял ей в ответ. Этот день должен пройти по-другому, и притом в лучшую сторону. Скрестим пальцы.