Tertia vigilia | Третья стража

— Ты помнишь меня? — гриффиндорец не видел лица, но абсолютно точно был уверен в том, что на нем была улыбка. Гарольд непроизвольно сделал шаг назад. И тут же отругал себя за это. Какая глупость, чего это он? Ну же, разве этот заучка может что-то сделать ему? Рука потянулась к палочке. Теперь-то у него есть преимущество. Отец Гарольда работал в Аврорате. Пусть и не совсем настоящий аврор, но парочку приемчикам сына научить успел. — Убери палочку, Гарольд, — его голос звучал по-странному дружелюбно. — Поговорим. Ага. Так он и поверит этому типу. Хилл сразу пронюхал, что он какой-то не такой. И что это он всем нравится? — Нет. Это ты все подстроил? — попытался звучат твёрже. — Глупый вопрос, мальчик, — он засмеялся. — Все всегда платят за свои поступки. Не успев ответить, гриффиндорец почувствовал, как вокруг его шеи сжимается петля, сияющая синим светом. Такая магия была ему неизвестна. Он попытался было дёрнуть её, но та не поддавалась. Запаниковал. Палочка выскользнула из рук и со стуком упала об каменный пол. — Что.. кхм.. проис..ходит? Реддл, ты сумасшедший! — Всё может быть. Но это же не мне осталось всего пара минут жизни, — он сел на стул, перекрестив ноги. Зажегся факел. — Печально, что для тебя все закончится, Гарольд. — Нет! Я... нет! Ты не сделаешь. Это. Тебя поймают. Ты... ты! — Кто? Никто понятия не имеет, что ты здесь. У меня есть свидетели, что я не выходил из комнаты сегодня вечером. А конфликт, который у нас произошёл, исчерпан, — скучающе проинформировал он. — Я выброшу твоё тело в Запретном лесу и его истерзают дикие животные. Так, что никто и не догадается об убийстве. Представь заголовки: "Заблудшего студента насмерть растерзали звери в лесу. Вот к чему приводит несоблюдение правил". — Я не верю! — выкрикнул он вполголоса. — Хорошо, — петля сжалась, полностью перекрывая доступ к кислороду. — Кххх..нет.. стой...ммм, — в попытках ослабить руками петлю, он сделал только хуже. — У тебя есть идеи? — Ммм...кх.. — Ясно, — немного ослабив хватку, Том подошёл к нему, хватая за шиворот. Ноги не касались земли — человек не может быть таким сильным. — Зато у меня есть. Я забуду об этом, если... Хм. Дай подумать. Ты больше никогда не поступишь так. Никогда. Я даю шанс исправиться. Будь уверен в том, что в следующий раз я убью тебя. Ты больше не смеешь говорить обо мне, говорить со мной. Обсуждать и рассказывать все то, что произошло здесь, понял меня? Гарольд кивал. Быстро, лихорадочно. Страх за свою жизнь бурлил в его глазах. Сейчас он понимал, насколько в безнадёжном положении находится. Том говорил, хватал за живое, умел это делать. Хилл, расскажи кто, ни разу бы не поверил в то, что творил староста. Да, Реддл был странным, дотошно идеальным, за ним бегали все девчонки — даже те, что нравились самому Гарольду, а он был тоже неплохо сложен. Преподаватели были без ума от слизеринца, ставили его в пример. На любом занятии у Слизнорта Том в центре внимания. Всегда. Никто никогда не сказал бы так о Гарольде. Даже собственный отец. У него накипело. А когда староста застукал их за играми, все вырвалось наружу. Он был зол и ударил его. Знай, что все так обернётся... — И я возьму с тебя Непреложный обет. Он согласно моргнул. — Очень хорошо, — он схватил его руку, оголяя ее. Синяя и красная нить сплелись. Обещание вылетело с уст Хилла, будто это что-то незначительное. Он боялся. А Том знал, что теперь он полностью в его руках. Приятное чувство овладело юношей. Хотелось сделать ещё что-то: убить, покалечить, заставить бояться сильнее. Он знал, что так нельзя. Сдерживался. Глаза все ещё горели красным. Вены проступили на бледных руках. — Беги отсюда. — Ч-что? — тот был не в себе. Его било дрожью. И он все ещё стоял на коленях, прислонившись к стене. — Я сказал — пошёл вон. Гарольд встал. Ноги не слушались, он споткнулся, но удержался. Прошло несколько долгих секунд, пока он преодолел расстояния до двери. Вышел. Реддл ударил пару раз по стене кулаком. Кажется, магглы так успокаивались. По крайней мере, он видел это в фильмах, которые показывали в приюте Вула. Его они всегда жутко раздражали из-за глупости главного героя, а может быть и потому, что это единственный фильм, который разрешался проигрываться там. И каждое воскресенье, после молитв, Марта заводила их в маленькую комнату, включала маггловский аппарат, который крутил плёнку. На белом полотне мелькали лица. Звук всегда был очень тихим, и чтобы слышать, нужно было сидеть неподвижно, потому что при движении скрипел старый пол. Все, как один, замирали. Том ненавидел этот момент. Ему приходилось повиноваться, потому что иначе время, которое он запланировал на чтение книг, украденных у миссис Коул, уйдёт на наказание — молитву в течении 2-ух часов на коленях. Это если повезёт. Магглы — слабые существа. Им необходимо верить в высшие силы, в Бога, который спасёт их от несчастья. Всё эти годы никто так и не пытался спасти его. Сколько бы времени он не потратил на молитвы — ни разу. Том не верил в Богов, в мифы и легенды, только в самого себя. Обход закончить все же пришлось. Когда он вернулся в комнату, было уже далеко за полночь. Пара свечей ещё горели у одного из письменных столов. — Поздно, — заметил Долохов, старательно выписывающий что-то в блокнот. Перед ним стоял котёл. Булькало. Том заглянул. — Крововосполняющееся? — нахмурился староста. — Да. — Что-то случилось? — Трэверс вернулся. Макнейра ранили. — Я послал их только договориться с дядей. Что могло пойти не так? — Трэверс говорит, что в Аврорате какая-то шумиха. Всех проверяют, — Долохов замолчал. — И? — Говорят, люди Гриндевальда в Англии. Том фыркнул. — Слухи. — Они напали на Макнейра. — Что? — Его не пустили. Он остался на стрёме.  А потом появились они. Решили, что один из авроров. — Макнейр совсем молодо выглядит. Вряд ли. Тут что-то другое. Точная ли информация? — Завтра в газетах узнаем. А сейчас Макнейр в Хогсмиде. Сняли комнату. Абраксас там. — А что Трэверс? — Он ничего не видел. — Для чего людям Гриндевальда появлятся в самом защищённом месте в Англии? Это как минимум нелогично. Есть жертвы ещё? — Да. Один молодой мужчина. Мертв. Том сел. Закурил. — Это хорошо, что он в Хогсмиде. Дамблдор не должен знать. Займешься его лечением. Я доверяю тебе. Ты один из лучших моих людей в Зельеварение. Антонин кивнул. — Я так понимаю, что Эбенезер не сможет ничего рассказать. — Да, — подтвердил болгарин. — Он... не пришёл в себя. — Всё плохо? — спросил юноша, затягиваясь. — Туго без целителей. Я делаю, что могу. — Нельзя, чтобы новость о раненном Макнейре просочилась наружу. Но если он умрёт... Долохов согласно кивнул. Он всегда был немногословен. — Нужно решить. — Кажется, я знаю кто может помочь. — Это проверенный источник? — Нет. Но выбора у нас мало. Том выдохнул. Закрыл глаза. — Ты устал. Выспись. — Нужно к Макнейру... — прошептал Реддл. Зевнул. — Я сам, —заявил Долохов, а затем добавил: — Позвольте мне, мой Лорд, выполнить это за вас. Вот про что говорил староста. Антонин всегда находил лазейку, подбирал правильные слова, завлекал, подобно змее. Никогда прежде ему не приходилось встречать такого человека. Болгарин был верен ему, но Том не мог выяснить мотивы этого. Он слишком умен, чтобы повиноваться. Это настораживало. — Валяй, — признал он. Спать, действительно, хотелось. Том освободился от ненужной одежды. В комнате было прохладно, но разве это могло заботит лорда Волдеморта? Оставшись в одних брюках, он лёг, раскинув руки. Потолок все тот же. И лёгкая трещина все ещё проглядывает. Что-то не меняется никогда. Заметив наблюдения, он спросил: — Тебя привлекают мужчины? Повисла тишина. — С чего ты взял? — Ты смотришь на меня так. — Как? — Как девчонка. Долохов усмехнулся. Кажется, в нем слышались нервные нотки. — Нет. — Разве? — Том поднялся, приблизившись вплотную к юноше. Руки обхватили стул, делая невозможным увернуться. Лицом он приблизился и прошептал на ухо:— Я вовсе непротив этого. Антонин сглотнул. Зрачки расширились. Том улыбнулся, возвращаясь в исходное положение. Что ж, теперь стало яснее. Мотив есть, и он снова может доверять Долохову. Он и раньше замечал странные взгляды в свою сторону, но особо не придавал значения. Думал, это страх. Как оказалось, даже подобные люди могут пасть чарами чувств. Реддл, конечно, исключение. Раз так, то почему бы этим не воспользоваться? Долохов неплохой парень, а его ориентация не помешает ему покорно служить Лорду. Даже подсобит. — Том, это неважно, я больше никогда... — Важно. Можешь делать, что угодно. Это не запрещено. Главное, будь верен мне и тогда я награжу тебя. Антонин выдохнул. Напряженные плечи расслабились. Он отложил перо и повернулся к Тому. — Всегда буду. Обещаю. Реддл похлопал его по руке. Болгарин замер. Затем, встряхнув головой, продолжил работу. Зелье нужно закончить до утра. А Том повернулся набок. Сон постепенно одолевал его, веки потяжелели. Сопротивляться не было смысла. Перед тем, как провалиться в небытие, слизеринец ощутил, как что-то тёплое укрывает его плечи. Но думать об этом совсем не хотелось. *** Том торопился на завтрак. Он уже опоздал, преподаватели могут задаться вопросами. Скамья Слизерина была почти пуста. Большинство уже закончили завтракать и отправились на учёбу. Это к лучшему. Он подсел к Абраксасу. — Здравствуй. Как он? Тот неоднозначно пожал плечами. — Мэрлин его знает, я — не целитель. Кажется, также как и вчера. У него глубокие порезы на груди и животе. Я таких заклинаний не знаю. Тебе нужно самому посмотреть. — Да, стоило бы вчера прийти. — Долохов рассказал, что тебе нужен был отдых. Чем занимался? — Читал. — И поэтому Гарольд Хилл сидит сам не свой? — Том быстро взглянул на гриффиндорский стол. Там, расположившись в самом конце, угрюмо опустив голову, сидел он. Ковырялся вилкой, будто не находя места. — Он немного не в духе, кажется, — уголок губ Реддла поднялся. Он наконец приступил к трапезе. Абраксас хмыкнул. — На, почитай газету. Том схватил и развернул её. На первой странице красовалась колдография Аврората. Большими буквами было выведено: "Трагедия у порога Аврората. Так ли мы обезопасены, как кажется?" На следующей странице статья о бесчинствах Гриндевальда во Франции. А дальше — весьма бестолковое описание вчерашней потасовки. Оказалось, Макнейра успели заметить, но он успешно трансгрессировал. Ну хоть на том спасибо. Фото мужчины, погибшего на месте, также размещено после статьи. — Вот что мне кажется, — начал Малфой. — Посмотри на этого и нашего Эбенезера. Сравни их. Очень похожи. А знаешь на кого они ещё похожи? На тебя, Том. — Хочешь сказать, что они искали кого-то определённого? Намекаешь на меня? Смешно. Это совпадение, не более. — Я не знаю. Но это стоит брать во внимание. — Может быть, но сейчас я хочу подумать в тишине. Абраксас Малфой замолчал. Всё больше и больше студентов покидало зал. Под конец осталось всего около десятка человек. Староста оглянулся и заметил знакомую гриффиндорку. А вот и она, наша таинственная  личность. Сидит. Читает. — Я просил тебя узнать о кое-ком. — Да. Я помню. — Ну так? — Мало информации. Её имя — Алина Арделеан. Чистокровная. Про семью мало, что известно. Древняя, почитаемая в Румынии. У них много отпрысков, около десяти. Почему учиться здесь — неизвестно. — Арделеан... Я понял, — он встал из-за стола и направился в её сторону. Она сразу заметила его, испугалась и захлопнула книгу. — Что-то нужно, мистер Реддл? — О, я смотрю, вы потрудились узнать обо мне, мисс Арделеан. Как ваши дела? — Всё в порядке, — поправила она мешающую чёлку. — К сожалению, не могу спросить вас о том же, ведь сильно тороплюсь. — Да что вы? Прискорбно. Я как раз собирался сообщать профессору Вилкост о ночном приключении. Её лицо побледнело. — Не шантажируйте меня. — О чем вы говорите? Никогда. — Вы отвратительный человек, мистер Реддл. Он пожал плечами. Взглянул на обложку книги — "Волхование всех презлейшее". — В ваших руках опасная вещь. Узнай кто, что вы читаете это, вас посчитают сумасшедшей. Алина прищурилась. — Не думаю, что это ваше дело. — А вы всё грубите. В Румынии не учат этикету? — А в Англии все суют нос не в свои дела? — съязвила девушка. — Очень хорошо. Сами расскажете или мне придётся? — слизеринец схватил её за руку. — Хватить с меня ребячества, Алина. Она вырвалась и зло прошептала: — Тогда что вам нужно? — Мистер Реддл, у вас все хорошо? — послышался голос за спиной. Том обернулся. Ну конечно, Дамблдор собственной персоной. Пришёл добродетельствовать, не меньше. — Всё отлично, профессор. — Мисс Арделеан, вы хорошо устроились? — Замечательно, профессор. Я не знала, где наш кабинет, а мистер Реддл вызвался мне помочь. У нас общее занятие, — улыбнулась она фальшиво. Том не знал, заметил ли это Дамблдор. — Это радует. Обращайтесь, если будут нужно. — Спасибо, профессор Дамблдор. После того как он устранился, Алина отпрыгнула от Тома, будто обожглась. — Не смотри на меня так. Я не доверяю людям с бородой длинее, чем собственная палочка, — она вздернула нос. Реддл слегка улыбнулся уголками губ. Девчонка, конечно, раздражающая, но не дура. И это становится забавным. Сильная, чистокровная ведьма будет очень кстати в его компании. Только как её переманить? Если она станет его врагом, то хлопот не оберешься. Но юноша поступит разумнее — сблизиться с ней, а потом попытается промыть ей голову. Или, если не получится, хотя бы узнать её секреты. Но сейчас пусть пока остаётся тёмной лошадкой. Это все равно ненадолго.