Воин ночи

Наутро погода лучше не стала. Как и опасался Шорун, всё вокруг превратилось в вязкое болото. Кажется, дождь стал даже сильнее, крупные капли непрерывно падали с веток, а под ногами хлюпали глубокие лужи. Но оставаться на месте и ждать не имело особого смысла. Небо было полностью тёмным, без единого просвета. Мы медленно двинулись дальше, подталкивая проваливающиеся в мутную жижу телеги. - Может, нам лучше вернуться обратно? – предположил Норбух. – Ведьмам не нравится, что мы забрались в их жилище. - Какое ещё жилище? – возмутился Руан. – Обычный дождь, просто очень невовремя. И лес самый обычный. Мы даже ни одного волка не встретили! - Волки не дураки, чтобы рыскать по такой погоде – проворчал Шорун. Но выбора не было. Мы продолжили путь, вяло переругиваясь, и то и дело бросая встревоженные взгляды на небо. Было бы неплохо найти укрытие и переждать непогоду, но в лесу это было не так уж и просто. Норбух предложил срубить пару деревьев и наспех сколотить навес, но купец был категорически против. На какое-то время мне показалось, что дождь начал стихать, как вдруг оглушительно ударил гром, а ветер налетел с новой силой. Деревья жалобно трещали, их кроны клонились к земле, а яркие всполохи молний разрезали небо ослепительными вспышками. Испуганные лошади рванулись вперёд, и я уже начал опасаться, что мы не сумеем их удержать и нам придётся тащить всю поклажу на себе до самого конца путешествия. - Никогда не думал, что можно утонуть в лесу – хмуро сказал Шорун, помогая мне вытаскивать увязшую повозку. - Думаешь, это действительно ведьма? – спросил я. – В том году, когда мы уже возвращались через перевал, дождь тоже лил дня три или даже четыре. - Кто его знает? Я слышал, что ведьмы умеют наводить порчу и сглаз, но могут ли они призывать грозовые тучи? Ещё одна молния ударила уже ближе к нам. Лошадь отчаянно заржала и рванула повозку, едва не опрокинув её. После огненной вспышки сразу резко стемнело и казалось, словно мы куда-то бредём посреди ночи, то и дело спотыкаясь и падая в липкую грязь. - Так дальше идти нельзя! – воскликнул Корсил. – Или лошади убегут, или мы себе ноги переломаем… Молния снова разорвала пелену непроглядной мглы, на мгновение высветив наши бледные, встревоженные лица и перепачканную глиной повозку. - Там усадьба! – внезапно закричал Норбух. – Вон там, совсем близко от нас! - Ты с ума сошёл? – пренебрежительно фыркнул Корсил. – Какая может быть усадьба посреди леса? - Я видел здание – настаивал Норбух. – Высокий двухэтажный дом. - Вначале тебе мерещились ведьмы, теперь вот усадьба – не унимался Корсил. – Что будет дальше, сундук, полный золота, или королевская дочь? - Продвигаемся туда – оборвал перепалку Руан. – Там что-то было, хотя я и не успел разглядеть. И будьте начеку, всякое может случиться. - Ну да, самое время рассказывать сказки – недовольно проворчал Корсил. – Как оно там было? Продать душу кромешной ночи ради вечной жизни и власти над миром? Тем не менее, мы начали двигаться дальше вперёд, осторожно волоча увязающую в лужах телегу. Я понятия не имел, что сумел разглядеть в мрачной чаще леса Норбух, но он был значительно выше и вполне мог увидеть что-то пока недоступное нашему взору. Мы с трудом протащили повозку мимо склонившегося дерева, чуть не застряли в зарослях малинника и внезапно перед нами могучей громадиной вырос каменный особняк, невесть откуда взявшийся в этих краях. Свет в окнах не горел, отчего всё строение казалось нежилым и каким-то ненастоящим. Даже если вдруг допустить, что какой-то сумасшедший лесник или шайка разбойников решит выстроить дом посреди гиблого леса, они воспользуются брёвнами, а не будут привозить кирпичи откуда-то издалека. - Можно попроситься переждать ливень – сказал Корсил, разглядывая странное здание. – Тут даже пристройка для лошадей имеется. - Там живут ведьмы – настойчиво сказал Норбух. – Может, лучше держаться подальше? - Думаю, в этом доме никто не живёт – заметил Руан. – Сейчас середина дня, а в комнатах не горит свет. Но осторожность не помешает. Будьте начеку, там вполне мог уснуть голодный медведь. Норбух поудобнее перехватил топор, я обнажил меч, готовясь к сражению. Второй клинок пока оставался в ножнах, не зная, с кем предстоит иметь дело, я предпочитал при необходимости иметь возможность держать рукоять обеими руками. - Не заперто – удивлённо сказал Руан, толкнув дверь. – Не разделяться! Заходим все вместе, лошадей привяжите к крыльцу. Мы зашли в тёмное, отсыревшее помещение. Шорен быстро разжёг огонь в масляной лампе и диковинные, рваные тени помчались в пляс по каменным стенам. Внутри было неожиданно тихо. Посреди зала стоял здоровенный овальный стол, вокруг которого с двух сторон разместились длинные лавки. На старых, покрытых пылью картинах был изображён то ли наследный принц, то ли король с заносчиво вздёрнутым носом и неизменной длинной шпагой в руке. Подставки для факелов не использовались уже долгие годы и даже успели покрыться ржавчиной. Справа виднелась широкая лестница на второй этаж, где, по всей видимости, располагались спальни. - А я-то думал, тут в центре стоит огромный котёл – усмехнулся кто-то из воинов. - Ага, чтобы поджарить Норбуха – задиристо выпалил парень с копьём, с которым мы не поладили во время дежурства. - Для него котла будет мало – засмеялся Корсил. – Понадобится целая бочка… - Тихо! – рявкнул Руан. – Идём все вместе на второй этаж. Я первый, Норбух последний. Если кто-то появится, бить без раздумий. - Это я умею – растерянно подтвердил великан. - Тут никого нет – зачем-то сказал купец. – Можно просто разжечь огонь в камине и немного обсохнуть. - За мной – повторил Руан голосом, не терпящим возражений. Я поднялся по древней лестнице, осторожно касаясь старых камней. Сколько веков стоит в лесу это здание? Может быть, некогда здешние края ещё не называли Волчьими, и тут обитали обычные люди, а то и вовсе располагалась усадьба кого-то из королевского рода? В истории я никогда не был слишком силён. Если тот же Шорен мог без запинки перечислить десять колен королевского рода, то мне было вполне достаточно различать монеты разных стран по изображённому на них гордому профилю. Сверху оказались пара комнат для слуг с полусгнившей мебелью и серыми занавесками, длинная спальня, где по краям массивной кровати размещались широкие шкафы и кабинет какого-то вельможи, почему-то прекрасно сохранившийся. Посреди комнаты стоял дубовый стол, на котором лежали принадлежности для письма, на высоких полках виднелись потемневшие корешки книг, возле кресла стояла небрежно оставленная трость с чёрным набалдашником. - Почему тут всё так хорошо сохранилось? – тихо спросил меня Норбух, слегка отступая немного назад. - Потому, что это для богатых людей – пояснил ему я. – В соседней комнате мебель стоила дёшево и окончательно сгнила. А этот стол наверняка стоил целое состояние и принадлежал какому-то графу или маркизу. - Чьё бы это ни было, сейчас здесь никто не живёт – объявил Руан. – Владельцев уже много лет не было дома. - Я в этом не уверен – заявил Шорен, изучая лежащие на столе бумаги. – Вот эта запись выглядит так, будто её оставили совсем недавно. - И что там написано? – поинтересовался Норбух, сосредоточенно нахмурившись. – Бо… Бо-яр… Боярин? - Боярышник – поправил его лучник. – Это всего лишь рецепт, как варить настой из боярышника. - Никто не придёт в заброшенный дом только ради того, чтобы записать некий рецепт – возразил Руан. – Занимайте комнаты, а здесь, в кабинете хозяина, останется многоуважаемый купец. - Ведьма! – настойчиво повторил Норбух. – Ведьма могла варить настой и забыть эти записи! - Боярышник! – практически по слогам повторил Руан. – Он защищает от порчи, злых духов и сглаза. Разве ведьма смогла бы варить зелье из такого растения? Норбух потупил взгляд и отправился выбирать себе комнату. - И что ты обо всём этом думаешь? – уточнил я у Шорена. - Странное место – признался он. – Но, пожалуй, лучше переждать грозу здесь, чем мокнуть на улице. - А если вернётся хозяин? Тут может быть кто-то из злобных духов или, допустим, поселиться обиженный леший? - Я охочусь практически всю свою жизнь, но никогда не встречал духов и леших – ответил Шорен. – Хотя мне здесь тоже не нравится… - Двое будут непрерывно охранять вход – запоздало спохватился Руан. – Шорен, присмотри за порядком, если кого увидишь, то сразу стреляй. Корсил, идёшь вместе с ним… Я растерянно опустился на пол, выжимая в угол комнаты промокшую одежду и тщательно раскладывая её вдоль стены. Запасные вещи тоже сильно намокли, но это не шло ни в какое сравнение с тем бельём, что я носил под кольчугой. Кажется, даже если бы я с головой окунулся в озеро, воды и то было бы меньше. - Надо растопить камин – потребовал Руан. – Проверьте, есть ли тут где-то запасные дрова, не успевшие ещё отсыреть и покрыться плесенью. Ёсимур, поставь лошадей в конюшню и поищи, может там что-то найдёшь. Наверное, было бы лучше снова натянуть тяжёлую кольчугу, но я ограничился тем, что взял с собой оба меча. Если Шорен дежурил у входа, от конюшни до меткого лучника было рукой подать. Да и вряд ли кто-то, покинувший этот дом несколько десятилетий назад, решит для чего-то затаиться в конюшне. Ледяные капли рушились с неба, словно неумолимый поток вражеских стрел. Гроза затихала, а громовые раскаты уже доносились откуда-то издалека, но всё вокруг превратилось в сплошное болото. Увязая в мокрой глине и проваливаясь чуть ли не по колено, я добрался до конюшни и привязал там коней, старательно оглядываясь в поисках сена. Увы, ничего для животных здесь не было запасено, так что пришлось покопаться в телеге и насыпать им немного овса. Но лошадей здесь когда-то держали, в этом не было совершенно никаких сомнений. Сбоку стояли две большие поилки, возле двери, видимо, на удачу, прибили потёртую подкову. Вообще вся постройка казалась самой обычной, и если бы не начавшие подгнивать доски, я мог бы подумать, что сюда вот-вот зайдёт конюх, чтобы почистить коней и подбросить им сена. Затем я убедился, что крыша не промокает, и направился греться к разгорающемуся в камине огню. Здесь собрались все, включая молчаливого купца и Руана. Дождь не щадил никого, заливая и под тяжёлые латы и под плетёную кольчугу, намочив и обычную тканую рубаху, и расшитый кафтан. Переодевшись, мы вяло переговаривались, обсуждая дальнейшие планы. Купец настаивал, чтобы мы отправлялись в путь сразу же, как развеются тучи, а Руан рекомендовал ему переждать тут хотя бы денёк, чтобы земля немного подсохла. Я сонно слушал их болтовню, не особо вникая в подробности. Какое бы решение не принял наш командир, мне останется только выполнять его указания. Конечно, отдохнуть пару дней под каменной крышей, в доме, где когда-то останавливался некий граф или принц, было довольно заманчиво. Но здесь было страшно. Чем-то недобрым пахли старые комнаты, как-то подозрительно свежими были записи на пергаменте, да и в целом, несмотря на уютно потрескивающий в камине огонь, обстановка казалось довольно гнетущей. К тому же портреты неизвестного лорда как будто следили за нами со стен, то ли запугивая, то ли о чём-то предупреждая. По отсыревшим стенам медленно стекали серые капли воды, оставляя на них продолговатые полосы. Даже Корсил почти перестал задирать всех и пытаться острить, угрюмо уставившись в одну точку на лезвии своего неизменного кинжала. - Мы слегка задержались – пояснял Руану купец. – И, видимо, свернули южнее, чем следовало. Когда мы переждём этот ливень, то пройдём немного на север и затем будем двигаться ровно на восток, пока не увидим реку Нивию. - Её вплавь мы не перейдём – уверенно заявил тот самый воин, что уже как-то перебирался через речку на спор. – Груз слишком большой, да и лошади не поднимутся по настолько крутому склону. - Я знаю надёжный брод – объявил купец. – Подумать только, если бы не погода, мы были бы уже на половине пути к Хоркуну! - Давно мы так далеко не забирались – подобрался ко мне поближе Норбух. – Помнишь, как мы в прошлый раз отмечали в Хоркуне успешное завершение работы? - Помню – неохотно отозвался я. Несмотря на свой рост, пить он не умел совершенно, и, дорвавшись до крепких напитков, принимался переворачивать мебель и предлагать всем померяться силой. - Давай на обратном пути заглянем в ту же таверну! – громким шёпотом предложил он. – там было отменное пиво! - Настолько отменное, что ты решил поставить все столы друг на друга и добраться до луны, чтобы расплатиться с трактирщиком! - Я не специально – потупился Норбух. – Просто тогда показалось, что луна точь-в-точь как серебряная монетка… - Видимо, сегодня уже так и не распогодится – вздохнул купец, в очередной раз высовываясь в окно. - Может, отправимся завтра утром? – предложил Руан. – Если дождь перестанет, то, может, земля хоть немного подсохнет… Не дожидаясь конца их беседы, я отправился спать на второй этаж здания. Охранять во вторую смену назначили того долговязого парня с копьём и молчаливого коренастого воина с последней телеги. Значит, можно было немного отдохнуть и окончательно высушить одежду перед завтрашним походом. Если дождь хоть немного стихнет, купец наверняка потребует немедленно выдвигаться. Впрочем, лес оказался не страшным, хотя и ужасно мокрым. Несмотря на пугающие истории, нам не встретились ни опасные звери, ни коварные ведьмы, ни какие-нибудь злобные существа. Может быть, мы действительно значительно срежем путь и потом, спустя пару месяцев, будем и сами посмеиваться над страшными россказнями... Я проснулся посреди ночи от отчаянного, истошного вопля. Судя по тому, что Шорен оказался рядом со мной, его смена уже завершилась, и наступил поздний вечер. Крик доносился откуда-то с первого этажа, и я сразу метнулся туда, захватив оба меча. Шорен бежал следом за мной, а чуть позади доносился гулкий топот Норбуха. - Что происходит? – раздался недовольный возглас Корсила. – Мальчишка наступил на змею? - Человек не может так орать – отозвался Норбух. – Это банши… Но я уже был на первом этаже и мог отчётливо разглядеть, что кричал именно парень. Его руки были покрыты кровью, а по кольцам кольчуги текли длинные алые полосы. - Кто это был? – воскликнул Руан, подбегая к нему. - Куда ранили? – перебил его Шорен, доставая мешочек с травами. – В живот или в бок? Дышать больно? Говорить можешь? Но парень только кричал, громко, протяжно и нечленораздельно. - Кто это был – тряхнул его Руан, едва не сбив бедолагу с ног. – Волк, медведь, человек? - Он ранен! – вступился за парня Шорен, оттолкнув командира. - Не я – наконец-то смог выдавить мальчишка, глотая слёзы. – Он. Он! Я шагнул за порог в указанном им направлении и испуганно вздрогнул. Мне уже не раз доводилось видеть мёртвых людей. Как-то раз Норбух зарубил разбойника и его окровавленное тело повалилось прямо на меня. Один раз в бою погиб командир нашего отряда, причём нелепо погиб, прикрывая собой зачем-то высунувшегося под обстрел вражеских лучников торговца, и мы молча прощались с ним, дружно копая могилу в сухой, каменистой земле. Но тяжелее всего было видеть, как один из охранников, ещё совсем молодой парень, оказался ранен отравленной стрелой. По началу казалось, что всё обойдётся, ведь рана была пустяковой, обычная, почти незаметная царапина. Но вскоре она начала покрываться гноем, а по всему телу появились тёмные пятна. Он умирал долго и тяжело, умоляя хоть кого-то оборвать его страдания, а мы пытались успеть довезти его до столицы, надеясь, что лекарь хоть чем-то сумеет помочь… Но то, что я видел сейчас, было значительно хуже. Голова второго дозорного была свёрнута набок и едва держалась на разорванной шее, откуда обильно хлестала кровь, наполняя багряными красками глубокую лужу перед порогом. Его меч лежал рядом, отброшенный в сторону сильным ударом, а броня возле сердца оказалась вспорота ударом то ли зубов, то ли когтей. По крайней мере, я не мог представить себе, каким оружием можно было нанести подобный удар. - Кто это сделал? – снова тряхнул парня Руан. – Ты же с ним стоял на посту! - Я не знаю – всхлипнул тот. – Не видел! - Как ты мог не видеть! Вы стояли вплотную возле этой двери. - Я отошёл… за угол. Мне приспичило и я не мог уже больше терпеть. А здесь, прямо у всех на виду, было неловко… - Ты солдат или дворцовая фрейлина?! – с размаху ударил его по лицу Руан. – Из-за твоих причуд погиб воин, и я даже не знаю, кому отомстить за его смерть! - Я не вижу следов – настороженно сказал Шорен, тщательно изучающий землю. - Какие ещё следы под таким дождём! Тоже мне, следопыт нашёлся… - Его следы есть – Шорен ткнул в хнычущего паренька. – Он стоял тут, постоянно переминаясь с ноги на ногу, поэтому в глине отпечатались глубокие ямки. Затем он пошёл вон туда, к сараю, где лошади. Вон там ещё осталась колея от нашей повозки. Но больше ничьих следов рядом нет, я бы точно заметил. - Это ведьма! – заявил побледневший Норбух. – Она летает по воздуху. - Наверное, медведь – неуверенно сказал Корсил. – Одной лапой порвал кольчугу, а второй свернул голову. - Тогда тут должны были остаться следы – настойчиво сказал Шорен. – И медведь не сбежал бы от воплей мальчишки… - Что ты видел? – настаивал Руан. – Когда ты вернулся, ты что-то заметил? - Он лежал на земле – простонал парень. – И рядом была какая-то тёмная тень. Я сразу же подбежал, но тень растворилась, а на меня брызнула кровь… - Стоп – неожиданно сказал Шорен. – Кровь брызнула только после того, как ты подошёл? - Ну да… я пытался её остановить, но… но… - И кровавой этой лужи на полу тоже не было? - Нет! Я пытался зажать рану рукой, но кровь продолжала бить прямо сквозь пальцы… - Оставь его в покое – презрительно бросил Руан. – Он даже ничего не увидел. - Ты не понимаешь – встревожено сказал Шорен. – Если кровь начала хлестать из раны только после того, как он прогнал эту тень, то значит, что существо ей питалось!