Марта

Марта вернулась домой уже затемно. Дверь открылась тихо, но Майкл, который последние два часа ходил по квартире, как загнанный зверь, услышал её шаги ещё когда сестра заходила во двор. Афтон вылетел в прихожую, едва не сбив вешалку, и уставился на сестру — бледную, с красными глазами, но с какой-то странной, непривычной лёгкостью во всём облике. — Ну? — спросил он, и в его голосе смешались тревога, нетерпение и надежда. — Как прошло? Марта посмотрела на брата и её лицо, ещё минуту назад уставшее, вдруг озарилось улыбкой — такой светлой, что у Майкла отлегло от сердца ещё до того, как девушка сказала хоть слово. — Всё хорошо… — выдохнула Разноглазик и бросилась к брату на шею. — Всё прошло удачно. Даже лучше, чем удачно! Майкл обнял сестру, чувствуя, как дрожат её плечи. Он прижал её крепче, уткнувшись носом в макушку, и позволил себе выдохнуть то напряжение, которое копилось в нём весь день. — Рассказывай. — потребовал он, когда девушка чуть отстранилась. Марта рассказывала, перебивая саму себя, смеясь и плача одновременно. Про то, как боялась, как не могла подобрать слов, как Эрл сначала побелел от ярости, а потом они сидели на скамейке, и он держал её за руку и вдруг в самый неожиданный момент малыши впервые шевельнулись. — Они начали толкаться, Майк! — воскликнула она, прижимая ладони к животу. — Прямо когда он положил руку. Будто ждали его. Будто знали! —Да ну? —брови юноши поползли вверх, а улыбка стала проявляться на лице. —Можно?... Марта сразу поняла намек старшего, и перехватив руку брата, приложила ее к своему животу. Майк замер, чувствуя под ладонью лёгкое, едва уловимое движение. — Ну, привет. — прошептал Афтон, обращаясь к животу. — Давно ждали, чтобы заявить о себе? В ответ последовало лёгкое, едва заметное движение, и Майк рассмеялся с той самой нежностью, которую он редко кому показывал. А затем старший Афтон перевёл свой взгляд на сестру и в его глазах стояло что-то очень похожее на благодарность. Благодарность судьбе, Эрлу, этим двоим крошкам, которые выбрали именно этот момент, чтобы заявить о себе. — А он? — спросил черновласый, хотя уже знал ответ. — Он сказал, что не отказывается от своих слов. — голос Марты дрогнул. — Что будет любить их, потому что они - мои. Что мы справимся. Все вместе. Майкл снова обнял сестру, на этот раз молча. Всё, что нужно было сказать, было сказано без слов. Они сидели на кухне, пили чай, и Марта, наконец успокоившись, набрала номер Чарли. Подруга ответила после первого же гудка. — Ну?! — заорала она в трубку так, что Майкл на другом конце кухни поморщился. — Что он сказал? Я тут места себе не нахожу! Марта улыбнулась, глядя на разрисованную кружку, которую когда-то подарила Чарли на день рождения. — Он всё знает, Чар. Я ему рассказала. Про выпускной, про Тайлера, про детей. И он… Он не ушёл. В трубке повисла тишина, а потом Чарли всхлипнула, да так громко, что Марта отодвинула телефон от уха. — Я же говорила! — сквозь слёзы кричала подруга. — Я же говорила, что он тот самый! Дурашка ты была, что сомневалась! Я тебя люблю! — Я тебя тоже люблю! — рассмеялась Марта. — И прости, что заставила тебя волноваться. — Ох, ты меня заставишь ещё не раз! — пообещала Чарли, шмыгая носом. — Но это ничего. Я теперь буду твоей личной нянькой, поняла? И этих двоих тоже буду нянчить. Они уже там шевелятся? — Шевелятся… — Марта с улыбкой положила руку на живот. — Только что начали. Прямо при Эрле… Чарли завизжала так, что пришлось снова отодвигать телефон. Они проговорили ещё полчаса, пока Чарли не выдохлась и не заставила Марту пообещать, что завтра они встретятся и всё обсудят подробно. Когда звонок закончился, Марта откинулась на спинку стула и посмотрела на брата. — Кажется, у нас скоро будет много гостей. — заявила младшая Афтон. — Кажется. — согласился Майк. — И это очень хорошо.

***

С того вечера Эрл стал частым гостем в доме Афтонов. Он приезжал почти каждый день после учёбы и всегда привозил с собой что-нибудь вкусное: то пирожные из той самой кондитерской, которую Марта любила со школы, то фрукты, то домашнее печенье, которое научился печь у бабушки. Он помогал Майклу с готовкой, читал Марте вслух, когда она уставала, и подолгу сидел рядом, положив руку на её живот и дожидаясь, когда малыши начнут свою вечернюю возню. Вопрос о свадьбе решился сам собой. Однажды вечером, когда Марта сидела в гамаке во дворе, а Эрл устроился рядом на раскладном стуле, он взял её за руку и сказал: — Марта, я хочу на тебе жениться. Чем раньше, тем лучше. Марта посмотрела на него, потом на свой живот, который уже невозможно было скрыть даже под самой свободной одеждой и улыбнулась. —Очень милое предложение. — девушка быстро поцеловала будущего мужа в губы, а после задумалась. — Но давай лучше после родов… Я хочу быть в каблуках и без живота на фотографиях. И платье чтобы было красивое, не балахон. Эрл хотел возразить, но потом представил себе картину: Марта в белом, с огромным животом, пытающаяся надеть туфли на шпильке, и невольно улыбнулся. — Хорошо. — согласился он. — После родов, так после родов. Но это не значит, что я откладываю всё остальное. — Что значит «всё остальное»? — прищурилась Марта. — А то, — он притянул девушку к себе, осторожно, чтобы не давить на живот и поцеловал в висок. — Что я буду рядом каждый день. Что мы будем готовиться к их появлению вместе. Что я куплю им кроватки и коляску, и буду менять подгузники, и учить их читать. Всё, что положено отцу. — Ты и так это делаешь. — прошептала Марта. — Тогда я буду делать это официально. — сказал Стюарт. — С разрешения твоего брата, между прочим. Я с ним уже говорил. — И что он сказал? — Сказал, что если я тебя обижу, он меня убьёт. — спокойно ответил Эрл. — А потом добавил, что я всё равно лучше, чем любой другой вариант. Марта рассмеялась и прижалась к нему.

***

На пятом месяце Марта отправилась на плановое УЗИ и на этот раз Майкл с Эрлом отправились с ней вместе. Оба сидели в кабинете, напряжённые, как струны, пока врач водила датчиком по Мартиному животу. — Ну что же… — сказала доктор с улыбкой. — хотите узнать, кто у вас там? — Да! — выпалили Эрл и Майкл одновременно, переглянувшись. Марта, лёжа на кушетке, хихикнула, а потом тоже кивнула, вцепившись в руку Эрла. Врач перевела взгляд на экран, навела датчик и произнесла: — У вас мальчик и девочка. Поздравляю! Двойня разнояйцевая. В кабинете повисла тишина. А потом Эрл выдохнул так, будто ему только что сообщили, что он выиграл в лотерею. — Мальчик и девочка… — повторил он и его голос дрогнул. — И сын, и дочь. Сразу двое!... Он опустился на край кушетки, взял Марту за руку, а в его глазах стояли слёзы. Марта смотрела на него и на её лице расцветала самая счастливая улыбка, какую только можно было представить. — Ты слышал? — прошептала она. — У нас будет мальчик и девочка. — Я слышал… — Эрл наклонился, поцеловал возлюбленную в лоб, потом прижался щекой к её животу. — Спасибо… Спасибо, что выбрали нас. Майкл стоял у стены, скрестив руки на груди, и изо всех сил пытался сохранить невозмутимое выражение лица. Но когда доктор распечатала снимок и протянула ему, он тут же схватил его так, будто это был самый ценный документ в его жизни. — Мальчик и девочка… — повторил он, глядя на чёрно-белое пятно, в котором можно было разглядеть две крошечные головки, два маленьких тельца. — Ну, племяннички, теперь вы мне точно покоя не дадите. В тот вечер они вернулись домой с двумя снимками УЗИ, которые тут же отправились в рамки на стене гостиной. Чарли, узнав новость по телефону, завопила так, что у Марты заложило уши. Дункан прислал сообщение: «Ну наконец-то! А то мы уже гадали, кто из них мне гитару будет настраивать. Парень — басист, девчонка — вокалистка, как у нас». Келли потребовала немедленно показать «фотографии» и, увидев снимок, заявила, что теперь она будет старшей сестрой для обоих, и что мальчика она научит играть в машинки, а девочку красить ногти. Эрл в тот вечер был особенно тихим и задумчивым. Он сидел на диване, перебирая в руках снимок и Марта заметила, как его губы беззвучно шевелятся, будто он придумывает имена. — Эрл, — окликнула она. — Ты чего? Он поднял на неё глаза и в них можно было увидеть столько благоговения, что у неё перехватило дыхание. — Я просто думаю. — сказал Эрл. — Как нам повезло, что у нас будет сын и дочь. Что я смогу показать ему, как играть в футбол, а ей как читать книги. Что они будут расти и знать, что их любят. Что ты — самая удивительная девушка на свете и я никогда не смогу отблагодарить тебя за этот подарок… Марта протянула руку, погладила его по пшеничным волосам, а затем нежно чмокнула в макушку. — Мы справимся. — сказала разноглазая. — У нас теперь большая команда. И скоро их станет ещё больше.

***

Месяцы шли. Живот Марты рос с каждым днём, и к шестому месяцу она чувствовала себя огромным, неповоротливым кораблём, который медленно плывёт по течению. Врач на очередном приёме только разводила руками: — Двойня, Марта. Помните об этом. Это нормально. К восьмому месяцу вы будете чувствовать себя так, будто носите два арбуза. Но вы справитесь. Марта действительно справлялась. Аппетит, который и так был зверским, теперь казался бездонным. Марта могла съесть тарелку супа, второе, салат, десерт и через час снова заглядывала в холодильник. Майкл, который взял на себя все продуктовые закупки, шутил, что теперь ему придётся брать кредит на еду. — Ты уверена, что у тебя там двое? — спрашивал он, глядя, как сестра уничтожает очередную порцию макарон. — Может, там тайное общество по переработке калорий? — Это твои племянники требуют! — парировала Марта с набитым ртом. — Корми будущее поколение! — Будущее поколение съест меня с потрохами. — вздыхал Майк, но в следующий выходной всё равно привозил из магазина ещё больше продуктов. Гормоны тоже давали о себе знать. Марта могла расплакаться из-за рекламы корма для котят, а через пять минут смеяться над шуткой Дункана так, что у неё начинало колоть в боку. Майкл и Эрл уже научились предугадывать эти перепады: Эрл приносил шоколад и обнимал, Майкл делал чай и включал её любимые фильмы. Но самым удивительным были толчки. К шестому месяцу малыши освоились окончательно. Они пинались с утра, когда Марта только просыпалась, пинались днём, когда она садилась за учёбу, и особенно активно — вечером, когда к ней присоединялся Эрл. Однажды она сидела на диване, перебирая конспекты, и вдруг подпрыгнула, вскрикнув от неожиданности. — Что?! — Майкл влетел в комнату с опасным блеском в глазах, готовый к бою. — Они… — Марта держалась за бок, пытаясь отдышаться. — Один из них… Он так пнул… Будто решил пробить выход на волю. Майк выдохнул и напряжение сменилось усмешкой. — Боец растёт. — самодовольно констатировал старший Афтон. — Весь в дядю. В другой раз Эрл, сидя рядом с Мартой, читал ей вслух «Хоббита». Он старался читать разными голосами и когда изображал Голлума, Марта расхохоталась так, что малыши, видимо, решили присоединиться. В животе началось такое движение, будто там устраивали рок-концерт. — Они тебя оценили. — прошептала Марта сквозь смех и боль. — Или протестуют против моего Голлума. — ответил Эрл, осторожно прижимая ладонь к животу. — Эй вы там, это классика! Невежественные зрители! В ответ прилетел такой мощный толчок, что Марта охнула, а Эрл от неожиданности отдернул руку. — Кажется, они хотят слушать дальше. — сказала Марта. — Или хотят, чтобы я замолчал. — улыбнулся Эрл, но продолжил читать. Майк, который проходил мимо, остановился в дверях и смотрел на них — на светловолосую сестру с огромным животом, на парня, который читал ей вслух, положив руку на округлый бок, на тихое, уютное тепло, которым была наполнена комната. Он чувствовал, как в груди разливается что-то тёплое, почти забытое. Спокойствие. Надежда. Будущее, которое уже не казалось зыбким и ненадёжным.