Злата сияние

      Благодаря Вуку моя память должна была стать лучше — забывать сложить кисти в футляр нужно было прекращать. Становилось жалко Чэнь Бяня, который уже наверняка устал приносить новые, откуда бы он их не доставал… Поэтому щенок всё же благотворно на меня влиял.       Держа веер я испытывал странные чувства. В руках лежал хорошо, как будто на своём месте, но вместе с этим было непривычно. Но он оказался штукой действительно классной — им всегда можно было занять руки, почти как в прошлом я крутил ручку. Но даже вечером, оставшись один я не хотел приближаться к гуциню, как бы Вук не настаивал.       — Если во мне проснётся синдром говнаря плохо будет всем, а ты ещё и виноватым будешь, — шикал я на щенка, занимаясь бумагами.       Зачем заниматься музыкой? Пока не горит. Музицировать под окнами Фэйшу и горланить серенады я всё равно не собирался — я их не знал. А «Ели мясо мужики» она вряд ли заценит. Кто знает, конечно, но рисковать не хотелось.       Утром же я узнал, что отец с господином Цаем продолжат свои переговоры, на этот раз, уже о залоге. Я не сразу поверил, что мою идею, которую я ляпнул не подумав, глава ордена примет во внимание, поэтому был изрядно удивлён. Отец действительно решил так сделать, а господин Цай пытался договориться, чтобы отдать самого младшего — третьего, сына. Отец же настаивал на втором. Старшего благополучно не трогали.       На этот раз меня почти не замечали. Видимо, отец сначала решил попробовать сам данный эксперимент, а потом уже учить уму-разуму и меня. Или про меня так же благополучно забыли, что не могло не радовать — я был свободен сразу же после приёма. Поэтому и решил заняться до отбытия в город куда более интересными делами.       — Чэнь Бянь, у меня для тебя есть два задания. Одно очень ответственное, другое не особо.       Руки личного слуги слегка задрожали, но он справился с собой. И почему он такой нервный?       — Этот никчёмный слуга внимательно слушает.       Хоть я и привык к местным приколам обращения слуг к себе, иногда меня всё же от них корёжило.       — Сколько тебе лет? — спросил я, отвернувшись от мальчишки и заложив руки за спину.       — Пятнадцать, мой господин, — замешкавшись, ответил Чэнь Бянь.       — У тебя здесь есть родные?       — Матушка. Она служанка на кухне.       Отлично. Всё складывается просто прекрасно.       — Сегодня мы с женой пойдём в город, ты отправишься с нами, — начал я, подбирая со столика уже сшитую в тонкую тетрадь бумагу. — Но пойдёшь в другое место. Ты должен будешь найти лавку с бумагой и сделать заказ. Здесь всё написано, что нужно сделать, но самое главное повтори торговцу — карточки должны быть плотными и не гнуться так.       С этими словами я согнул тетрадь.       Чэнь Бянь смотрел внимательно за моими действиями, медленно кивнув, и поднял на меня испуганный взгляд. Я подал ему тетрадь, которую тот держал так, будто от этого зависела его жизнь.       — Деньги я тебе дам, — продолжил я, начиная веселиться от вида паренька, который всё больше походил на Кота из «Шрэка». — Если не получится, то не бойся мне сказать — сечь не буду. Ты меня понял?       Не хватало ещё, чтобы он со страху забился в угол… Чем дольше я смотрел на него, тем больше видел его испуг. Первое по-настоящему ответственное задание, да ещё и одного в город выпускают… надо послать с ним кого-нибудь в качестве сопровождения. От греха подальше.       — А… какое второе, молодой господин? — несмело спросил Чэнь Бянь, втянув голову в плечи.       — А, второе… Мне нужно что-то эластичное, что можно будет натянуть на горлышко сосуда. Шириной… хотя бы с руку. Подумай, что можно использовать.       Думать самому мне уже не хотелось, а копаться в памяти в поисках нужной вещи не получалось. Вот я и решил — почему бы не забить этим чью-то чужую голову, а свою оставить в покое.       Чэнь Бянь сделал брови домиком и жалостливо посмотрел на меня. Он был готов выполнять поручения по типу принеси-подай, но такого он точно не ожидал. Но ведь слуги на то и слуги, чтобы лучше разбираться в подобных вещах, нежели хозяева, так? А я от этого уже откровенно устал.       — Можешь идти, мы отправимся в час козы.       Оставшееся свободное время я провёл за бумагами, делая пометки из воспоминаний о прошлой жизни. Пусть она теперь не моя, но забывать её не стоило. Лишь ближе к назначенному часу я оторвался от записей и вспомнил о страже. Наследника такого великого ордена и его жену без охраны из резиденции не выпустят, слишком важные персоны. Поэтому недолго думая я отправился к командиру стражи, а следом за мной плёлся Вук, попавшийся мне на выходе из покоев.       — Если гоняешь кошек, то будь добр и работай вместо них, — поморщился я, пока лисий щенок отфыркивался кошачьей шерстью. — Кто-то же должен крыс и мышей ловить. Иначе будешь жить на улице на привязи.       Отец просил, чтобы я следил за своим лисом, но не подумал, что пусть он и слушался (иногда), всё равно был слишком мал для полного послушания. Ещё в прошлой жизни у меня были собаки — тоже сгустки гиперактивности пока не подросли и стали спокойнее сами по себе. Тут главное переждать параллельно воспитывая, а не лишать всех радостей.       Командир стражи был крепкий мужчина на вид около тридцати и тяжёлым взглядом. По его выражению лица было видно, что внезапному визиту молодого господина он не обрадовался, к тому же с таким приказом — собрать людей для охраны прямо сейчас. Но ничего поделать он не мог, поэтому сдержанно поклонился и начал выполнять приказ.       Внутри мне было стыдно, что не предупредил человека заранее, но внешне старался оставаться спокойным, будто всё так и должно быть. За почти два месяца проживания в новом мире было понятно — я для этого места простоват. Здесь каждый знатный человек с пелёнок чувствует свою исключительность и избранность, а я… а я был собой. Соответствовать прошлому образу приходилось, хоть и не вызывало приятных ощущений. Сложно холопу дворянином притворятся, н-да.       Запихнув душевные терзания поглубже я решил, что пора вспомнить и о сыне, которого не видел со вчерашнего утра. Теперь у него была своя детская, которая обещала скоро наполниться кучей игрушек и служанок-нянечек. Фэйшу неохотно, но отпустила от себя Цзинь Пэя, чаще находясь в его покоях, а не в своих.       И когда я нагрянул супруга была там, шёпотом разговаривая с сыном. Она тепло улыбалась, качая его на руках. Жаль было нарушать такую идиллию, врываясь в тихий и даже уютный уголок.       Но Вуку закон гармонии не писан.       Щенок, радостный и счастливый, стремительно вбежал в покои и, вильнув хвостом, упал на спину перед Фэйшу в ожидании ласки. Супруга по доброму усмехнулась, глянув на Вука, и посмотрела на меня, заметив.       — За утро он успел погрызть мою обувь, столик, — зачем-то сказал я Фэйшу, медленно подойдя к ней, — и погонять кошек.       — Он же просто играет, — на удивление примирительно отозвалась супруга.       Я промолчал, бросив короткий мрачный взгляд на лиса. Было бы у него меньше зубов, может быть…       Мысленно махнув рукой на щенка, я обратил своё внимание на Цзинь Пэя и забрал его с рук Фэйшу. Она чуть улыбнулась и, с уже куда более радостным выражением лица, опустилась к Вуку, начиная его гладить.       Любит животных больше, чем людей, так и запишем…       Цзинь Пэй был тихим, видимо, уже успел успокоиться или ещё не проснулся. Но я был рад, потому что хоть сын и радовался моему присутствию, но если начинал капризничать и плакать… успокоить мне его не получалось до сих пор. Фэйшу и матушка могли, ещё одной няньке он поддавался иногда. Но на этом всё.       — Ты хотела в город, помнишь? — наблюдая за счастливыми женой и лисом спросил я, пока сын увлечённо изучал мой подбородок своей маленькой тёплой ладошкой. — Стража скоро будет готова и мы отправимся.       Фэйшу замерла лишь на мгновение, кивнула.       — Да, мой господин.       Долго мы задерживаться не стали — Фэйшу взяла одну из своих служанок и мы направились к выходу, где нас уже ждали четыре стражника и Чэнь Бянь.       Благодаря родословной семья Цзинь всегда отличалась от остальных, это отозвалось и на месторасположении резиденции. Если остальные ордена располагались в уединённых местах, то рядом с Башней Кои невольно образовалось поселение. Поэтому не удивительно, что со временем выросший город превратился в вотчину клана. Вслух об этом не говорили, но всё было понятно и без слов. Может, не все были с этим согласны, но кто бы посмел возмущаться? Деньги и власть решают много.       Тяжело найти более богатый на ремесленников и торговцев город. Сюда стекалось всё, начиная от мелких товаров, заканчивая бедняками, ищущих спасения от тяжёлой жизни на дорогах, ведь всякое может перепасть в таком месте, особенно во время ярмарок. Главное, обладать смекалкой.       Идти по главной улице я не хотел, как и в принципе выделяться, поэтому вёл свой эдакий отряд обходными путями. Откуда я их знал понятно, страшнее было случайно забыть и потеряться.       Сам город был огромен и шумен так же, как и красив. Действительно, архитектура древнего мира была что-то с чем-то, но я старался не подавать вида, что для меня это было в новинку. Смутные воспоминания одно, но реальность — совершенно другое. Она завораживала мою любознательную часть личности.       Интересно, как он выглядит ночью? Наверняка ещё более впечатляюще. Обязательно нужно это было проверить…       — Куда ты хотела? — пытаясь отвлечься, спросил я Фэйшу, обернувшись. Люди рассматривали нас с нескрываемым интересом, что немного нервировало. Может, дело было в притихшем лисе, шедшим за мной по пятам? Наверняка же за эти дни успели разнестись слухи, что у наследника Цзинь появилась зверушка.       — Где находится одежда?       Я немного завидовал Фэйшу — ей куда простительней смотреть по сторонам и задавать вопросы, чем мне. В городе она ещё ни разу ни была за почти год проживания в Башне Кои. А ей было интересно. Проведя большую часть сознательной жизни в своём клане, особо никуда не выбираясь Ланьлин для неё подобен мегаполису. Только она не знала таких слов.       — Простите этого торговца! — внезапно раздался поблизости бодрый мужской голос, а потом я увидел и его обладателя — невысокий мужчина в простой, но добротной одежде. — Он случайно услышал молодых господ! Позвольте ему отвести в лавку с лучшими ханьфу!       Мужчина стоял, уважительно кланяясь, и, кажется, даже немного трясся. Боится как отреагируют? Отлично.       — Ну хорошо, — хмыкнул я ему и повернулся к Чэнь Бяню и стоящему рядом с ним адепту. — Ты. Сопроводи его и проследи, чтобы не сбежал.       Адепт дёрнул щекой, но почтительно кивнул. Смерив моего личного слугу неприятным взглядом отправился за ним.       Не самая приятная компания, но хоть не заблудится один в городе.       — Мой господин, что-то случилось? — Фэйшу проводила двоих заинтересованным взглядом и посмотрела на меня.       — Нет, просто небольшое поручение, — отмахнулся я, легонько подталкивая супругу, и спросил уже у торговца: — Так мы идём?       Тот облегчённо и радостно выдохнул, закивал и повёл нас.       Я даже радовался такому стечению обстоятельств — не придётся напрягать мозги. Пусть подслушивают, пусть пытаются произвести впечатление — мне же легче, а торговцам поднятие престижа среди других. Все в выигрыше.       По пути мужчина что-то говорил Фэйшу, та с интересом слушала (или делала вид) откровенное расхваливание собственного товара.       Магазин с одеждой выглядел достойным, но не особо выделялся рядом с другими такими же. Даже если Фэйшу ничего не найдёт тут в её распоряжении будут и другие торговцы, желающие в покупатели заполучить кого-то из семейки Цзинь.       Я же после молчаливого и незаметного разглядывания окружения решил побродить по улицам ещё.       — Выбирай что хочешь, я подойду чуть позже, — сказал я супруге, оставив ей в охрану одного из адептов. Вука тоже хотел, но он хвостиком увязался за мной.       Хорошая погода, сносное настроение и лицезрение чего-то нового — ну разве не Рай? Хоть я и не имел ничего против Башни Кои, но от тех же пионов постепенно начинало рябить в глазах. Многовато их на один квадратный метр, я уже весь пропионился, скоро сам превращусь в хрупкий нежный цветок.       Неспешным шагом я и сам не заметил как оказался на другой улице. Они шептались, глядя на меня и двух моих стражей позади, но я не обращал внимание — куда интереснее мне было смотреть, а не слушать. Что поделать, мне чувство прекрасного не было чуждо и поглазеть на древний город было занимательнее, чем тренировки с мечом, не говоря уж о каллиграфии и чтении скучных книжек по самосовершенствованию. На этот раз моему взору предстали лавки с едой, где людей стало заметно больше. Адепты шли за мной послушно и молча, я же надеялся, что вид у меня был достаточно уверенным для того, кто не имеет конечной цели.       Со всех сторон разносились голоса зазывающих торговцев, можно было услышать крики недовольного покупателя и смех детей, играющих неподалёку. Подобное я видел только в фильмах, только не во всех было такое количество бедняков. Они сидели на краю дороги, некоторые ходили просили милостыню, но как только замечали меня, низко кланяясь, отходили прочь. Видимо, уже успели на своей шкуре ощутить, что бывает при излишних мольбах. Интересно, именно из-за этого отцу поступали жалобы от главы города о буйствах адептов?       Городская стража особого внимания на проходимцев не обращала, но всегда была наготове. Я увидел несколько шедших по улице мужчин в доспехах и с мечами на поясе — они о чём-то говорили, смеясь. Выглядели они внушительнее моих охранников, идущих позади меня на почтительном расстоянии, но я был уверен, что это только на вид. Обычные люди не смогут долго продержаться против заклинателей, у них просто не хватит сил.       Но мои размышления о способностях заклинателей прервала толпа детишек — мальчик в потрёпанных одеждах бежал по улице с воздушным змеем, а за ним несколько друзей. Все смеялись и выглядели счастливыми, что даже я чуть улыбнулся и отошёл в сторону, к лавке с фруктами. Вук как-то недовольно фыркнул, когда я провожал детишек взглядом.       Я ведь тоже таким был… Так же бегал и радовался. А теперь приходится ходить с достоинством.       — Ну что? — подавив желание закатить глаза я посмотрел вниз на Вука, который тянул край моего ханьфу. Лис тут же отпустил ткань и покорно присел. Глянув на меня, перевёл взгляд в сторону. Я проследил за ним и увидел как у соседней лавки ошивался один мальчишка лет одиннадцати.       Что с ним не так я понял не сразу. Он был в группе детишек, я видел, но находился в стороне. Не принимают в банду? Возможно, но чуйка мне подсказывала, что дело не в этом. Я видел таких пацанов со двора — вели они себя по другому. Этот же расстроенным не был, скорее поглощённым чем-то.       Он хотел стащить что-то с прилавка, понял я. Поиграл с другими детишками, городская стража отвлеклась на них, когда те бежали и смотрели на них со снисходительными улыбками, болтая. Остальные же люди не замечали невзрачного мальчишку, шатающемуся по улице.       Я кинул на Вука вопросительный взгляд. Чего он хочет от меня? Чтобы я подкинул деньжат мальчику? Это не сложно и мне не жалко, да только я к нему подойду он сразу же драпанёт от меня.       Но Вук смотрел на меня таким сознательным взглядом, что мне стало дурно. В чём помощь этого гуевого благословения? Чего он добивается от меня?       Глянув на своих охранников, которые недалеко сами с интересом засматривались по сторонам, но не выпуская меня из виду, я тихо вздохнул.       Вмешиваться я не хотел, не моё дело кто и что хочет стащить. Да и негоже благородному человеку ошиваться с беспризорниками, это грозило последствиями. Как минимум, странные слухи уж точно разойдутся — как много молодых господ из Башни Кои спасают маленьких воров? Такое себе дело намечается.       Но Вук же не будет меня подставлять, так? Эта хтонь моё благословение. Наверное, всё же стоит доверять ему чуть больше. Пусть и странно получать такую помощь от лисьего щенка.       Внутренняя борьба продолжалась не долго. Коря себя за потакание наглому животному я всё-таки решил сыграть в эту русскую рулетку для репутации.       Может, ещё зачтётся, думал я, направляясь в том направлении, где был мальчишка. Он незаметно оглядывался по сторонам, медленно приближаясь к лавке, но не учёл одного — двух стражников позади. Те видели его, а беспризорник не видел их. Выглядели они суровее, чем их коллеги по цеху, прошедшие ранее.       Паршиво.       — Господин! — восторженно поприветствовал меня торговец, когда я подошёл ближе с наигранным интересом рассматривая товар. — Чего изволите, молодой господин?       Торговец отвлёкся на меня, пытаясь впечатлить меня своими кулинарными шедеврами. В Башне Кои прекрасные повара и вряд ли я нашёл бы на рынке что-то новое, но послушать чужие разглагольствования было даже забавно. Вот почему Фэйшу так увлечённо слушала…       Всё случилось быстро. Пока я расплачивался за коробочку с баоцзы, то краем глаза уловил движение справа. План мальчика был почти хорош — пока торговец занят подсчётом монет, то он успеет что-то ухватить с прилавка, но… но я оказался здесь. В итоге мой широкий шаг в сторону заставил мальчика подпрыгнуть от испуга и споткнуться о камень.       Раздался смех торговца, даже адепты прыснули в кулаки, но тут же попытались сделать серьёзные лица. Я усмехнулся для вида, глянув на мальчишку, но мне тут же стало не по себе. Беспризорник приподнялся и посмотрел на меня — дико и люто, — у него была рассечена бровь. Если прибавить ко всему этому ещё и неудачную попытку кражи и смех…       Мальчик, тощий и злой, поднялся на ноги и, бросив на последок мне полный ненависти взгляд, ушёл быстрым шагом в свою сторону.       Подобное в мои планы не входило. Единственное, что я хотел, чтобы он не попался, поднимать его на смех я точно не желал, но получилось то, что получилось.       — Извинился хотя бы! Какое неуважение к молодому господину, — ворчливо прокомментировал торговец.       Я уже хотел было сказать, что это всего лишь ребёнок, но Вук оказался быстрее. Лис просто рванулся за мальчиком, задев мою ногу.       — Паршивец, — прошипел я, нахмурившись. Этого ещё не хватало!       — Купи какую-нибудь еду, — отдал я одному из подошедших адептов кошель и коробочку с баоцзы и пошёл вслед за лисом. Второй охранник последовал за мной.