Звёзды, укажите мне путь

Ни жив, ни мёртв, он вылез тем же путём, что и пришёл. Закрыл окно, спрыгнул со второго этажа, с разбега взобрался на забор, перелез его и прислушался. Всё было тихо. Всё прошло хорошо. Каин взглянул на свои руки — они дрожали. И были все в крови. Он стянул платок, которым закрывал лицо и судорожно принялся вытирать руки, затем скомкал его и хотел выбросить, но тут же сообразил, что это улика. Нехотя он сунул платок за пазуху, к кровавому кинжалу, и замер. — Чёрт, — выдохнул он и схватился рукой за голову. "Нет, нет, не надо было этого делать... Дурак, зачем? Зачем? У него же была семья..." Он сжал руками волосы. "Чем он это заслужил? Разве хоть один человек в этом мире заслуживает смерти?" Он вдруг вспомнил отца. Вздрогнул. "Может, так было надо... Но это определённо будет лучше для нас с Гилбертом. Я не виноват. Не виноват, нет..." Но он чувствовал глубокую вину, как бы ни пытался убедить себя в обратном. Вдруг, где-то раздался шорох, и Каин опомнился, насторожился. Быстро, почти бегом ушёл прочь от дома жертвы. Никто за ним не гнался, всё было тихо и мёртво. Словно на всей улице не было живого человека. Да он и сам сейчас походил на призрака. "Я не виноват, не виноват..." — всё повторял он про себя, а сам быстрым шагом шёл к месту, которое назначил тот незнакомец. Пришёл он быстро. Взглянул на дом — тот был роскошный, правда, не настолько, как у сенатора. По инструкции мужчины он обошёл здание и увидел чёрный вход. Постучал четыре раза. Через минуту дверь отворилась, и высунулась головка молоденькой служанки. — Проходите, только очень тихо, — еле слышно шепнула она, и повела его тёмными коридорами. Остановились они перед комнатой, которая мало чем отличалась от остальных. Служанка молча кивнула и лёгкой поступью ушла, а подросток толкнул дверь. Вся комната была увешана какими-то странными картами с множеством нанесённых на них белых точек и линий. Какие-то чертежи, непонятные приборы, валяющиеся на полу исписанные мелким почерком листы... Мужчина сидел в кресле и читал какую-то книгу. При скрипе двери он поднял на Каина глаза, оценил его взглядом и улыбнулся. — Вижу, всё прошло хорошо, — он встал и захлопнул книгу. Каин, ничего не отвечая, протянул ему кинжал, испачканный в крови. — О, нет-нет, — покачал головой мужчина. — он тебе ещё пригодится. Подросток вздрогнул, но убрал кинжал за пазуху. Резко поднял глаза на мужчину. — Кто вы? — вырвался долго мучавший его вопрос. Незнакомец улыбнулся и посмотрел на полумесяц за окном. — Я астролог. Ты знаешь, что это такое? Каин мотнул головой. Мужчина этого не увидел, но догадался по молчанию, что собеседник этого не знает. — Я вижу будущее. И я увидел в одном предсказании тебя, — он пристально посмотрел на Каина, тот покрылся мурашками от этого пронизывающего взгляда. — Один шанс против девяноста девяти, что то, что я увидел, было ложью. Однако сегодня ты доказал, что никакой лжи нет. "Предсказание будущего? — удивился Каин. — Это же невозможно... Но он назвал меня по имени при первой нашей встрече. Может, узнал у кого-то? Хотя, зачем ему врать?" — Не веришь мне, да? — усмехнулся астролог. — Все несведущие простолюдины не верят. Но я действительно видел кое-что, — от прищурился, оценивая подростка. — Я не просто астролог, я королевский астролог. И год назад в судьбе короля появился чёткий конец — его убьют ровно через год и пятнадцать дней. И убийца его — ты. "Да что за чепуху он несёт? — помрачнел подросток. — Какой астролог, какой король? Где вообще правитель и... я. Свалить надо отсюда побыстрей, только надо как-то напомнить этому чудику про награду". — Можешь мне не верить, но через время ты сам ко мне придёшь. Предсказание правдиво, ты убьёшь короля. — Зачем вам это? — поднял голову Каин. — Вы же ему служите, так почему? — Ох, подробнее я тебе расскажу через год. Но он отыскал одну вещицу... Очень важную для меня. И только тогда я понял, кто же подошлёт убийцу, — он подошёл к столу, вынут оттуда звенящий мешочек и подросток сразу встрепенулся — он знал, что там деньги. — Вот, тут должно хватить тебе на год. Остальная сумма после второй части задания. Каин кивнул и молча принял мешочек. Тот приятной тяжестью лёг в руку. Подросток с аккуратностью, не присущей ему по отношению к вещам, положил его за пазуху, к кинжалу. — Могу я задать ещё вопрос? Ему нужно было уходить, но одно не давало покоя — зачем бессмысленная жертва сенатора? — Да, конечно, — рассеянно ответил астролог. Его глаза блуждали по комнате, отражая, что его хозяин уже далеко унёсся мыслями. — Зачем вы поручили убить сенатора? — А, — протянул мужчина, возвращаясь на секунду в реальность. — Мне же нужно было тебя как-то проверить? Да и не любил я особо этого упорного барана, он при короле только мешался. "Значит, я убил ни за что? Просто так, для проверки? Просто потому что этого захотелось другому человеку?" Стало горько. — Но у него была семья! — вдруг вырвалось у Каина. Он сам испугался своего громкого голоса. Астролог уничтожающе бросил на него взгляд, но, тем не менее, ответил: — И что? Каин потерялся от такой жестокости. Молча отступил на два шага и открыл дверь. Прошмыгнул в неё, не прощаясь, ушёл. Заскользил по тёмным коридорам, запомнив с первого раза, куда нужно было идти. Он должен вернуться домой и рассказать обо всём Гилберту. Он умный, он скажет, что делать. Намерение убить второго человека, особенно короля, пропало сразу же, как Каин вытащил кинжал из трупа. Он заглянул в мешочек. Там было денег больше, чем на год. Даже не напрягаясь и не экономя, можно было прожить не меньше трёх лет. "Ха! — усмехнулся Каин. — Он говорил, что я приду к нему через год. Пусть мечтает! Специально растяну эти деньги так, что и через пять лет не приду! И никого не убью! Ни за что!!!" После этих мыслей стало чуть спокойнее, будто и не было бессмысленной жертвы. Но Каин помнил о сенаторе, его взгляд, направленный на картину его семьи Каин не забудет никогда. Интересно, если бы его так же внезапно убили, он бы вспоминал перед смертью Братца? Или был бы слаб волей и просто цеплялся за остатки жизни? Нет, наверное, всё-таки думал бы о Гилберте. Да, тут без вариантов. Кстати, точно же... Как он там? Каин уже сутки отсутствует, не предупредив. Брат сильно волнуется. Подходя к их дому, Каин издалека увидел в окне слабый свет свечи. Они же такие дорогие, Гилберт бы не стал использовать их просто так. Значит, действительно беспокоится. "Сейчас будет взбучка", — с тоской подумал подросток. И оказался прав. Когда он бесшумно подошел и заглянул через приоткрытую дверь в сарайчик, его сидел над раскрытой книгой, но не читал, а пустым взглядом смотрел в стену и грыз ногти — привычка, которая проявлялась у него, когда он очень волновался. Пальцы уже кровоточили, но Гилберт не замечал этого. А у Каина внутри всё сжалось от испуга и вины. Но он глубоко вдохнул, выдохнул, пытаясь успокоиться и напустить на себя непринуждённый вид и толкнул дверь. Гилберт тут же повернул голову в сторону шума. На его лице отразилась радость и облегчение, когда он увидел Каина, но спустя несколько секунд он нахмурился и с беспокойством встал. — Где ты был? — с упрёком сказал он и подошёл, слабыми, но внимательными глазами стал осматривать брата. От него не укрылись уже запёкшиеся пятна крови на одежде и грязные, в красных разводах руки. — Где... — Брат посмотрел на него испуганными глазами и закашлялся. Каин заметил, как у Гилберта задрожали руки, но отступать было уже некуда. Он молча достал кровавый кинжал и мешочек с деньгами. Кинжал немного запачкал мешочек, делая добытые деньги в прямом смысле кровавыми. Брат сразу всё понял, отшатнулся от подростка и зашёлся в приступе кашля. — Ты что... — выдохнул он, с трудом выговаривая слова. — Это не шутка? Ты правда... убил человека ради денег? — Правда, — ответил Каин, не пряча лица. Гилберт резко выдохнул, будто от нанесённого удара, а затем его глаза вдруг вспыхнули, он резко замахнулся и щёку подростка обожгло болью. — Как тебе вообще такое в голову пришло?! — вдруг закричал он. Было что-то ужасное, полное безвыходности в его голосе. — Ты точно с ума сошёл! Убийство, подумать только! Я же говорил тебе, что нельзя причинять вред другим, ты же должен был и сам это понимать... Он швырнул деньги с кинжалом на пол, те беспомощно звякнули, и схватился за голову, бессильно опустился на пол. А затем вдруг вскочил в нервном приступе. — Ох, что же делать, что делать... — бормотал он, метаясь по комнате. — Гилберт... — протянул ему руку Каин, силясь остановить брата, но всё тщетно. У того на лице выступила испарина, голос дрожал и сбивался, но он всё продолжал ходить, с каждым шагом загоняя себя всё в больший ужас. — Ты! — Вдруг остановился он. Лицо его покрылось красными пятнами от ярости. — Ты же не понимаешь, что натворил? Не понимаешь, да? — Я спас нас, — мрачно ответил Каин. — Для меня наши жизни намного дороже жизни какого-то незнакомца. — А-а-а, вот как! — истерично улыбнулся Гилберт и снова заметался по комнате, впадая в безумство. — Вот как! Мой брат — убийца! Отлично! Совершил самый ужасный грех, а даже признать этого не хочет! Я тысячу раз говорил ему, что человеческая жизнь — самое дорогое, что есть на этом свете, а он... — Хватит! — Вдруг встал Каин. — Твоя жизнь тоже важна, и для меня она важнее всего! Сядь, успокойся, у тебя приступ сейчас начнётся! Подросток тронул его за плечо, пытаясь остановить, но Гилберт с ненавистью оттолкнул его. — Уходи! — Крикнул он. Где-то в горле застряли хрипы. — Ты мне не брат! Мой брат не может быть убийцей! Он тяжело закашлялся и, хватаясь за грудь, упал на колени. — Братец! — Подскочил Каин, но тот снова оттолкнул его. — Отстань, — прохрипел он и у него начался тяжёлый приступ. Каин не знал, как ему быть. Он не мог уйти ни за что, но как помочь? Что сделать, чтобы Братцу стало легче? Приступ всё усиливался, и подросток, наплевав на слова Гилберта, бросился помогать. Но стоило только его тронуть, как по спине Каина пробежал холодок. Гилберт был весь горячий, температура явно перевалила за сорок. Каин на секунду представил, как его брат сейчас умрёт, и невыносимая боль, невыносимое отчаяние сковало его. Но подросток мотнул головой, отгоняя наваждение и бросился к лечебным снадобьям. Он точно помнил, что где-то лежат пилюли от жара, только если они не закончились в прошлом месяце. "Только бы не закончились, только бы не закончились" — повторял про себя Каин, перерывая ящик с лекарствами. В эту минуту он был отдать что угодно, лишь бы найти их. Удача была на его стороне, с самого дна он вытянул последнюю пилюлю, которая осталась на чёрный день. Облегчённо выдохнув, Каин протянул пилюлю Гилберту, но тот лишь отвернулся, продолжая хватать ртом недостающий воздух. — Ну же, возьми, тебе полегчает! — попытался убедить его Каин, но брат только покачал головой, собирая на это остатки сил. — Я никуда не уйду, если ты не проглотишь пилюлю! — Он сел так, чтобы видеть его глаза и показать свою решимость. — Ты... не брат... — прохрипел Гилберт опять, и вдруг поднял на Каина глаза. Они были полны слёз. — Пожалуйста, прости, — схватил его за руку Каин, молясь, чтобы тот выслушал его. — Я больше никогда! Слышишь, никогда не буду убивать! Я бесконечно сожалею, мне правда было очень жаль того человека! Но Братец, — голос подростка предательски сорвался, но он держался, не плакал. — Я делал это только ради тебя. Мне дороже тебя ничего нет. Хочешь — гони меня, но только выпей таблетку и прими деньги... Умоляю тебя... Гилберт молчал, только хрипы в груди были слышны. — Прости меня... — ещё раз прошептал Каин, уже отчаявшись. Но Гилберт протянул руку и взял у него таблетку. Молча проглотил её, а затем прикрыл глаза и выдохнул. — Тебе будет тяжело, — вдруг сказал он. — Потом, не сейчас. И к тому моменту меня не будет рядом, чтобы помочь. — Ты меня выгоняешь? — в отчаянии подскочил Каин. — Нет, — покачал головой брат. — Только знай, что я не смогу относиться к тебе, как раньше. — Я... понимаю, — тяжело кивнул Каин, внутренне коря себя за низкую радость, что он остаётся с Братцем. — А пока давай соберём вещи. В этом городе слишком опасно, надо переехать как можно дальше. — Но ты же болен, у тебя температура! — Тут же возник Каин. — Меня не будут искать, не беспокойся! Лучше отдохни хорошенько! И сейчас опасно выезжать, нас могут заподозрить. Но Гилберт словно не слышал, всё продолжал бормотать про переезд, бессмысленно скидывая в кучу все вещи, и вдруг у него подкосились коленки, он упал. Каин сразу же бросился к нему — брат был без сознания. Таблетка ещё не подействовала, или же и вовсе не могла подействовать, и подросток, ругнувшись, переложил Гилберта на сено и помчался к лекарю. Лекарь вышел на громкий и настойчивый стук с заспанным и недовольным, но, увидев отчаянное лицо подростка вместе с внушительной суммой денег, промолчал стал собираться. Гилберт так и не пришёл в сознание во время осмотра. Врач в ответ на немой вопрос Каина только покачал головой, оставил какие-то лекарства и дал бумажку с тем, что нужно докупить. У Каина, только он взглянул на листок, сердце сжалось. Дорого. Как же дорого. Ещё и часа не прошло, как он клялся Гилберту и себе, что никогда больше не совершит убийства, а он уже понимает, что астролог был прав. "Нет, нельзя сдаваться! — мотнул головой подросток. — Ещё не всё потеряно". Долгие две недели у Гилберта была лихорадка, он редко приходил в себя. А когда всё же его взгляд становился более-менее осознанным, так сразу начинался ужасный кашель. Но через неделю проблески сознания становились всё длиннее, а ещё через неделю он уже спокойно говорил и даже немного ходил. Каин хотел бы переехать на окраину, где пыль города не оседала в слабых лёгких брата, но всё упиралось в деньги. Каин уже понимал, что те три года, на которые он рассчитывал, призрачны настолько, насколько призрачно полное выздоровление Гилберта. Астролог всё просчитал, до последнего медяка. Гилберт больше не заговаривал об убийстве. Он вообще мало говорил, только много читал, а иногда просто смотрел в пустоту. А Каин покупал ему книги, хоть и знал, что они невероятно дорогие. Но дождь не может идти вечно, так и Гилберт не мог постоянно находиться в одиночестве. Мало-помалу, с небольших диалогов, он снова начал говорить с Каином, а однажды принёс расчёску и нож, чтобы подстричь брата. Подросток ненавидел это дело, но сейчас ему показалось, что это лучшее, что происходило с ним за прошедший год. Месяц тёк за месяцем, деньги всё убывали, пока их не осталось совсем на донышке раньше увесистого мешочка. Каин много думал об убийстве короля, каждую ночь он представлял, как проникает в замок, как подкрадывается к спящему королю и заносит нож. Но даже в своём сознании он никак не мог завершить своё чёрное дело. Близился срок, предсказанный астрологом. Юноша, измученный бесконечными думами и сомнениями, забрался ночью на крышу сарая и стал вглядываться в небо, силясь разглядеть там то, что предсказал ему астролог, но всё тщетно. Глубоко вздохнув, он вдруг, сам того не ожидая, попросил у неба: — Мне правда суждено убить короля? Дай мне знак! И, то ли у Каина помутилось в глазах, то ли небо ответило ему, но одна из звёздочек вдруг сорвалась и понеслась по небу, будто оборванная жизнь. А затем ещё одна. Юноша отвёл взгляд от неба, и к своему ужасу понял, что рад, что почувствовал огромное облегчение. Он не виноват, это небо, сама судьба желает смерти короля. На следующий день он уже был у астролога. Тот его уже ждал. Без лишних разговоров дал план замка и рассказал про мало охраняемые места, про стражу, про распорядок короля, про предмет, который нужно будет украсть и где тот находится — словом, всю необходимую информацию для проникновения. Даже не будь у Каина врождённой ловкости, он бы смог справиться с заданием без особых проблем. План у Каина был тот же, разве что информации намного больше. Ночью он проник в королевский сад, дождался, пока уйдёт стража, и бросился к кустам, раздвинув которые, увидел крышку из-под бочки, закрывающую тайный лаз, который, по описанию астролога, должен был вести прямо к спальне короля. Пока стражники не вернулись, он быстро нырнул в лаз, как в огромную кроличью нору, и закрыл за собой крышку, оказавшись в кромешной темноте. Двинулся вперёд на ощупь. Сначала лаз был узкий, но чем дальше юноша шёл, тем шире он становился. В какой-то момент лаз ушёл вертикально вверх — дальше можно было подняться только по лестнице, которая, судя по высоте, вела на четвёртый этаж. Каин поправил чёрный платок, закрывающий лицо, тронул кинжал для уверенности, окончательно блокируя все свои мысли о морали, и, дальше уже хладнокровно думая только об убийстве, как можно тише полез наверх. Лаз снова заканчивался люком. Каин уже собирался аккуратно приоткрыть его, чтобы разведать обстановку, как вдруг услышал приглушённые голоса. Судя по звукам, это были два стражника у входа в покои короля, которые эмоционально играли друг с другом в карты, и уже еле сдерживались, чтобы не кричать друг на друга в полный голос. Каин был предупреждён о них, поэтому достал несколько заранее приготовленных металлических шариков, приоткрыл люк и катнул один из них в сторону лестницы за поворотом в другой части коридора. Мячик заскакал по ступенькам и ударился обо что-то стеклянное, скорее всего, о дверцу шкафа. Дверца не разбилась, но весьма громко звякнула. Оба стражника тут же замолчали и напряглись. — Слышал? — спросил один другого. — Слышал, — ответил второй, прислушиваясь. — Может, кошка? — Да скорее всего. Не призраки же это твои. Сейчас схожу, проверю. — Да я тебе говорю, есть они! Слушай, давай я с тобой схожу? — Да что же такое-то, Арчин! Нет их, успокойся! — зло зашептал первый. — Сиди здесь, сторожи вход! Когда тот грузно поднялся с пола, Каин тоже аккуратно выбрался из лаза, стараясь шуметь так, чтобы попадать в такт шагов стражника. Когда тот уже стал спускаться по лестнице, убийца подкрался к тому, что охранял двери. Половица вдруг предательски скрипнула и стражник обернулся, но только затем, чтобы принять молниеносный удар кинжалом прямо в сердце. Что-то тихо прохрипев и даже не сумев закричать о помощи, он упал на пол. Другой стражник тем временем крикнул, что никого нет, и стал подниматься по лестнице. Каин притаился за углом и, стоило стражнику приблизиться, выскочил и одним взмахом вспорол ему горло. Схватил и аккуратно положил его на пол, чтобы не было слышно грохота падающего тела. Всё произошло в течении минуты. Удостоверившись, что оба стражника мертвы, Каин проник в комнату короля, не закрывая за собой дверь. Тот крепко спал, немного похрапывая. Каин не колебался. С абсолютно пустыми глазами он занёс кинжал. Тот блеснул красным глазом, и по простыням, по одеялу из шкур расползлись кровавые пятна. Убийца вдруг очнулся, и в ужасе отшатнулся от жертвы. Выронил кинжал и тот, звякнув, упал на пол. "Нет, — усилием воли заставил себя успокоиться Каин. — Не время. Надо найти сферу!" Что это была за сфера и для чего — юноша не знал. Заказчик очень подробно описал, как она выглядит и где может лежать, но как называется и для чего, видимо, не счёл нужным объяснять. Да Каину всё равно. Он тихо стал выдвигать ящик за ящиком, пока не заметил, что один явно короче, чем остальные. С некоторым отвращением он подошёл к трупу, чтобы найти ключ. Тот был спрятан без заморочек — на шее. Когда Каин открыл второе дно ящика, ему в глаза бросилось фиолетовое сияние у странного вида сферы. Она словно завораживала своим течением космоса где-то далеко в её глубинах. Каин быстро достал её, сунул в карман за пазухой и вернул ящик с ключом на место. Теперь надо было уходить, но вдруг он вспомнил об одной важной вещи. О песне. Время поджимало, но как же тогда души убитых найдут дорогу? Каин выдохнул. Сел поближе к трупам. И тихо-тихо засвистел мелодию, давно врезавшуюся в подкорку. Наверное, это было непозволительной ошибкой, потому что вскоре со стороны лестницы послышались шаги. "Чёрт!" — вскочил убийца. К лазу он уже не успевает. Остаётся только окно. Третий этаж, прыгать опасно, но других вариантов нет. Зажмурившись на секунду, Каин помедлил и прыгнул, стараясь ухватиться за карнизы, за украшения. И ему это даже удалось — при приземлении в ноги на секунду отдало резкой болью, но он ничего не сломал. Наверху вдруг раздались громкие крики, и убийца понял, что пора бежать, бежать без оглядки. Резкий звук горна, как раскат грома, пронёсся над замком, оповещая всех о случившейся трагедии. Перед Каином сразу же возник стражник с алебардой. И, будь Каин не таким ловким, он бы уже был проткнут и выставлен на всеобщее обозрение. Но Каин увернулся, и побежал дальше, одним махом перепрыгнув забор королевского сада. Дальше начинались обычные улицы, но от этого становилось не легче. Чьи-то участки, чьи-то владения — убийца бежал только смутно представляя себе дорогу. Сзади слышались крики и топот ног стражников. Каин не оборачивался — нутром чуял, что их много, но испуга не было никакого. Наоборот, он чувствовал какой-то необъяснимый парадоксальный восторг. На лице сама растянулась счастливая глупая улыбка. Каин за секунду перемахнул очередной забор. — Все сюда, он здесь! — Крикнул поджидавший на другой стороне стражник и попытался схватить юношу за руку, но тот ловко увернулся и проскочил мимо. Вдогонку послышались ругательства и тяжёлое дыхание, но Каин только прибавил скорости и вскоре топот погони стал почти не слышен. Каин чувствовал, что стражники устали, но сам он почти не запыхался — нет тренировки лучше, чем каждый день сбегать с ворованными вещами. Да ещё он наконец-то достиг мест, где ориентировался лучше всего. Тут оторваться от погони уже не составит труда. Вот скоро будет удобный лаз на крышу дома, туда уж стражникам в их броне не залезть. Но юноша ошибся — некоторые из них сняли свои доспехи по дороге, и теперь лезли за ним на крышу проворнее. А та часть стражников, что осталась в броне, поджидала его внизу. Улыбка Каина расползлась до ушей — победа слаще, когда она даётся с трудом. И Каин, словно большой ворон, перемахивал с дома на дом, оставляя хорошо подготовленных стражников позади. Но тут вдруг перед юношей разверзлась пропасть — расстояние между домами не меньше трёх с половиной метров. Назад не повернуть — схватят. Вниз тоже не спуститься — прыгать опасно, а спускаться аккуратно нет времени. И Каин, принял решение прыгать. Вся его душа будто затрепетала, но не от испуга, а от предвкушения. Он прибавил скорости, хорошенько разбежался и взмыл в воздух. За спиной словно выросли два огромных чёрных крыла, на секунду Каин почувствовал, что летит, что он свободен от законов этого мира, и никто, никто на этом свете не способен его догнать. Под ногами оказалась крыша противоположного дома, но ощущение полёта осталось. Каин медленно обернулся. На другой стороне пропасти стояли стражники. Каин, как и они сами, понимал, что уже нет способа его догнать. Хотелось кричать. Пропасть не перепрыгнуть больше никому. Их обречённые расстроенные лица врезались в память, и Каин бросился бежать дальше, всё с тем же ощущением крыльев за спиной и лёгкостью в душе. Когда уже всякие намёки на погоню стихли, он постепенно замедлился, спрятался в узком переулке и позволил себе отдышаться. Прислушался. На улице ни шороха, ни шёпотка, ни тихого звука шагов — Каин окончательно оторвался, и теперь надо быть аккуратным, чтобы не заметили. Он снял маску, тихо выскользнул из переулка и, постоянно оглядываясь и прислушиваясь, двинулся к дому заказчика. Благо, до его дома было не очень далеко, и даже окольными путями юноша добрался за пятнадцать минут. На стук никто не ответил — ни осторожных лёгких шагов служанки, ни тихого голоса. Каин нахмурился и толкнул дверь — та оказалась открыта. Интуиция подсказывала, что что-то не так, но юноша не послушался её и вошёл в особняк. Тихо. Мёртво. По памяти он добрался до комнаты астролога, с каждым шагом всё замедляясь. Дурное предчувствие усиливалось, появилась какая-то давящая атмосфера, мешающая вдохнуть. Каин тихо толкнул дверь в комнату. И застыл. Астролог лежал на полу в луже собственной крови, а над ним возвышался мужчина с белыми волосами в рваной рубахе. Все его тело там, где виднелась голая кожа, было в каких-то странных полосах, как будто следы от верёвки. «Что за?! — дёрнулся он, всем своим нутром почуяв опасность. Подсознание твердило ему: «БЕГИ!», но ужас, какой сковывает только диких животных, заставил его замереть и не дышать. — Н-но... Деньги...» Чёрт! Нельзя возвращаться без денег! Даже если с Каином что-то случится, деньги должны оказаться у Гилберта! Взяв под контроль свой ужас, юноша, пока его не заметили, решил скрыться и подождать, когда мужчина уйдёт, а затем самому взять кошелёк астролога. Каин попытался тихо выскользнуть из комнаты, но мужчина обернулся, останавливая взгляд слабо светящихся, липких, светло-жёлтых, словно гной глаз. Каин никогда раньше не видел такого, по спине пробежали мурашки, а в горле образовался ком. — Так, — оценивая подростка протянул мужчина. У Каина всё сжалось внутри от этого голоса. — Кто ты? Каин промолчал, не способный ни сдвинуться с места, ни вымолвить слова. — А, — даже как-то дружелюбно улыбнулся мужчина. Но ощущение исходящей от него опасности никуда не исчезло. — Ты как раз вовремя. Это ты должен был принести такую фиолетовую сферу? Каин, поборов себя, кивнул. Врать не было смысла, ведь за ложь он чувствовал, поплатится жизнью. — Вот как, — на лице мужчины появилось явное облегчение. — Тогда давай её сюда. Каин, молча повинуясь, вытащил из-за пазухи сферу и отдал мужчине. Тот взвесил её в руке и улыбнулся улыбкой, от которой кровь стынет в жилах. Но, несмотря на весь свой ужас, юноша сумел сказать: — Мне должны были за это заплатить, — его голос даже не дрогнул, хотя Каин готов был пуститься в бегство тотчас же. И мужчина знал это. Но, тем не менее, рассмеялся и наклонился к трупу. Пошарив в карманах, он выудил мешочек с монетами, который, предназначался Каину. — Этого хватит? — спросил мужчина и подросток кивнул, принимая деньги. Руки у незнакомца были не по-здоровому ледяные. Край мешочка был заляпан кровью. Как и деньги, кровавые, запятнанные, грязные. Но деньги, много денег. — Молчи об этом, — мужчина кивнул на труп, хищно улыбнулся и исчез в открытом окне. Только занавески затрепетали от ветра. Каин окинул взглядом комнату. Кровь, холодный безжизненный взгляд трупа и жуткий образ убийцы навеки врезались ему в память. Подросток моргнул, отходя от пережитого кошмара и опомнился. «Быстрее... Надо быстрее уходить отсюда!» Жёлтые глаза всё ещё как будто наблюдали за ним, вызывая неприятную липкую тревогу. Мысли путались, перемешивались, но стоило выйти на улицу и пройтись немного, как наваждение исчезло, и Каин выдохнул с облегчением. Вернулась трезвость ума, и убийца подивился себе — чего же он так испугался этого человека? В крайнем случае можно было просто убежать, уж в этом ему никто не ровня. Как по волшебству то ощущение животного страха начало стираться, и у юноши поднялось настроение, когда он почувствовал увесистый мешочек денег у себя за пазухой. Никаких угрызений совести как от первого убийства на этот раз не было. Гилберту Каин рассудительно решил не говорить об ещё одном убийстве, а прошлых денег брат не считал, так что не догадается, что их резко стало больше. Подходя к дому, Каин заметил горящий свет — брат проснулся по среди ночи, наверное, от приступа. Подойдя ещё ближе, юноша заметил, что Гилберт сидел с книгой за домом. Каин, игриво улыбнувшись, чёрной тенью, незамеченный, проскользнул к дереву, растущему близко к двери их дома, забрался на нижнюю ветку и принялся ждать. Вот Гилберт медленно встал, глухо кашлянул пару раз и пошёл в дом. Каин дождался момента и вдруг повис на ветке вниз головой, зацепившись ногами, прямо перед лицом брата — Бу! — Весело крикнул он и рассмеялся, увидев, как Гилберт от неожиданности отшатнулся. — Каин! — С укоризной сказал Гилберт, всё же слабо улыбнувшись. — Испугал! Ты где ночью шляешься! — Да мне прогуляться захотелось, — ответил Каин, спускаясь с дерева. — Сегодня такая хорошая погода! Вон, смотри, какое чистое небо! Одна звёздочка сорвалась и упала, напоминая об оборванной жизни. *** Каин старательно резал овощи, пока Гилберт мешал суп в котелке. Ароматный запах разносился на всю весь дом, и даже за его пределами, собирая стаю бродячих собак, которые, впрочем, мало на что надеялись — в этом районе их никто не кормил. — Подай мне лук, — попросил Гилберт и аккуратно принял из рук у брата доску с нарезанным на ней овощем. — Сегодня пируем. Наверное, в последний раз, денег осталось совсем чуть-чуть. — Да не волнуйся, достанем ещё, — мягко улыбнулся Каин. — Руки-ноги есть, голова на месте, а большего и не надо. — Эх, будь все так просто, как ты описываешь... — вздохнул Гилберт, но тут же удивлённо распахнул глаза, смотря, как Каин сует ему в руки доску с нарезанным сыром. — А это ещё зачем? — Он оценивающе посмотрел на доску. — В суп его не добавляют. — А ты добавь! — хохотнул Каин. — Я его сегодня так дёшево купил — грех не использовать. Да и у тебя всё равно всегда получается вкусно. — Ну что же, — согласился Гилберт и высыпал весь сыр в суп. — Если будет невкусно — это на твоей совести. Не жалуйся потом. — Хорошо, — кивнул Каин и принялся нарезать капусту. В минуту тишины было слышно только как бурлит суп, щелкает нож о доску, да собаки за окном лают. Солнце своими яркими лучами через стекло полезло прямо в лицо Гилберту и тот поднес руку, прикрыв ей глаза. — В последнее время удивительно жарко. Как бы засуха не началась. — Ничего, завтра-послезавтра пойдет дождь, вот увидишь, — отозвался Каин с вечным оптимизмом. — А не послезавтра, так в течение недели точно. — Мне бы твою жизнерадостность, — вздохнул Гилберт, помешивая суп. — Раз так уверен во всем, может, и жену себе уже присмотрел? Пора бы тебе, уже ведь двадцать три стукнуло. Каин перестал резать и в недоумении поднял глаза. Застыл на несколько секунд, но затем весело улыбнулся. — То же могу спросить и у тебя, — он снова принялся за капусту. — Ты старше меня, а женой и не пахнет. Если мы найдем подходящую девушку, не стоит ли мне уступить тебе? А то так и умрёшь холостяком. — Справедливо, — согласился Гилберт и отвернулся. — К тому же... — тихо начал Каин, но Гилберт его услышал и повернул голову. — Меня устраивает такая жизнь. Зачем мне ещё кто-то помимо тебя? Я люблю тебя и только тебя одного, — он словно заглядывал своими черными как глубокие омуты глазами прямо в душу Гилберту. Тот нахмурился и собрался уже что-то сказать, но Каин вдруг разразился громким хохотом. — Ты чего, я же пошутил! — вытирая выступившие от смеха слёзы сказал он. — Сразу такое хмурое лицо сделал, хоть в королевскую стражу иди. Гилберт уже в который раз вздохнул. — Все твои шутки до этого были удачнее. Поздравляю, я почти купился. Тут нож щёлкнул по доске с особой силой и Каин коротко вскрикнул. — Что такое? — Гилберт сразу же оказался возле него, разглядывая выступившую на пальце кровь. — Да ничего страшного. Просто небольшой порез, через день заживёт и даже шрама не останется, — он потянул палец ко рту и слизнул кровь. — Не преуменьшай, — нахмурился Гилберт. — У меня остались лечебные травы. Сейчас принесу. — Да не надо... — начал было Каин, но Гилберт, даже не став дослушивать, ушёл. Вернулся с бинтом и лекарством, принялся обрабатывать порез. — Ты всё-таки будь осторожнее, — сказал он укоризненно, заматывая бинт. — А то кто о тебе позаботится, когда наши пути разойдутся? — Вдвоём же легче, — Каин поднял на него глаза. — Почему ты постоянно говоришь, что у каждого из нас своя дорога? — Потому что нельзя так жить, — уже с небольшим раздражением ответил Гилберт. Для него эта тема всегда была болезненной. — У меня должна быть своя семья, у тебя своя. И если тебя всё устраивает, то меня — нет. — У нас даже вдвоём деньги улетают слишком быстро, как же ты один будешь? — опустив глаза, спросил Каин. — Если ещё и жену содержать.. — Уж придумаю что-нибудь, — раздражённо заметил Гилберт и понёс аптечку в другую комнату. У Каина самого злость и обида подкатила к горлу, неожиданно сам для себя он громко сказал: — Неделю назад мне заказали убийство. Гилберт медленно и немного испуганно повернулся. Его глаза как-то странно и холодно блеснули. — Каин... — проговорил он медленно. — Ты же отказался? Юноша помотал головой. Брат сжал зубы, а затем глубоко вдохнул и выдохнул. — Ты обещал никого не убивать. — Времена изменились, — холодно ответил Каин. — Ты прекрасно помнишь, как я пытался пойти на работу в поле, к кузнецу, к сапожнику, к торговцу, к трактирщику, да даже в армию, чёрт возьми! Но нигде, нигде мне не платили столько, чтобы можно было прожить с тобой вдвоём! Так что да, я вынужден взять ту работу, которая мне по плечу, и где хорошо платят. И ничем эта работа не хуже других! — Каин, — отшатнулся от него Гилберт, сжав зубы. — Не думал, что ты настолько сгнил душой. — Я не беру больше, чем нам нужно. Бери я больше, мы бы жили во дворце. — То есть, ты хочешь сказать, что даже за убийство самого короля ты взял "не больше, чем нужно"? Каин немигающим взглядом уставился на него. Он ничего не говорил об этом Гилберту. — Не смотри так на меня, я знаю, что это ты убил короля. Я видел, как в ту ночь ты прятал кровавый мешок с деньгами и кинжал. А на следующее утро сообщили о смерти Эдварда IV. Я всё знаю, — Гилберт бессильно схватился руками за голову. — Я так понимаю, что от убийства ты не откажешься в любом случае? Каин молча кивнул. Гилберт, ничего не говоря, сел на стул и тяжело вздохнул. — Ты пожалеешь, ты глубоко пожалеешь, — наконец сказал он после долгого молчания. — Кого и когда? — Сегодня ночью. Семья Арунделов. Гилберт вдруг резко побледнел и вскочил со стула. На его лице отразился неподдельный ужас, Каин сам испугался, впервые видя его таким. — Ты убьёшь всю семью? — Спросил он, прожигая юношу взглядом. — Да. Заказчик указал, что убить надо сенатора и двоих его детей. — Каин, нет! — Вдруг воскликнул брат. — Ты не можешь! Не можешь! Потому что... потому что... Он вдруг резко закашлялся. Каин беспокойно наблюдал, но Гилберту не стало хуже. — Почему? — Спросил он. — Ты... — Гилберт помолчал. — Ты просто не можешь. Нельзя. — Но Братец, такой шанс я не могу упустить! Платят столько, что мы ещё лет двадцать сможем жить безбедно! Никак не могу! И если тебе так не нравится, что я зарабатываю деньги убийством, тогда предложи идею получше! — Вдруг сказал Каин таким резким тоном, что сам испугался. И тут же добавил уже мягче. — Прости меня, я не хотел так говорить. Просто пойми меня! Это единственная возможность! Больше такой не будет! — Каин, пожалуйста, — взмолился Гилберт. — Возьми любой другой заказ, но не убивай эту семью! — Да почему? Гилберт открыл было рот, но вдруг сильно закашлялся. Каин хотел уже было попытаться как-то помочь, но брат остановил его взмахом руки. — Потому что... — хрипло выговорил он. — Потому что... я... беспокоюсь за тебя... — Что? — Опешил Каин. — Да, да, — невпопад сказал Гилберт, с какой-то непонятной надеждой смотря на юношу. — Точно. Я очень беспокоюсь за тебя. Просто... я знаю, что у этого сенатора очень хорошая охрана, тебе не справиться! Вот как, брат просто беспокоится за него! У Каина от этого стало так радостно на душе. Он широко улыбнулся и рассмеялся. — Ой, да если в этом дело, то не переживай! Я же короля убил, а ни у кого в этой стране нет лучше охраны, чем у него! — Что? Нет! — Вдруг снова помрачнел Гилберт. — Пожалуйста, не надо... — Всё хорошо будет! — Уверил его Каин. — Не беспокойся! Ой, смотри, суп кипит, надо огонь убавить. — Мне надо проветриться, — невпопад ответил Гилберт и, бледный, как простыня, ушёл на улицу. Каин только пожал плечами и продолжил готовить суп. Гилберт вернулся вечером, ближе к ночи, когда Каин уже затачивал кинжал, готовясь уйти на задание. У него были красные глаза, но выглядел он уже намного лучше, и даже улыбнулся. — Я тут обдумал это всё. И вот что решил. Я пойду с тобой. — Что? — Шокировано спросил Каин, решив, что ему послышалось. — Я пойду с тобой. Хотя бы до дома сенатора. Мне надо убедиться, что с тобой всё будет в порядке. — Ну нет, мало ли там погоня будет, — помотал головой юноша. Просьба уж слишком странная. — Я спрячусь или отойду подальше, когда ты заберёшься в дом. — Это всё ещё очень опасно... — начал было возражать Каин, но Гилберт его прервал. — Ты же самого короля убил, ты же сможешь сделать всё так, чтобы тебя не заметили? — Ну нет, это, конечно, так, но всё-таки... — Если я отойду, то кто докажет, что я заодно с тобой? А так я хоть волноваться дома за тебя не буду. — Ох... — задумался Каин, взвешивая все "за" и "против". — Ну хорошо. Только сразу уходи! И ещё, как мы подойдём близко к дому, завяжи платок на лицо на всякий случай. Гилберт с готовностью кивнул. Юноша протянул ему платок и они вышли. Всю дорогу шли молча, оба в своих мыслях. Каин, косясь на брата, думал о том, что ну уж слишком странный он сегодня. Но как же хорошо, что он волнуется о Каине настолько, что даже пошёл вместе с ним на убийство. У юноши на душе потеплело, он и не заметил, как они уже подошли к нужному дому. Гилберт неотрывно вглядывался в тёмные окна дома и вздрогнул от неожиданности, когда Каин тронул его за плечо. — Всё, дальше нельзя. Тебе лучше вернуться. И маску не забудь надеть, — предупредил его юноша. Брат закрыл глаза на секунду и вздохнул. Каин заметил, как его руки дрожали. Наконец он повернулся к юноше и улыбнулся. — Каин, а можно мне посмотреть твой кинжал? Ты очень остро его заточил? — Не беспокойся, я всё подготовил идеально! — улыбнулся в ответ Каин и передал кинжал Гилберту. — Вот, держи. — Да, действительно, острый, как бритва, — он взвесил его в руках и аккуратно тронул лезвие, улыбаясь. В его глазах мелькнул странный блеск. — Каин. — Что? — Тут же откликнулся он. Гилберт резко развернулся и сделал выпал вперёд. Каин увидел, как, отражая лунный свет, блеснуло лезвие. «Что? Что происходит?» Он лишь занёс руку, чтобы защититься. Но её вдруг пронзила резкая боль. Как и шею. Каин захрипел, посмотрев на рукоять его кинжала, торчащего из его собственной шеи. Колени согнувшись, и он упал. Тело словно набили ватой — оно совсем не слушалось. «Что... Зачем? Зачем ты это сделал?» — Бра... тец... — прохрипел Каин, и из последних сил протягивая руку, даже не замечая, что та была вся в крови, а две фаланги среднего пальца были отрублены. «Я умру? Вот так? Здесь? За что? Перед братцем...» Его брат возвышался над ним, Каин, как ни пытался, никак не мог поднять голову, чтобы посмотреть на его лицо. «Прошу, дай мне взглянуть на тебя!» — подумал он и в глазах начало темнеть. — «Какое у тебя сейчас выражение, о чем ты думаешь? Братец. Ты сожалеешь? Братец, мы прожили вместе большую часть нашей жизни, так почему? За что?! Братец... Гилберт...» Он постепенно переставал чувствовать своё тело. Тьма окутала его со всех сторон. И холод... Стало так холодно. «Гил... берт...»