Арсений Сергеевич, но я не такой

Утро вторника выглядит слишком обыденно. Антон опять просыпается от солнечных лучей, что невольно протиснулись сквозь шторы. Дома уже давно никого нет, только он вместе со своими проблемами. Второй день недели, значит устать он ещё не мог, но на деле всё работает абсолютно по-другому. Вчерашний день не был слишком сложным, скорее наоборот. Странно, но думаю, каждый школьник понимает это ощущение, когда ничего особенного не сделал, а устал как никогда. Но надо находить силы, чтобы перебороть свою усталость и продолжить работать. Так делает и Шастун, скидывая с себя тёплое одеяло. По коже бежит множество мурашек, заставляющее парня немного пожурить. Но тяжёлый выдох будто бы приводит в чувство. Юноша отправляет в ванную комнату, где делает все необходимые водные процедуры. Единственное из-за чего пришлось задержаться — это оценка оволосенения его лица. Но Антон решает, что небольшое количество волос на его подбородке никому ничем не помешает. После, паришь спокойно покидает ванную. Есть опять же не хочется. Несмотря на заботливо оставленное печенье, вафли и чай. Но не может Шастун есть по утрам! Только вот как это объяснить маме парень не знал. Хотя много раз он и говорил, что по утрам кусок в горло не лезет, но мама, если ей доводилось уходить из дома позже сына, обязательно запихивала в подростка то ложку каши, то кусок бутерброда, то печенье или ещё что-нибудь съестное. Поэтому, чтобы не сильно расстраивать родительницу, Шастун перекладывает пару печенюшек в пакет, где лежит оставшаяся часть, будто бы он и вправду хоть немного поел . Чай так и стоит остывать, возможно, он выпьет его на выходе, возможно выльет в раковину, а может быть оставить остывать до комнатной температуры. *** Телефонный звонок разрезает тишину автобуса, несмотря на то, что в транспорте предостаточно людей, чтобы те создавали хоть какой-то шум. Конечно, большинству всё равно на этот звук, а кто-то начал ворочаться, дабы найти источник нарушения тишины. Антон выуживает телефон из кармана брюк, мельком кидает взгляд на имя контакта и поднимает. — Алло, — слышится на другом конце провода голос друга, который, судя по всему, был ещё не в школе или стоял в туалете, спрятавшись от множества возгласов школьников. — Слушаю, Дим, — лениво произнёс подросток, собираясь уже выходить из транспорта. — Короче, меня сегодня на первом уроке не будет, у меня тут... — друг замолк, будто обдумывая как это корректно сказать другу, хотя думать-то было и нечего. — Короче, я ключи всрал, а родаков дома нет, поэтому дом закрыть не могу. Но скоро отец вернётся после ночного дежурства... — Дима говорил это очень сконфуженно, будто сам от себя прибывал в шоке, что он потерял ключи. Конечно, есть такой вариант, что подросток их просто плохо искал, но факт того, что их не было сейчас на руках у Поза ничем не обнадёживал. — Да уж, — выдохнул Антон в трубку и закатил глаза. Он был в полном недоумении, что его друг способен что-то терять. "Такой спокойный, внимательный и аккуратный мальчик", —именно так его описывали абсолютно все учителя без исключения. Узнали бы они об этом, то наверное тоже очень удивились б такой ситуации. — Ладно, жду на биологии, — сказав это, Антон сбросил вызов и томно выдохнул. В этот момент автобус резко затормозил, из-за чего на подростка полетела девушка примерно его возраста. Он зло прошипел, так по сравнению с ней, он ударился о металлический поручень, а не упал на грудь высокого парня в достаточно тёплой куртке, которая заметно смягчила удар. — Ой, извините, пожалуйста, я не хотела! — начала оправдывать девушка, принося сотни извинений. Она невольно морщилась, когда делала виноватое лицо. Но несмотря на это, она оставалась достаточно милой девочкой. — Ничего страшного, — растерялся Антон. Ещё никто в его жизни так сильно не извинялся за то, в чём вовсе не виноват. Парень покинул транспортное средство вместе с той девушкой, которая неудачно упала на него. Но романтика на этом кончилась, так как её путь был в противоположную сторону, относительно школы, где учился парень. Солнце светило, но Антон был уверен, что вовсе не грело. В весенней куртке ему было достаточно холодно, поэтому желание идти быстрее возрастало в геометрической прогрессии. До урока оставались законные двенадцать минут, а Шастун уже заходил в большое здание. Обычно он приходил на пять минут позже, но холод стал фактором его быстрого прихода. В школе толпились ученики разных классов, начиная с первого и заканчивая выпускниками. В то время, пока дети лет шести-семи весело бегали по коридором, громко смеясь и крича, то одиннадцатиклассники были чернее тучи, утыкаясь в многочисленный конспекты. Меньше, чем через два месяца они заканчивают школу, соответственно сдают экзамены и поступают в ВУЗы. Поэтому, каждый кому не всё равно пытается хоть как-то подтянуть отметки, дабы в аттестате красовался приличный средний балл. Антону было не о чём переживать. У него средний балл колебался от 4,7 до 5 по всем предметам. Конечно, он не мало усилий прикладывал за пределами школьных стен, чтобы добиться такого результата. Понятное дело, отразилось воспитание отца, который всегда держал сына в ежовых рукавицах, но это не так важно сейчас. — Привет, Антош, — к парню подошла девушка и тепло обняла его. Это была Оксана Фролова, одноклассница, которая перевелась к ним в школу только на последний год обучения из-за смены места жительства. Хоть парень и девушка были знакомы менее года, но они стали хорошими друзьями. Был даже период, когда подростки пробовали встречаться, но быстро поняли, что больше, чем хорошая дружба между ними быть не может, то решили расстаться и остаться просто друзьями. Хотя многие говорили, что они очень органично смотрятся вместе, но любовь на словах не построить. — Привет, — парень подался вперёд, дабы также крепко обнять подругу. — Как настроение? Общее состояние? — подросток всегда спрашивал у одноклассницы её настроение и самочувствие. С этим была связана долгая история, произошедшая почти год назад, оставив на душе у девушки глубокий шрам. *** Началась первая неделя учебного года. Всем было далеко не до учёбы, разве что ребятам, идущим на медаль, хотя и те не проявляли большого энтузиазма. Ученики профиля химбио весело беседуют между собой, обсуждая лето и рассказывая о том, кто как его провёл. Голоса ребят не смолкали даже после звонка на первый урок в последнем учебном году. Тогда одиннадцатиклассники познакомились со своей новой классной руководительницей, дали её прозвище Краснучка и уверенно шагнули в школьный учебный год. Только перед тем, как Дима и Антон собирались также покинуть класс, как и остальные ребята, то Дарья Алексеевна попросила парней задержаться, так она хочет дать им особое поручение. — Парни, вы должны будете познакомиться с вашей будущей одноклассницей и помочь ей социализироваться в новом классе. Так что будьте добры подойдите к задаче ответственно. Девушка, которая к нам переводится имеет большое количество эмоциональных и психологических проблем. Надеюсь вы понимаете всю ответственность, что я на вас возлагаю. — Хорошо, — в один голос сказали парни, тяжело вздыхая. Точно ни этого ожидали парни в начале учебного года, но выбора у них походу не было. — Отлично, вот и договорились, — воодушевлённо пролепетала Дарья Алексеевна, наконец-то улыбнувшись. На следующий день в классе появилось новое лицо. Парни поняли, что это именно та самая одноклассница, которая имеет кучу внутренних проблем. Конечно, идти и знакомиться с ней желания не было, но она была достаточно привлекательной, хоть и не особо выделялась среди других учениц одиннадцатой параллели. Долго подпихивая под бок друг друга они решали, кто всё-таки подойдёт первый знакомиться с новой одноклассницей. Но это они так и не смогли выяснить, так как девушка обратила на них внимание раньше, чем кто-то из них просто успел поздороваться. — Что-то хотели? — спросила девушка, окидывая по очереди Шаста и Поза вопросительным взглядом. — Ну что смотрите? Девушек никогда не видели? — они продолжала поочерёдно сверлить их своим, на первый взгляд, грозным взором, но потом легко улыбнулась. — Я Оксана. — Очень приятно, я Антон Шастун, а это мой друг Дима Позов, будем знакомы, — быстро протараторил Антон, не зная, что ещё можно сказать при знакомстве с новым человеком. — Мне тоже приятно, покажете школу? — несмотря на внешнюю доброту и милоту, было видно как Фролова была скована. Так они и познакомились. Антон, Дима и Оксана. После такого смазанного знакомства им ещё предстояло узнать много чего о друг друге. Когда с Позовым было всё понятно, — заядлый ботан — то Антон открылся со стороны тоже неглупого парня, но при этом обладающий невероятной неуклюжестью и умением попадать в ситуации из рода "это не я, оно само". Одна Оксана оставалась в стороне, чтобы делиться своей историей, почему и как она попала именно в эту школу. Отмахиваясь, что вынужденный переезд, она провела в этой школе около полугода, но в один прекрасный миг всплыли со дна её подводные камни, открывая все самые глубокие секреты, переживания и проблемы. А началось это с неожиданного звонка со словами "Я хочу напиться". Тогда парни не поняли, что может значить это фраза. Знали одно, что что-то случилось. Поэтому спустя двадцать минут они сидели дома у Оксаны. Девушка была до предела взвинчена и раздражена, глаза были уже мокрые от солёных капель, но она иногда пускала неудачный шутки по поводу чрезмерного внимание к ней. Ребята сидели в комнате девушки, пока тишина натягивала невидимые нити. Но Фролова, томно выдохнув, начала этот долгий и отчаянный разговор. — Короче, даже не знаю как начать... — глаза девушки бегали по всему, что только попадалось в поле зрения. — В общем, рано или поздно я должна была вам это рассказать. Я думаю, вы и сами замечали, что я не такая как все, я имею ряд комплексов и зажимов, с которыми будто бы даже не пытаюсь бороться. Но это не совсем так, есть ситуация, которая меня сделала такой, — Фролова резко отвернулась и вскинула голову наверх. Она не хотела, чтобы друзья видели её слёзы, её слабость, её отчаяние. — Этим летом я лишилась самого дорогого, что у меня было... — эта фраза была сказана шёпотом, а голос предательски дрожал, — Я лишилась сестры и мамы, — полная тишина, сбитое дыхание и резкие всхлипы. Дима посмотрел на Антона, намекая взглядом, что стоит что-то предпринять. Шастун встал и обнял девушки из-за спины, чувствуя дрожь по всем телу. — Моя мама была беременна, случайная беременность. Мне тогда было пятнадцать мама сообщила эту новость, сама не зная, что делать. Но они с отцом решили, что ребёнок в любом случае не виноват и имеет право на жизнь. Летом, в июле, начались схватки, мы вызвали скорую, собрали вещи, всё должно было быть хорошо... — Оксана резко замолкла на этом моменте. А Антон так и стоял, прильнув к ней, будто так он будет лучше понимать всю ситуацию. — ДТП. В скорую влетел внедорожник, перевернув карету на крышу. Маму доставили в больницу максимально быстро, но полагаться на тр, что они выживут было бессмысленно. Мама умерла во время операции, но смогли спасти сестру, правда она прожила всего две недели, — в этот момент воцарила гробовая тишина и никто не знал, что делать или сказать. Девушка не плакала, она просто стояла разбитая вдребезги без возможности нормально жить. — Господи, как мне тебя жаль, — вдруг подал голос Позов, остальное время пребывая в полнейшем шоке от услышанного. Ей было только шестнадцать, когда она лишилась всего. Да, можно сказать, что некоторые дети лишаются родителей раньше или вовсе не знают их. Но это другое! Она любила мать, она считала её первым человеком в этом жестоком и чёрством мире. Оксана была счастлива, она была духовно чистым подростком, который любил эту жизнь. — Я до сих пор не осознаю, что мамы нет. А про сестру?.. Её назвали Яна, так хотела мама. Я каждый день приходила в роддом и раздражала всех своими вопросами и просьбами, чтобы посидеть с ней пару часов. Яна умерла на моих глазах... — последние слова были сказаны на несколько тонов выше, а после срывали на что-то подобное истерике. Только тогда Дима и Шастун поняли главную проблему девушки. Она видела смерть, она чувствовала страдания близкого человека, но ничем помочь не могла. После этого Оксана впала в депрессию, после этого безумно боится скорую помощь, после этого не хочет иметь детей. Одна ситуация, которая категорически поменяла взгляды девушки на эту жизнь, которая поставила жирную точку, обводя чёткие грани между до и после. Не каждый бы смог пережить такое события, оставаясь при этом позитивным человеком, хотя бы для общественности. Оксана по истине сильный человек, может быть это не видно, но зная то, что смогла пережить эта юная девчушка, по телу непроизвольно бегут мурашки. *** — Хэй, со мной-то всё в порядке, но после таких объятий боюсь, что начну анаэробной дышать, — Оксана часто использовала в речи биологические термины, но не для того, чтобы казаться более умной, а ей так было гораздо проще запоминать многочисленные термины, имеющие через чур схожее значение. Фролова и Шастун стояли так не более двух минут, но даже худощавое телосложение парня способно передавить все пути поступления кислорода. — Ой, прости, — Антон опрянул и они громко засмеялись, не обращая внимания на вопросительные взгляды одноклассников. Честно говоря, некоторые даже ставили на то, что они до сих пор встречаются. Конечно и Антон, и Оксана, и даже их друг Дима отрицал это, хотя многие всё равно не верили. Прозвенел звонок, оповещающий учеников и преподавателей о начале уроков. Оксана села с Антоном за третью парту второго ряда, где и обычно сидел Шастун, только со своим приятелем, а она сидела за ними. Урок проходил мимо них, так как искусство в одиннадцатом классе... Кому оно вообще надо, если даже для поступления нигде не пригодится. Преподаватель это тоже отчётливо понимал, поэтому никогда не пытался привлечь учеников к непосильной зубрёжке нескончаемых параграфов. Гул в классе, монотонный голос преподавателя и скрежет мела — каждый урок искусство проходил вот уже на протяжении почти двух лет без изменений. А так как в этом полугодии он ещё стоял и первым, то это был урок для тех, кому не лень. После звонка Шаст и Фролова спустились на первый этаж, чтобы встретить друга. У Антона в планах было отвесить приятелю хорошую оплеуху, но это как пойдёт. Димка зашёл в школу как ни в чём не бывало, будто не он опоздал на один урок по "очень уважительной причине". — Здоров, Шаст, — сказал Позов, обнимая друга особым способ, как это делают братаны, — Привет, Окси, — он протянул руку для того, чтобы дать пять, на что Окси, размахнувшись, со всей силы ударила по ладони Поза. По коридору раздался звонкий хлопок, парень и девушка начали активно тереть ладони, так сказать, что было больно — ничего не сказать. Родители учили Диму, что с девушками надо быть нежнее и внимательнее, но что поделать, когда девушка лупит со всей дури? Одноклассники отправились на пару биологии. Кабинет располагался на третьем этаже в главном коридоре, поэтому, недолго думая, Оксана побежала к лестнице с одной стороны, а парни с другой. Это было уже как традиция. Бежать сломя голову, переступая сразу по две ступеньки, рассталкрассталкивая неповоротливых детей, но главное — добежать до кабинета раньше остальных. Знали бы вы, сколько раз они сидели у завуча по воспитательной работе только за то, что сбили с ног какую-то второклашку или пронеслись перед носом учителя, знатно пугая его. Кажется, им семнадцать лет, а мозгов, как у тех же первоклашек. К сожалению или же к счастью, сегодня без происшествий, хотя Павел Алексеевич всегда рад побеседовать с учениками одиннадцатого класса. Он никогда не считал необходимым отругать подростков, они и так всё прекрасно знали. А вот обсудить какого-нибудь учителя, который плохо справляется со своими обязанностями запросто. Ребята залетают в кабинет, в то время, как Фролова уже сидит за своим местом тяжело дыша. Она, конечно, пытается сделать вид, что вовсе не запыхалась, но получается, честно говоря, не очень правдоподобно. — Да как это у тебя получается? — недоумевали парни, вскидывая голову вверх и глубоко вдыхая воздух , стараясь восстановить дыхание. — Купить меньше надо! — это фраза звучит непозволительно громко, разумеется, все в классе знают о пагубных привычках других, но всё же, кричать об этом на весь класс плохая идея. Дима и Шаст падают за третью парту, выуживая из рюкзаков тетради, учебник (конечно же один на двоих) и пару ручек. Но тишину резко нарушает голос Краснючки: — Я не поняла, почему мне дежурный учитель докладывает о том, что Позов приходит в школу ко второму? Умный очень? В жизни же нам кроме биологии ничего не надо, так я понимаю? — Дарья Алексеевна кричала, размахивала руками, будто бы пытаясь показать всю трагедию от прихода на какой-то урок искуискусства. — Извините, я просто... — Дима пытается предпринять попытки объяснить ситуацию и причину опоздания, как в диалог включается Оксана, которая за своих друзей горой и даже больше. — А то, что Синицын, Родионова, Лаврентьев приходят ко второму вам не докладывают? Почему кому-то всё сходит с рук, а Диме, который, между прочим, всего один раз не пришёл на первый урок, влетает по первое число? — Оксана сощурила глаза, чувствуя себя уже победителем в этом словесном поединке. — Фролова, а о тебе я вообще молчу! Такая спокойная девушка пришла в начале года, а сейчас не узнать. Где твоя скромность, хоть какие-то манеры. Это была плохая идея просить Позова и Шастуна помочь тебе адаптироваться к новому месту, — Дарья Алексеевна переключилась на Оксану, пресекая её за поведение. — Дарья Алексеевна, я буду Вам очень признателен, если Вы поговорите со своими воспитанниками после моего урока, — произнесла Самира Игоревна, преподаватель по биологии. Она всегда была права в своих высказываниях и только одним взглядом могла смирить любого: начиная от первоклашки и заканчивая самим директором. — Извините, — Краснючка, извинившись, пристально посмотрела на Позова и Фролову, а потом, тише, добавила: — После пары ко мне в лаборантскую. И, Шастун, ты тоже. Когда Оксана и Дима хотя бы понимали, зачем им идти к классному руководителю, то Антон был в без ведении.