brave

                   

***

             Михо судорожно пытается зацепить пальцами упавший телефон. Руки, как назло, совершенно не слушались и будто онемели от страха за жизнь уже не чужого человека. Пульс сильно бьёт по ушам, и девушка не уверена, что сможет прожить так до утра, когда всё уже дошло до тахикардии и невыносимой боли в груди. Ю оседает на пол, с характерным звуком опустившись на колени, пытаясь впустить в лёгкие глоточек кислорода, но то липкое, скользящее чувство душит, не позволяя здраво мыслить. Паника окончательно накрывает с головой, когда после протяжных гудков монотонный голос произносит «абонент находится вне зоне доступа сети…».               — Джисон… — Ю тяжело дышит, пытаясь отыскать ключи от дома. — где Минхо? — Михо, — твёрдо произнёс он, нервно сглатывая. — Я не могу тебе об этом рассказывать. Ли запретил. — Джисон, прошу тебя, скажи где Минхо, — слезы текут по щекам. — Он… он в опасности, слышишь? Скажи, где Минхо. Прошу тебя.       На том конце провода доносится тяжёлый вздох. Хан зарывается пятернёй в волосы и тянет их у корней, раздумывая о том, в какие неприятности его друг мог вновь попасть. Конечно, если он приведёт Михо туда, куда не следовало бы, то отхватит с лихвой, но… Хан не может подвергать ещё большей опасности жизнь своего друга. И синеволосый верит девушке. — Мы заедем за тобой с Хёнджином.

***

— Но почему он тогда не отвечает на звонки? — пытаясь узнать хоть что-нибудь, спрашивала Михо, не переставая задавать неприятные вопросы задумчивым парням. — Ты и сама прекрасно знаешь своего парня, — устало ответил Хван, сосредоточённый на дороге. — Хан… он же не мог во что-то плохое ввязаться? — тихо спросила встревоженная брюнетка. В груди до сих пор жжёт, а сердце бьётся в волнении, будто чувствуя, что произойдет нечто плохое. — Михо, милая, не переживай. Даже если что-то случилось, то у него в запасе все девять жизней. — У меня плохое предчувствие… — шепнула она, нечитаемым вглядом уставившись перед собой. — Я… я, кажется, знаю, кто мог устроить ту аварию на трассе. И… и если это он, — голос дрогнул. Ю нервно вздохнула, подняв заплаканные глаза на друзей. — то Минхо в большой опасности.       Хёнджин резко бьёт по тормозам, останавливаясь посреди оживлённой трассы. Напряжённый взгляд чёрных глаз смотрят прямо на испуганного Джисона, а после и на девушку, не ожидавшей резкой остановки. — Кто? — твёрдо просит он. — Пак… Минджун. — Вот чёрт, — зло шипит Хван, со всей силы вжимая педаль и разворачивая машину в обратную сторону. — Что ты творишь? — недовольно шикает Хан, дёргая друга за рукав. — Мы туда не едем. И ты прекрасно об этом знаешь. Он же просил, — уже тише добавляет он так, чтобы Михо не услышала. — Хан Джисон, мне абсолютно плевать о чём этот Ли Минхо просил, но тот случай и этот поганый Пак не вселяют никаких надежд. Он не тот, кем прикидывается на самом деле. — О чём вы? — вмешивается в их разговор Ю. — Вы… его знаете? — Он появился относительно недавно, сразу, как вышел из тюрьмы. Но уже успел показать себя как человека, который твёрдо стоит на своём до последнего. Ради успеха Минджун готов идти по головам, — ответил Хван, мельком взглянув на девушку своего друга. — Но я не пойму чем ему успел насолить Минхо.       Михо с сожалением опускает голову, пряча стыдливые глаза. «Минхо ничего не сделал и не успел сделать», — думает про себя девушка, но не озвучивает свои мысли вслух. Потому что всё происходит по её вине, и не известно, сколько ещё людей пострадает из-за неё. Сначала мама, теперь Минхо… Брюнетка не готова потерять ещё одного родного человека из-за прихотей дьявола. Но сейчас... разве сейчас не все её близкие и знакомые находятся под прицелом? Если он уже знает про Ли, то точно может знать и про Наён и Джисона, про того же Хёнджина, которого она видит лишь в третий раз. А их друзья, с которыми Михо недавно познакомилась? А малышка Соён? Что может произойти с ними по её вине? — Мы приехали, — глухо бросает Хван, выходя из авто.       Сердце Михо пропускает удар. Ю покидает черный автомобиль следом за Джисоном и держится по правую руку от него. Впереди тяжелыми размашистыми шагами ступает пепельноволосый, косо озираясь вокруг и под нос себе ругаясь. Ему крайне не нравится, что сейчас он находится здесь, а не в своей тёплой квартирке в Итэвоне, но оставлять друга без лишнего присмотра Хван не собирается. Если что-то серьёзное и произойдет, то только в его смену.       Вечерний Сеул здесь играет множеством неоновых вывесок, громкими грубыми разговорами, разбитыми стёклами, сыростью и угрозой. Самой настоящей. Хан приобнимает девушку за плечи, прижимая к себе, видя, как та мелко дрожит и вздрагивает из-за малейшего шума. Брюнетка совсем озябла, и вот-вот лишится сознания, чувствуется ему, ведь она не должна была никогда сталкиваться и встречаться с жестокостью и бесконечной агрессией Минхо, что вновь слетел с катушек. Ли вновь затерялся в тёмном океане, медленно идёт ко дну, потеряв свой маяк с ярким светом, способным озарить даже морские глубины. Несмотря на всю решительность Ю в данный момент, в её взглядах, голосе и движениях читался животный страх. Они останавливаются только тогда, когда Хёнджин молча кивает им в сторону подвального помещения и проходит дальше, впуская их внутрь. С первых секунд по ушам бьют громкая музыка и гортанные возгласы толпы, что столпилась вокруг небольшого ринга. Резко становится душно. Михо растёгивает своё пальто и оттягивает ворот антрацитовой водолазки, втянув пропитанный потом и кровью воздух в лёгкие, тут же подавившись. — Обливио! Обливио! Обливио! — скандирует толпа уже знакомое имя.       Ю одним движением сбрасывает шарф и оставляет его у Хана, что на секунду завис, и протискивается между чужими телами, что продолжали истошно кричать над самой головой. Михо чувствует себя максимально незащищенной, но голос внутри ведёт её вперед, в самый эпицентр событий. Где-то рядом слышится низкий рык, а после череда глухих ударов. И вот остаётся сделать пару шагов, чтобы увидеть, прикоснуться, успокоить бедное сердце, что бьётся в груди, мечется в волнении. Но стоит впереди стоящей молодёжи разойтись, как сердце перестаёт биться, замирает, падает к ногам с громким треском. Лицо девушки исказилось в гримасе боли, губы остались раскрытыми, не в силах произнести что-нибудь, закричать, шепнуть, чтобы остановить, прервать, обратить на себя внимание, осветив его путь, позволив вынырнуть из морских глубин.              Он не тот герой, который всегда спасает главную героиню от всех проблем. Он не способен освободить её от кошмаров, защитить от страхов. И ожидать от него чего-либо не стоит.              Минхо смотрит разъярённо, дико из-под взмокшей чёлки. На обмотанных ладонях бинты расцветают кроваво-красными бутонами, кровь тонкими нитями тянется вниз, по рукам, а после капает на октагон, окрашивая всю поверхность ненавистным цветом. Раскат сумасшедшего смеха эхом отдаётся в ушах. Разогретая толпа одобрительно восклицает, толкается, люди задавливают Михо с обеих сторон, подталкивая. Но ей нечему радоваться, она не разделяет вместе с ними данного восторга. Ли нападает на своего противника чередой атак, бьёт остервенело, не отдавая отчёта своим действиям, чередует джеб хуком, апперкотом, бьёт прямо, под дых, по лицу, превращая чистый лик младенца-Странника в одно сплошное месиво. Обливио взял вверх над ним этим вечером, сегодня его очередь показать себя, выплеснуть всю злость и агрессию, в очередной раз доказать, кто здесь правит. И плевать, что будет после, когда ринг останется позади, а он в объятиях ночной прохлады. Сейчас он здесь, в своём месте, на своём пьедестале. Обливио вышёл прогуляться, и попробуй встать на его пути и упрекнуть.              Он может только прятаться за множеством стен, не позволяя прикоснуться к сердцу. Таков Ли Минхо, идеальный герой.              Противник падает, сплёвывает в сторону вязкую слюну, что успела смешаться с кровью, и вытирает рот такими же окровавлёнными бинтами, смотрит зло, с затаившейся обидой и недовольством. Обливио смотрит сверху-вниз, чувствует запах скорой победы, ликует, утешается. На губах расцветает маниакальная улыбка, глаза налиты свинцом, превосходством, гневом, как у самого дьявола. Подошедший Джисон дёргает на себя потерянную Михо, пытается перекричать, вывести из транса, увести подальше. Не домой, может, к Наён, что сидит с малышкой Соён этим вечером. Но та продолжает стоять статуей, окованная страхом. Такой Минхо пугает. От такого Минхо хочется, и нужно, бежать, прятаться, скрываться. От такого Минхо не стоит ожидать пощады, он раздавит, прижмёт и уничтожит, не моргнув и глазом. — Михо, прошу тебя, давай уйдём.       Ю отмахивается, отрицательно качает головой и смотрит на соседа с сожалением, разочарованно. И он будто наконец оказывается наплаву, он выныривает из океана, дышит полной грудью, удивлённо смотрит в ответ на свою Михо, и не может сдвинуться с места, хотя Странник уже поднялся с места, держась за канаты. Пелена злости спадает, Обливио прячется, оставляя после себя опустошённость. Ли хочет предпринять хоть что-то, делает шаг вперед, тянется к свету, но противник бьёт, со всей оставшейся силой нападает, поймав нужный момент, не жалея, как и Минхо ранее. По щекам текут горячие слезы. Брюнетка не чувствует их. Чувствует только, что что-то разбивается внутри вдребезги, и это уже не собрать, не починить. Одна надежда тлеет за другой, растворяется по пропитанному кровью и потом воздуху подпольного заведения. Михо отводит полный боли взгляд, обнимает себя руками, хочет спрятаться далеко, и чтобы не один из дьяволов её не нашёл. Но Минджун стоит прямо напротив, сверкает своими кровавыми глазами в тускло освещённом помещении, упивается, довольствуется. Ведь он хотел сломать сломленное, раздробить и размельчить, вернуть ускользнувшее. И Пак Джихё вернётся, прибежит обратно к родному отцу, попросит прощения, будет молиться за остальных, ведь он учил, что не надо любить и привязываться. Любовь всё рушит. И Михо это понимает, когда чувствует цепкий взгляд дьявола на себе. Он здесь. Ю разворачивается, тянет Джисона за собой к выходу, а сама задыхается, потихоньку теряет сознание, но упрямо продолжает протискиваться между людьми, лишь бы сбежать, скрыться.       Чужие удары отрезвляют, приземляют Минхо. И он подставляется под них, не защищается, позволяет напомнить, как он ужасен и омерзителен до скрежета зубов. Звучит гонг, противник довольно уходит в свой угол, злорадствует. Ли перепрыгивает через канаты, расталкивает толпу, что тянет к нему руки, следует за маяком, который закрывают тучи. — ... и сохранив титул непобежденного, выиграл Об-ли-ви-о! — по слогам разделяя режущее слух имя, озвучил судья. Толпа одобрительно ликует, пытается окольцевать Ли, но тот отчаянно вырывается. В другой бы раз он обрадовался. Он бы принял свою победу как должное, но не сейчас. Сейчас ему глубоко наплевать, какое место в рейтинге он занимает. — Михо! Ю Михо! Стой! — кричит он, но девушка продолжает идти. Хан бросает недовольные и косые взгляда на друга, у которого в планах разрушить всё, наплевав на близких людей. — Прошу, не останавливайся, — с долгими паузами произносит брюнетка, с трудом шевеля губами. В глазах начинает темнеть, но угроза здесь, совсем рядом, подкрадывается за спиной, наступает.       Минхо догоняет, прижимает Михо к себе, и впервые боится потерять. Дышит тяжело, гулко сглатывает над ухом и выдыхает. Но ватные ноги больше не могут держать Ю, в глазах темнеет, и она теряет на пару секунд сознание в руках, которые по локоть в чужой крови запачканы. На молочном пальто кровавые разводы меркнут, пачкают, напоминают, что её всю жизнь будут преследовать запах крови и страх. Ли аккуратно хлопает девушку по щекам, пытаясь привести её в чувства. Она медленно, с большим трудом, разлепляет веки. И первое, что бросается в глаза, так это взволнованное лицо соседа, что склонился над беззащитным телом. Минхо с облегчением выдыхает, улыбается уголками губ, нежно поглаживая подушечками большого пальца впалые щёки. — Пусти, — с болью просит брюнетка, пытаясь отпрянуть от неприятных касаний. — Не могу, — отчаянно вторит ей Ли. С взмокших волос стекает вода. В его руках свет меркнет, он сам себя лишил маяка, обезвредил вооруженного, хотя главным её оружием была любовь во всех её проявлениях. — Даже если захочу, не смогу, слышишь? — Ты... ты это имел ввиду? Это то, что меня должно напугать? — громким шёпотом, лишь для него, спрашивает Михо. — Как ты... можешь? Зачем? За что? Почему? — продолжает наседать она, цепляясь за крепкие плечи. — Скажи, что это не так, — спустя время вновь просит студентка, с больной надеждой заглядывая в полюбившиеся глаза. В чёрных омутах тучи вновь сгустились, закрывая собой то светлое, что когда-то Ю смогла найти и разглядеть. Сожалеет ли он сейчас? Больно ли ему? Не из-за неё, а из-за себя?       Винноволосый молча поднимается на ноги, зачесывая влажные волосы назад. Вновь скрывается, вновь прячет свои чувства. Обида вновь больно колит в сердце, врезается острым кинжалом, который Ли собственноручно закручивает, глубже погружает. Одинокая слеза скатывается вниз, но Михо спешит её вытереть, так и оставаясь на холодном разбитом кафеле. Поднимает неуверенный взгляд, смотрит ровно перед собой. Негромко фыркает, пригладив волосы. Минхо протягивает ладонь с избитыми костяшками, не смотрит на девушку из-за смешанных эмоций внутри. Брюнетка отказывается от предложенной помощи, на ватных ногах поднимается не без поддержки Хана, что продолжал разочарованно вздыхать. Ю натягивает на лицо ту же маску безразличия, что и парень минутой ранее, и следует к выходу под руку с Джисоном. — Ю Михо, ты никуда без меня не уйдёшь, — твёрдо отчеканив каждое слово, зло шипит Минхо, грубо притягивая к себе девичье тело. — Не то что? — с той же интонацией отвечает она, заводясь ещё больше, несильно толкая того в грудь. — Выплеснешь всё на мне или на ком-то другом? Смотри, там уже успели вытереть кровь. Иди, пролей ещё, тебе же так нравится, — заканчивает брюнетка, укоризненно взглянув на парня.       Минхо тяжело выдыхает, прикрывая глаза. Успокаивает себя, пытается усмирить свой пыл. Он не хочет вступать в очередную перепалку с девушкой. — Михо, пожалуйста, — спокойно просит Ли, устало уложив голову на её плечо. — подожди меня немного, и мы вместе пойдём.       Мелкая дрожь вновь пробирает всё тело. Михо замирает, неожиданно затихнув и прекратив вырываться из цепких рук соседа, с ужасом неотрывно заглядывая тому за спину. Вот он. В нескольких шагах, стоит за единственной преградой между ними — Минхо, который ни о чем не подозревает, заметно расслабившись рядом с ней. Смотрит хищно, дьявольски, в очередной раз надсмехается над ней. Ю сильной хваткой цепляется за руки парня, как за спасательный круг, чтобы самой не утонуть и не задохнуться, не сгореть в адском пламени прошлого. Но дьявол сжигает до тла на расстоянии, одним взглядом сжирая, утягивает за собой в бездну. И её, и его. — Он... он здесь, — одними дрожащими губами шепчет Михо. — Кто здесь? — Ли напрягается, оглядываясь по сторонам. — Дьявол.       Винноволосый застывает на месте, потупив взволнованный взгляд перед собой. Слышит лишь глухой стук собственного сердца, что бьёт по ушам громче музыки, полностью её заглушая, и не может представить, что чувствует девушка в его объятиях. Ему страшно. Не за себя, а за ту, что доверилась ему глубокой ночью, показав свою истерзанную душу. — Пожалуйста, давай уйдём отсюда, — слёзно умоляет она, потянув Минхо за собой.       Бежать.       Надо бежать. — Тише, — мягко произнёс он, закрывая собой девушку. — Я не позволю. Веришь?       Ю поднимает запуганный, точно детский взгляд на него, поджав губы. Возможно ли ему довериться после увиденного?