Конечный статус – убийца

      Добро пожаловать в Ли Юэ!       Женский голос радостно зазвенел в купе. Вскоре во всём поезде началось шевеление пассажиров, собирающих вещи после долгой поездки. Молодой человек так хорошо уснул под стук колёс, что даже не сразу отреагировал на объявление. Открыв глаза, он бегом пробежался глазами по экрану телефона, который отображал длинную переписку и несколько новых сообщений.       «Ты где там едешь уже?»       Отправлено два часа назад. Осмотрев купе и людей, которые ещё не вышли из поезда, парень быстро напечатал ответ, что уже прибыл. Поспешно перепроверив багаж и надев шляпу, он бегом выпрыгнул из транспорта и ступил на платформу, продолжив идти до вокзала пешим шагом. Но когда он вошёл в здание…       — Вот это да…       Тот не мог поверить своим глазам. Трёхэтажное строение, полное света, выглядело просто потрясающе. Потолок был усеян витражами, расписные стены украшали фрески, а пол был столь чист и прозрачен, точно прохожие ступали по водной глади. Настоящее произведение искусства.       «Меня здесь не было всего каких-то десять лет. Как так быстро отстроили такую красоту? Восхитительно».       «Я жду тебя у главного входа», — пришло новое сообщение.       Хорошо, конечно, что его ожидают так близко, но парень немного терялся в новом сооружении. Взгляд медовых очей то и дело носился по разным указателям, пока те наконец не вывели его к ступенькам, ведущим наружу. Теперь он старался высмотреть в толпе знакомое лицо. Лицо, которое не видел практически половину века.       «Он правда не изменился?..»       — Ух!       Кто-то сильно хлопнул по плечу.       — Ну да, тебя действительно тяжело с кем-то спутать, Итер.       Блондин обернулся на голос. Перед ним показался знакомый человек с тёмными волосами, заплетёнными в пару косичек, которые убрали в небольшой хвостик на затылке. Знакомая, немного уставшая манера речи, светлый стиль одежды, глубокие бирюзовые очи… Ошибки быть не могло.       — Венти… Это правда ты? — в лёгком оцепенении пробормотал он.       — А я говорил, что мы с тобой навсегда в одной лодке. Кто же ещё.       — Поверить не могу, — Итер приобнял его за плечи, — я так давно тебя не видел.       — Сам немного в шоке. Смотрю на тебя, и словно тех десятилетий никогда и не было.       Оба не могли отвести глаза друг от друга. Будто случился слом реальности, и образы из воспоминаний случайно встретились спустя долгие годы разлуки.       — Мне кажется, за пятьдесят лет ты даже помолодел, — съязвил Итер, обращая внимание на его причёску.       — Ну-ну, знаешь ли, это стиль такой. А ты будто постарел эдак на год. Или что это за мешки под глазами?       — Попробуй несколько дней без сна сидеть за учительским столом. Таким же станешь!       Две вечности сошлись в один короткий день. Их окружал стук маленьких колёс чемоданов, множество незнакомых голосов и толпы прохожих, спешащих кто на поезд, кто в гости. Однако округа казалась лишь шумом, декорацией, перед которой встретились настоящие артефакты нынешней человеческой цивилизации. Этим двоим предстояло обсудить многое.

***

      Дзынь-дзынь! Блондин тронул звонок велосипеда. Тёплый ветер приятно развивал волосы, пока колёса несли вдоль знакомых окрестностей Миньюнь. Солнечный свет струился меж древесных крон длинной рощи, а путники только-только приблизились к жилому корпусу. Несмотря на то, что когда-то деревня несла за собой ужасное проклятье, после прекращения исчезновений сюда стали возвращаться люди. Покинутые домики наконец обрели новых хозяев, поселение зажило новой жизнью.       На секунду Итер остановился осмотреть пейзаж. Он словно опять ощутил себя на месте того монстра, который лишь наблюдал со стороны за делами жителей, с долей восторга уделяя внимание всем нововведениям снаружи деревни.       — Ты, кстати, хоть поговорил со старостой? — спросил подъезжающий к приятелю Венти.       — Ну конечно. Было сложно объяснить ему всё как было, но он старался меня понять. Даже так он был очень рад, что всё закончилось. А я был рад за него, дожил ведь до этого момента.       То и дело вспоминались отрывки давнего диалога. Было и правда непросто рассказывать кому-то свою настоящую историю, однако Хун являлся тем, кто имел полное право знать обо всём. С ним даже получилось найти общий язык и подружится, что стало настоящей неожиданностью.       — Хороший был дедушка, — заключил юноша, вновь садясь на велосипед.       Они двинулись дальше, пока не задержались у прилавка с хлебными изделиями. Купив по паре булочек, парни вернулись к диалогу.       — Что у тебя за кольцо на пальце? — пробубнил Венти, указав на аксессуар у друга.       — А? — тот уставился на свой большой палец и внезапно раскраснелся, — Это? Ну…       — Ты с кем-то обручиться успел?       — Нет! Не совсем. Это подарок. Просто подарок.       — Интересные у тебя подарки однако, учитель биологии. Хм, пошёл по стопам Алатуса значит, да?       Итер осуждающе посмотрел ему прямо в глаза:       — Глупости не говори. Я всё пытаюсь самого себя изучить. К тому же, раз я не могу обратиться ни к одному врачу, хорошим решением было им стать для самого себя. Хотя я думал и над другими специальностями. Правда, когда задумался о том, что мне на любое дело хватит времени, принялся шерстить книги и делать расчёты. С нынешним развитием мозга мы не в силах знать всё на свете, наш потолок — четыре сотни лет. А после воспоминания будут стираться безвозвратно, при идеальном здоровье. В более реалистичных прогнозах мы начнём всё забывать уже через двести лет. Тебя это не пугает?       — Почему меня должно это пугать?       — Ну как же. Ты навсегда забудешь всех тех, с кем прожил первые годы. И этого не избежать.       — Люди живут и умирают с деменцией. А нам с тобой просто повезло отсрочить сей процесс…       — Не бей по больному.       Итер стих. Словно что-то перевернулось в груди.       — Давай сменим тему, — продолжил блондин, — ты знал, что у Сяо есть дочка?       От неожиданного вопроса Венти поперхнулся крошками от пирожка.       — Сколько я спал?!       Чужая реакция заставили юношу искренне хихикнуть. Он поспешно достал телефон и открыл галерею. На экране показались фото маленькой девочки с пышными голубыми волосами, которые заплетали в разные необычные причёски от фотографии к фотографии. Часто на них мелькал и знакомый брюнет, но в основном именно он снимал малышку на телефон.       — Её зовут Гань Юй. Сяо взял её из детского дома почти сразу же, когда я в первый раз надолго покинул Ли Юэ. Ей на тот момент было девять или десять лет, точно не помню.       — А когда ты уехал?       — Лет двадцать назад. Естественно, она уже выросла, и даже сама мне стала писать сообщения. Я уведомил её о том, что собираюсь приехать повидаться. Хотя виделся с ней в живую лишь однажды.       — А она знает, что ты…       — Догадывается.       — Значит, она ждёт нас в Цинцэ вместе с Сяо?       Итер закивал головой.       — Там ещё Ху Тао будет. Помнишь её?       — Спрашиваешь ещё. Такую личность трудно забыть.       — Тогда давай, как доберёмся до Цинцэ, бросим велики у окраины. Хочу прогуляться немного, — заключил Итер, гордо отряхнув ладони от остатков доеденной булки.

***

      Солнце стояло в зените. Далёкая от основной цивилизации деревушка мало чем поменялась за полвека. Красоту этого чудесного места просто невозможно отнять. Путников всё так же встречали огромные водопады и рисовые поля у их основания. С каждым годом Цинцэ всё росла, даже называть её «деревней» стало как-то неправильно. При виде дорогих корпусов и вовсе забывалось, что они принадлежат не городским новостройкам.       Однако, как бы чудесен ни был день, ступив на длинное шоссе, Итер стал ощущать нарастающую тревогу. Что-то незримое копошилось в груди и не давало насладиться моментом возвращения домой. Ему что-то не нравилось. Душе что-то не нравилось.       — Не отставай давай! — крикнул приятель, шедший впереди, — Ты опять помрачнел.       — Ничего особенного. Отчего-то волнуюсь слегка.       — Могу понять.       У тротуара бегали ребята, не боясь дорожного движения, так как транспорт здесь проезжал редко. От клумб чудесных цветов несло ароматом солнечных лучей. Приятели всё ближе подходили к знакомому участку, усеянный елями и кедрами. Уже виднелась крыша старого двухэтажного домика, где давным-давно жила Чжао. А вскоре послышались чьи-то голоса:       — Я ему говорю, мол, тебе, упырю, слишком часто придётся место жительства менять. У соседей больно каверзные вопросы будут возникать. Дак он отнекивался.       — Значит, он правда совсем не изменился?       — Он тебе фото свои не присылал?       — Нет.       — Ну ничего, сама всё увидишь.       Тук-тук! По деревянному фасаду дома постучали, пока подруги пили чай в зоне отдыха. Обе сразу повернулись к звуку.       — Мы вам не помешали, дамы?       Белобрысая голова вышла из-за стены, приветственно сняв шляпу.       — Итер! — Тао сразу подскочила с дивана, подбежав к другу. Крепкие объятия с её стороны были самым обыкновенным жестом, и спустя время она совсем не отступила от собственной традиции. Конечно, жестокая старость не прошла мимо медика, хоть та и старалась прожить её красиво, — Мы уже думали, ты про нас забыл.       Парень усмехнулся.       — Я не один приехал.       Следом подошёл Венти. Между тремя старыми друзьями возникла долгая пауза. Блондин быстро отстранился от них, дабы двое могли уединиться в момент встречи. Жаль парня, ему придётся пересказывать свою историю по второму кругу.       Перед юношей скромным шагом возникла Гань Юй. Несмотря на возраст, мягкие черты её личика сохранились. Взрослая девушка в летнем сарафане сложила ручки вместе и поклонилась.       — Давно не виделись. Ты так серьёзно вымахала, не узнал сразу, — первым высказался Итер.       — А Вы ни на год не постарели.       — К сожалению, для меня это не комплимент. И давай всё-таки без формальностей, мы родные люди.       — Ох, неловко как, извини, — она с ног до головы осмотрела гостя, пока её взгляд не задержался на колечке чужого пальца, — Так и думала.       Итер смущённо убрал руку с чемоданом за спину и сразу задал вопрос:       — Как он?       — Вы очень вовремя приехали. Папа… совсем слаб.       Та жестом попросила идти за ней, хотя парень прекрасно знал, куда следовало направляться.       — Мы многое прожили вместе, он хороший отец, и с этой ролью в одиночку справлялся чудесно. В обиду меня никогда не давал, всегда на помощь приходил. Мне с ним очень повезло. А про тебя он почти ничего не говорил, многое слышала только от пары знакомых. Наверное, ты для него был кем-то важным. Печально, что вы его застанете в нынешнем состоянии…       Они подошли ко входу в домик. На секунду у юноши перехватило дыхание от непонимания: а точно ли он хочет этой встречи? Ему было безумно стыдно за самого себя, что не мог приезжать на родину чаще и проводить дни со старыми друзьями. Однако страх быстро испарился, когда девушка отворила дверь. Итер ещё раз взглянул на неё, будто безмолвно прося дать разрешение войти. Та лишь кратко кивнула и улыбнулась, невзначай демонстрируя свои умилительные ямочки на щеках.       Что ж, в конце концов не зря ведь парень проделал такой путь.       Он ступил за порог. Дверь за ним медленно затворилась. Тишина. Скромный интерьер мало чем изменился: портреты семьи на стенах, цветы на комоде, стойкий запах старой мебели. Здесь периодически наводили порядок, делали перестановку, но глобально ремонт остался прежним и таким же родным, каким его помнил юноша.       Итер осторожно подошёл к разложенному дивану. Старческая фигура лежала неподвижно и еле дышала. Волосы полностью поседели и кое-где стали осыпаться. Множество морщин усеяли суровое лицо, а кожа заметно обвисла. Тонкие руки лежали на груди, будто что-то еле придерживая.       Сяо мирно спал. По крайней мере так казалось. И всё-таки чувства от долгожданной встречи заставили юношу приподнять уголки губ. Он переставил маленький табурет ближе к дивану и уселся, поставив рядом чемодан.       — Привет, — тихо молвил он, снова сняв шляпу, — давно тебя не видел. Почти десять лет прошло.       Понимание того, что старик не в состоянии вести с ним диалог, нисколько не мешало гостю выговориться. Даже если Сяо спит. Даже если Сяо ничего не слышит. Даже если Сяо ничего не помнит.       — Мне, наверное, стоит попросить прощения за то, что не смог с тобой встретиться пораньше.       С осторожностью блондин тронул чужую ладонь, коснувшись на жилистой сухой руке точно такого же кольца, что носил он.       — Ждал меня. Иначе бы давно его снял, верно?       Он свёл их руки в замочек. Никогда прежде пальцы мужчины не ощущались настолько невесомыми. В них совсем не осталось жизненной энергии.       — Ты что-то держал? — заметил Итер.       Парень приподнял вторую ладонь, и взгляд упал на покрытую металлом вещь. Оказалось, что всё это время Сяо нёс при себе те самые карманные часы, которые людоед передал маленькому детективу в далёком детстве. Они практически не потеряли свой первоначальный вид, а значит их бережно хранили.       Звеня цепочкой, парень взял часы. На душе резко стало горько.       — А я ведь когда-то застал тебя в близком к нынешнему положению, — гость всё не отпускал ладонь старика, — Помнишь, ты сильно заболел прямо перед моим отъездом? Я тогда так же за руку тебя держал и печалился от своего бессилия. Помнишь?       Вдруг по сердцу резануло осознание.       — Что это я... Конечно ты не помнишь. И других ты давно позабыл, в лицо все тебе чужды. И я... тебе ныне тоже никто. Надо было всё же повидаться с тобой раньше. Какой же я дурак…       По коже пробежали мурашки, когда пальцы ощутили чужое шевеление. Показалось? Скорее всего. Гань Юй давно рассказывала, что Сяо совсем перестал воспринимать реальность и с каждым годом становилось всё тяжелее и тяжелее заставить его реагировать на слова и прикосновения…       Юноша вновь взглянул на него. Чужие глаза совсем немного приоткрылись, а старческая мимика выразила лёгкую улыбку.       «Он узнал меня?»       — И…тер? — сказал старец столь тихо, точно совсем не дыша.       — Да, я вернулся.       Сердце тут же растаяло. Стало так тепло, будто лишь своими глазами мужчина смог обнять гостя.       — Ты прожил хорошую жизнь. Как бы ты не отрицал моих слов, для меня ты — настоящий герой. Потому как далеко не каждый сможет дать второй шанс тому, кто унёс сотни других жизней. А ты смог. Смог даже из дочери хорошего человека вырастить. Я пока не встретил никого, у кого бы получилось занять в моей душе твоё место. Пусть так. Может, оно и лучшему.       Тонкие веки мужчины снова опустились. Итер поднялся с табурета и наклонился ближе к седой голове, не отпуская руки. Он убрал тонкие волосы с закрытых глаз старика и коснулся губами его лба. Тихое дыхание сошло на нет, когда блондин вернул часы в ладони на груди. Как же не хотелось их отпускать. Как же не хотелось отрывать от него глаз. Однако парень прекрасно понимал, что его спокойствие держится на тонких струнах, и его в любой момент может накрыть волна чувств и воспоминаний. Слёзы слишком близко подступили к горлу.       Перед прощанием Итер только провёл пальцами у морщин прикрытых очей.       — Буду ждать тебя в своих снах.

***

      Вечерело. Густые облака, подобно сладкой вате, окрасились в ванильные тона. В Цинце стали зажигаться уличные фонари и огоньки в жилых домиках. Речная гладь отражала тёмное небо, усеянное только-только появившимся мерцанием звёзд. Недалеко от него стояла одинокая скамейка, на которой сидел точно такой же одинокий человек. Правда, лишь сейчас он ощущал себя слишком потеряно и одиноко. Глаза сильно покраснели и жутко болели от тех слёз, которые он выплакал за последние несколько часов. А дрожащие руки держали старые карманные часы. Под их крышкой значилась пара имён. Имён тех, о ком ныне помнил лишь он один. В надежде привести себя в порядок в одиночестве, он старался полностью принять, что данный артефакт теперь принадлежит исключительно ему.       Ему и никому другому.       Внезапно перед глазами что-то близко-близко пролетело и зацепилось за нос. Рефлекторно парень махнул рукой, отогнав насекомое, но на секунду завис на месте. Вверх взмыл красивейший махаон, чьи крылья тёмными пятнами выделялись на фоне пейзажа ярких облаков. Парень всё глядел на него, пока не пришлось подняться на ноги, так как разглядеть улетающую бабочку стало слишком проблематично. Вскоре она совсем пропала из виду, а юноша так и остался стоять на месте, глядя далеко за горизонт. Руки перестали дрожать, хмурость спала с лица, в лёгких словно открылось второе дыхание. Недолго шурша цепочкой часов, он наконец глубоко выдохнул.       — И пускай я никогда тебя больше не услышу. И пускай я никогда тебя больше не увижу. Но ты всё ещё живёшь в моём сердце и том немногом, что после себя оставил. Знаешь, я пойду наперекор науке. Плевать на расчёты и вероятные сценарии. Я буду помнить тебя до конца своих долгих дней. Даже когда на всём белом свете не останется тех, кто будет знать о тебе хоть что-то. Ты всё равно навсегда останешься для меня героем, Сяо.       — Эй, Итер! — у шоссе послышался голос Венти, — Давай заканчивай, нам ещё до «Ваншу» нужно успеть добраться.       Блондин убрал часы в карман чёрной рубашки. Вновь переведя дыхание, он представил, как махаон ещё продолжает полёт где-то у озера, и кратко махнул ему рукой. Хоть сердце и заливала боль, с которой он сейчас не в силах справиться, минута смирения смогла достичь его сознания.       — Я не жалею, что любил тебя. Прощай.