Огненные брызги

Я осознаю, кто этот парень за доли секунды. Семью Хван знают многие в этом городе. Они обладают крупным агентством недвижимости. И я знала, что именно там работал мой отец. И Хенджин не удивляется тому, что я его окликаю по имени. —Что? —Как я могу тебе отдать свитер? И отблагодарить... тебя. —спрашиваю я. Ветер все равно пронизывает до костей, мокрые волосы прилипают к шее. Я вижу свои ботинки вдалеке, и встаю, чтобы пойти, и надеть их на замёрзшие ноги. —А, никак. Забудь. —было видно, что парень куда-то спешил. —Хорошо, что ты жива. —Спасибо тебе. —я задумчиво смотрю вдаль на волны, не в силах оторваться от красивого и завораживающего вида. Если бы я и правда утонула сейчас? Я бы отправилась к отцу? —А как твоё имя? Раз ты мое уже знаешь. Запишу его в специальный блокнот. Каждую осень спасаю людей, набралось уже достаточное количество. —уныло хмыкает Хенджин. —Эйвери. —говорю я. Мне не нравилось мое имя. Мама говорила, что оно что-то значит на турецком, но мне было все равно. Люди часто любили называть детей любым понравившимся именем по звучанию. Я считаю, что надо серьезнее подходить к этому вопросу, ведь ребёнку жить с ним все оставшееся время. —Так и записывай. Я не знала, что творится в голове у этого парня, но он лишь улыбнулся краем рта, и тряхнул головой, словно прогоняя наваждение. —Скорее всего, не увидимся. Знаешь. Если у тебя нет денег на такси, я могу дать... —Нет. —я краснею от неловкости, но Хван Хенджин быстро ее прогоняет. —Я это сказал из жалости к тебе. Ты похожа на замёрзшую статую. Мой дом то не так далеко отсюда. —Буду знать. —я отметила у себя в мыслях то, что на этот пляж лучше не приходить, если хочется побыть в одиночестве. Хенджин ушёл, я быстро оделась, и пошла в город. Адреналин уже не так сильно бушевал в крови, как на пляже. Мимо проходили немногочисленные, но улыбающиеся прохожие, и это быстро согнало мое уныние. Все же как бы мы здесь не жили, если мы можем позволить себе кофе или вино, значит день уже удался. Вино я пока не могла себе позволить, однако кофе я купила, и теперь ехала с куда улучшенным настроением. Я быстро поднимаюсь по ступенькам в общежитие: все уроки вылетели из головы, и теперь предстоит удалить им время. —Где ты была? —едва я захожу в свою комнату, в которой ещё не до конца выветрился запах старого помещения, вперемешку с моими вишнево-карамельными духами, которыми я душилась. Они напоминали мне о старом беззаботном времени. —Гулять ходила. А что? —спрашиваю я. Мне и правда удалось хорошо проветриться, после слов той женщины. —К тебе приходил куратор. Кажется, Крис. —Вайолет любопытно посмотрела на меня. —Зачем? —спрашиваю я. —Не знаю. Может хотел позвать на свидание? Он ничего такой... —Вайолет пытается прощупать почву, чтобы поговорить со мной о парнях. —Симпатичный. —соглашаюсь я. —Но вряд ли. —от меня веет проблемностью за три версты. А парни избегают таких девушек, как я: которые не особо весёлые и задумчивые. Такой типаж слишком скучен, и они правы. Скорее всего, Бан Чану было что-то нужно. —Наверное по поводу студенческих билетов. —Догони его. Может он ещё не ушёл. —предлагает соседка. Я послушно выхожу из комнаты, чтобы найти куратора. Парень оказывается сидящим на диванчиках, и разговаривающим о чем-то с парнями со старшего курса. Пока я придумываю, что сказать, Крис опережает меня: —Вот ты где, Эйвери, я искал тебя. —Да? —Дело в том, что декану не нравится, что в вашей группе нет активности. —Да ну?! —я с удивлением плюхаюсь рядом на диван. Старшекурсники не обращают на нас особого внимания. —Я только поступила. Да и все мы. Нам что же, нужно вступать всем в какие-то кружки? Бан Чан смеётся, и сообщает мне: —У нас в группе несколько человек дрались за место в музыкальную группу в первый же день. Я вспоминаю Джисона, который на первой паре пытался уйти в общагу, и спать до вечера, и лишь тихо хмыкаю. Возможно, декан прав. —Но почему ты обращаешься ко мне? —Остальные отказались. —с грустью сообщает парень, и мне становится его жалко. —Ваш староста записал себя в футбольную команду, но на этом все. —Не хочешь, чтобы я тебя куда-нибудь записал? Хочешь, будешь ходить со мной на музыкальную запись. У нас есть целая студия... Но Криса обрывает на полуслове старшекурсник, рушащий наши совместные планы. —К сожалению, туда просто так не попасть. Ты умеешь играть на чем-нибудь? Я неловко улыбаюсь и отрицательно качаю головой. —Ну запиши меня тогда в художественный класс. —рисовать я не умела вообще, но там хотя бы можно было выкрутиться. —Спасибо тебе. —Кристофер улыбается, и его карие глаза сияют, и мне кажется, что в холодном не до конца протопленном помещении становится теплее. —У тебя будет один раз в неделю. Они правда там сидят до трёх часов вечером. Прости, что так получилось. —Ничего. —я машу рукой. —Ерунда. Ну ладно, я пойду. Мы прощаемся, и я иду обратно, слыша разговоры о том, что нужно будет делать на день города. У меня совершенно вылетело из головы, что через неделю намечается праздник, и то, что нужно будет в этом принимать участие. Я пишу конспекты уже поздним вечером, включая самую различную музыку в наушниках, и наслаждаясь атмосферой. Мне вспоминается море, момент с Хенджином, а также его брат Хван Сок. Я не могу выбросить этих двоих их головы. Что-то в них есть. Особенно в чарующей красоты Хван Сока, его надменном холодном взгляде. Мне почему-то верилось, что в душе он добрый человек, хоть от него и веяло опасностью. Хенджин меня особо не волновал. Он был красивым, но такие наверняка обладают кучей девушек. Я хихикаю. Он явно бабник. Веселый. Сколько он таких спас этой осенью? Скорее всего, он обо мне забыл, записав в свой «блокнот». Эта была шутка, но получилось очень хорошей метафорой. Проходит ещё два дня. Мне звонит моя мама, чтобы спросить, как у меня дела, и я, занимающаяся домашним заданием, отвечаю ей. —Все отлично, да мам, я нашла друзей. Передавай привет Джамбо. —Джамбо был нашей вислоухой кошкой, получившей мужское имя потому, что котёнком мы неверно распознали его пол. —Нет, я не могу забрать его с собой в общежитие. —Да, наверняка он у тебя там умрет с голода. —Я хорошо себя кормлю. —вру я, так как рядом со мной лежит пакетик с заварной лапшой. —Эйв. У меня к тебе одна просьба. Это по поводу документов отца... —Да? —говорю я немного резковато. —Нужно забрать кое-что в агентстве , в котором он работал. Спросишь у секретарши. Я бы поехала сама, но мне на край города тяжело ехать на метро, сама понимаешь. —После смерти отца мама заболела, и теперь иногда ей было тяжело идти на работу. Она работала прямо дома, безвылазно. —А что забрать? —спрашиваю я. —Просто спросишь там у секретарши. Агентство недвижимости. —Отвечает мама, а я вздыхаю. Это агентство я бы предпочла избегать. Но возможно, я не встречусь с ними вовсе. Это обнадеживало. Мне бы не хотелось увидеть Хван Сока, который видит, как я забираю документы отца. Наверняка это связано с деньгами, иначе бы мама об этом не беспокоилась. *** Агентство было большим зданием, сравнимыми с самой академией. Для приморского города оно было огромным и служащим ориентиром. На форму я накинула осеннее кофейного цвета пальто и сапоги на каблуках. Я любила одеваться со вкусом, несмотря на то, что в моем гардеробе было немного вещей. —Здравствуйте. —я здороваюсь с охранником, который сидит за столом, и внимательно смотрит на монитор. Его брови сведены в переносицу. —Не могли бы вы позвать секретаршу? —Ваша фамилия. Вы по записи? —Блэк. —говорю я. Мужчина впервые поднимает голову. —Ваш отец Виктор Блэк? —Да. —я ожидаю соболезнований, однако охранник лишь с жалостью смотрит на меня. —Хорошо. —он кому-то звонит, а я оглядываю помещение первого этажа, которое могу видеть. Тут много снующих туда-сюда мужчин. Они не похожи на обычных офисных клерков, их физическая форма слишком для этого хороша. —Простите, сеньорита. Вас не готовы принять. —Но почему? —спрашиваю я. —Не знаю. —охранник пожимает плечами, чем только выводит меня из себя. —Тогда пропустите. Я хочу поговорить с ними сама. Пожалуйста. Мой отец умер, а я не могу забрать его документы?! —смело говорю я. —Извините, я не могу. Я сжимаю руки в кулак. —Отлично. Как лицемерно с их стороны. Прийти на похороны, пожелать удачи, и забыть про все это как страшный сон. Вы не виноваты. Вы всего лишь охранник. —говорю я мужчине, так же жалостливо улыбаюсь. Слово «всего лишь» не впечатляет мужчину, но он молчит. Видимо, он и правда не обладает большой властью. —До свидания. Если конечно, оно произойдёт. Я выхожу на крыльцо, и морщусь от запаха сигаретного дыма. Неподалёку раздаются голоса, к которым я решаю прислушаться. —Дочь Виктора заходила. Требует денег. У его семьи после смерти их не так много, да сын? —Да. —сухо отвечает знакомый голос. Я узнаю голос Хван Сока. —Отец не может ее принять. У нас есть дела поважнее... —Чем кучка попрошаек? Хм, если бы Виктор остался жив, неизвестно, как бы развернулась ситуация. —Он не мог бы остаться жив. Я задерживаю дыхание, замедляя шаг. Нет сомнений, что сейчас я узнаю информацию, которая изменит мне жизнь. А может, я ее уже узнала. «Что значит, не мог остаться жив?!». Неужели он мёртв не потому, что получил сердечный приступ, а потому, что его убили? Сомнений в этом быть не может. Моя мама об этом знала? Теперь мне открывается глаза на многое. Его похоронили в закрытом гробу. Я наивно думала, что это для того, чтобы нам с матерью не было страшно. Как же я ошибалась. Всё намного хуже. Голоса удалялись, а я шла вперёд, одолеваемая самыми страшными мыслями. И при чем тут Хван Сок? Я во что бы то ни стало, должна узнать, как умер мой отец. —Сеньорита Блэк? —окликает меня голос охранника, едва я хочу выйти за территорию компании. —Вам повезло. Господин Хван вас готов принять. Цель выполнена. Однако какой господин? Старший или младший?