Я же обещал, Букашка

Ohh father tell me Do we get what we deserve? Хлопок двери. Опять Это Я устал это терпеть. Почти каждый божий вечер новая собутыльница моего отца. На кухне опять погром. Видимо после того как алкоголь ударил в голову они не успели даже дойти до кровати. Я стал поднимать еду и разбившуюся посуду с пола. В раковине была гора немытой посуды. Домыв посуду и выключив кран и я услышал женский крик, наполнявший всю квартиру. Дверь комнаты резко распахнулась и оттуда в одной юбке выбежала девушка лет так тридцати. Из ее носа текла кровь. На ходу, подхватив каблуки, она выбежала из квартиры. Через минуту вышел из комнаты и отец, что-то крича ей вслед. Последние его слова были брошены в подъезд нашего дома. Опустив голову вниз, он увидел мою обувь и поняв, что теперь есть новая груша для битья, вмиг забыл о той женщине. Он быстро приблизился ко мне и резко схватил за шею. And way down we go… Удар. Way down we go Еще удар. Куда-то в живот. Say way down we go. Третий удар не долетел до моего глаза. Перехватив его кулак, и решив, что я больше не смогу молчать и терпеть это, из моего рта начали литься страшные вещи, о которых, думая сейчас, ощущается как будто говорил все это вовсе не я. - Знаешь кто ты? Ты как та самая опухоль, которая убила маму. Ты поражаешь медленно, но уверенно и так, что уже потом, когда тебя обнаружишь от тебя не избавишься. Никогда. Но ты поражаешь не только какую-то отдельную часть тела, ты поражаешь все тело, всю душу и так, что хочется содрать с себя эту чертову кожу, к который ты прикасался, в надежде избавится от тебя. Но нет. От тебя же фиг избавишься. Тебе уже ничего не поможет. Ни рехаб. Ни один человек тебе не поможет. Если ты только конечно не поймешь сам, кем ты стал. Каким ничтожеством, пусто прожигающий свои дни. Прошло уже восемь лет, а ты становишься все хуже и хуже. Повторюсь еще раз. Тебя нет смысла вытягивать с этого дна, ты там уже и так прижился. Оттолкнув отца, я покинул эту прогнившую кухню, а после, подхватив самые нужные вещи, и эту прогнившую квартиру.

***

I hate to admit - Bang Chan Поймав, первое попавшиеся такси и, не думая, сказав адрес, только тогда я понял, что произошло. Тогда мысли были где-то далеко. Я никогда об отце в таком ключе раньше и не думал. Он конечно та еще мразь, но до десяти лет он был хорошим отцом. А дальше, что? Дальше переломный момент, из-за которого мы пошли ко дну. Оба. За окном пейзаж, который я боялся опять увидеть. Лес, поле и еще раз лес. Честно сам не понял, как и почему я вспомнил про это и назвал этот адрес. How could I forget The day you lied to me Ха, если бы это был только один день. Он мне врал на протяжении года, а после того, как признался стало только хуже. Последние восемь лет были худшими. Что я только не пытался сделать, лишь бы спасти его. Я уже начал забивать на побои. Думал так ему будет легче. Пусть выпустит пар. Так надо, Джисон. Потом ему будет легче. И вы справитесь вместе и будет всё как раньше. Ничего не менялось. Лучше уж и вправду пусть ударит меня, нежели тех невинных девушек, которые не знали на что подписывались соглашаясь зайти к нему домой. Дуры. И я дурак. Надо было раньше бежать. Но я был слишком мал для самостоятельной жизнью Родственники отвернулись. Все о нас забыли после смерти матери. Он пил где-то, приходил домой с новой спутницей, еще раз пил с ней, после комната, дальше, если спутница убегала, поджав хвост, он находил меня. Каждое утро понедельника я приходил в школу с новыми синяками и ссадинами. Так было на протяжении трех лет. Потом ему видимо алкоголь такого кайфа уже не доставлял и я не знаю, как он их откопал, но уже пошли наркотики. Опять же, сначала были легкие, а дальше доза все увеличивалась и увеличивалась. В свои десять лет я первый раз побывал на кладбище. В свои четырнадцать лет я первый раз спасал отца от передозировки. Зачем? Только сейчас понимаю, что можно было его оставить дальше валятся с рвотой во рту и умирать смертью, которую он заслужил. Может если бы он умер тогда, было бы легче сейчас? Может меня бы забрал кто-то из родственников или в крайнем случае отдали бы в детдом. Лучше уж так, чем с ним. От прежнего отца ни осталось уже ничего. Его поменяли. Хочется верить, что это просто проверка на мою выдержку и подготовка к взрослой жизни и его скоро вернут таким каким я его любил.

***

Захлопнув за собой дверь машины, я шел по всё такой же, как и восемь лет назад, сухой земле. Слева было поле, справа забор. Изначально я вроде бы ехал к матери, но ноги понесли меня прямо. Я не мог остановится и уже, переходя на бег, в мыслях только и крутилось Ли “know”. Больше ничего. Было ощущение, что только это меня и спасет сейчас, что именно он мне поможет. Почему именно он? Не знаю. А он скорее всего знает. В голове стали появляться картинки событий того дня. Слезы сами полились по всё также пухленьким щекам. Как раньше. Опять эмоции взяли вверх над моим телом. Еще чуть-чуть. Я уже вижу то место. Тот самый камень. Лишь бы остался номер.