Хрустальные дневники

      Бурная деятельность девятого дня смены началась уже на завтраке. После объявления о сегодняшних спортивных соревнованиях против Янтарного ребята решали, кто в какой дисциплине будет участвовать. Кого-то назначали вожатый, поскольку знали, кто каким спортом занимается, а кто-то вызывался и сам. Так, например, Аня и Марк попали в команду Хрустального по плаванию, а Алина с Камилой собирались защищать лагерь в соревнованиях по прыжкам в длину. Женя же отправилась в команду по бегу. Стометровка всегда давалась ей хорошо, вот она и решила – почему бы и нет.       Итак, доев свой завтрак и дождавшись вожатых, тринадцатый отряд дружным строем пошёл на спортивную площадку. По дороге не утихали разговоры и взволнованные монологи ребят, которые впервые участвовали в подобных соревнованиях. У многих была возможность размяться перед своими дисциплинами, чего не скажешь о тех, кому необходимо оборудование. Поэтому некоторые подростки помогали друзьям и поддерживали их. Вожатым лишь оставалось радоваться тому, как их отряд сплотился.       Первым соревнованием было плавание. Задача состояла в том, чтобы проплыть от одного бортика до другого с забавным надувным крокодилом, передав эстафету. Поскольку старшие отряды вступали в состязание последними, Аня и Марк всё ещё стояли у бортиков, помогая младшим ребятам-хрустальникам вылезти из воды и слушая наставления и слова поддержки от отряда. Пока Янтарный выигрывал, но вот одиннадцатый отряд помог вырваться команде Хрустального вперёд. Аня уже была в воде и была готова перенять эстафету у парня из двенадцатого отряда. Девушка устремилась вперёд, она плыла так быстро, что даже Марк, уже спустившийся с бортика, был удивлён. Наконец, последний член команды хрустальников получил крокодила и оттолкнулся от бортика. Кондратюк успел оглянуться на команду Янтарного, от которой сейчас плыл только предпоследний участник, усмехнулся и ускорился. Вот Марк закончил эстафету, ознаменовав победу Хрустального, завернулся в полотенце, как вдруг на него буквально набросился отряд, а затем и весь остальной лагерь. Чуть позже ребята определённо отпразднуют первую победу.       Спустя часа полтора, прямо перед обедом, начались соревнования по бегу, в которых участвовала Женя. И снова была эстафета, так что Медведева должна была бежать последней из девушек. В этот раз соревнование складывалось ещё успешнее, чем плавание: хрустальники обгоняли команду янтарного уже на двух участников. Настала очередь Жени, девочка из двенадцатого отряда передала ей эстафету, и Медведева побежала. Она набрала довольно хорошую скорость и могла не беспокоиться о выигрыше команды. Но почувствовав резкую боль в стопе, она чуть не остановилась. Это была такая боль, от которой хотелось оторвать ногу полностью, эта боль отдавала не только в колено, но и в бедро. Однако остановиться было нельзя – Женя защищала честь Хрустального. Девушка решила добежать эстафету, превозмогая боль.       Женя смогла. Добежала эстафету. И упала на колени, упёршись в землю руками, едва она пересекла финишную черту. Девушка услышала, как к ней кто-то подбежал, и спустя секунду вокруг неё распространился вишнёвый запах, тёплые руки обхватили её плечи и спину, прижимая к себе, и послышался голос Этери Георгиевны: — Женечка, ты молодец! Ты в порядке? — Нога... – девушке тяжело давались слова из-за першения в горле, – кажется, подвернула. — Так, идём, надо в медпункт сходить, – едва слышно произнесла Этери и подняла Женю на руки так, чтобы нога её не беспокоила. Видимо Медведева не ожидала такой силы вожатой, поэтому даже вскрикнула, что рассмешило обеих.       По дороге в медпункт Этери заглядывала в заплаканные глаза Жени. Сердце закололо от осознания, что её девочке больно. Женщина так хотела утешить её, обнять и больше не отпускать. Она услышала тихий стон боли и заговорила: — Женёк, ну как же у тебя так получилось? Аккуратнее надо быть. — Да я не знаю, бежала видимо слишком быстро, – девушка усмехнулась, – вам не тяжело меня нести? Может стоило всё-таки попросить Даниила Марковича, например? — Всё хорошо, Жень, не волнуйся, я сильная девочка, – с ухмылкой прошептала Этери ей на ухо, от чего по телу Медведевой прошли мурашки. — Я заметила, Этери Георгиевна.. – такого пронзительного и тёмного взгляда Жени, который бегал у неё от глаз до губ и обратно, вожатая ещё не видела.       Флиртует что ли? Вожатая не хотела этого понимать и, тем более, признавать, поэтому не стала отвечать, улетев в собственные мысли.       К счастью, до медпункта Этери с Женей дошли без приключений. Милейшие врачи и медсёстры быстро подлатали девушку, зафиксировали стопу так, чтобы не увеличить повреждение, и отправили отлёживаться в комнате. Вожатая донесла Медведеву до их четвёртого этажа, уложила на кровать и решила остаться с ней, пока не придут соседки. — Ну как ты себя чувствуешь? – Этери не могла не побеспокоиться, – до полдника дотянешь без еды? — Всё хорошо, я не особо хочу есть. А нога почти не болит, спасибо врачам! – Женя всегда старалась быть самостоятельной, и вот пришлось позволить сразу нескольким людям помочь себе. Некое чувство стыда накрыло её, но хотелось показать благодарность, и она решила спросить, – Этери Георгиевна, а вы в порядке? Устали, наверное, таскать меня туда сюда ещё и на четвёртый этаж... — Женечка, не волнуйся ты, я в порядке, – женщина ухмыльнулась и подмигнула девушке, – тем более, если бы я не была уверена в своих силах, позволила бы Серёже тебя отнести. — В таком случае я рада, что вы были уверены в своих силах, – Женя любила флиртовать, она ухмыльнулась и слегка сморщила нос – одна из самых милых привычек девушки – в ответ на поднятые брови Этери Георгиевны, но сразу посерьёзнела, – можно спросить? Почему в последнее время вы стали называть меня Женечкой? Не то, чтобы я против, это очень мило, просто интересно... — Ну, честно говоря, я к тебе привязалась. Просто как-то так получается, вот и всё, – конечно, Этери не могла сказать правду, ведь она была влюблена в ребёнка из своего отряда, даже покраснела, по той же причине она позволяла Медведевой флиртовать с ней. На самом деле, было даже приятно.       В ответ на столь скромное признание девушка накинулась Этери на шею, путаясь пальцами в шелковистых кудрях, и прошептала не совсем разборчивое «я тоже к вам сильно привязалась». А уже спустя пару секунд две девушки отпустили друг друга, а в комнату вошли соседки Жени, так что им пришлось расстаться.       Тихий час закончился, полдник Жене принесли в кровать с позволения поваров, и все ушли побеждать в оставшихся дисциплинах. За временем девушка не следила – читала одну из новинок Пикуля, поэтому сильно удивилась, когда в комнату постучался Марк вместе с мужской частью вожатского штаба. Оказалось, что Даниил Маркович и Сергей Викторович решили проверить Женю, а парень напросился с ними – всё-таки он своё уже отплавал. — Женёк, ну ты как? Живая? – Марк в своём репертуаре, старается рассмешить даже в самой тяжёлой ситуации. Он оказался очень щедрым и дружелюбным, что сильно радовало девушку, особенно в такую минуту. — Как видишь! Нога почти не болит, сказали, что завтра буду, как новенькая.       Мужчины провели с Женей уже около получаса, когда тема вдруг дошла до единственной женщины в команде вожатых. Атмосфера была поистине дружелюбной и выводила всех присутствующих на искренность. — Жень, у вас ведь отношения с Этери Георгиевной такие хорошие и.. динамичные, что ли, – Сергей Викторович всегда был очень проницательным, – скажи-ка, она тебе нравится? В романтическом плане. Я заметил, как ты на неё смотришь... — Ой, Сергей Викторович... – Девушка очень засмущалась, но улыбнулась, отведя взгляд, – ну, да, она очень красивая, всегда мила ко мне, так ещё и тактильная.. Я просто не могла не влюбиться! — Я тебе могу сказать, что она никогда и ни с кем не была такой тактильной, как с тобой. Я даже сначала был немного в шоке! – заявил Даниил Маркович, усмехнувшись. — Вот именно! Жень, знаешь, что я думаю, – старший мужчина сделал паузу, заинтриговав всех присутствующих, – ты могла бы попробовать сделать первый шаг. Никогда не видел, чтобы Этери так себя вела с кем бы то ни было... — Вы сейчас серьёзно? – Женины глаза округлились, – я б, конечно, хотела, но не думаю, что она обрадуется, учитывая, что я ребёнок в её отряде, так ещё и девушка! — Просто попробуй. Что такого страшного может случиться? Правильно: ничего! Этери не сообщит никому из руководства или твоим родителям, если ты этого боишься, она не позволит себе пойти на такое, – вновь поддержал своего старшего коллегу девятнадцатилетний вожатый. — Правильно, Женёк, почему бы и нет? А если вдруг что, я всегда рядом! – Напомнил о себе Марк, после чего получил в ответ смущённую улыбку Медведевой.       Вскоре парни оставили девушку одну, и та не могла перестать думать о произошедшем разговоре. Женя успела понять, что её чувства были чем-то большим, чем простое увлечение. Впервые её настолько сильно эмоции, волнение и те самые бабочки в животе наплыли на неё и ухватили с собой в океан нежных фантазий и страстных надежд. Всё это вырывалось из её сердца, грозясь открыться этому миру, чего, к сожалению, делать было нельзя. Не в СССР. Не в пионерском лагере.       Но надежда же была! Не зря же вожатые говорили с Женей об этом? Может и правда, в этом есть смысл? Определенно. Всё решено.       Стемнело. Девочки помогли Жене дойти до костровой, хоть та и настаивала, что сама прекрасно справится. Наконец-то отряд собрался в полном составе. Начиналась свечка, все расселись в круг и дожидались вожатых. Без пламени костра в тёплом безоблачном Крыму ребята ясно видели сверкающие звёзды на тёмно-синем небе. Они так завораживали, заставляли задуматься. Женя, заглядевшись на сияние в небе, не заметила, как справа от неё оказалась та, из-за кого она так сильно нервничала в этот вечер. Этери смотрела на девушку и, получив ответный взгляд, мягко улыбнулась, как это могла сделать только она.       По традиции многие ребята рассказывали о том, что им снилось, как хорошо они поели за день и подобную важную ерунду. Под конец свечки огонёк дошёл до Медведевой, которая могла похвастаться крайне насыщенным днём. — День сегодня, конечно, был очень интересный, – начала девушка под лёгкие смешки вокруг, – жаль, что я почти всё пропустила, но я узнала, что Хрустальный в итоге победил, я этому очень рада, думаю, наш отряд во многом помог лагерю! – Женя сделала паузу, чтобы сформулировать надвигающуюся благодарственную речь, – хочу сказать огромное спасибо Этери Георгиевне за то, что так помогли мне, а ещё Сергею Викторовичу, Даниилу Марковичу и Марку. Было очень приятно увидеть вас, пока я валялась с ногой!       Большая часть отряда высказала своё сочувствие Жене. После речи главной вожатой настало время для любимого занятия дня – песни под гитару Даниила Марковича. Но конкретно сегодня это только раздражало Медведеву. У неё был план, исполнения которого она не могла дождаться. В мыслях крутилось всё – от самых хороших исходов до самых плохих, в которых она ещё и вылетает из Артека по инициативе столь любимой ей женщины.       Наконец-то свечка завершилась. Женя не спешила уйти, вместо этого, она встала, подошла к уже собиравшейся уйти Тутберидзе. — Этери Георгиевна, можно с вами поговорить, когда все уйдут?       Получив в ответ короткий кивок и слегка испуганный взгляд, девушка вернулась на своё место, чтобы дождаться, когда остальные ребята и вожатые разойдутся. Через пару минут, когда на костровой никого не осталось, рядом с ней присела вожатая. — Ну что? О чём ты хотела поговорить? – голос женщины слегка дрожал.       Женя вздохнула, собралась с мыслями и высказала всю свою тираду: — В общем, я с первых дней чувствовала дикое притяжение к вам, Этери Георгиевна. Вы так сильно меня привлекаете, что я уже просто находясь рядом с вами, как будто взлетаю, как на льду. Я никогда такого не чувствовала, никогда не хотела прикосновений так сильно, никогда! – только сейчас убавив голос почти до шёпота, Медведева произнесла, – я влюбилась в вас, Этери Георгиевна...       Женя не дала блондинке сказать ни слова и, аккуратно приблизившись к её точёному лицу, накрыла её губы своими. Этери слегка приоткрыла рот под напором, позволяя Медведевой продолжить и поддаваясь нежным чувствам. Женщина была явно испугана, но в моменте она наслаждалась мягкими губами девушки, зубами, покусывающими её, осторожным языком, пробирающимся всё дальше. Так быть не должно. Этери аккуратно нажала на Женины плечи и нехотя разорвала поцелуй. — Женечка... – она с трудом составляла слова в предложения, ещё не отдышавшись, – ты же знаешь, мы не должны этого делать... Я ведь твоя вожатая. — Но вы же ответили на поцелуй! Почему мы не можем хотя бы попробовать? — Ох, Жень, всё не так просто. Малыш, я понимаю тебя, и твои чувства взаимны. Я бы хотела попробовать построить с тобой отношения, но это будет очень сложно, ты понимаешь? – Этери надеялась, что её собеседница сохранила крупицу разума, в отличие от неё самой, однако надеждам сбыться было не суждено. — Я не боюсь трудностей. Я готова на всё, что потребуется для наших отношений! – девушка была настроена решительно, что хоть и пугало, но не могло не порадовать. — Спасибо. Дай мне немного времени. — Конечно! — Ты просто потрясающая, Жень, – с улыбкой произнесла женщина.       На этом разговор возлюбленных закончился. Этери помогла девушке дойти до комнаты и отправила её спать. А сама она пошла уже истоптанной ею же дорогой. Она добралась до пляжа, последовав традиции, сняла обувь и побежала по песку прямиком к скалам, укрывшись за ними. — Мда, я определённо влипла, – прошептала она морю, которое всегда её выслушивало.       Тяжело. Этери металась между сердцем и разумом. Первое говорило, что она заслуживает счастья, будь оно с шестнадцатилетней девчонкой или с кем либо ещё, а второй внушал мысль о том, что так нельзя, ведь она старше на одиннадцать лет, а однополые отношения и вовсе считались грехом. Холодная и расчётливая, она привыкла отдавать предпочтение голосу разума. Но сегодня был необычный день. Этери выбрала любовь.