Хрустальные дневники

      Наступил экватор смены. Руководство Хрустального под ответственность старших вожатых решило устроить маленький праздник для ребят: общелагерный костёр вместо свечек, а также легальные ночные посиделки друг у друга в комнатах, что было разрешено только для старших отрядов, а, соответственно, держалось в строжайшем секрете от малышей. Сумерки. Вожатые уже развели большой костёр и рассаживали потихоньку подходящих детей. Тринадцатый отряд пришёл последним, ведь им в любом случае достались бы места «где осталось». Так и получилось – ребят усадили на дополнительно принесённые лавки во второй ряд. Повезло только Жене, и то потому что рядом с ней сидела Этери Георгиевна. Хотя девушка не сочла это удачей, скорее крайне неловкой ситуацией. Эти двое не общались последние два дня. Вообще. Тяжело держать дистанцию – вывод, сделанный Медведевой за это время. Из раздумий Женю вырвала женская рука, которая, довольно быстро обвив талию младшей, оказалась на бедре. Тихие смешки, вызванные тем, как девушка, испугавшись, слегка подпрыгнула. Непонятно чей вздох облегчения, когда она опустила голову на плечо вожатой. Хорошие знаки. Не так ли?       Уютный вечер с общелагерными песнями под гитару, «Алые паруса», артековские песни и тёплые объятия подошли к концу так же быстро, как пролетела половина смены. Пока ребята расходились по комнатам с обещаниями не шуметь, что после окажутся несдержанными, Этери настраивалась на одну единственную фразу, которую должна была услышать девушка, сидящая рядом. Та уже собиралась уйти, как почувствовала крепкую, но осторожную хватку на своей руке. — Жень, нужно поговорить. В полночь буду ждать тебя возле входа в корпус.       Девушка кивнула и ушла с остальными ребятами. Ноги вдруг стали ватными.       Наконец полностью стемнело. Ночь была ясной и очень тёплой, так что ребята, собравшиеся в комнате девочек, открыли окна настежь и наслаждались морским воздухом и яркими звёздами. Дверь комнаты постоянно открывалась и закрывалась, поэтому никто не счёл странным уход Жени. Она аккуратно, проверив коридор и лестницу, спустилась на первый этаж. Там проходил патрулирующий вожатый, но, к счастью, Медведева успела спрятаться под лестницей, после чего благополучно вышла из корпуса и вздохнула с облегчением. Она повернула голову и поняла, что её уже ждут. Правда, Тутберидзе, кажется, так задумалась, что не заметила девушку, и той пришлось подойти к вожатой, чтобы дать о себе знать. Женя оглядела лицо женщины, освещённое сиянием луны, и заметила, что Этери закусила губу, видимо, от нервов. Но пришло время опомниться. Медведева позвала вожатую, которая слегка вздрогнула от «неожиданного» появления младшей. — Медведева, ты меня напугала! – строгим, вожатским голосом Тутберидзе упрекнула девчонку, но тут же смягчилась, – пойдём, Женёк, – улыбнулась.       Этери очень хотелось взять её за руку, но пока позволить себе этого она не могла.       Минут десять они шли по крутым дорожкам с горы, пробираясь сквозь деревья и кустарники и стараясь не попадаться на глаза прохожим вожатым. Женя пыталась спросить, куда они идут, но ответа не получила. Наконец они вышли на пляж. Женя заметила лунную дорожку на воде и улыбнулась. Это, конечно, не осталось без внимания вожатой, однако времени у них и так было слишком уж мало, поэтому она сняла обувь, заставив младшую последовать своему примеру, затем схватила её за руку и побежала, потянув за собой и Женю. Звонкий смех заполнил уши Этери. Она не знала, принадлежал ли он ей самой или девушке, едва успевающей за ней. Возможно, им обеим. Это было неважно. Она чувствовала себя свободной как никогда. — Это та самая пещера, где вы орали на нас с Семененко? – всё ещё посмеиваясь, спросила Женя, когда они подошли до скал. — Ага. Я нашла её ещё на своей первой смене, с тех пор хожу сюда, когда хочется покурить или просто отдохнуть от людей.       Этери вспомнила, что до сих пор держала девушку за руку и хотела отпустить, но та не дала этого сделать. Медведева осторожно ухватилась за пальцы женщины и смущённо улыбнулась, как это могла сделать только она. Так они – обе слегка покрасневшие и тяжело дышавшие – вошли в пещеру. — Условия, конечно, не самые лучшие... – В подтверждение этой фразы Этери откуда-то из-за скал достала плед и расстелила его на песке. – Присаживайтесь, мадмуазель! — Благодарю, – Женя сделала реверанс и села, представляя, какой разговор её ждёт. Голос уже немного трясся от предвкушения. Когда Этери присела рядом, девушка спросила, – вы хотели поговорить?