Outsider

      Странные сновидения начались довольно давно. Тогда было не до того, чтобы слишком на них зацикливаться. Стремительное взросление в условиях постоянной борьбы за собственную жизнь сделало Свена расчетливым, обозленным и жестоким. И именно во время погони за большой властью к нему пришло осознание, что не все так просто. Сны были связаны с реальностью больше, чем в это хотелось бы верить. Решения в настоящем стали отражением решений прошлого.       Свен много лет жил с искренней верой, что за все нужно бороться. И дорога к власти была выложена трупами тех, кто шел против него и его решений. Сколько раз он сталкивался с тем, что его жизнь хотели оборвать? Сколько таких неудачников, покусившихся на его жизнь, Свен убил? И сколько человеческого в нем осталось после этого?       Деньги — это власть. И чем больше у тебя денег, тем больше власти ты получаешь. Положение, доверие, преданность — все это строится на жалком желании людей быть ближе к большим деньгам. А если ты богат, жесток и беспринципен, то начинаешь внушать людям страх. Инстинкт, который заставляет подчиняться. И все, что строил Свен долгие годы, он строил на страхе других перед собой.       Прошли годы, прежде чем Свен научился понимать сны. Связывать их с реальностью и избегать ошибок из прошлого в настоящем. На это ушло много времени, но это принесло свои плоды. Из главаря городской банды, который собрал вокруг себя местный сброд, готовый на все ради наживы, он превратился в главу корпорации, поднявшись наверх кровавыми и жестокими способами. Свен всегда использовал методы запугивания, которые работали, находил компромат, против которого трудно пойти, если хочешь сохранить свое положение, ломал людей быстро, просто и надежно. И он был уверен в своем превосходстве, пока не встретил в реальности единственного человека, которого опасался.       Арторий Каст был таким же, как и во снах, только моложе. Студент юридического, который проходил практику в государственной адвокатуре. И вытащил Торкеля, который должен был дрожать от опасности в виде Свена и его банды. Умный, расчетливый, хитрый, не зацикливающийся на четких принципах морали Арторий мог представлять угрозу. Или стать козырем. Свен пытался ставить на второе, но оказался в патовом положении. Он не мог ни убить Артория на тот момент, ни сделать его своей верной псиной за деньги. Каст был неуловим, четко продумывал все свои шаги и уходил от Свена, пока сам не захотел поиграть в историю.       Торфинн Карлсефни — просто пацан с поломанной жизнью и мутным будущим. Совершенная противоположность прошлого себя из рассказов Кнуда. Бесполезный, бездарный, безродный, не умеющий совершенно ничего, он должен был стать вишенкой на торте под названием «Убийство Каста». Но за мелкого выблядка пошло куда больше людей, чем можно было представить.       Кнуд — милая игрушка в руках своего отца. Мягкий, чувственный мальчик, которого так легко запугать. И Свен заставил его делать все, исполнять любой свой каприз, он разбил его, раздавил, унизил, отсек любые возможности построить нормальную жизнь. Он был в восторге, когда прижимал не имевшего возможности сопротивляться Кнуда к кровати и заталкивал член в жар юного тела. Кнуд кричал и плакал, но в конечном счете был сломлен. И Свен до последнего был уверен, что его младший сын не пойдет против, боясь еще большей боли. Но когда Кнуд, зная о последствиях, без колебаний спас Торфинна, Свен испытывал восхищение. Вот она, судьба снов и невыносимая последовательность... Но за любым неверным решением обязательно следовало наказание. Это должно было быть что-то, чего еще никогда не было. И как же хорошо, что сын все еще был так юн... Вырывая ногти и наслаждаясь криками боли, Свен чувствовал невероятную власть. Когда Кнуд болезненно стонал от металлического плага в уретре, Свен испытывал вожделение. А когда от игрушек, которые были насильно засунуты практически на сухую в покрасневший анус, разорвав его, Кнуд терял сознание, Свен находился в экстазе. Сломленный, разбитый и раздавленный, без шанса на спасение, без возможности начать нормальную жизнь, лишенный веры в людей и искренность, Кнуд больше ни за что не пойдет против. И будет молчать. Потому что побоится быть раздавленным еще и обществом.       Флоки — верный пес, который сделает все. Без вопросов, без колебаний и даже без причин. Он не будет копать до самой сути; он лишь выполнит четкий приказ своего хозяина. Это тот человек, который всегда будет верным, тот, кто в прошлом защищал и тот, кто в настоящем стал идеальным орудием убийства. Именно благодаря Флоки и его беспринципности в исполнении указа спровоцировать аварию и убить всех, кроме Торфинна, благодаря его желанию подняться выше и возможности просто так пойти к чертовому Арторию процесс был запущен. А поскольку Каст согласился, он тоже был готов поиграть в эту игру длительностью в двенадцать лет.       Благодаря Кнуду стала понятна личность Карлсефни, а при личной встрече об пацана можно было хоть ноги вытирать — чертово ничтожество. Было забавно наблюдать, как Каст пользовался тупым и слепо верящим ему Торфинном. Пацан мог убить, но не мог потом отпустить это. Он лишь пыль, которую никто не заметит. И этим можно было воспользоваться. Если Торфинн был не нужен никому, то нападение на него станет для всех неожиданностью. Вот только от кого Свен ожидал спасения пацана меньше всего, так это от Кнуда. Сын хоть и проникся к детдомовскому высерку, но давить на страх за собственное благополучие можно было довольно долго и очень сильно.       Руденс — высокомерный тупой ублюдок, который считал себя королем из-за покровительства Свена. Томас заставлял людей молчать, так как они ничего не имели. Но он не мог что-то противопоставить Арторию, который умел давить и крутить людьми не хуже Свена. Однако Руденс запустил процесс сближения Каста и Торфинна — нужно было надавить сильнее лишь самую малость. Заставить действовать, спровоцировать события. Отследить, напугать и вынудить сорваться, совершая совершенно неожиданный поступок. А потом — дать Касту поиграть с мальчиком, заставить верить в то, что он может быть любим и хоть кому-то нужен. А после — ударить по самому больному, лишить всего и разрушить хрупкие мечты о счастье.       Рагнар — тот, кто сыграл немаловажную роль для Кнуда в прошлом, в этот раз должен был стать пешкой и банальным напоминанием о том, что значит помнить или не помнить прошлое, знать судьбу или не представлять, что тебя ждет в следующий момент. Рагнар не помнил и не знал. Он стал отличной приманкой для Артория, вынудил сделать первый шаг, приблизить судьбу. Рагнар стал ошибкой для Каста, доказав превосходство Свена в этой партии.       Торкель — на первый взгляд тупоголовый громила, который на деле оказался проницательным и стойким. Он отлично отыграл свою роль в становлении Свена в самом начале и должен был не мешать потом, если бы не Арторий Каст, который сблизился с ним в самый неожиданный момент. Свен хотел прогнуть и Торкеля, использовал на нем те же жестокие методы. Избить, напугать, сломать, заставить сидеть тихо и не высовываться до определенного времени. Но в этом случае Каст оказался куда более значимым, чем ожидалось. Если в прошлом эти двое были связаны посредством Кнуда, то в этот раз их объединило чувство долга, своего рода неожиданно начавшаяся дружба. Но это тоже не помешало планам. Когда Торкель связался с Торфинном, встреча пацана и Артория оставалась лишь вопросом времени.       Свен стоял на террасе, потягивал виски из бокала. Он смотрел на звездное небо и вспоминал прошлое. Свою смерть. Аскеладд убил короля — яйца у этого мужика точно были стальные, раз он решился на такой отчаянный шаг ради будущего. Наверняка и у этого безумца были свои ценности, раз он настолько не колебался. Но в чем же была его выгода в прошлом, так и оставалось для Свена загадкой. Не только Уэльс — стало единственным выводом. Свен злился, потому что никак не мог понять еще одну причину. Он был уверен, что она находилась прямо у него под носом, но он не мог увидеть ее...       Пока не вспомнил один из докладов Флоки. Когда Торфинну, этому бесполезному пацану, удалось избежать своей участи в первый раз. Свен усмехнулся: вот оно что. А Кнуд этого как-то не упомянул. Вот же засранец, когда все это закончится, нужно будет преподать ему еще один урок. Аскеладда и Торфинна связывало многое, но Свен даже не думал, что в прошлом такие отношения между этими двумя были возможны. И даже если в этом времени Каст не станет рисковать собой ради пацана, то о Торфинне можно было сказать обратное. Когда у тебя изначально ничего нет, тебе легко привязаться и ценить даже ублюдка вроде Артория.       Но почему же не покидало чувство, что он снова что-то упускал... Оставался еще кто-то, какой-то элемент, какая-то деталь.       Флоки пришел по первому же зову. Хватило пятнадцати минут, чтобы он добрался до кабинета своего начальника.       — Добрый вечер.       Свен кивнул в сторону кресла, жестом предлагая присесть. Гость покорно уселся. Свен стоял у окна, все еще смотря на безоблачное небо.       — Флоки, друг мой, расскажи мне о том, кто вытащил пацана. Более подробно.