Outsider

      Одна из вещей, в которых Арторий хорошо разбирался, — это работа полиции. За свою адвокатскую карьеру ему пришлось не раз сталкиваться с недобросовестной работой правоохранительных органов, поэтому он не раз пользовался помощью того же Атли, чтобы узнавать полный объем информации. Но то, что для «своих» полиция предоставляла все имевшиеся улики по делу, Каст знал наверняка. Оставалось только вопросом времени, насколько быстро это произойдет.       Для дела Торкеля подобное заняло примерно десять часов. Около трех ночи полицейская база обновилась, и на экране высветилось несколько фотографий, видео, о котором говорил Торкель, и сканы бумаг из самого дела. Писанину можно было пока опустить. Арторий открыл несколько фотографий, где были запечатлены скрины с камер городского видеонаблюдения. Лица оказались размыты, но при желании можно было бы отыскать преступников. Только даже представить было страшно, сколько бабла придется отвалить Торкелю за то, чтобы их оперативно нашли. Проще просто отремонтировать кафе, наверное... Но сейчас не об этом.       За годы своей прошлой работы Арторию приходилось сталкиваться с людьми Свена и отмазывать их в суде. И сейчас он просто надеялся найти совпадение — хоть одно немного знакомое лицо, чтобы выяснить личность по крайней мере одного из нападавших и попытаться через него узнать, кто из приближенных Свена отвечал за это нападение. Потому что было очевидно, что не лично Свен курировал разгром кафе. И Каст очень надеялся, что они не выйдут на Флоки.       Торкель сидел рядом с Кастом и наслаждался бесплатным коньяком из мини-бара номера отеля. Ну, конкретно для Торкеля, конечно, он был бесплатным — другие же за номер платили. Он поглядывал на экран ноутбука и подавлял в себе желание язвить по поводу того, что Арторий, как всегда, оказался прав. За столько лет знакомства с Кастом это не могло не раздражать. Извечная правота. Планы, стратегии, умение манипулировать людьми — в этом был весь Арторий. Навыки Аскеладда из прошлого еще ни разу не подвели в настоящем. Только вот в этом времени Каст казался еще более жестким и беспринципным. Торкель покосился на дверь комнаты, где спал Торфинн, и вздохнул, а потом повернулся к Арторию:       — Слушай, а...       — Нашел, — Арторий проигнорировал слова Торкеля. — Этого я знаю. Черт, мне нужно домой, там я наверняка смогу найти его дело, которое было у меня. И тогда выясним, под чьим конкретно руководством они ходят. Если это Флоки, то можно будет попытаться вытравить его его же людьми.       — И что? Будешь гоняться за этими типами по улицам? Не похоже, чтобы они отошли далеко от уличных драк.       Арторий усмехнулся. Торкель знал это выражение лица. У Каста был определенный план, он думал об этом, и сейчас пришло время реализовать затею. Усмешка победителя, который просчитал шаги соперников наперед и теперь готов был нанести удар, показав один из своих козырей.       — У нас тоже есть кое-кто, кто не отошел от уличных драк.       Торкель опешил. Он посмотрел на Артория с приоткрытым ртом и негодованием во взгляде. А потом отставил бутылку коньяка и плотно сжал зубы. Тут просто нечего было возразить. На кону стояло будущее Торкеля со всем его бизнесом и жизнь самого Артория. И стоило ли переживать сейчас о том, что некоторые планы Каста переходят грани любых моральных устоев?       — Когда ты собираешься домой?       — Поедем утром. Я думаю, что нам удастся отыскать его в ближайшее время. И если эти ребята ходят под Флоки, то и с ним мы быстро сможем расправиться.       — А если нет? — Торкель снова потянулся к бутылке.       Каст оскалился, будто предвкушая великое сражение:       — Тогда придется следовать плану «Б».       Бьерн перетащил оба трупа в гараж. Там он открыл багажник своего внедорожника и печально посмотрел на следы крови, которые так и не удалось вывести. Жаль, что грязь так въелась. Ему очень нравилась эта машина, не хотелось ничего в ней менять. В углу серого помещения стоял один-единственный ящик, где хранились большие мусорные пакеты. Такие обычно только дворники использовали, ну или патологоанатомы в морге, когда предстояло хоронить бездомных — тела передавались администрации прямо в большом полиэтиленовом пакете, черном и плотно завязанном.       Звук вибрации заставил Бьерна остановиться от разматывания пакета. Он подошел к одному из трупов и присел на корточки. Резиновые перчатки на руках были вовсе не предусмотрительностью, чтобы не оставить отпечатки, а признаком брезгливости прикасаться к мертвым отбросам. Мужчина достал телефон из кармана черных спортивных штанов и посмотрел на экран. «Босс». Кто бы это ни был, он явно был уверен в успехе операции этих двоих. А вот не стоило думать, что у простого заведующего отделением в городской больнице не имелось парочки пистолетов для коротания одиноких вечеров.       Вызов прекратился, и на экране высветился пропущенный. Бьерн прижал палец мертвого человека к сканеру отпечатков на боковой панели телефона и дождался, пока экран разблокируется. Он поднялся и сел внутрь багажника. Зашел в «Вызовы», потом — в сообщения, а после и в мессенджеры. Очень уж хотелось узнать, кто же такой этот «босс», а в приложениях для связи обычно бывала фотография. Но оказалось, что люди Свена далеко не идиоты — ничего подобного не нашлось. Однако парочка номеров вполне могла бы пригодиться. Бьерн снял одну перчатку, достал свой телефон и переписал некоторые контакты в «Блокнот». Эта информация могла оказаться весьма полезной для Артория и Торкеля. Потому что контактов «Босс» было целых три. С телефоном второго мертвого Бьерн сделал то же самое, предварительно сравнив номера. Из трех совпало только два. Итого — четыре номера неких «боссов». Позже можно будет попытаться пробить все через оператора. Но с этим пусть уже Каст заморачивается.       Бьерн снова надел вторую перчатку и сломал оба телефона, засунув все, что осталось от техники, по карманам трупов. Потом вернулся к своему занятию с пакетами.       Все это стало чем-то слишком привычным. В этой реальности, как и в прошлом, Арторий полностью доверял Бьерну, даже несмотря на все их разногласия. Только сам Бьерн считал себя куда человечнее Каста, потому что знал границы и старался их не переходить. Арторий же сделал бы все ради своей победы. В этом они со Свеном были совершенно одинаковы. И Бьерн не мог не злиться на своего друга, запихивая мертвые тела в пакеты. Ведь все это происходило только по вине Каста, который не собирался отступать и идти на компромисс.       Бьерн не отказался бы просто работать врачом и спасать человеческие жизни, а не отнимать их. Но пока Арторий со Свеном не закончат свою игру, это было просто невозможно. Оба упертые как бараны и повернутые на прошлом абсолютно и полностью.       Когда оба тела, оказавшись в пакетах, были погружены в машину, Бьерн опустил крышку багажника и захлопнул ее. Он осмотрел свой пустой гараж и вздохнул. Не так хотелось провести свой вечер перед таким долгожданным выходным.       В квартире было темно и тихо. Такое бывало редко. Но как только Кнуд досмотрел сюжет о кафе, где раньше работал Торфинн, то сразу же выключил телевизор и свет по всему дому. Он сел на диван, прижав колени к груди, и уставился в темноту перед собой. Из-за окна доносились звуки сирены и редкие порывы ветра. Кнуд не мог перестать думать о кафе Торкеля, о том, что последует за этим погромом. Но не мог не порадоваться смерти Рагнара. Хоть одной проблемой стало меньше. Этот одержимый мужик никогда ему не нравился.       Телефон на столике завибрировал, заставляя прищурить глаза, которые уже привыкли к темноте. Кнуд взглянул на дисплей и печально усмехнулся. «Ебучий бородач» отлично подходило человеку, чей контакт был внесен в его телефон. Он не спешил отвечать. Ведь когда звонил этот тип, жди тупых вопросов и беды.       Когда звонок повторился, Кнуд потянулся к телефону и принял вызов, поставив на громкую:       — Слушаю.       — Мои ребята, которые были отправлены прикончить того врача, не отвечают. Полагаю, что они уже мертвы. Ваш отец приказал доставить вас домой в течение трех часов. Я уже жду на парковке у вашей машины.       — И тебе добрый вечер, Флоки, — монотонно произнес Кнуд и посмотрел на время. Одиннадцать вечера. Ну да, самое время посетить ненавистный родительский дом.