Outsider

      В помещении повисла тишина. Чашка ароматного кофе без сахара стояла перед гостем, а хозяин квартиры стоял у окна, не решаясь сесть напротив. Мысли Кнуда занимал только человек перед ним. Парень знал Бьерна из прошлого, и перед ним будто сидела его усовершенствованная версия. Было не по себе от того, что дал слабину, позвал соперника, показал слабую сторону, но почему-то ни капли об этом не переживал. Стоило больше беспокоиться от того, что Свен ничего не говорил о Торфинне, не посвящал в планы касаемо Флоки, который, оказывается, играл не самую последнюю роль во всем этом, еще и вынудил Сигурда травить его какой-то дрянью, которая чуть не убила. А потом Свен в больнице еще высказывал, что его сын сам во всем виноват. Но не виноват же... И попробуй не сторчись с таким-то папашей.       Бьерн взял в руки чашку и подул прежде, чем сделать глоток. Просьба остаться ничуть не удивила его. И теперь у него появилась возможность куда лучше разобраться в идеях Свена и мировоззрении Кнуда. Изначально было понятно, что он не тот, за кого пытался себя выдавать, и давление Свена, похоже, уже переходило все границы, раз парень так реагировал на все вокруг. Бьерн старался не смотреть на коричневатые синяки на шее, но отметины не могли не привлекать внимания. Это не просто побои. За несколько лет работы в медицине, не только в больнице, но и в качестве судмедэксперта, где и проходила основная часть практики Бьерна как интерна, он сразу же мог определить природу повреждений. И такие последствия были на теле жертв изнасилования, а не избиения. Но спросить о таком напрямую он просто не мог. Мог подвести Кнуда к тому, что тот сам бы все рассказал, но давить на него в таком состоянии было бы глупостью. Кнуд не показывал этого, тщательно скрывал, но на самом деле был куда более чувствительным, чем казался на первый взгляд. И беспокойство о Торфинне стало тому окончательным подтверждением.       — Итак, — Бьерн опустил чашку на стол. — Кофе у тебя дерьмовый. Поэтому перейду сразу к делу. Что сказал тебе Торфинн?       Кнуд опустил взгляд и поправил прядь волос, чтобы прикрыть часть отметин на шее. Только сейчас до него дошло, что синяки хорошо было видно, и Бьерн наверняка уже понял, что к чему. Было стыдно, но он мысленно благодарил врача, что тот не стал задавать лишних вопросов.       — Что Флоки заявился без приглашения в квартиру Каста и направил на него пистолет. Он вывел Торфинна на эмоции, а потом рассказал о том, что Арторий Каст знал о Торфинне давно и к тому же все знал о снах, когда выступал адвокатом Флоки. Потом он пошел преподавать и сблизился с Торфинном только потому, что тот был полезен для плана против моего отца. Как-то так. Еще он сказал, что не должен был приходить ко мне, но идти ему было некуда. Вроде бы все. Он был слишком пьяным, чтобы говорить внятно. Было еще что-то о том, что вы все тоже знали, что Каст использовал его, а я обманывал. Но там все совсем... Короче, — он поднял взгляд на собеседника, — что бы там ни произошло, я никогда не видел его таким. Торфинн обычно не склонен к такому поведению. Каст повлиял на него не самым лучшим образом. Но сегодня появился в самый удачный момент.       Кнуд держал руки по обе стороны от себя и впивался пальцами в подоконник. Он замолчал и уставился на Бьерна в ожидании хоть какого-то ответа.       — Все так и было, — спокойно произнес Бьерн. — Арторий перегибал с Торфинном с самого начала. И я говорил ему о том, что правда всплывет и он пожалеет. Но кто ж меня слушал, — он махнул рукой. — Может, присядешь?       Хозяин квартиры отошел от окна, но садиться не спешил. Он встал перед Бьерном. Теперь, когда Кнуд мог расценивать ситуацию более здраво и рассудительно, можно было переходить к другому. Все-таки мир не должен был крутиться только вокруг Каста и Свена.       — Почему ты так просто приехал? А если бы я что-то замышлял?       — Да ты себя со стороны слышал, истеричка? На коварного злодея ты точно не был похож.       Кнуд вспыхнул и резко отвернулся. «Да с ним вообще можно серьезно разговаривать? Он меня будто насквозь видит».       Бьерна начала забавлять эта игра. Кнуд так реагировал на его подначки, будто был не сыном Свена, которого тот готовил к убийству, а заигравшимся мальчиком, который теперь очутился не в самой простой ситуации, поэтому его оказалось так просто вывести на эмоции.       — Что по поводу нашего последнего разговора? — Бьерн снова взял в руки кофе и немного склонил голову набок, решая, нужна ли ему эта жижа.       Кнуд вздохнул и все-таки сел напротив. Но смотреть на Бьерна все еще не хотел.       — Я больше не прикасался к той дряни. Да и... Сигурд же наверняка уже мертв, да? Раз он был отвлечением внимания для Каста и, — он пожал плечами, — вас всех.       «Умный и проницательный, — думал Бьерн, не сводя взгляда с Кнуда. — Свен очень даже ошибается в собственном сыне. Мог бы повернуть эти таланты в другое русло и выйти из игры победителем. Но решил ставить на собственные способности и убрать собственного сына как препятствие. Ну а кому нужен наследник, который и тебя, и остальных убрать сможет? Физически он ни на что не способен, но вот находить способы решения непростых ситуаций наверняка сможет».       — Ну ты же тоже не собирался до конца жизни прогибаться под Свена, верно? — Бьерн прищурился. — И Арторий — не единственная твоя цель.       Кнуд поднял взгляд на Бьерна и выдавил из себя улыбку:       — Намекаешь на отца? В таком случае мне не было бы смысла убивать Каста.       Врач вздохнул:       — У тебя и так нет смысла его убивать. Как я понял, ты отошел достаточно далеко после смерти Аскеладда во снах и понял, что столкнулся с полным пиздецом. Частично я знаю, о чем говорю, король Кнуд Великий. Но в реальности ты не сможешь вынести все то бремя, что свалится на тебя. Да и родственники у тебя куда более конченые, чем прежде. Дележка власти тебе не нужна, и ты считаешь, что сможешь предотвратить это со смертью Артория, прежде чем тот снесет башку твоему папаше. Однако ты понимаешь, что твоя ветвь истории продолжится в любом случае, и по идее власть окажется в твоих руках. Это не нужно в первую очередь Свену, который вряд ли тебя вообще уважает, а потом уже брату и сестре, которые наверняка не в курсе снов, но куда более властолюбивы. Твоя жизнь окажется под угрозой и после. Уйти просто так ты не сможешь, а после смерти Артория препятствием для Свена станешь ты. Встать на сторону Артория ты не можешь, поэтому тебе приходится делать то, что говорит Свен, да и сопротивляться ему ты точно не в силах. И когда ты травишь себя всякой дрянью, ты просто играешь на руку своему отцу. Свен попробовал убрать тебя чужими руками, но не получилось, однако он не остановится и сделает это, когда последовательность прервется.       — Вау, — только и смог произнести Кнуд. — Я... такой очевидный?       — Я думал об этом со вчерашнего дня. После того, как сделал укол.       Кнуд неосознанно коснулся своей шеи и отвернулся в сторону окна:       — Это тебя не касается. Да и какая разница, раз, судя по твоим словам, я и так нахожусь в безвыходной ситуации. Я не могу отказать отцу, это же очевидно. Моя роль — свести Артория Каста с отцом и стать приманкой. А поскольку я куда более легкая добыча... Знаешь, сны снами, но если мне приставят пушку ко лбу, то никакая последовательность истории не спасет, — он покосился на Бьерна. — Что Арторий, что Аскеладд — в любом случае это один и тот же человек, который обладал интеллектом и харизмой, оценёнными отцом. Но также этот человек обладает желанием жить свободно и никогда не встал бы на сторону кого-то вроде отца. И я не думаю, что хочу об этом говорить. Ты сам сказал найти мне психолога.       Парень снова потупил взгляд в окно, устроив руки на коленях, крепко сжимая ткань домашних штанов.       Бьерн не сводил с него взгляда:       — Помогает?       — Что помогает? — Кнуд все же повернулся к Бьерну, очень надеясь, что тема снов закрыта. — Я не буду обсуждать с тобой планы отца. Ты же мне не расскажешь о затее Каста.       — Психолог. Он тебе помогает?       — Считаешь, что у меня совсем беда?       — Я не считаю, я это вижу.       Кнуд заткнулся. Он хотел бы разозлиться, но не мог. «И как можно быть таким спокойным? Я будто не с шестеркой Каста общаюсь, а с каким-то... Блять». Кнуд взял себя в руки. Несмотря на то, что все сказанное Бьерном снова было на сто процентов верным, он не мог себе позволить открыться.       — Знаешь, я попросил тебя забыть о том, что ты видел.       — Так у меня память освежилась, — Бьерн опустил взгляд на шею парня, потом снова поднялся к лицу. — Это же не единоразовая акция была. Ты предусмотрительно скрываешь побои, терпишь все это, утаиваешь. Логично, что рано или поздно накопится. Ну, а если время от времени ходить изливать душу мозгоправу и долбить всякую дрянь, то становится ощутимо проще, да? И тебе хотелось бы нормальной поддержки, а не заготовленные фразы от человека, которому ты платишь деньги. Но рассказать о таком некому.       Кнуд нахмурился:       — Ты точно не тот, кому я хочу что-то рассказывать. Это касается только меня и Свена.       — А еще твоих брата и сестры, которым плевать, что их младший брат — жертва насилия собственного отца. Любой нормальный человек вмешался бы, не считаешь? Представь, что Торфинн узнал бы, месяцев этак шесть назад. Это была бы бурная реакция. Я не прошу тебя душу мне изливать. Но поскольку у нас впереди вся ночь, а я все-таки знаю понятие «врачебная тайна»...       — Прекрати, — перебил Кнуд. — Ты располагаешь к себе и все такое, но я правда не хочу это обсуждать.       — Неважно, что Свен навязывал тебе. И я не знаю, что происходит у тебя в голове, учитывая открывшиеся обстоятельства. Но я не могу считать восемнадцатилетнего пацана врагом. — Кнуд фыркнул, но Бьерн продолжил: — Если бы я видел в тебе угрозу своей жизни, то ты бы уже не дышал. И плевать на историю.       «Ну конечно, — промелькнула у парня мысль. — Он наверняка пришел сюда вооруженным. Может, у меня и правда в голове хуйня, раз я так зациклен на отце и перестаю замечать все остальное. Он пришел сюда и помог. Снова». Кнуд тяжело вздохнул и немного расслабился.       — Теперь я чувствую себя жалко.       — А мне жалко, что кофе у тебя нормального нет. Кислятина.       Парень улыбнулся, а потом тихо рассмеялся. Он прикрыл рот рукой и отвернулся в сторону, выставив свободную руку перед собой:       — Прости, просто... Ты так легко перескакиваешь с серьезной темы на такие обыденные вещи. У меня и правда с башкой беда, раз я смеюсь в такой ситуации, но почему-то я снова испытываю благодарность по отношению к тебе. И, — он прекратил смеяться и сел ровнее, — тогда по телефону ты сказал, что веришь мне. Это было неожиданно.       — Ты ни разу не дал усомниться в том, что не причинишь вреда Торфинну. И ты сам говорил, что считаешь его другом, несмотря ни на что. Разве сегодняшний вечер это не доказывает?       «Доказывает, — думал Кнуд. — И я бы хотел...»       — Знаешь, — начал парень, но телефонный звонок прервал его.       Мобильный лежал на диване. Кнуд быстрым шагом направился туда, игнорируя косой взгляд своего гостя. Он взял в руки телефон и вздрогнул. Звонок от Флоки в первом часу ночи не предвещал ничего хорошего. Он выключил звук, но отвечать не спешил — вдруг пронесет. Но звонящий оказался настойчивее. Кнуд вернулся на кухню и повернул экран к Бьерну, приложив палец к своим губам.       — Поговоришь на громкой, — произнес Бьерн и развалился на стуле, сложив руки на груди.       И парень не мог не согласиться, когда на него так угрожающе посмотрели. Он принял вызов и сразу же включил громкую связь.       — Ну чего тебе? — как можно более раздраженно произнес Кнуд.       — О, а я думал, что ты снова обдолбался своей хуйней и заливаешься бухлом, — Флоки явно усмехался. Взгляд Кнуда метнулся к Бьерну, лицо которого не выражало никаких эмоций. — У меня есть вопрос по поводу твоего милого друга. Не подскажешь, где он сейчас может быть? Видишь ли, его квартира пустует, а у Артория Каста он явно не найдется. Я тут посмотрел кое-где и обнаружил одну очень интересную деталь... — он сделал паузу, заставив Кнуда проклинать свою собственную неосмотрительность. — Он сейчас у тебя. И босс тоже в курсе этого. Пацану повезло уже второй раз за сегодня, раз Свен приказал не трогать его больше, но пожелал контролировать. Очень удобно, что этот придурок побежал именно к тебе. Неважно, каким способом, но завтра Торфинн Карлсефни должен будет немного покататься. Вместе с тобой. Босс хочет пообщаться. Я буду в десять. И только попробуй взбрыкнуть.       Флоки сбросил вызов сразу же, как договорил. «Завтра, — понял Кнуд, — а точнее, уже сегодня отец воплотит свою затею. Тогда он сказал, что осталось совсем немного времени, но не настолько же... Я же должен был... Нет, он не станет убивать Торфинна. Он бы уже давно это сделал. И что мне теперь делать? Я же ничего не могу. — Кнуд выронил телефон и сделал шаг назад, столкнувшись поясницей с кухонной тумбой. — Он вынудил Торфинна отвернуться от Артория, он подготавливает почву. Торфинн не вмешается, но увидит его смерть». Поток мыслей прервался, когда его руку больно ущипнули.       — Ай!       Кнуд дернулся в сторону и чуть не свалился, но Бьерн придержал его под локоть.       — Успокойся. У тебя есть как минимум десять часов, чтобы подумать над этим и поделиться мыслями.       Парень покосился на чужую руку. Бьерн сразу же отпустил Кнуда и сел обратно за стол.       — Во-первых, он тебе не доверяет, раз сказал о том, что ты можешь взбрыкнуть. Во-вторых, было вполне ожидаемо, что он отследит Торфинна, если ему потребуется. В-третьих, Свен не собирается убивать Торфинна раньше Артория, — Бьерн неотрывно смотрел на побледневшего парня. — Ну, а ты явно не ожидал такого. Значит, Свен не поделился с тобой своими планами. Или ты просто не знал, что они включают Торфинна?       — Я не знал, что они включают Торфинна, — хрипло проговорил Кнуд и уселся прямо на пол, утыкаясь лицом в колени. — Пиздец! Пока Торфинн был с Арторием, то одним только своим присутствием мог все изменить. Для Каста это был козырь. Ну конечно, — парень печально усмехнулся, — Торфинна рядом не будет, он не станет спасать ненавистного человека, он не успеет, если Свен будет его контролировать. В прошлом Торфинн появился, уже когда я проткнул Аскеладда клинком. Но тогда все отличалось, и это был сговор меня прошлого и Аскеладда. Я не понимаю. Просто не понимаю. На что вообще Свен рассчитывает? Блять!       Бьерн присел рядом и коснулся чужого плеча.       — Кнуд. Десять часов. Если ты не хочешь смерти Торфинна...       — Ты заодно с Арторием! Я не могу! Я не!.. Ему просто нужно уйти! Блять! До него все равно доберутся и...       Бьерн повернул лицо Кнуда к себе и заставил посмотреть в глаза:       — Успокойся. Я не могу быть на чьей-то стороне. Я был мертв на момент всего случившегося. Мое присутствие ничего не изменит.       Кнуд пару раз моргнул, а потом приблизился к Бьерну, заставив того немного отпрянуть. Но у парня были совсем не те мысли:       — Но ты все помнишь.       — Умереть в прошлом было моим выбором, как ты можешь помнить. Думаю, что это все связано. А поскольку я должен был присутствовать на приеме у короля в прошлом, то почему бы мне не встретиться со Свеном в настоящем? Кнуд, — Бьерн отбросил прядь светлых волос парня назад, сильнее открывая синяки на шее, — выбирай, хочешь спасти Торфинна или нет? Арторий ошибся, просчитывая шаги Свена. Ты сделал то же самое. Никто не сможет его перехитрить, прими это. Если он не убьет тебя напрямую, то заставит тебя самого это сделать. И если ты действительно дорожишь другом и хочешь защитить его, то есть только один способ... Десять часов, — Бьерн поднялся. — Расскажи мне все. И мы найдем выход.       — Ты просто хочешь спасти Каста!       — Арторий сам себя спасет, а вот Торфинна никто спасать не станет. И либо сейчас ты поверишь мне и прекратишь насилие собственного отца, либо лишишься друга, а потом и жизни при самых неожиданных обстоятельствах.       Бьерн протянул Кнуду руку, предлагая подняться. Парень прикусил губу и отвел взгляд.