Убийство под лунным светом

Кьяро-ди-Луна. Утро. Отель Бриг Агент Аньелли В 4 часа утра, безрезультатно проворочавшись с боку на бок в смятой постели, Мануэль Аньелли, наконец, смирился, что уснуть у него уже явно не получится. От бессонной ночи мысли разбегались и путались, а в голове зияла какая-то гулкая звенящая пустота. Удивительно было, что он вообще в состоянии хоть как-то функционировать. Что, оказывается, способен встать с кровати, дотащиться до душа, побриться, и даже спуститься в пустой холл к кофейному автомату. Потому что вчера вечером, в этот гостиничный номер зашел не живой человек, разумный, мыслящий, действующий. Сюда ввалился просто безвольный мешок из костей и мяса. Бесчувственное и безразличное НИЧТО. Ни мыслей, ни потребностей, ни желаний. Ни-че-го. После той вспышки боли и ужаса, что заставила его закричать, забыв обо всем вокруг: о том, что он в полицейском участке, что за стеной-комиссар Бейкер, подозревающий и подозрительный; После пронзающего позвоночник, мучительного ощущения, как будто тысячи острых, раскаленных игл впились ему в шею - всё дальнейшее происходило для Аньелли, как в тумане. Он помнил, что на его крик прибежал Бейкер, потом еще кто-то, там было много людей. Все что-то говорили, суетились, тормошили, дергали его за руки. С трудом Аньелли удалось выдавить слова о том, чтобы ему не вызывали скорую. И наплести что-то про невралгию и приступ мигрени. Бейкер точно не поверил. Он явно что-то заподозрил, это было и дураку понятно. Но Мануэлю в тот момент было не до Бейкера. Тогда Аньелли видел только лицо Дамиано. И то, что Мануэль прочитал на этом выразительном лице, вызывало желание немедленно написать рапорт, отказаться от дела, и вернуться в Рим. В глазах Давида он различил сначала панику, страх, а потом их вдруг сменило... изумление… возбуждение???!!! А дальше.... В светло-ореховых глазах Альфы Омега с ужасом увидел внезапное ОСОЗНАНИЕ. И в этот миг, все защитные бастионы и крепостные стены, годами кропотливо создаваемые Аньелли, рухнули, и превратились в прах. ДАМИАНО ПОНЯЛ. Понял свою власть над Мануэлем. Считал ее на уровне инстинкта, за короткую и бесконечную секунду, когда их пальцы соединились на металле упавшей ручки. Альфа вдохнул это знание с едва различимым запахом Омеги, и никакие блокаторы тут уже не сработали. И теперь, стоит только Давиду захотеть, он может сделать Мануэля абсолютной игрушкой в своих руках. Просто марионеткой. Послушной и безвольной. Покорной и податливой Омегой в руках Альфы. *** Аньелли с трудом дождался, когда стрелки часов на циферблате переползут на 6.30 утра. Родриго ранняя пташка. В это время Бета, уже наверняка, принял душ после утренней пробежки, и сидит, пьет свой мегабезвредный безкофеиновый кофе на кокосовом молоке с сахарозаменителем. Можно звонить. - Ману? Не ожидал, если честно. Но рад слышать. - голос Родриго звучит бодро.- Как ты, друг? - Сложно сказать. У меня возникли проблемы, Родриго. Серьезные. В трубке тишина. Потом, ставший сосредоточенным, голос: - Это то, о чем я думаю? - Угу… - Парень тебя вспомнил? Угрожает? Шантажирует? - Нууу… Не совсем так, Род... Точнее, совсем не так... - Мануэль замялся.- Все слишком сложно, что бы объяснить в двух словах. Даже с чисто рабочей стороны, очень много вопросов. Дела явно связаны. Всё запутано. Местный комиссар не помогает, а больше мешает. Хотя, может мне это только кажется. Я, как сам понимаешь, не могу быть объективным. Мне нужен взгляд со стороны. - Понял. В 8 утра совещание у Мортелло. Присылай запрос в 7.55. Причину сам придумай. На машине не поеду, далеко. Секунду… Да. Вот, в 10.30 есть рейс Рим-Бари. Лететь меньше часа. Встречай на своей машине в аэропорту. Там, вроде, близко до этого твоего, богом забытого, городка. - Спасибо, Род. - Не благодари. Лучше привези с собой большой стакан латте без кофеина. И парочку панини с ... - С индейкой, салатом Романо, на бездрожжевой булочке, без соуса и сыра. Знаю. - Шикарно. До встречи, Ману. *** Кьяро-ди-Луна. Приют Святой Елены. 12 мая 2012 года. Десять лет назад. Завтрак в приюте Святой Елены начинался рано. В 7.00 ученики уже сидели за длинными столами. Дисциплина и контроль-вот принципы учебного заведения, находившегося на содержания прихода и муниципалитета города Кьяро-ди-Луна. Зато, несмотря на религиозную составляющую, образование здесь считалось весьма неплохим. Многие сироты без проблем поступали в местный колледж, по грантам и субсидиям. Учитывая, что немало из ребят прибыли сюда после долгих мытарств по приемным семьям, где не смогли адаптироваться, или вообще-из колонии для несовершеннолетних, для тех из них, кто хотел чего-то добиться, это был отличный шанс на новую, правильную жизнь. За все долгие годы существования, репутация у приюта оставалась безупречной. Но в этот день все изменилось. Сначала неладное заподозрил старший воспитатель, сеньор Сарраторе. Директор школы, Карло Батистелло, менее года назад сменивший на посту ушедшего на пенсию предыдущего директора, не появился на утренней службе, и на завтрак тоже не пришел. Когда директор не появился и на занятии в старшем классе (он преподавал физику), беспокойство возросло. Старший воспитатель отправился в небольшой, отдельно стоящий на территории приюта, дом, больше похожий на флигель, где жил директор. И то, что он обнаружил, толкнув приоткрытую дверь, и зайдя внутрь, заставило его похолодеть и схватиться за горло. Крайне уравновешенного и рационального сеньора Сарраторе, от вида распростертого на полу тела, в кровоподтеках и синяках, накрыл приступ паники, и он едва успел выбежать на улицу, как его вывернуло наизнанку. Полиция приехала практически моментально. Для маленького, тихого городка произошедшее было из ряда вон. Самое серьезное преступление, что расследовали полицейские в текущем году- угон автомобиля местными подростками из-под носа у раззявы-туриста. И вдруг-такое! Убийство, с отягчающими обстоятельствами. Убийство в католическом приюте. Практически, под боком у беззащитных детей! Шок и паника накрыли город. Поэтому неудивительно, что комиссар полиции запросил помощи у руководства из Рима. Дело обещало быть громким, и замять его точно не удастся. На помощь провинциальным копам, Рим прислал сотрудников из криминального отдела AISI. Офицера Мануэля Аньелли. И судмедэксперта Родриго Д”Эразмо. Оба молодые, по меркам полиции - еще нет и сорока; амбициозные, хваткие. И вдобавок-лучшие друзья. В отделе ходили сплетни, что и не только друзья. Кто знает… Альфа Аньелли и Бета Д”Эразмо. Почему бы и нет? Темноволосый серьезный красавчик с гордым профилем и черными бездонными глазами, и голубоглазый блондин с кудрявой шевелюрой и белозубой обаятельной улыбкой-легко поверить в то, что дружбой тут не ограничивается. Да и Бог с ними. Главное-в профессионализме этих парней никто не смел сомневаться. - Тело уже осматривал местный судмедэксперт? – прибыв в участок, и быстро обменявшись приветствиями с главой местной полиции, офицер Аньелли не терял времени. Да и пока они ехали из аэропорта Бари в Кьяро-ди-Луна, Мануэль не в окно смотрел, а успел внимательно изучить дело. - Конечно, - пожилой альфа, комиссар Алессандро Сканна, слегка нервничал в присутствии столичных коллег, чересчур молодых, чересчур модно одетых, манерно растягивающих слова на «выпендрежном» «римском» диалекте. И рад был предоставить любую информацию. Лишь бы не разгребать этот геморрой одному. Комиссару до пенсии оставалась всего пара месяцев. И ему очень хотелось уйти на нее спокойно, вовремя, и с почетом, без «висяков» в виде громких нераскрытых дел. - Время смерти установлено, офицеры. С 8 часов вечера до 4 утра, ориентировочно. Причина смерти-многочисленные побои и увечья. Без применения оружия. - Не хочу обвинять вашего эксперта в некомпетентности, сеньор комиссар. Но, полагаю, время смерти можно определить и поточнее… Родриго! - Аньелли обменялся взглядами с Д‘Эразмо. Тот понял без слов, и с одним из местных детективов отправился в морг. - Комиссар, - обратился столичный детектив к главе полиции, - пока мой коллега осматривает тело, предлагаю поехать в приют. Давайте начнем с осмотра места, где нашли убитого. Приют Святой Елены располагался рядом с церковью, на холме, окруженный с одной стороны небольшим лесом. С другой стороны проходило шоссе, ведущее в город, а за ним сразу начинался берег моря. «Красивое, уединенное место» - мельком отметил Аньелли. Сам приют состоял всего из нескольких зданий. Учебный корпус, жилой корпус, хозяйственные постройки, открытая спортивная площадка, дом директора, часовня и дом священника. - Директор, сеньор Батистелло, жил один. – Сарраторе, старший воспитатель, за прошедшие сутки уже отошедший от шока, и вызванный для сопровождения детектива и комиссара, рассказывал подробно, четко и обстоятельно. Сразу видно, что педагог. - Все учителя приезжают из города утром, и уезжают после окончания занятий. После 16 часов, как правило, уже никого нет. Воспитатели проживают на территории приюта, в том же корпусе, что и ученики. Корпус, естественно, разделен на 3 зоны. У Альф свои помещения, и свои воспитатели. Аналогично- с Омегами и Бетами. Сами понимаете, у нас тут подростки… Самый проблемный возраст. Поэтому здесь всё строго. Дисциплина. Постоянный надзор. Вместе ученики только на занятиях, на творческих и спортивных мероприятиях. Конечно, дети есть дети… Не всегда уследишь. Но пока обходилось. - Какой возраст учеников? - поинтересовался Аньелли, доставая блокнот. - Преимущественно, от 10 до 16-17 лет. Дальше ребята переводятся в колледж, если способности позволяют. Либо мы подыскиваем им какую-либо работу в городе, и первое время приют оплачивает им жилье. Держать здесь учеников старше 16 лет было бы крайне проблематично. Самоконтроль в этом возрасте еще на нуле, а гормоны уже вовсю играют. - Понятно. Давайте перейдем к тому, где вы нашли труп… Детективы и воспитатель подошли к дому директора, зашли внутрь. - Директор… Ох… Тело лежало здесь, - воспитатель указал на проем двери, между тесной маленькой прихожей и комнатой, по-видимому, служившей кабинетом. Детектив Аньелли медленно обошел весь дом, внимательно осматривая его изнутри. Всего четыре комнаты, не считая ванной. Гостиная, кабинет, спальня и кухня, по видимости, она же столовая. Да уж, обстановка не роскошная. Хотя… Взгляд столичного детектива в изумлении остановился на музыкальной системе, скромно стоящей в углу гостиной. Офицер Аньелли считал себя меломаном, в юности сам играл в рок-группе, и в музыкальной аппаратуре разбирался отлично. Хммм… Напольная акустика JBL Everest стоит не меньше 50 тысяч евро… Любопытно… Откуда у директора приюта такие деньги? Заинтересовавшись, детектив еще раз обошел дом. Теперь в глаза бросился и дорогой письменный набор на столе кабинета; и гигантский монитор телевизора последней модели на стене; и новенький ноутбук, точно не китайского производства. - Ноутбук почему не изъяли, комиссар? Распорядитесь, пожалуйста, немедленно забрать для тщательного изучения. Становилось все любопытнее. Внешняя, показная роскошь отсутствовала, поэтому люди, менее разбирающиеся в технике, не заметили бы, что скромный домик директора под завязку набит аппаратурой премиум-класса. Что же за зарплата у директора католического приюта? И Аньелли решил, что по возвращении в участок, тщательно изучит данные загадочного директора Батистелло. Пока осмотр места преступления не дал ничего нового, что уже не знал бы Аньелли из «дела». Судя по следам борьбы, частицам крови, оставшимся на стенах кабинета, но отсутствующим в холле и у входной двери, убийство произошло на месте. Т.е. тело не притащили сюда из другого места, чтобы запутать следствие. Без сомнений, нападение было совершено именно в доме. Видимо, между убийцей и жертвой произошла драка, начавшаяся в кабинете. Потом жертва попыталась прорваться в холл, и как раз на пороге кабинета и случилась трагедия. Ну, хотя бы в этом есть какая-то зацепка. Офицер Аньелли вышел из дома директора, полного неприятных запахов крови и страха, и с удовольствием втянул носом свежий приморский воздух, запахи леса и цветущих кустарников на территории. - С местом убийства все ясно, комиссар Сканна. А теперь я бы хотел осмотреть всю территорию, и переговорить с сотрудниками. А также со священником. Опрос сотрудников и священника занял несколько часов, но результат по итогу был нулевой. Директора никто не видел после ужина. Ничего подозрительного в поведении директора сотрудники не вспомнили. Посторонних людей, на территории приюта, вечером или утром тоже никто не заметил. Ни шума, ни криков не слышали. Что, собственно, и неудивительно-дом стоял в отдалении от других зданий. Сужала ли выявленная информация круг подозреваемых до живущих на территории? Увы, нет. Убийца легко мог незамеченным пробраться в дом со стороны леса. И так же незаметно исчезнуть. Значит, нужно тянуть за другие ниточки. Что послужило причиной столь зверского избиения? Грабеж? Личные счеты? Опять-таки, фигура директора, после опроса сослуживцев, вызывала у Мануэля Аньелли смутное беспокойство. Странно… Были какие-то несостыковки. Вернувшись в участок поздно вечером, детектив получил разрешение комиссара сделать копию дела, а также личного досье непосредственно директора приюта. И со всем этим «богатством» устроился в холле отеля, в уютно отгороженном уголке бара. Естественно, вместе с верным другом Родриго. Тот сейчас с беспокойством смотрел на напарника. - Ману… Какой-то ты замученный... Не хочешь кофе, или может, виски? День был так себе, я бы не отказался. – блондин устало потянулся, мышцы заныли. Закатал рукава голубого кашемирового блейзера, вздохнул и вытер влажный лоб. В мае, на южном побережье оказалось значительно теплее, чем в Риме. Знал бы, прихватил пару лишних рубашек вместо джемперов, подумал Родриго. Ману хорошо, он вечно мерзнет, и сейчас ему в рубашке и черном вельветовом пиджаке - хоть бы что. Я бы уже сварился... Родриго всегда было жарко, а Мануэлю-холодно. Поэтому находиться вдвоем в одном помещении, или в салоне авто было для парней вечной проблемой. Блондин постоянно требовал открыть окно, брюнет ежился и через пару минут незаметно закрывал окна обратно. В ответ на предложение напарника, Мануэль пожал плечами. Алкоголь? Соблазнительно, но... - Давай лучше просто кофе, Род. Завтра день вряд ли будет легче. Поэтому голова мне нужна нормально соображающей. Да и сейчас тоже есть, что обсудить. Минутку... Аньелли покрутил в руках ручку, потом отложил на столик, и стащив галстук и расстегнув ворот строгой белой рубашки, направился к барной стойке. Проигнорировал заинтересованную улыбку омеги-бармена, отреагировавшего заманчивым ароматом жасмина на симпатичного темноволосого незнакомца, не издающего почти никакого запаха, но, судя по повадкам, несомненно являющегося альфой. Заказал две чашки эспрессо. В ожидании присел у стойки, пока кофе варился. И задумался о новых фактах, только что озвученных Родриго. Как всегда, когда что-то беспокоило детектива, его рука бессознательно нырнула в гриву густых, коротко стриженных темных волос. Черт… Не нравилось ему это дело. А после того, что он только что услышал от друга-нравилось еще меньше. Преступление выглядело, по меньшей мере, странно. Родриго был профессионалом. Но даже он не смог намного точнее обозначить интервал времени, когда произошло убийство. Время смерти – с 20.00 до 3.00. Судя по одежде (убитый был в джинсах и футболке) дело все же происходило не глубокой ночью. Но опять-таки, жертва могла ждать кого-то с визитом. И поэтому быть полностью одетой. Теперь непосредственно к причине смерти. Смерь наступила от удара затылком о твердую поверхность, при падении. Причина падения-несомненно, побои, нанесенные жертве. Следы от ударов «украшали» все лицо и тело. Причем жертву били и руками, и ногами. Били жестоко, безжалостно. Что делало очевидным первое заключение-преступник, несомненно был Альфа. Никакой Омега не способен на такое, даже в приступе злости. Плюс к этому- феромоны Альфы явственно витали и в воздухе дома. И на теле жертвы. Что отметили даже местные эксперты. Второй же, главный факт, озвученный Родриго, и заставил детектива Аньелли резко насторожиться, как гончую, напавшую наконец, на след. На груди убитого директора приюта, судмедэксперт обнаружил небольшую свежую ранку, напоминающую царапину от перочинного ножа. Тонкий неглубокий порез. Сделанный в виде латинской буквы «P». *** Настоящее время. Кьяро-ди-Луна. Дом комиссара Бейкера Утро. "День будет не из лёгких"- решил Деймон, вытирая тряпкой остатки сбежавшего кофе с плиты. Кофе, конечно, не виноват в том, что мысли комиссара заняты отнюдь не его варкой. Бейкер посмотрел на тряпку в нерешительности- стирать, не стирать... И ловким броском отправил в мусорное ведро. Похвалив себя за меткость, одним глотком выпил остатки кофе из чашки. Телефон известил об уведомлениях. Открыв сообщения, Деймон засмеялся. Первое сообщало о скидках на булочки с заварным кремом в его любимой пекарне, а второе о скидках на "булочки" главной звезды ночного клуба "Пантеон" Лоренцо Сутто. Да, комиссар тоже был не без греха. Тягу к безудержному поеданию сладкого Деймон контролировал всю жизнь. Особенно в период гона, когда сдерживать себя было наиболее трудно. Именно в такой период, в начале свой службы на посту комиссара в этом городе, у него и случилась короткая страстная встреча с упомянутым танцором, после чего он получил постоянную скидку в клубе. А потом он встретил Итана, и о танцоре Бейкер забыл. И он не будет заедать свои проблемы сладким, нет! Утро только началось, до начала работы Деймон вполне успеет пробежать километраж на беговой дорожке и принять душ. Позавтракать он решил в участке, наверняка Дарби будет ждать его с круассанами и кофе под кабинетом. Кстати, надо будет с ним поговорить об этом, чтобы заканчивал таскаться за комиссаром хвостом, и смотреть на Бейкера щенячьими глазами. По участку давно ползают слухи, которые подогреваются затяжным одиночеством комиссара. Деймон встал на дорожку, запустил режим. Включил плейлист, и дом взбодрили старые, добрые напевы группы Айрон Мейден. Сквозь ритмы гитар и барабана Деймон, внезапно, услышал визг тормозов, а затем кто-то резко стал барабанить кулаками в дверь. Бейкер выключил беговую дорожку, подошёл к окну в гостиной. Оттуда отлично просматривалось крыльцо и часть подъездной дорожки. Он увидел, как мимо дома шла соседка-бета со своей болонкой, каждый раз справляющей свои собачьи дела у кустов участка комиссара, доводя того до бешенства. Дама в возрасте, с заливающейся в визгливом лае болонкой, в этот раз на руках, сейчас с интересом наблюдала, как взбешенный альфа, с какой-то тряпкой в руке, колотил что есть дури в дверь ее соседа. - Бейкер, сука!!! Я знаю что ты ещё дома, козел! Открывай, урод! Или я выломаю эту блядскую дверь!!! - Давид снова грохнул ногой по двери. Бейкер решил впустить этого ненормального, что бы тот ни задумал, дабы не развлекать соседей. На ходу вытираясь полотенцем, висящем на шее, прошел в холл и спокойно открыл дверь. - Давид, а ты что здесь забы... Первый точный, отработанный удар пришелся прямо в скулу. Бейкера отбросило на середину коридора. Ты охуел, Дав..!? - но второй удар под ребро не дал ему закончить фразу. В считанные секунды, мгновенно вспомнив профессиональные и животные навыки, Деймон перешёл в боевой режим. Издав низкий рык, и оскалив клыки, он бросился на Давида. Дамиано почувствовал, как резко изменился запах Бейкера, от гормонов удивления до резкого тяжёлого запаха моторного масла, с примесью цветков лилий. От этого неожиданного сочетания в носу за щекотало, и Давид чихнул. Этой заминки хватило, чтобы кулак комиссара прошёлся по губе Дамиано. Его завалило на стену. - Ах ты, мразь!! Дамиано был крепким, высоким, жилистым и быстрым альфой. Его клыки не раз оставляли шрамы на теле противника. И сейчас, тряхнув головой, он тыльной стороной ладони вытер кровь на губе, и с сильным вибрирующим рыком прыгнул на Бейкера, повалив того на пол. Вцепившись в друг в друга, Альфы наносили удары, рычали, и пытались вонзить клыки в шею. Вокруг образовалось плотное облако из запахов гормонов Альф, концентрации ненависти, злости, зависти. В какой-то момент доминантный альфа оказался сверху. Прижимая обе руки Бейкера к полу, Давид прорычал: - Что, комиссар, практики не хватает? В тоже мгновение он почувствовал боль от удара пяткой по голеностопу левой ноги, и инстинктивно разжал, на считанные секунды, запястья рук комиссара. Тот саданул что есть силы пяткой ещё раз, Дамиано взвыл. Бейкер освободился и опрокинул Давида на пол. Пока доминантный Альфа не пришел в себя, Деймон полицейским захватом вывернул ему запястье, заблокировав локоть. - А тебе, сеньор Давид, хватает практики в избиении по утрам людей, в их собственном доме? - прошипел Бейкер, тяжело дыша. - У меня были на это все основания, комиссар! - зло оскалился Давид, и посмотрел мимо детектива. Деймон проследил взгляд альфы, и увидел на полу, в паре метров от них, свою рубашку, брошенную Дамиано в пылу драки . Какого хрена его пропавшая рубашка делает у Давида?! Стоп. Выходит, он ночевал у Торкио, нашёл рубашку и... Деймон принюхался. Смесь разных запахов проникла в нос. Его собственный одеколон... Его личный запах... Какой-то другой одеколон... и сперма омеги в течке?!?.. Бля... Так вот почему Дамиано так рассвирепел!!! ... Итан?!! Внезапная догадка о судьбе своей похищенной собственности, так ошеломила Деймона, что он на какое-то время забыл об драке, ослабил хватку, и машинально потянулся за рубашкой, с желанием понюхать её получше. Дамиано мгновенно воспользовался моментом, и перехватил инициативу. Он развернул корпус тела в сторону, выдернул из ослабевшей хватки свою руку, коленом пнул Бейкера в пах. Тот согнулся пополам, и чуть не потерял равновесие, но был перехвачен твёрдым захватом. Бейкер почувствовал давление на горле, попытался освободиться... И в этот момент раздался голос младшего детектива, Ульяма Дарби: - Не двигаться! Руки за голову, сеньор Давид! Дамиано через ткань футболки ощутил, как что-то холодное и твёрдое уперлось ему в поясницу. - Блядь! - выплюнул он ругательство, нехотя освободил комиссара из захвата, и заложил руки за голову. Бейкер упал руками на пол, закашлялся. - Чёрт, Дарби! Первый раз в жизни рад тебя видеть! - прохрипел он, поднялся на ноги, и шумно выдохнул. - Рад вам помочь, - отрапортовал Дарби смущённо. - А теперь можешь опустить оружие, Дарби. Наша драка с сеньором Давидом просто недоразумение. - комиссар с вызовом посмотрел на Дамиано. Тот промолчал в ответ, высокомерно вздернув подбородок. Ульям с удивлением осмотрел обоих альф после драки, как бы "по недоразумению". Оба взлохмаченные, злые. Бизнесмен источал едкий ядовитый запах злости и разочарования. Комиссар был в одних домашних штанах, волосы торчали в разные стороны. На его лице с правой стороны была рассечена скула, и уже становился заметен начинающийся отёк. Дарби взглядом задержался на прессе любимого начальника, облизнул губы и немного покраснел. - Дарби! - рявкнул Бейкер. - Но, сеньор комиссар... - замялся Ульям. - Опустить оружие, младший офицер Дарби! - глухо рыкнул в раздражении Бейкер, и повелительно посмотрел на Ульяма. Дарби с сомнением оглядел с ног до головы фигуру Давида, анализируя потенциальную угрозу, и вздохнув, спрятал пистолет за спину. Бейкер жестом показал, что Давид может опустить руки, что тот с удовольствием и сделал. Обстановка немного разрядилась, запахи перестали быть такими интенсивно-агрессивными, и теперь говорили только о взаимном недоверии. Дамиано курить хотелось просто смертельно. А ещё кофе. Словно прочитав его мысли, Деймон подошёл к своей куртке, висящей рядом, и достал пачку сигарет и зажигалку. Вынул две сигареты, одну предложил Дамиано. Оба с наслаждением затянулись. Давид поморщился от боли, никотин неприятно раздражал разбитую губу. - Вы свободны, Дарби. Благодарю за помощь. - комиссар выразительно посмотрел на Ульяма, явно намекая, что тому пора на выход. - Но, сеньор комиссар, что, если... Бейкер опять начинал злится. - Младший офицер Дарби, что вы делали возле дома комиссара во время вашего дежурства? - Я... Я не на дежурстве, сеньор комиссар... У меня сегодня выходной... - опять замялся побледневший Дарби. Давид поперхнулся дымом. - Охо-хо, комиссар! Да я смотрю, ты не только по омегам! - Дамиано откашлялся, злорадно хохотнул. - Вот эта городская новость явно обрадует мэра! Бейкер от злости даже побледнел. - Тогда завтра жду от вас рапорт, Дарби, где вы мне детально поведаете, какого хрена вы шляетесь возле моего дома в такую рань в нерабочее время, с табельным оружием?! Дарби моментально понял, что ему сейчас влетит и выскочил за дверь, не дожидаясь когда комиссар его лично вытолкает из собственного дома. Ему было очень обидно, что любимый альфа не оценил по достоинству его старания. Но еще больше его беспокоило то, как он объяснит свои ночные бдения под окнами начальника полиции. Бейкер захлопнул дверь. В наступившей тягостной тишине оба альфы уставились на "яблоко раздора", по-прежнему, валяющееся на полу. Внезапное появление Дарби, совместное раскуривание сигарет успокоили разгоряченных оппонентов. Бейкер махнул Дамиано следовать за ним на кухню. Где ещё вести задушевные беседы под рюмочку горячительного, как не на кухне? Но, поскольку было утро, комиссар не пил, и спиртного дома не держал, то он принялся очередной раз за утро варить кофе. Дамиано сел у стола, придвинув к себе пепельницу. И наблюдал за перемещениями Бейкера. Деймон демонстративно старался не замечать того, как пристально его рассматривают. Он порылся в кухонном шкафчике, достал оттуда почти чистую, ещё одну чашку. Свою утреннюю чашку он достал из мойки. Дамиано было откровенно в тягость находиться в доме Бейкера, и вдыхать раздражающий запах рецессивного альфы. Этот запах напоминал вонь от моторного масла любимого мотоцикла комиссара, и для Давида его не перебил даже аромат свежесваренного кофе. Не зная, как высказать свое раздражение, доминантный альфа произнёс: - Какие говняные сигареты ты куришь, комиссар... - и затушил окурок в пепельнице. Бейкер устало выдохнул. Снял джезву с огня, разлил кофе по чашкам, поставил одну перед Дамиано. - Да-да, я уже понял, что ты считаешь меня дерьмом, и всю мою жизнь тоже. Предлагаю оставить фекальную тему и перейти к более насущным вопросам. Что у тебя с агентом Аньелли? Дым от сигарет, конечно, приглушил запахи, но Бейкер смог различить нотки резкого удивления, раздражения и неловкости, которые источал второй Альфа. А ещё был другой, более раздражающий и отвлекающий. Деймон затянулся сигаретой, и вместе с никотином вдохнул испарения дешевого виски. Гадость! Если Давид и правда так пахнет, то что, интересно, в этом привлекает Итана!? Бейкер озадачено потёр нос, не сводя глаз с лица Дамиано. Тот, при упоминании Мануэля, выпрямил спину, и издал угрожающий рык: - А вот это не твоего ума дело, комиссар! - А вот тут ты опять не прав, Давид, - подавил ответный рык Бейкер, и спокойно выдохнул дым. - Всё, что касается убийства - моё дело. - Он отхлебнул кофе и тяжело вздохнул. - Послушай. Я знаю про тебя и агента. Я читал его дело. Я видел его приступ. И то, КАК ты на него смотришь... В общем, мой совет тебе, Дамиано - не суйся в расследование. А я забуду о сегодняшнем нападении на сотрудника полиции. Идёт? - комиссар потёр правую скулу. В янтарных глазах Давида плясал огонь. Черт, как же всё не вовремя! Если бы не Его Омега (твою мать, агент не ЕГО ОМЕГА!!!), он и Ангус давно бы сместили этого выскочку с поста комиссара, и поставили бы своего человека. Самообладанию Дамиано можно было позавидовать. Он пригубил кофе. Встал, пригладил обеими руками волосы, поправил на себе одежду, затем тихо угрожающе прорычал: - Подойдешь к Торкио, хоть на метр, без основания - башку скручу. Также стремительно, как и вошёл, Давид покинул дом комиссара. *** Настоящее время. Кьяро-ди-Луна. Дом Итана Торкио. Утро. Как захлопнулась входная дверь за нашедшим злополучную рубашку, и обезумевшим от злости и ревности, Дамиано, Итан не слышал. Шум воды заглушал все звуки. У Торкио, определенно, был сильный ангел-хранитель. Ибо в том состоянии, в каком находился сейчас Давид, яростно вцепившийся в "ароматную" рубашку, неизвестно чем бы завершилось столкновение любовников. Но ангел, к счастью, сработал на отлично. И всю свою ярость Давид направил на Бейкера. А Итану, вылезшему из душа, осталось только в растерянности недоумевать, куда исчез Дамиано. Срочные дела? Что-то случилось? Такое внезапное, что тот уехал, ничего не сказав, и даже кофе не выпил? Итан полез за телефоном. Сообщений от Дамиано не было. Решив не дергать альфу, и подождать, пока он сам не выйдет на связь, Итан, хоть и расстроенный, но пока еще спокойный, неспешно занялся утренними домашними делами. - Энцо... Кис-кис-кис... Голодный? Погладив довольно мурчащего "сиамца", и насыпав ему корм, Торкио, зевая, побрел в гостиную. Валяющаяся на диване роза, и разбросанные на полу ноты, мгновенно заставили покраснеть, и воскресили в памяти вчерашнюю ночь. Розу Торкио ласково погладил, и поставил в воду (пришлось использовать для этого высокий бокал для коктейлей, ибо вазы в доме Торкио отродясь не было). Ноты аккуратно сложил. Впереди был длинный, скучный день. Из дома толком не выйти, так как феромоны зашкаливали. Итан уже чувствовал, как низ живота наполняется тягучей ноющей болью. В мозгу услужливо возникли горячие, возбуждающие картинки. Ну вот, снова начинается... А ведь прошло всего-навсего несколько часов после бурного ночного секса. Торкио вздохнул. Ох... Но все-таки, что случилось, и где сейчас Дамиано? *** Настоящее время. Кьяро-ди-Луна. Дом комиссара Бейкера Утро. После того, как комиссар, практически, вытолкал младшего детектива взашей, упертый Дарби решил так просто не сдаваться. Он демонстративно сел в машину, отъехал вне зоны видимости, оставил машину рядом с выездом, и пешком вернулся обратно. Незаметно подойдя к двери Бейкера, Дарби прислушался, но ничего не услышал. Потоптавшись на пороге с минуту, младший детектив решил ещё раз украдкой обойти дом. Через приоткрытое окно он увидел часть коридора, где развернулась «шекспировская трагедия». Рубашка по-прежнему валялась на полу, недалеко от неё - полотенце Бейкера, которым он вытер пот после тренировки. Хмммм… Дарби решил вернуться в машину и дождаться, пока уйдёт Давид. Ожидание тянулось мучительно медленно. Что там можно обсуждать после драки? Наконец, хлопнула входная дверь. Альфа с перекошенным от злости лицом прыгнул в свою пижонскую машину, и газанул с места со скоростью света. Дарби выждал ещё пару минут. Затем вышел из авто и вернулся к окну. Осмотрел комнату и часть коридора. Прислушался. Звуки воды доносились из глубины дома. Вероятно, комиссар принимал душ. Уильям потянулся, и легко перепрыгнул через подоконник. Присел. Поднял с пола рубашку, прижал к носу, глубоко вдохнул. Лавина запахов обрушилась на него с силой цунами. От избытка информации у Дарби закружилась голова. Запах комиссара забивал запах омеги в течке. Приторно сладкий, до тошноты. Мерзость! Дарби с отвращением отбросил рубашку на пол. Такой же сладкий запах жасмина был в переговорной, значит, это именно тот противный учитель музыки! Это всё из-за него! Ненависть захлестнула Дарби. Ему хотелось сейчас же броситься к дому омеги и... Поток мыслей прервал призывный запах пота его обожаемого начальника. Ульям поднял полотенце, зарылся в него носом и втянул запах. Мммм… Возбуждение накрыло волной… Но тут вода в ванной перестала шуметь. Не отдавая себе отчёта, Дарби прижал полотенце к груди и выскочил в окно. Побежал к машине, стартанул с места, как будто за ним гнались. Он и вправду, боялся, что его застукают за кражей полотенца, что явно было бредом. Проехав пару километров, Ульям свернул на более-менее безлюдную улицу, и выдохнул. Чёртов Торкио! Это всё его вина! Если бы не он… Дарби со злости ударил руками по рулю. Эти омеги всё время портили ему жизнь. Как же он сейчас ненавидел этого холеного, высокомерного, до тошноты красивого музыкантишку! Он ему устроит! Дарби достал мобильник и стал лихорадочно набирать сообщение. Но тут его отвлек входящий звонок-звонили из участка. И Дарби решил осуществить свой план немного позднее... *** Настоящее время. Дорога от аэропорта Бари до Кьяро-ди-Луна. День. Когда Мануэль встречает Родриго в аэропорту, то впервые за эти дни, у Аньелли возникает долгожданное и забытое ощущение уверенности и контроля. Ощущение, что он сумеет выкарабкаться. Сумеет всё решить, закрыть это дело. И закрыть свой собственный гештальт. Благодаря поддержке Родриго. Они садятся в авто, и пока едут до города, Аньелли вкратце знакомит друга с тем, как обстоят дела на данный момент. А обстоят они хреново, если честно. - Н-да, Ману... - Родриго качает головой, и не скрывает, что обеспокоен. И почему-то... слегка зол?! - Ты влип основательно. Зачем нужно было вообще тебе вести допрос этого... Давида самому? Отдал бы его местному комиссару, и все дела. Но нет, мазохизм у тебя в крови, да, друг? Мануэль сокрушенно молчит. А что тут скажешь? Родриго прав. Он, Мануэль, оказывается, знатный танцор на граблях. Мало ему было десять лет назад. - Ладно, - не успокаивается Родриго- А теперь ты, значит, решил усилить кайф, и пообщаться тет-а-тет с его любовником. Как его там? - Торкио. Итан Торкио, - тихо говорит Аньелли - Род, давай отойдем от хммм… моей личной темы, и сосредоточимся на преступлении. У меня есть четкое ощущение, что вся эта четверка - Давид, Торкио, Де Анджелис, Раджи- тесно связана с убийством священника. И этот «хвост» тянется от старого дела. - Океееей… Как скажешь! - Родриго допивает остатки своего полезно-бесполезного латте, и смяв стаканчик, бросает его в бумажный пакет из-под сэндвичей. - Ну что, тогда с Торкио и начнем. И ты уж извини, дружище, но вдвоем я вас не оставлю. Мне хочется посмотреть на этого парня, и составить свое, беспристрастное мнение. Также, как и обо всех остальных действующих лицах вашей мелодрамы с детективным, блин, уклоном. Ты ведь за этим меня звал? *** Настоящее время. Кьяро-ди-Луна. Дом Итана Торкио. Прошло уже полдня, а от Дамиано по-прежнему, не было никаких известий. Итан все больше и больше беспокоился. Он попытался отвлечься от нехороших мыслей и неприятных подозрений. Включил фильм Педро Альмадовара, который давно хотел посмотреть. Но сосредоточится на сюжете не получалось. Чем дольше не проявлялся Дамиано, тем больше Торкио недоумевал. Что случилось? ЧП в бизнесе? Или... всё гораздо банальнее и грустнее? После вчерашней вспышки романтики и зашкаливающей близости, Дамиано просто испугался, и решил держать дистанцию? Снова отгородиться от Итана высокой стеной? Когда время перевалило за второй час дня, Торкио наконец, не выдержал. И набрал знакомый номер. Как правило, он крайне редко звонил любовнику сам. Учитывая, что они старались не афишировать свои отношения, это было разумно. Но тут не сдержался. В трубке пошли длинные гудки вызова. И сброс. Итан снова набрал. И снова сброс звонка. Не может говорить? Ладно. Значит, подождем, пока перезвонит сам. Прошел еще час. Дамиано так и не перезвонил. Нервозность Итана дошла до высшей точки. И тут, вдобавок, нежданно-негаданно новый сюрприз. Позвонили из полиции. Голос в трубке показался смутно знакомым. Увы, впечатление было верным… - Сеньор Торкио? Говорит детектив Аньелли. Мы с вами мельком пересекались вчера. После неудавшегося допроса. Услышав фамилию агента, Итан напрягся. Сильно напрягся. Разумеется, он отлично помнил детектива Аньелли. И совсем не по нынешней встрече. А по другому его визиту. Тому, когда он и Дамиано… Итан побледнел. - Слушаю Вас, детектив. - Сеньор Торкио, так как вчера мы не смогли получить от вас показания, прошу вас приехать в участок сегодня. К 16 часам. Итан замялся. Ехать в участок было бы полным безумием. Мало того, что у него пик течки, а участок полон альф-полицейских. Так еще там и …Бейкер. - Извините, детектив. У меня сейчас… особый период, если понимаете, о чем я. Нельзя перенести допрос на несколько дней позже? Теперь пауза возникла со стороны Аньелли. - Сеньор Торкио, ждать несколько дней нецелесообразно. Учитывая ваши «обстоятельства», я и мой коллега приедем к вам сами. Вы ведь дома, никуда отлучаться не собираетесь? Куда уж тут отлучишься, обреченно подумал Итан. Упоминание "коллеги", который приедет вместе с Аньелли, заставило его занервничать. Бейкер??? Но деваться было некуда. И, скрепя сердце, Итан согласился. *** 10 лет назад Кьяро-ди-Луна. 14 мая 2012 года Утро. - Род, как смотришь на то, чтобы съездить со мной в приют? - Аньелли обернулся к другу, который только закончил утреннюю пробежку, и стоял на пороге гостиничного номера, потный и красный, стараясь отдышаться. Из наушников плеера доносилась громкая бодрая музыка. - Слышишь меня, Родриго? Комиссар сегодня занят в участке, а второй напарник очень не помешает. Хочу опросить учеников старших классов, у которых убитый преподавал физику. И тех воспитателей, с кем вчера не успел переговорить. Да и окрестности тоже нужно осмотреть. Мануэль сверился с записями в блокноте. - Если успеем закончить до 17 часов, можем потом сгонять в Бари. Там сегодня в одном из клубов выступают " Afterhours ". Развеемся? Родриго повеселел. Его, если честно, вгоняла в уныние перспектива сидеть целыми днями в скучном маленьком городишке. Дело грозило затянуться, а значит, детективам предстояло задержаться здесь надолго. - Само собой! Давай закончим побыстрее, Ману. И оторвемся. А то тут такой тухляк, что я себя чувствую стариком в доме престарелых. Сказано-сделано. Через час детективы уже стояли во внутреннем дворике приюта Святой Елены, и опрашивали первого из списка воспитателей. Родриго сосредоточился на разговоре с преподавателем итальянского. А Мануэль изучал записи в блокноте, рассеянно поглядывая по сторонам. Занятия должны были начаться через несколько минут, и ученики толпились у входа в учебный корпус. Старшие обменивались подколами и шутками, парни заигрывали с девчонками, те хихикали в ответ. В воздухе агент уловил легкий запах возбуждения. Молоденькие альфы и омеги тренировали навыки флирта. Их спокойные ровесники-беты наблюдали за этим со стороны. Всё как обычно, во всех школах мира. Подростки везде подростки. Взгляд Мануэля скользил по толпе, не задерживаясь... Как вдруг... Мануэль вздрогнул. Вдруг перехватило дыхание. Сердце как будто сжала горячая рука, так что обжигающий жар мгновенно распространился по всему телу. Непонятное, странное, пугающее и ... удивительно приятное ощущение накрыло детектива. Томный, тягучий, сладко-горький аромат орхидеи внезапно заполнил легкие, так, что невозможно было вздохнуть. Парень стоял к нему спиной. И Мануэль не видел его лица. Внимание Аньелли привлекли жесты, тембр голоса, смех. То, как старший ученик взмахнул рукой, отбрасывая назад каштановую прядь волнистых волос. И его легкая, стройная, гибкая фигура. Парень двигался с грациозностью танцора. Это было удивительно и необычно для подростка. Сколько ему лет? 16? 17? Обычно в этом возрасте мальчики угловатые, неловкие. Слишком длинные ноги и руки, нескладные тела. В этом же парне всё было гармонично и красиво. Нет. Не красиво. ПРЕКРАСНО. И как будто, что бы добить Мануэля окончательно, ученик вдруг обернулся, и посмотрел прямо на него. Глаза в глаза. Их разделяло не менее 10 метров. И толпа гогочущих, болтающих, шумных подростков. Но мальчишка смотрел сквозь них, как сквозь прозрачное стекло. Смотрел ИМЕННО НА МАНУЭЛЯ. Так, как будто на всём свете не было никого, кроме них двоих. *** Настоящее время. Кьяро-ди-Луна. Дом Итана Торкио. Агент AISI был точен, как часы. Когда Итан, с замирающим сердцем, открыл дверь, на пороге стояли Аньелли и незнакомый Итану, светловолосый бета. К счастью, Бейкера с ними не было. Пригласив детективов в гостиную, и предложив им присесть в кресла, Итан сам остался стоять, опираясь о рояль. Так он чувствовал себя немного спокойнее. Рояль все еще пах Дамиано, и именно на рояле стояла ТА САМАЯ РОЗА. Спокойствие Итану было очень нужно. Потому что сейчас он, лицом к лицу, столкнулся наконец с тем, кто много лет незримо был третьим в их с Дамиано, отношениях. И теперь, украдкой разглядывая Аньелли, и вдыхая его запах, Итан пытался понять - что это за человек, и чем его появление может им грозить. Втянув носом воздух, Торкио с трудом уловил слабый отголосок можжевельника. И всё. Информации это не давало никакой. Зато достаточно информации давало поведение агента. Итан, как многие эмоциональные, творческие люди, был очень эмпатичным, и легко считывал чувства и настроения окружающих. Агент Аньелли явно чувствовал себя неловко, скованно, и еще… Торкио ему определенно, не нравился. Как хорошо воспитанный человек, Аньелли никак не высказывал это словами, но жесты и мимика, а также тон голоса, явно сигнализировали о неприязни. Для Итана тревожным фактором стало и то, что агент выглядел гораздо моложе и привлекательнее, чем учитель себе представлял. Конечно, видно было, что Аньелли уже перевалило за сорок, но подтянутая стройная фигура, блестящие темные волосы, красивые черты лица, и внимательный, живой взгляд карих глаз, делали агента очень даже … ничего. И вообще, он явно относился к тому типажу, что всегда нравился Дамиано. К которому, собственно, принадлежал и сам Торкио. Со своей стороны, Аньелли тоже был не в восторге от созерцания учителя музыки. Парень был очень красив. И мил. И обаятелен. И неглуп. Детектив помнил Торкио совсем еще мелким подростком, когда случилось убийство директора. А теперь худенький, страшненький, неловкий парнишка превратился в высокого очаровательного красавчика. И главное. То, против чего Мануэль заведомо и безнадежно проигрывал. Парню было не больше 25 лет. Мысленно отгоняя от себя сладковатый аромат цветов, который так и лез ему в нос со стороны учителя, агент достал свой заветный блокнот, и приступил, наконец, к допросу. - Сеньор Торкио, я и мой коллега, детектив Д‘Эразмо, хотим уточнить у вас несколько моментов. Во-первых, опишите, пожалуйста, все свои действия 11 июня, ночью, и следующим утром. Желательно, с указанием свидетелей, которые смогут подтвердить ваши слова. Итан незаметно выдохнул. Он опасался совсем других вопросов. А эти его ни капли не испугали. - Конечно, агент. 11 июня… Это была среда, как я помню? Утром я вел дополнительные занятия с учениками. Готовил их к предстоящему экзамену. Имена учеников я вам напишу, и дам все контакты. Днем я ездил с коллегой на выставку в соседний город. Графика и рисунок. Коллегу зовут Лаура Фалькони. Вернулся домой ближе к вечеру… Точно не помню, но не позже 18 часов. Помню, потому что в 18 начиналась трансляция матча Рома-Милан. Смотрел с … другом, Дамиано Давидом. Итан не смог удержаться. Выделил интонацией слова «с другом». И посмотрел на реакцию агента. Тот не разочаровал. Напрягся, и запах можжевельника стал яснее и резче. - После окончания матча мы... поужинали, - снова многозначительная пауза, и взгляд из-под длинных черных ресниц, на агента.- Во втором часу ночи сеньор Давид уехал. После этого я лег спать. Всё. Мануэля аж перекосило от этого «поужинали» и «во втором часу». Представляю, что у вас за ужин был. Горячий, да? И как, наелись? Он чуть не сказал это вслух, чудом сдержался. Покашливание Родриго, и незаметный пинок его ботинка по ботинку Аньелли, слегка остудили агента. Только он собрался, запретил себе думать про эту парочку, как всё стало еще хуже. Торкио пошевелился, медленно откинул за спину черную блестящую гриву волос, открывая смуглую гибкую шею, и агент увидел на ней свежий, четкий след от укуса. Омега повернулся к стоящей на рояле, белой розе, слегка коснулся нежных лепестков. А потом аккуратно поправил развалившуюся стопку нот. И Аньелли накрыл жгучий аромат недавнего жаркого секса, гормонов возбужденного альфы, гормонов текущего омеги. На Мануэля больно было смотреть. Родриго, и так заранее испытывающий негативные чувства к тому, кого считал одной из причин всех бед, сжал кулаки. Торкио обрел еще одного врага. Разозлившийся Д‘Эразмо не стал церемониться. Друга надо было спасать. Толку от Аньелли все равно уже ноль. Все мысли Ману явно не о допросе. Поэтому Родриго перехватил эстафету у выбывшего из игры Аньелли. Быстро прогнав свидетеля по всем намеченным пунктам, Родриго перешел к главной части. - Сеньор Торкио, давайте от нынешних событий вернемся к давним. Расскажите, что вам известно об убийстве директора приюта, в котором вы учились с 2010 по 2015 год. Увидев, как вдруг напрягся учитель, как сжались его губы и потемнели глаза, Родриго понял, что взял правильный след. Как он и подозревал, этот псевдо-милашка был совсем не так невинен, как хотел казаться. Вон, задергался, как ужаленный. - Это имеет отношение к трагедии с падре Винченцо? – голос учителя звучал крайне встревоженно. - Сеньор Торкио, я не имею права разглашать информацию, касающуюся следствия. Прошу вас ответить на мой вопрос. Что вам известно об убийстве директора приюта? - Мне мало что известно. Мне было тогда 14 лет, – Торкио побледнел. - Помню, все были напуганы. Боялись, что рядом с приютом бродит маньяк. Потом… Потом полиция обвинила в убийстве моего друга. Давида Дамиано. А потом сняла с него все обвинения. В итоге, убийцу так и не нашли. Всё. - Ваши личные соображения, сеньор Торкио? Может быть, вы видели тогда что-то подозрительное? Необычное? Ничего не происходило накануне? - Нет. – Руки сжались в кулаки, ногти впились в ладони. Итан мысленно выдохнул, и приказал себе сосредоточиться. Слишком многое было сейчас на кону. Если детективы начали снова копать… - Насколько мне известно, ничего необычного не происходило. Именно поэтому для всех и стало таким шоком это ужасное преступление. - Понятно. Что ж, сеньор Торкио... Спасибо за сотрудничество. - Агент Д‘Эразмо поднялся, за ним встал и Аньелли. – Если что-то всё же вспомните, свяжитесь с нами, пожалуйста. - Да, и вы еще обещали дать нам имена всех учеников, что брали у вас уроки 11 июня. Напишите, пожалуйста, мы с ними свяжемся, - вдруг подключился Мануэль. Родриго с удивлением взглянул на напарника. Пришел в себя? Отлично. Но Мануэль сейчас действовал отнюдь не в интересах следствия. У него были гораздо более эгоистические причины. Он протянул Торкио свой блокнот и ручку. Тот самый серебряный «Паркер». Итан прикоснулся к ручке, и пальцы дрогнули, учитель побледнел. Ручка пахла… Дамиано. И это был не просто его обычный, стандартный запах. Нет. Это был яркий, насыщенный, откровенный аромат желания, власти, обладания, мучительной давней тоски, и … любви… Стало так больно. Так горько. И одновременно-так ясно и так прозрачно. Картинка сложилась. И Итан понял, с кем был Дамиано вчерашним вечером. Перед тем, как примчаться к нему. Торкио оттолкнул от себя ручку. Огромным усилием воли скрыл свою боль, и спокойно проговорил: – Я не вспомню все имена вот так, навскидку. Если разрешите, позвоню в школу, сверюсь с записями в журналах. И отправлю вам список на электронную почту. Скиньте адрес, пожалуйста. Дверь за агентами закрылась. В доме стало так тихо. Так пусто. Так бесконечно одиноко. Это было мгновенно и спонтанно. Итан схватил бокал с розой, и со всей силы запустил его в стену. Бокал разлетелся на мелкие осколки. Смятая, осыпавшаяся от удара, роза упала на пол. Мокрое пятно воды безобразно растекалось по светлой стене. Итан закрыл глаза. И в эту секунду раздался сигнал входящего смс. Торкио вытащил из кармана айфон, посмотрел на экран. Безразличие пропало мгновенно. Сообщение с неизвестного номера гласило: «Я всё знаю. Ты ответишь за то, что ты сделал, гаденыш. Очень скоро ответишь. По заслугам».