Демон Иллюзий

      Видимо, отчет для главы прошел без проблем, раз Джеффри не позвонил Нацуки и не предупредил о смене планов. К назначенному часу она приоделась и поспешила на место встречи. Нашлась новая проблема: регламент требовал, чтобы оружие охотника всегда было при нем, где бы он не находился, а ножен к тати не прилагалось, и рассекать по городу с оружием, пусть и лицензионным, не хотелось — для чего привлекать к себе лишнее внимание, вдруг знакомые встретятся? Поэтому она не нашла ничего лучше, как засунуть клинок в большой крафт-пакет, но не настолько большой, чтобы не торчала рукоять; смотрелось нелепо — если заострять внимание.       Пока она шла — до заведения от ее квартиры было относительно недалеко, — то размышляла по поводу того, что же изменилось в ней. Она не почувствовала фантастический прилив сил, да и очков к интеллекту, вроде, не прибавилось. В целом, всё осталось так, как было, кроме переполняющей гордости за пройденное испытание и головокружительного чувства победы над смертью. Как же хотелось похвастаться родителям! Нацуки вместе с тем заведомо знала, как они отреагируют, потому решила попридержать коней до лучшей возможности. Пожалуй, стоит немного освоиться, и уже потом сообщать такие шокирующие вести.       А вообще, она вовсе не знала деталей новой работы. Каким образом взаимодействуют между собой охотники и демоны в оружии? Да и взаимодействуют ли? Как понять, что силы увеличились? Сколько существуют людей с оружием класса четыре? Нацуки на мгновение почувствовала себя глупо, даже не поинтересовавшись всем этим во время собеседования. Также ее беспокоили мысли о том, что о ней будут думать, когда она начнет уточнять все интересующие ее вопросы. Наверняка найдутся такие завистники, как Зак, которые будут смотреть на Нацуки сверху вниз, не уделяя ей иного внимания, кроме высокомерных высказываний и грубых смешков.       Пока девушка погрязла в различного рода думах, она уже дошла до гриль-бара. Бросила взгляд на наручные часы, которые показывали восемь минут. Опоздала.       Хостес провела ее в отдельный зал, в котором уже собрались пятнадцать человек — все мужчины. Они шумно галдели, выпивали и ели сочное мясо прямо со встроенных грилей. Нацуки скромно перешла порог, поздоровалась со всеми, и присела на свободное место под прицелом тридцати глаз. Среди них главы она не разглядела. — Что ж, почти весь сорок третий отряд в сборе! — воскликнул Джеффри, поднимая стакан с пивом. — Выпьем за нового охотника, подчинившего себе Демона Иллюзий!       Нацуки не успела даже сконфузиться от заинтересованных взглядов, как ей уже радушно вручили светлого пива, с громогласными возгласами вознося над большим столом остальные напитки. Нацуки с уважением приняла кружку, отхлебнула за тост, поморщила нос от алкоголя — такой она не пила — и отодвинула стакан подальше. Девушке быстро стало душно, несмотря на открытые форточки в помещении. Нацуки рвано вздохнула, некомфортно ощущая себя в незнакомой мужской компании, то и дело ловя на себе любопытные беглые взгляды. Никто больше ни слова ей не сказал, все продолжали вести беседы и есть.       Несмотря на показную тщеславность, у Нацуки-то, по большому счету, никогда не было настоящих друзей. В колледже она общалась с парой-тройкой ребят, но они быстро ей надоедали, потому как все их разговоры были о трате денег то тут, то там, об обсуждении сплетен о более богатых людях и поливании грязью более бедных. Попытки завести общение с теми людьми, чей социальный статус был несколько ниже, тоже ни к чему не привели, потому как отличались такие дети целеустремленностью и ответственностью, что в те года по мнению девушки было скорее минусом, чем плюсом. Даже перевоспитавшись, Нацуки не смогла вернуть какую-никакую дружбу, так и оставшись со всеми просто «хорошими знакомыми», что перестали поддерживать с ней связь, едва закончилась выпускная церемония. В университете повторилась та же история, разве что, Нацуки уже кичилась несметными богатствами родителей и стала более заинтересованной в учебе, однако близких друзей завести не удалось. Терзающего одиночества она никогда не испытывала, тем не менее, часто ловила себя на мысли, что хотелось бы до конца жизни познать истинную дружбу, да хотя бы уметь адекватно заводить новые знакомства и не прятаться под показушностью и чрезмерной неуместной гордыней. — Почему ничего не ешь? — вернул ее в реальность голос рядом. — Бери, пока горячее, не стесняйся.       Нацуки встретилась с зелеными глазами. Молодой мужчина с уложенными на затылок волосами потянулся щипцами в общую тарелку с ароматными горячими кусочками мяса, любезно накладывая девушке от души с горкой. — Ох, спасибо, — ответила она, параллельно думая, что он красив, но все же противоположен ее идеальному представлению о мужчине. — Я Лейм. Сокращенно от Пантелеймон, — он протянул руку в приветствии. — Родители любили необычные редкие имена, поэтому полное имя такое себе, не удивляйся. — Милое имя. Я Нацуки. — Твоя мама японка, угадал? — Угадал. — Это было не сложно. Приятно познакомиться.       Нацуки кивнула и неслышно выдохнула. Она чуть расслабилась после короткого знакомства с Леймом, который взял на себя ответственность поухаживать в этот спонтанный вечер за единственной представительницей сильного пола в их отряде. Через некоторое время она волей-неволей представилась каждому присутствующему, но не запомнила ни одно имя. Кто-то одобрял ее успех, кто-то деликатно молчал. Она успела наесться сочным мясом и слегка захмелеть от вина, которое она употребила вместо ранее предложенного пива. Теперь обстановка не казалась такой удручающей. Местами становилось даже весело, например, когда один из охотников перевернул тарелку с зеленью в попытках доказать другому свою правоту. — А что спорить? Может, спросим у нее, и всё? — вбросил третий, кивая в сторону Нацуки. — Меня? — девушка показала на себя пальцем. — Ты же у нас звезда вечера, — усмехнулся мужчина с пунцовыми щеками. — Как этот клинок оказался у тебя? — Так же, как и ваши оказались у вас. Прошла собеседование, — пожала плечами она, вызывая одобрительный смех отряда, присоединившегося к разговору. — Очень остроумно, — саркастично подметил он, заливая в себя рюмку коньяка. — Не стоит тебе расслабляться и кичиться, если владеешь такой силой. Глупому охотнику ничего не поможет. Выше лба не живут ресницы! — Ты хотел сказать «глаза»? — А?! — «Выше лба не живут глаза», о каких, мать твою, ресницах ты трепешься?!       Новая пища для перепалок о неправильности поговорки затмила предыдущий разговор, и все многоголосо гоготали над пьяными ругающимися мужчинами, Нацуки с Леймом в том числе. — Не обращай на него внимания, — полушепотом отметил Лейм. — Он ко всем придирчив, когда напьется. На самом деле, он вполне сносный. — Верю-верю, — отмахнулась она. — Кстати, всё спросить хотел, — Лейм кивнул в сторону покоящегося пакета, — тебе удобно так с ним передвигаться? — Ну, ничего получше не нашла — ножен нет. — Не хочешь выйти наружу? Я покажу тебе кое-что, захвати клинок.       Лейм поднялся из-за стола, Нацуки направилась за ним вместе с надоевшим пакетом. Бар не был оборудован комнатой для курения, потому оба прошли в переулок за зданием, где Лейм с одобрения Нацуки зажег сигарету. Он жадно затянулся, выпустил облако дыма и проговорил чуть охрипшим голосом: — Если не хочешь, чтобы каждый прохожий знал твой род деятельности, ты можешь сделать так.       Не отвлекаясь от сигареты, он отшатнулся и вытянул руку, за ладонью которой поспешило взявшееся из ниоткуда голубое свечение, сопровождающееся морозной свежестью в воздухе. Тут же явил себя обоюдоострый меч с лезвием космического голубоватого оттенка. Парень пару раз прокрутил его, и он так же испарился, оставляя за собой лишь кроткие всполохи. — Вот это да! — глаза Нацуки заблестели от изумления. — Это очень эффектно и круто, как ты это сделал? — Так как ты обладаешь четвертым классом, ты способна материализовать его в любой момент, — улыбнулся мужчина, затягиваясь. — Остальное оружие так не может.       Нацуки покивала, впитывая в себя новые знания, с которыми так любезно делился новый коллега. Лейм же чувствовал себя невероятно мудрым охотником, просвещая только что вылупившегося цыпленка. Девушка вынула тати из пакета и придержала за лезвие. Лейм задумчиво сказал: — Восточная работа, и длиннее, чем катана. Вероятно, тати, я прав? — Угу, — пробубнила девушка, вспоминая насмешки Демона Иллюзий над ее незнанием. — Тогда для такого клинка ножны не нужны. Для него требуется перевязь. Но давай лучше попробуй его преобразовать.       Нацуки попыталась сделать так, как показал Лейм: она слегка подкинула тати, и он исчез за янтарной вспышкой. Обрадованно хмыкнув, она постаралась так же пафосно материализовать его, но, когда клинок появился, Нацуки неудачно схватилась за рукоять и тот с позорным лязгом упал на асфальт. Лейм не выдержал и дружелюбно засмеялся, наблюдая за искренним недовольством девушки. Та с напыщенностью посмотрела на него и всё же добродушно улыбнулась, убирая меч в неизвестное пространство. Пока у него не кончилась сигарета, и они не вернулись в общую компанию, Нацуки задала вопрос: — Получается, ты тоже в паре с демоном? — В паре, — ухмыльнулся он, — громко сказано. Этот демон крайне упрямый. Мне просто посчастливилось не умереть в первую встречу, с которой я толком ничего и не помню. Мы с тобой похожи, — подытожил Лейм, туша сигарету, — оба самоубийцы, надурившие смерть. Ты и я — редкость в наши дни. — Ты почему-то не первый, кто говорит мне это… — Нацуки опять вспомнила диалог с демоном. — То есть, существует мало охотников с четвертым классом? — Скорее, существует мало оружия. Чтобы запечатать разумного демона, люди идут на колоссальные жертвы. Есть специальная процедура заточения, а суть ее известна только Совету организации, увы, здесь я тебя не просвещу. Вернемся?       Нацуки энергично кивнула. Ее давно пробрала вечерняя прохлада, но признаваться и портить первую беседу она не хотела. Про себя она подумала о том, что поедет домой на такси.