Демон Иллюзий

      После собеседования и бурной гулянки с отрядом, на следующий день Нацуки должна была явиться к главе для составления графика на месяц. Приехала в штаб она заранее, потому что на «швейном» этаже ее ожидали снимать мерки для дальнейшего пошива униформы. Пока швея вертелась вокруг нее с портновским метром, она задавала вопросы: — Вы предпочитаете брюки или юбки? Рубашки с длинным рукавом или коротким? Жакет или жилет? Мы можем подобрать для вас индивидуальную форму, но…       «Женщина явно любит свою работу», подумалось Нацуки, которая не поспевала за мыслями увлеченного портного, а вслух сказала: — А что, бывают неиндивидуальные формы? — боясь лишний раз шелохнуться, она одними глазами покосилась на женщину, маячившую за периферией. — А то как же, в них много кто рассекает, не замечали? — хитро улыбнулась она. — В стандартную униформу входит белая классическая рубашка, черные или темно-синие брюки прямого кроя, пиджак для мужчин и жакет для женщин. За дополнительную плату заказываем у обувных мастеров туфли, а сами же подбираем образ по вашему желанию: хоть костюм пирата. Любой каприз за ваши деньги! — Туфли? И чего это за отдельную плату? — Представьте себе: использовать заранее заготовленные ткани с кровью и волосяным покровом демонов, полностью готовые к пошиву, или же внедрять это в неподатливую кожу? Да еще и применять технологии стойких подошв, чтобы хотя бы год такая обувь отслужила.       Тем временем швея уже сворачивала метр, что-то подмечая на клипборде. Воспользовавшись шоковым осознанием Нацуки касаемо «тайного ингредиента» униформы, она сменила тему: — Ну так что насчет пожеланий? — Классику жанра, пожалуйста. — Прекрасно! Вы в любой день можете обратиться к нам, чтобы починить — абсолютно бесплатно, если повреждения незначительны — или заказать что-то новенькое. Форма будет готова примерно через две недели. Остались вопросы?       Все-таки Нацуки настояла на объяснении ранее сказанного швеей. Она округлила и без того лупатые глаза, простодушно похихикала и пояснила: в обычные ткани вплетаются волосы, шерсть и прочие производные кожи демонов, и дополнительно пропитываются их кровью, которая имеет свойство кристаллизоваться вне организма хозяина — мисс же замечала кристалл на шее представителей Церкви Охотников? И когда одежда каменеет после пропитки, она проходит под специальным прессором, который разрушает самые крупные кристаллы крови, и после этого одежда становится неотличима от самой обычной. — …за исключением маленькой особенности: униформа сдержит некоторый урон. Пули, конечно, рикошетить не будут, да и от прямой атаки мало поможет, все же это вам не кино или книжки, но это лучше, чем ничего. Боже, храни ученых!       Женщина на одном дыхании закончила краткий экскурс в швейное дело и переспросила, интересует ли Нацуки что-то еще. Последняя едва смогла переварить эту часть информации, так что она решила попридержать коней до следующего посещения.       Оставалась еще четверть часа до встречи с начальством. Нацуки провела это время в кафетерии, попивая чай и разглядывая предварительный график. Накануне вечером, несмотря на явное переедание и заметное опьянение, она ответственно подошла к новой работе: сверилась с расписанием университета и распределила смены так, чтобы работа не мешала успевать абы как доучиться и получить диплом. Теперь ее неделя предварительно выглядела следующим образом: будние дни до четырех часов Нацуки посвящала учебе и, начиная с шести вечера, приходила на пятичасовую смену. В пятницу она вступала в обязательное еженедельное ночное патрулирование, а всю последующую субботу после двухчасового перерыва с восьми до десяти утра отрабатывала восьмичасовой рабочий день. Итого выходило сорок три часа в неделю, что в переводе на количество денег равнялось шестьюдесятью четырем с половиной тысячам. Нацуки перед сном позволила себе нетрезвый полет фантазий: она лежала в собственном пентхаусе где-то в другой стране и решала, на какое из морей ей слетать на уикенд. Однако пока пришлось оставить грезы и нервно потирать руки в ожидании вердикта начальника, к которому она умудрилась опоздать на две минуты и получить замечание. Глава взглянул на заполненный график и нахмурился: — Дела. Не многовато часов для юной студентки?       Мужчина поворачивал корпус черной ручки, глядя на черновой вариант. Нацуки, у которой глаз, как у сороки, наметан на всё блестящее, сразу оценила ее дороговизну: клип и низ корпуса ее представлены белым золотом. — Ты берешь часов больше, чем холостяки-мужчины с одним единственным местом работы в нашей организации, — мягко улыбнулся он, прикрывая предмет отвлечения широкой ладонью. — Мне очень, очень нужны деньги, — акцентировала Нацуки. — Не беспокойтесь, я потяну. — Джеффри же не забыл упомянуть, что наша работа это не только прогуливаться по мирным улицам и получать за это плату? Это ежедневные отчеты, бумажные дела, обучение работы с нашей информационной системой и прочее. Не считая патрулей, мы чем-то походим на офисные планктоны, что порой выматывает. Это я еще не беру в расчет незапланированные выходы на смену в любое время суток, когда возникают чрезвычайные ситуации. С таким графиком ты с ума сойдешь, девочка, я не одобрю это. Лучше сделаем так: уберем вторник и четверг, а субботу сократим вдвое.       Нацуки заколебалась, пока подсчитывала в уме убытки еще пока несуществующей зарплаты, и все же решила послушать более опытного человека. В самом деле: она даже не знает, что ее ожидает на новой работе. Отдыхать тоже нужно. И заканчивать университет, само собой. — Как только вольешься, можешь работать хоть двадцать четыре на семь. К слову, рекомендую посещать наш тренировочный зал, чтобы повысить шансы на выживание. Хорошая физическая нагрузка никогда не помешает, верно? — он опять улыбнулся, и от улыбки этой повеяло чем-то отеческим. — Да, полностью с вами согласна. — кивнула Нацуки, растаявшая от располагающего отношения начальника.       После глава выдал ей браслет и кратко пояснил, как пользоваться основными функциями: открытие и закрытие смены, экстренный вызов, связь с отрядом и отделами штаба, написание отчетов, и даже функцию управления взглядом продемонстрировал. Он подчеркнул, что ношение браслета вне дома является ее главным обязательством, наравне с оружием под рукой, и лучше вообще не снимать его. Воды и механических повреждений эта технология не боится, к тому же сидит, как вторая кожа. На всё Нацуки утвердительно кивала головой.       Еще мужчина решил, что быстрая экскурсия — затянувшаяся аж на два часа — не помешает. Нацуки воочию увидела, как работает аналитический штаб, поглядела на десятки операторов-связистов за ровными рядами столов с перегородками, познакомилась с дежурным тренером в отдельном корпусе для тренировок, и даже угостилась кофе, любезно купленным главой в одном из просторных и лаконично обставленных кафетериев. Параллельно наконец узнала имя главы, что ему за пятьдесят, однако он «молод и свеж», жена от него ушла с тремя детьми, и он каждый месяц — без законных обязательств — высылает им приличные деньги, что он любит крепкий ристретто, которого — увы и ах! — не подают в кафетериях на территории, и из-за этого напитка у него частенько перебои с сердцем, и так далее и так далее. Удивительно, но Нацуки даже проявляла неподдельный интерес. Глава чем-то напоминал ей отца, хотя внешне они были совершенно не похожи: глава чуть выше среднего роста, с голубыми, глубоко посаженными глазами, но темными густыми волосами, пусть и заметно местами поседевшими, с заостренными чертами лица и остро торчащим кадыком. Папа Нацуки же был чересчур высок, тоже темноволосый, но уже начинающий лысеть, кареглазый и круглолицый. И характеры слишком отличались. И все-таки что-то в главе было нечто такое, отчего Нацуки в ответ хотелось делиться всеми своими мыслями. Быть может, она просто соскучилась по семье. — Дела. Заболтались. Что ж, мне пора обратно, а тебя долг службы зовет. — Спасибо за экскурсию, сэр! Как-нибудь я достану вам ристретто! — Хитрая девчонка! — шутливо крикнул он и помахал рукой.       Нацуки вышла на улицу — погода сегодня радовала для поздней осени, листья на верхушках городских деревьев только-только пожелтели, а голубое небо оставалось весь день без единого намека на облачко. Погода редко когда влияла на настроение девушки, но сегодня был один из таких дней. Нацуки была на сто процентов уверена, что первый патруль обрадует чем-то приятным. Она немного посидела на лавочке, в ожидании начала смены, разглядывая снующих туда-сюда сотрудников с оружием наперевес. Скоро ей наскучило смотреть на расписные оружия и потягивать электронную сигарету втихушку, и она уже хотела отправиться искать опаздывающих коллег, как вдруг к ней подошли двое мужчин. Лицо одного она запомнила точно, пусть прошлым вечером оно было не настолько помятое — это был тот самый, которых перепутал слова в поговорке и перевернул тарелку с зеленью. На квадратном лице красовалась кривая ухмылка, а на плече — огромная секира. Из-за нее-то Нацуки не сразу увидела второго мужчину с мечом, пока силилась вспомнить имя любителя докапываться. — Доброго вечера, охотница, — фыркнул он. Его напарник, оказавшийся менее болтливым, закатил глаза на его тон и кивнул головой в знак приветствия. — Как там тебя?.. — Нацуки, — закончила она, вставая. — А ваше имя? — Бретт! Надо бы уметь запоминать имена старших! — Как скажете… а вы?.. — Алекс. Она бы не запомнила столько пьяных рож за один вечер, — обращаясь к напарнику, не без укола ответил он. — Как настрой, Нацуки? — Боевой. Я готова к защите мирных улиц! Сделаю все, что скажете.       Бретт заливисто посмеялся и пихнул ее в плечо. Получилось несколько грубовато и больновато, но Нацуки только незаметно вздохнула и поплелась за коллегами на первую смену — разочарованная и уже морально уставшая.