Шоколад, пожалуйста. И покрепче

      Вернувшись на свое рабочее место, не успев проститься с Ким Тэхеном, которого Намджун куда-то забрал, Джин почувствовал, что преисполнился энтузиазмом. Он очень решительно сел за стол, размял руки, которые вытянул, распрямив локти, размял шею, и включил монитор. Он сможет всё исправить самостоятельно. Вообще, было ощущение, что он хлебнул чего-то горячительного, которое в срочном порядке потащило его на подвиги. Но такие подвиги он мог себе позволить, и, загрузив нужный электронный документ, ближе придвинувшись к столу, он сосредоточенно закусил карандаш, который в любой момент готовился опустить на чистый лист блокнота, свободной рукой взявшись за мышку.       Он очень скрупулезно сверял цифры по строкам и столбцам, несколько раз сжав пальцами переносицу, как будто на нем были очки. Но на нем были только его обязанности, которые начали проигрывать сдающему позиции воодушевлению. Он смотрел, но не видел и уж тем более не понимал.       — Господин Ким.       Джин вздрогнул, неловко выронив карандаш, за которым тут же наклонился, затем, поднимаясь, ударившись о столешницу, которая содрогнулась. Блять. Так можно было лишиться остатков мозгов, и Джин, который вдруг начал испытывать смущение, не спешил выбираться из-под стола. Потому что пахло какао. Порошком. Немного пыльный запах, лишенный какой-либо сладости, но отчетливо и концентрированно отдающий горьким шоколадом. Значит, это был другой господин Ким.       — Ты не ушибся? Всё в порядке?       На его плечи вдруг мягко и нерешительно опустились руки, и дернувшись, чтобы подняться, Джин ударился головой еще раз, жалобно заскулив, а потом всё же сумев собрать в кулак волю и… Не только не заплакать, но и по-нормальному выпрямиться. И Тэхен увидел, как Джин краснел и дул губы, затем неуверенно потерев ушибленное темечко. И внутри сразу стало так тепло, что захотелось его пожалеть. Приласкать. Несмотря на то, что теперь он слышал лишь запах зеленой, отдающей лишь формальной сладостью клубники, и всё из-за того, что его обладатель был расстроен.       — Я в порядке. — Джин нахмурился, затем выдохнув, чтобы собраться с силами и не зарыдать, вцепившись в Ким Тэхена двумя руками, сетуя на то, что он, Ким Сокджин, идиот, который никогда не научится вести себя как нормальный человек в присутствии альф. К черту, в присутствии кого бы то ни было! — Просто не ожидал вашего появления.       — Я уже перешел на ты. — Тэхен аккуратно присел на край стола Джина, который до сих пор не отошел от происшествия, игнорируя то, как какао-порошок вдруг магическим образом превратился в крепкое, явно пожалевшее себе молока, но присыпанное сверху шоколадной крошкой какао.       — А я еле-еле держусь, чтобы не перейти на мат. — На самом деле, голова болела достаточно, чтобы Джин вновь не запустил в волосы пальцы, пытаясь найти шишку или кровь. А потом он, смирившись с тем, что уже выглядел идиотом, посмотрел на Ким Тэхена прямым взглядом, немного красным от тоски по тому впечатлению, что он произвел. И Ким Тэхен, выпрямившись, сцепил перед собой руки, профессионально быстро успев к чему-то подготовиться. — А можете вы посмотреть? Просто найти шишку или что-то другое. Пожалуйста.       Джин вновь надул губы, теперь думая о том, что раз уж господин Ким был виноват, пусть проявляет заботу, пока господин Ким явно успел растеряться от такого смелого предложения, которое отвергнуть не смог. И Джин прикрыл глаза, ощутив на своей голове деликатные прикосновения пальцев, которые аккуратно и очень бережно разгребали его волосы. Это была его слабость. В сочетании с упоительным запахом, который при столь близком взаимодействии стал чуть глубже и почти ощущался реальным сливочно-шоколадным вкусом на языке, это были слишком приятные ощущения. И Тэхен понял это по тому, как раскрылся запах Джина, вновь вернув клубнике сахарную спелость и сочность. В этот момент он полюбил клубнику еще больше.       — Всё в порядке. — Тэхен убрал свои руки, задумчиво разглядывая пальцы, которые только что касались… чего-то слишком приятного. Это было странно, но даже поиск следов ушиба в волосах, которые у Джина были пушистыми, бессовестно ласкающими пальцы своей мягкостью, вызывали в нем необъяснимый отклик. — И теперь мы оба можем перейти на ты.       — Спасибо большое. Ты… — Джин чуть напряженнее взялся за подлокотники своего рабочего кресла, откинувшись на гибкую спинку, которая тут же под ним спружинила. И он повторил это движение. С детства любил так развлекаться, когда мама брала его на работу. — Что-то хотел? Кроме того, чтобы я лишился остатка мозгов. Потому что у меня вот тут… — Джин указал на экран компьютера. — Много интеллектуальной работы.       — Можно посмотреть? — Тэхен вытянул шею, чтобы заглянуть в монитор, пока Джин нахмурился.       — А вдруг там коммерческая тайна? — Но ему не терпелось спихнуть свои обязанности на крепкие и сильные плечи альфы.       — Я унесу ее с собой в могилу. — Тэхен, приложив к сердцу руку, поднялся, заняв место за спиной Джина, упираясь одной рукой в стол. — Ошибся при вводе данных?       — Да, мне вернули документ. Наверное. — Джин запнулся, затем закатив глаза. — Не знаю. И планировал узнать.       — Смотри. — Тэхен положил свою руку на руку Джина, которая лежала на мышке, и Джин тут же ее одернул, как от огня. Непонятно почему. Настолько непонятно, что он ее тут же вернул, неловко подобравшись под пальцы Тэхена, который пытался не улыбаться. А вдруг он решит, что Джину неприятно? Не дело. — Есть такая функция… Вот здесь. Которая проверяет все введенные данные по тем формулам, которые ты закладывал в шаблон. Или которые были заложены в шаблон изначально. — Тэхен говорил тихо, спокойно, как будто читал лекцию, и Джин невольно сосредоточился, ближе придвинувшись к столу. — Вот так. И в течение минуты программа сама найдет несоответствие в введенных данных и выведенных.       — Вау… — Джин на самом деле был восхищен, пока Тэхен не торопился выпрямляться, наслаждаясь запахом и восторгом омеги, который не вызывал никаких негативных эмоций — только умиление. И желание помочь ему в чем-то еще. — Ты не только сильный альфа, но и умный.       — Откуда ты знаешь, что я сильный альфа? Неужели у меня настолько отвратительный запах? — Тэхен выпрямился, скрестив на груди руки, пока Джин не спешил поворачиваться к нему, чтобы придумать, что сказать.       — Мама сказала. А запах… — Джин выбрал честность, затем задумчиво зажевав губу. — Честно сказать, это мой первый настолько приятный запах. Я только недавно… повзрослел.       Тэхен очень точно уловил в голосе то, что Джина смущал этот факт, а затем и увидел по его тоскливо осунувшемуся лицу.       — И ты думаешь, что с тобой что-то не так? — Тэхен очень удивленно округлил глаза. — Я тебе завидую, например. Потому что ты всё это время избегал… Ну… откровенной вони, от которой никто не может быть застрахован.       — Вони? — Джин в сомнении прищурился. — А я…       Тэхен отрицательно покачал головой.       — А ты пахнешь очень приятно. Настолько приятно, что я теперь добрый альфа, а не сильный. — Тэхен мягко улыбнулся, пока Джин, возможно, потому что в присутствии шоколадного запаха альфы чувствовал себя в полной безопасности, очаровательно возмутился.       — Вообще, звучит так, как будто это одолжение для меня. То, что я омега, еще не говорит о том, что я такой уж неженка. Да, я неженка, но у меня есть характер. А мама говорит, что человека теперь в большей степени определяет его характер, а не запах и естественный статус. Вот. — Джин закончил свой вдохновенный, но взволнованный спич, а Тэхен только покачал головой.       А затем, скорее всего, почувствовал пришедшее на телефон уведомление, потому что сразу потянулся в карман брюк, пока Джин невольно проследил за его руками.       — А мне нужно ехать.       — Понимаю. — Джин неуверенно кивнул, вновь обратив внимание на монитор компьютера, который уже выкатил для него отчет, заставивший Джина удивленно округлить глаза. — Ого! Теперь я быстро справлюсь!       — Джин. — Тэхен задумался, а Джин, который до сих пор не мог поверить, что всё так просто, поднял на него рассеянный взгляд. — Как ты относишься к тому, что мы, например, поужинаем?       — Поужинаем? — Джин задумался, вспомнив слова матери о том, что ему не помешают друзья-альфы. Особенно такие ароматные, добрые и со всех сторон приятные. А потом сразу вспомнил рассказ Чию о том, каким Ким Тэхен был тираном, и мысль о том, что если он так мучил альф, что мог сделать с омегой, всё же засела на его подкорке. — А зачем? Если ты хочешь обсудить дела, то я вряд ли смогу тебе помочь. А если…       — Я хочу вкусно поесть и поболтать с тобой. — Тэхен не улыбался, вдруг напустив на себя деловой вид, в то время как его запах стал как будто…. Дальше. Всё такой же вкусный, но постепенно удаляющийся. Наверное, у него было важное дело, которое теперь его отвлекало. — И хочу продолжить наше знакомство, потому что мне приятно и интересно твое общество. Как омеги.       Джин тут же расценил, что теперь он вполне честно мог думать о Тэхене как о полезном для его недостаточно насыщенного жизненного опыта альфе, и это его достаточно успокоило. Хотя… Опять в голову закрались слова о том, что Ким Тэхен втайне предпочитал омег-мужчин, но Джин постарался все их вытрясти, при этом всё же поимев ввиду то, что в людном месте он ничего не сможет с ним сделать.       — Я согласен. — Джин теперь не сомневался, и Тэхен неожиданно мягко улыбнулся. Не самодовольно, не вежливо, а вот прям… как будто чуть-чуть смутившись.       — Тогда мне нужен твой номер телефона.

* * *

      Чию совершенно забыла нормы приличия, решив, что они знакомы с Джином достаточно долго для того, чтобы только войдя в его квартиру, сразу развалиться на диване, устало выгнувшись всем телом как только-только проснувшаяся кошка.       — Ты сегодня не работал? — Она повернула к Джину блаженную улыбку, пока Джин уже ловко передвигался по своей примыкающей к гостиной и к дивану кухне. — Иди сюда! Я приехала не есть, а говорить с тобой!       В звенящем голоске послышался и укор, и каприз, и Джин покорно оставил чайник, чашки и холодильник, направившись к дивану, но устроившись рядом с ним на ковре, позволив Чию мягко и невесомо обвить руками свою шею.       — После обеда Намджун отпустил меня.       — Мама на самом деле бережет тебя. — Чию теперь звенела совсем рядом с ухом, но затем всё же отпустила Джина, удобнее растянувшись на диване. — Мне нужны подробности! Срочно! Но прежде скажи — ты уже выбрал, в чем пойдешь на ужин?       Джин настолько удивился такому вопросу, что полностью развернулся к подруге-омеге, которая невозмутимо и ничего не понимающе хлопала длинными загнутыми ресницами.       — Что? Ты должен выглядеть настолько безупречно, чтобы он сразу понял, что ты тоже силен! И в любой момент сможешь найти какую-нибудь сильную альфу, которая когтями вцепится за тебя ему в… — Чию даже нахмурилась, пока Джин, улыбнувшись, закатил глаза, затем запрокинув голову. — Что? Ты мне так и не сказал, злодей он или не злодей!       — Пахнет как не злодей. Но… — Джин обхватил колени руками, положив поверх голову. И Чию, которая имела особую слабость к его шевелюре, тут же запустила в нее тонкие пальчики, зная, что Джину это было приятно. — Выглядит временами как злодей. Точнее, я вот его чувствую — приятный запах. Горький, сильный, но хочется еще. А потом смотрю на него, и… Знаешь, он похож на среднестатистического злодея из мыльных опер. Красивый, умный, сильный, беспощадный, холодный как айсберг, но при этом в нужные ему моменты становящийся… — Джин запнулся, бездумно подавшись за рукой Чию, а затем бережно убрав ее пальчики, чтобы выпрямиться. — Менее холодным. Не знаю.       — Он, правда, такой красивый, да? — Чию перевернулась на живот, затем устроившись на боку, подперев голову рукой и смотря на Джина с нетерпеливым любопытством. — Уверена, не красивее тебя. — Она хмыкнула, пока Джин задумался. — Эй!       — От него нельзя оторвать взгляд. Причем, это не комплимент — это констатация факта. Как будто магнит. Или просто… В нем какая-то… — Джин пытался подобрать верные слова для озвучивания своих странных и непонятных мыслей. — Зловещая привлекательность.       — И ты мне еще говорил что-то о том, что я тебя пугаю! — Чию закатила глаза. — Рога что ли? Хвост? Глаза красные? Облизывает клыки, когда смотрит на твою лебединую шею? Что, Джин?       — Хорошо. Роковая. — Джин повторно закатил глаза. — Таинственная. Непонятная.       — Ну, тебе она не может угрожать в любом случае. — Чию вновь откинулась на спину. — Но теперь я понимаю тех альф, которые слетаются на него как мотыльки на огонь. Однако, мне кажется, что ты немного преувеличиваешь. Я вот тоже всегда преувеличиваю, когда встречаю альф, особенно красивых. Это потому что в нас органически впитался трепет перед…       Чию не успела договорить, так как раздался стук в дверь. И Джин тут же поднялся. Как и настороженная Чию.       — Это кто? — Она, подозрительно прищурившись, смотрела в спину Джину, который, кажется, кого-то ждал.       — Джун. Обещал привезти мне домашнюю работу. — И Джин тяжело вздохнул, схватившись за дверную ручку, открывая замки. — Привет, Джуни!       Его взгляду предстал сосредоточенно смотрящий в находящиеся у него в руках листы старший брат, который поднял на него растерянный взгляд, затем с сомнением прищурившись, интеллигентно потянув носом воздух.       — У тебя гости? — Он вошел в квартиру, воспользовавшись тем, что Джин его гостеприимно пригласил.       — Да. Чию, я говорил тебе.       — О… — Намджун вдруг засомневался, успев только расстегнуть пуговицы пальто, пока Джин как будто со знанием дела изучал переданные ему документы. — Я не буду мешать.       — Ай, перестань! — Джин чуть пренебрежительно кинул бумаги на тумбочку, затем схватившись за пальто Намджуна, пытаясь стянуть его с мускулистых плеч. — Мне нужно общаться с альфами, а тебе с омегами. Она замечательная. Пошли!       Джин потянул брата в гостиную.       — Чи! У меня тут… — Он удивился, не заметив на диване подругу. — Чию! Ты что, спряталась?!       Намджун очень четко улавливал сладкий запах воздушного зефира, точнее, его шлейф, который был слишком уверенным, чтобы не допустить мысль, что его обладательница все еще была где-то поблизости. И Намджун еще раз поглубже втянул воздух, пытаясь получше запечатлеть новый запах.       — Чиииии!       Джин хмурился, нагибаясь и разгибаясь в поисках подруги, которая, как будто, могла прятаться под столом или в комоде. И он заглянул в ванную, в которой не было света. Зато была его подруга, которая тут же дернула его за руку.       — Ты чего здесь делаешь?! Это Ким Намджун, а не Ким Тэхен. Он не будет тебя… — Джин сердито бубнил, пока девушка сильнее сжала его руку. — Это мой брат!       — Я не хочу с ним знакомиться! Я тут посижу, а ты пока решай свои дела и … — Чию тараторила взволнованно звенящим шепотом, пока Джин, пользуясь исходящим через приоткрытую дверь светом из гостиной, смотрел на нее.       — Он уже тебя учуял. Если нежелание знакомиться с моим родным братом сильнее, чем желание показаться глупой трусихой…       — Эй! — Чию нахмурилась, ударив Джина кулачком, а затем схватив за руку. — Пошли! Сам ты глупая трусиха!       И она потянула его из ванной так решительно, будто это Джин прятался там. Но ее решительность продлилась недолго. Ровно до того момента, как она заметила мощную, сгорбившуюся над столом фигуру, которая явно пыталась найти что-то на тарелке с конфетами. И фигура величественно выпрямилась, затем развернувшись.       — О! Чию, верно? — Намджун очаровательно улыбался своими ямочками, направившись к впавшей в ступор Чию и Джину, который не мог понять, что вообще происходит. — Рад познакомиться! Намджун.       Намджун протягивал руку, ощущая, что запах зефира стал… слаще. Как будто его дополнительно присыпали ванильным сахаром, который очень уместно подчеркнул его вкус. Сильный. Настолько, что во рту стало сладко.       — Спасибо. — Чию кивнула, уставившись в пол, пока Джин смотрел на нее как на умалишенную. Хотя она и была такой, и теперь просто пыталась спастись. — Мне пора. Приятно было… До свидания!       Она буквально просочилась мимо Намджуна, а затем с завидной скоростью надела пальто, сапоги, пулей выскочив за дверь.       — Она… Перестояла у станка. — Джин все еще не мог понять, что произошло, пока Намджун смотрел вслед удалившемуся воздушному зефиру, который успел в нем задержаться.       — Я понравился ей. Подозреваю, что я первый альфа на ее пути, запах которого ей понравился… Достаточно, чтобы… — Намджун смутился, а Джин начал удивляться сильнее. — Извинись за меня в следующий раз. Я не хотел ее пугать.       — Пугать?! Какое… Если ты ей понравился?! А подожди… — Джин вдруг задумался, посмотрев на Намджуна с подозрением. — А она тебе не понравилась? Ее запах. Потому что если…       — Джин. Это не то дело, в котором мне может понадобиться твоя помощь. Помощь в принципе. — Намджун мягко улыбнулся, но при этом в его взгляде и интонации чувствовалась та сила, противопоставить которой Джину было нечего. Совсем. — Если твоя подруга изъявит желание со мной увидеться, я буду только рад. Но только если это будет исключительно ее желание.       — Потому что… она омега, а ты… — Джин пытался понять, в чем было дело, затем нахмурившись. — Ладно! Я всё выясню у нее, а потом, если надо будет, дам знать тебе. Но если ты захочешь ее обидеть или… — Джин нахмурился еще сильнее, пока Намджун только улыбался, догадываясь, что щенок, не успевший сменить молочные зубы, вряд ли сможет откусить ему руку. Только очаровать до смерти. — Я не посмотрю, что ты мой брат.       — Я понял. — Намджун кивнул, затем повернувшись в сторону кухни. — И раз уж я здесь, и ты здесь…       — Иди мой руки. — И Джин направился на кухню, уже планируя ужин на двоих.

* * *

      Приглашение на ужин поступило в текстовом формате и содержало время, место и знак вопроса. И Джин засомневался по поводу того, что им удастся хорошо провести время. Это было глупо, но невольно создалось ощущение какой-то формальности. Нет, Джин не ждал сообщения на пятнадцать строк, в котором в обязательном порядке были бы перечислены все тридцать три причины, почему Ким Тэхен хочет его увидеть, но… Джин сидел напротив экрана телефона и долго думал, прежде чем согласиться. В конце концов, Ким Тэхен был деловым человеком, поэтому точно не мог обидеться на формальное Хорошо. Изначально, Джин собирался написать Меня устраивает, но что-то его остановило. И он понял, что не зря, потому что спустя несколько минут после первого сообщения Тэхена, он получил второе Извини, что сухо. Работа. И смайлик.       Который затем отпечатался на лице Джина, который вдруг всем сердцем уверовал в то, что ему удастся приятно провести этот вечер. Пусть они были слишком мало знакомы, пусть у них был разный социальный и естественный статус и, возможно, не было общих интересов… А почему нет? Если всё решает личность человека. Хотя, в этом случае, всё решал запах, и Джин вновь испытал гордость по поводу того, что смог понравиться такому притязательному носу.       И на самом деле занятому, потому что усевшись за заказанный стол, Джин принялся ждать, не получив никакого уведомления о том, что Тэхен задерживается. Зато получив комплимент от заведения (очевидно, они знали того, на кого оформлена бронь и догадывались, как важно произвести приятное впечатление) в виде клубничного лимонада, и Джин ухмыльнулся — как ожидаемо. Личностный подход. Наверное, официант уловил от него запах, который, при отсутствии длительного и достаточно близкого контакта, лишь давал о себе знать, затем тактично растворяясь в остальном многообразии ароматов.       — Прошу прощения.       Джин сначала уловил шоколадную горечь, а затем только заметил подошедшего к столу Ким Тэхена, который успел где-то оставить пальто и теперь стоял, взявшись за спинку стула, успев расстегнуть темно-коричневый в светло-серую елочку пиджак и кремово-бежевую (они, не сговариваясь, теперь сочетались) рубашку. Он стоял, как будто Джин мог в любой момент его поругать и послать прочь.       — Я понимаю. У меня… Вот. — Джин поднял свой бокал, в котором были видны срезы клубничных ягод, и Тэхен, наверняка, решив, что его угощали, взял стакан из его рук и приложился к трубочке. А она была одна. И Джин засомневался.       — Ты пахнешь слаще. — Тэхен стакан вернул, и Джин еще некоторое время смотрел на трубочку, которая затем все же оказалась между его губ. Что такого, если они были здоровы… — Я могу сделать заказ на свой вкус? Или у тебя есть особые предпочтения?       Он сел напротив Джина и смотрел на него спокойно и серьезно, терпеливо ожидая ответа. Это было как-то… странно. У Джина были странные ощущения от того, как началась эта встреча. Они не были друзьями. Не были коллегами. Их вообще ничего не связывало, кроме запахов, предпочтения по которым у них удивительным образом совпали. Ему не приходилось ужинать с людьми, с которыми он был мало знаком. Если только это не было чем-то издали напоминающим свидание и не имело в своей основе романтические намерения. Робкие. Потому что у Джина не было опыта как такового.       — Тебя что-то смущает? — Тэхен выразительно поднял одну бровь. — Это всё из-за моего опоздания? Я же извинился.       — Нет. — Джин готов был замахать руками для убедительности. — Просто… Я не знаю, как себя вести. Мы мало знакомы и…       — Аааа… — Тэхен, не глядя, взял меню у подошедшего официанта, смотря при этом на Джина чуть прищуренным взглядом. — Это просто повод познакомиться ближе. Возможно, стать друзьями, но в любом случае обменяться опытом, что никогда не бывает лишним.       Тэхен углубился в изучение меню, пока Джин вдруг понял, что привык к его запаху. Он стал чем-то само собой разумеющимся, как будто Джин успел им пропитаться и потому не замечал. Мягкая шоколадная горечь с легким намеком на сладость, которую можно почувствовать, только откусив. Интересно, Ким Тэхен дал бы себя укусить, чтобы убедиться, что в нем все же был сахар, а не только благородные какао-бобы?.. И Джин улыбнулся собственным мыслями, не заметив, что Тэхен, увидев его улыбку, улыбнулся в ответ. Возможно, причина была в том, что рядом с Джином он, вопреки всему, что случилось до этого в офисе, чувствовал себя свободнее и расслабленнее, окутанный, а не заткнутый свежим и манящим запахом сладких ягод, которые так любил…       — Если хочешь, я начну первым. — Тэхен, наконец, отдал распоряжение официанту, который, поклонившись, направился по своим делам. — На самом деле, я не такой страшный, как можно себе представить, и у меня достаточно друзей и знакомых. — Здесь Тэхен решил умолчать о том, что несмотря на свое природное дружелюбие и умение располагать к себе людей, он редко имел желание воспользоваться чьим-то обществом, предпочитая одиночество. Теперь, когда с ним всегда было много ответственности и постоянное напряжение из-за приближающегося часа Х. Для кого-то поиск партнера — увлекательное путешествие, добровольное, что главное, но не для него. И поэтому он стал замкнутым, просто смирившись с тем, что не может всплыть на поверхность своих забот, чтобы просто вдохнуть. И вряд ли ему поможет психолог. — Я теперь серьезный человек, и пришлось спрятать все веселое и непосредственное поглубже.       — Понимаю. — Джин кивнул, затем будто бы виновато улыбнувшись. — Точнее, не понимаю. Потому что я, наверное, никогда не стану серьезным человеком. Только если обзаведусь семьей и потомством, и то не факт.       — Потому что о тебе заботились. А меня воспитывали. И продолжают воспитывать. — Джин после озвученного поднял на Тэхена встревоженный взгляд (боясь, что он затронул что-то для себя слишком болезненное), но Тэхен только по-детски капризно надул губы, затем улыбнувшись. И у Джина отлегло. — Вот, казалось бы — альфы взрослеют раньше омег. Раньше начинают улыбаться, ходить, разговаривать. Раньше заканчивают школу, поступают в университет. А воспитывают их дольше. Как будто они своим взрослением лишь стремятся к зрелости, обреченные никогда ее не достигнуть и остаться раз и навсегда на родительском контроле. Я когда стою перед отцом, ощущаю себя не взрослым самостоятельным мужчиной, а маленьким мальчиком, у которого за душой только неуд за очередной тест и перспектива встать в угол. Но при этом от меня требуют решительность и силы. Постоянно быть сильным. Двадцать четыре на семь, а лучше, восемь.       — Тебе просто нужна омега. — Джин улыбнулся, постоянно имея перед глазами опыт счастливой семейной жизни своих родителей. Пока Тэхен стал слушать внимательнее. — Знаешь, как говорит моя мама? Нельзя постоянно находиться под давлением. Некоторых детей воспитывают только давлением, полагая, что это их закалит и сделает непобедимыми. Но если постоянно, не переставая давить на что-то… — Джин запнулся, пытаясь подобрать нужное слово. — Твердое и сильное, оно рано или поздно даст трещину. А потом окончательно развалится. Силе нужен отдых. Передышка. Время и пространство, где она сможет полностью довериться, сложить лапки, прикрыть глаза и стать слабостью. Хотя бы притвориться. А потом обязательно стать ещё чуть-чуть сильнее.       То, чего ему не хватало.       — А как же силе стать слабостью? И зачем для этого нужен кто-то?       Судя по голосу, Тэхену было любопытно, и он серьезно отнесся к рассуждению Джина.       — Как стать слабостью? Позволить о себе заботиться. — Джин улыбнулся, убрав со стола руки, когда официант, подкравшийся незаметно, начал накрывать на стол. И Джин невольно начал заглядывать в тарелки, в которых явно были какие-то салаты. — Довериться и подставиться под ласку, убрав все свои защитные механизмы, свой стальной характер. Это сложно, но очень нужно. Сила в том, чтобы иногда позволять себе слабости. Да.       — Меня учили другому. — Тэхен явно напрягся, и Джин пожалел, что заговорил об этом. — У меня в семье только альфы. Все сильные. И… Я не могу понять, о чем ты говоришь. Но понимаю, что твоей маме повезло с супругом, если она может вести такие рассуждения.       — Они истинные. — Джин пожал плечами, решив, что его вдохновенное чавканье и аппетит сможет помочь увести от неудобной и неприятной темы. — Очень вкусно! Это…       — Тогда это всё объясняет. — Тэхен ухмыльнулся, пока Джин понял, что тему увести не получится. Как и заработать те баллы, что он явно успел потерять. — У истинных вообще всё по-другому. Идеально. Как у родственных душ или чего-то такого, романтического и эфемерного. К этому нельзя стремиться, потому что это… Как мечта, которую ты не можешь превратить в цель. Потому что… — Тэхен задумался, пока Джин готовился восстать против этой мысли. — Для этого придется перенюхать всех на свете. И не факт, что ты найдешь. Я вот перенюхал достаточно, и пока нашел… — Тэхен осекся, затем принявшись за тарелку. — Я вообще не очень люблю зелень, но здесь вкусная заправка. Люблю цитрусы.       — А я обожаю зелень! — Джин обрадовался тому, что они ушли от слишком неудобного для начала знакомства обсуждения, которое в любой момент рисковало перейти в дискуссию, при том, что у Джина была другая, диаметрально противоположная позиция. — Всегда добавляю во всё! Даже в супы и горячее. Да, цвет теряется, зато любой даже самый горячий и жирный бульон тут же преображается и легче заливается внутрь.       — Ты умеешь готовить? — Тэхен ел с меньшим энтузиазмом, все больше наблюдая за Джином, который не испытывал никакого стеснения, весело и беззаботно пережевывая зеленые листы и побеги. У него очень забавно двигались губы, и Тэхен впервые оценил насколько они были пухлыми. Прямо мягкими. Прямо вот захотелось потрогать, чтобы убедиться.       — Ага. Папа научил. — Джин улыбнулся с гордостью. — Я хочу быть хорошим мужем для своей альфы.       — Ты хочешь жениться на альфе? — Тэхен настолько искренне удивился, что Джин перестал жевать, в последний момент сдержавшись, чтобы не поперхнуться.       — Да. А что такое? — Он поджал губы, и по тому, как затихла в носу Тэхена его клубничная свежесть, стало понятно, что он… как минимум насторожился.       — Джин, твои родители истинные. Ты не должен принимать их отношения за стандартный образец. Не все альфы такие же добрые и мудрые, как твоя мама. Далеко не все.       Муж-омега или жена-омега — это прежде всего про удобство. Разумеется, это не отменяет каких-то нежных чувств, но это по умолчанию означает то, что в любой решающий момент будет одно решающее слово, которое будет принадлежать альфа-супругу.       — Что именно ты имеешь в виду? — Джин нахмурился, а Тэхен понял, что ему предстояло теперь стянуть с него розовые очки. — Что омега в семье — это прислуга, безропотно исполняющая желания альфы?       — Омега в семье — это не прислуга. — Тэхен вздохнул. — Просто у омеги никогда не будет достаточно аргументов, чтобы переубедить альфу. Вот и всё.       — Ты, наверное, считаешь еще, что у омеги не бывает выбора? Что за нее всё решает альфа, которой она приглянулась? — Все очарование тут же испарилось с лица Джина, оставив на нем только подозрительную заостренность, которая проявлялась в поджатой челюсти и куда-то девшихся щечках, позволившим тем самым выделиться высоким скулам.       У Тэхена было два пути: подкормить представления Джина, который рос в истинной паре и вполне естественно считал именно такие отношения нормой, или же спустить его с небес на землю, рассудив со стороны альфы, который общался с другими альфами и который знал, о чем говорил.       — Скажем так, омега никогда не сможет заполучить альфу, которой она будет неинтересна. В то время как у альфы всегда будут аргументы и что приложить вдобавок к своему запаху. — Тэхен вздохнул, почувствовав, как в клубнике Джина, и так от него отдалившейся, замаячила кислота, которая уже начинала вязать язык, как неспелая хурма. Но и этот запах не отталкивал — только расстраивал. — Почему ты хочешь жениться на альфе? Потому что альфа — это не только сила, но и защита и покровительство. В том числе, финансовое, потому что альфы созданы для того, чтобы обеспечивать.       Джину нечего было возразить. Но он мог признаться в этом честно только себе.       — Я не говорю, что все альфы — злодеи, и ищут омег только для того, чтобы всю жизнь ими помыкать. Нет. Разумеется, это не так, и среди альф достаточно порядочных женщин и мужчин, которые не относятся к омегам только так, как диктует их естественный статус, принижая их личности. Но… — Тэхен знал, что то, что он скажет далее, будет принято в штыки, но не мог это не озвучить. — Между омегами и альфами никогда не будет равенства. Альфы сильнее и влиятельнее. Это не моя выдумка — это закон природы.       Джин откинулся на спинку стула, скрестив на груди руки.       — Перестань обижаться на меня! — Тэхен нахмурился, впервые за всё время общения с Джином испытав раздражение. — Я говорю очевидные вещи, в которых разбираюсь!       Очевидно было и то, что именно это имела ввиду мама, когда говорила, что Джину нужно больше общаться с альфами.       — Я не обижаюсь. — Джин фыркнул, пока Тэхен усмехнулся, покивав головой.       — Ты не обижаешься.       — А еще я всерьез надеюсь найти свою истинную.       — Разумеется. — Тэхен вздохнул, уронив голову. — Удачи.       — Ты ведь тоже ищешь альфу. Получается, мы с тобой потенциальные конкуренты.       Услышав это, Тэхен резко поднял голову.       — Откуда ты знаешь?       — Слухи. — Джин пожал плечами, схватившись за свой лимонад.       — И что они говорят? — Тэхен насторожился, и теперь пришла очередь Джина чувствовать, как горький шоколад медленно, но верно превращался в какао-порошок, который зачем-то высыпали на сковороду и перестали помешивать, чтобы он не пригорел. Как муку для белого соуса. И какао пригорело, немного удушающе забившись в нос пока ещё шоколадной, но уже с дымком горечью.       — Я собираю слухи, но не распространяю их. Тем более, я не буду говорить в лицо человеку то, в чем не уверен. Тем более, такое. — Джин кивнул официанту, дав поняв, что доедать на его тарелке больше было нечего.       Тэхен откинулся на спинку стула, позволив забрать свою тарелку.       — Есть такие альфы, которые готовы помыкать и издеваться даже над другими альфами. Но их не так много. — Тэхен улыбнулся, но Джина эта улыбка не ободрила. — Я знаю одно место, где собираются альфы. Приятная атмосфера, располагающая к знакомству. Если ты до сих пор находишься в поиске, я могу тебе помочь. Несмотря на то, что мы с тобой потенциальные конкуренты.       — Что? — Джин явно не ожидал такого поворота, не успев еще как следует продумать свою стратегию поиска невесты.       — Что? — Тэхен отозвался эхом, издевательски округлив глаза. — Тебе нужна жена-альфа. Я знаю место, где собираются альфы. Омеги там тоже есть, так что можешь не переживать.       — Спасибо, я как-нибудь сам. — Джин улыбнулся, а Тэхен ухмыльнулся.       — Разумеется. Потому что страшно оказаться в обществе незнакомых альф, правда? Одному. Без мамы и без брата. Но ведь рано или поздно придется. Так чего ждать? И чтобы тебе было спокойнее, просто скажешь, что мой друг. Это будет гарантия того, что ты сможешь спокойно поискать истинную. — Тэхен смотрел на Джина прямо, не моргая, и его темные глаза блестели… Привлекательно? Привлекательно, Джин??! — Ну, так что? Я подвезу тебя.       — Ты берешь меня на слабо. — Джин пытался оправиться от первого ощущения, которое вызвал в нем издевательский, издевательский, Джин! , взгляд.       — Я хочу тебе помочь. — Тэхен вздохнул. — Найти жену или расстаться с иллюзиями. Тебе решать. В любом случае, ты не обычный омега, хотя бы судя по твоему телосложению. Вполне возможно, что прав ты, а не я. Ну, так что?

* * *

      Тэхен сам был не рад теперь, что предложил это. И в его мыслях против его воли начали сгущаться краски.       — Спасибо. — Джин отстегнулся, пока Тэхен пытался получше вслушаться в его запах. Слишком прозрачный.       — Давай я отвезу тебя домой. — Он повернулся к Джину. — К черту это всё! Вернемся сюда вместе, и я подскажу тебе…       — Нет. — Джин решительно, но напряженно выдохнул. — Ты прав. Я ведь ни разу не оказывался в обществе альф. Возможно… — Джин криво улыбнулся. — Окажусь, и захочется связать свою жизнь с омегой. В конце концов, у меня есть рабочее место и заботливые родители, чтобы немного побыть добытчиком. Слишком заботливые, возможно… — Джин посмотрел на Тэхена. — Надо воспитывать характер.       — Я могу этим заняться. — Тэхен не знал, зачем это сказал, но забрать слова обратно не мог. Пока Джин, будто утешая, щекотнул его нос клубничной спелостью, которую Тэхен успел позабыть за этот вечер и которая теперь, несмотря на их формальную близость, ощущалась неправильно. Будто не в его руках, а с прилавка. Тэхен не хотел обижать его — только не его. — Джин, правда. К черту…       — Я скажу, что ты мой друг. И спасибо, что подбросил. — Джин собрался выходить, пока Тэхен неожиданно не схватил его за руку, заставив Джина и остановиться, и удивиться.       — Напишешь мне, как всё прошло?       Джин удивился еще больше, но потом улыбнулся, кивнув. И вышел, оглядевшись, сразу направившись внутрь заведения с солидной и не кричащей вывеской, которая теперь весьма элегантно переливалась огнями в потемневшем из-за очень низко опустившихся на город сумерек.       — Добрый вечер. — Джина встретил улыбчивый хостес, который сразу направил его в гардероб. — Желаете столик или посидеть у бара?       Это был будний день, и Джин догадывался, что теперь здесь было не так много народу, как обычно, что немного успокаивало и воодушевляло.       — У бара. Я надолго не задержусь. — Он улыбнулся, и молодой человек улыбнулся в ответ, гостеприимно вытянув руку в сторону зала.       — Пойдемте.       В помещении стоял интимный полумрак и не раздражающий гул от разбросанных по залу столиков, за которыми велись оживленные беседы. По раздающейся откуда-то музыке Джин понял, что здесь был танцпол. А потом он заметил ту самую барную стойку вместе с как всегда занятым барменом, вытирающим бокалы. Высокие стулья были пустыми.       — Прошу. Хорошего вечера.       Молодой человек откланялся, чтобы Джин попал под профессиональное обаяние другого, который оставил свое дело ради его компании.       — Чего желаете?       — Что-то безалкогольное и фруктовое. — Джин улыбнулся, устроившись на высоком стуле, почувствовав от бармена легкий и свежий аромат лайма.       — Понимаю. Рабочая неделя. — Молодой человек улыбнулся, затем переместившись и принявшись за смешивание чего-то… безалкогольного.       Джин огляделся. Пока ничего страшного или заставляющего волноваться. Кажется, на него никто не обращал внимания, и все были заняты своими компаниями. Но потом до него донесся легкий запах миндаля, который стремительно становился тяжелее, будто отделяя Джина от всего внешнего, собираясь вокруг него плотной пеленой, через которую совсем скоро нельзя будет ничего разглядеть. Не отталкивающий, но слишком убедительный, чтобы назвать его приятным. Это была альфа.       — Привет. Не помешаю?       Он обернулся, заметив рядом с собой высокую девушку в классических, слегка зауженных темно-синих джинсах и розовом джемпере, который игриво, но не пошло оголял одно ее плечо, спускаясь к поясу мягкими складками. Длинная шея, красивые ключицы, которые открывались забранными в хвост волосами. Тонкие губы и затем, будто настаивая, чтобы на них обратили внимание, заискивающе улыбающиеся блестящие глаза. Которые будто отражали растянувшиеся в улыбку губы.       — Нет. — Джин улыбнулся. — Я один здесь.       — Удача! — Девушка хлопнула в ладоши, усевшись рядом и дав знак официанту, который уже приготовил для Джина коктейль. — Меня зовут Бинх. А тебя?       — Джин. — Джин взялся за стакан, который успел запотеть ото льда. И он не успел остановить движение, немного натянув рукава своего тонкого кашемирово-бежевого джемпера, чтобы обезопасить ладонь и пальцы от переохлаждения. — Очень приятно.       — Замерз? Мне тоже. — Девушка улыбнулась, протянув Джину руку, на которую Джин уставился с недоумением.       — Что? — Он поднял на девушку удивленный взгляд, ощущая, что миндаль стал слаще, будто бы рассыпавшись поджаренными лепестками на что-то кондитерское. Он стал приятнее.       — Хочешь, погадаю, Джин? — Она хитро улыбнулась.       — Давай. — Джин протянул руку, и девушка аккуратно отодвинула рукав, горячими пальцами проведя по его ладони.       — Ты заказал сок, потому что завтра пойдешь на работу. Но послезавтра пятница, а значит, ты не откажешь мне в удовольствии встретиться со мной здесь же. — Она почти перешла на шепот, сосредоточенно водя тонким пальцем по ладони Джина, слегка продавливая кожу длинным ногтем.       — Я… не уверен. — Это было слишком быстро, и Бинх удивленно вскинула брови, затем взяв у бармена высокий бокал, украшенный свежей ягодой клубники. Девушка тут же сделала глоток, обхватив трубочку губами, и при этом посмотрев на Джина. Она явно почувствовала его. И, судя по всему, он пришелся ей по вкусу.       — То есть, ты хочешь сказать, что я плохая гадалка? Твоя ладонь говорит, что ты согласишься, а ты — отказываешься. Вам надо как-то договориться и не вводить людей в заблуждение! — Она забавно надула губы и щеки, как маленькая девочка.       И Джин засмеялся, не заметив, что Бинх стала мягко поглаживать его ладонь.       — Ты хорошая гадалка.       — Ну, другое дело! — Альфа отпустила его руку, гордо расправив плечи.       И взгляд Джина случайно соскользнул ей за спину, оказавшись на другой девушке, на которой были черные брюки, черный жилет и белая рубашка, как будто она только вышла из офиса, успев убрать формальность лишь подкатанными рукавами. Она смотрела на Джина с немного хищным интересом, взявшись за плечо Бинх и обдав Джина ароматом вина. Сухого. Которое слишком явно кислило, но при этом... Джин не мог сказать, что ему не нравилось.       — Нашла себе компанию? — Она смотрела на Джина, затем протянув руку и неожиданно мягко улыбнувшись. — Юминг.       — Джин. — Джин решил, что будет вежливым, но это явно не понравилось его первой знакомой. Однако, для него ее запах не изменился, значит, Джин не был виноват.       — Гуляй, Мин. Иначе укушу. — Она повернулась к девушке, хищно клацнув зубами. И Юминг улыбнулась на этот раз снисходительно, затем закатив глаза. Они явно были подругами. И Юминг, прежде чем уйти, посмотрела на Джина с виноватой улыбкой, пожав плечами.       Пока Бинх полностью развернулась к нему.       — Считай, я тебя спасла. — Альфа наклонилась к его уху. — Она кусается больнее меня и кусает всех. А я кусаю только таких, как она. Так что… — Бинх выпрямилась. — Ты в безопасности!       Девушка торжествующе улыбалась, а Джин… не чувствовал себя в опасности.       — Расскажи мне о себе! — Она ближе придвинулась к нему, забавно подперев щеки и нетерпеливо уставившись на Джина. — А потом я расскажу о себе! И завтра нам будет о чем поговорить!       Час на удивление пролетел незаметно, и Джин, садясь в такси, невольно подумал о том, что, возможно, принял правильное решение. О чем он написал Тэхену, получив в ответ только сухое Спокойной ночи. Правда… Воспоминание о Тэхене тут же пробудило в его носу уже успевший будто отпечататься на подкорке запах горького шоколада. А был ли горький миндаль приятнее? Он не мог сравнивать, потому что Тэхен был мужчиной. И даже если Джин очень сильно захочет, он не сможет на нем жениться. И это было… немного грустно.