Forget-me-not

~~~

Корейская Война Холодная весенняя ночь. Пару часов назад прекратился сильнейший дождь, который оставил после себя сырость, бездонные лужи на разрушенных дорогах и грязь, которую перемешивают подошвы солдатских сапог. Вониль откидывал кирпичи и деревянные балки, пытаясь добраться до убежища Ха Ныля. Он постоянно оглядывался по сторонам, пытался как можно быстрее закончить с этим делом. Ха Ныль сидел за деревянной рамой, на его плечах был накинут адмиральский китель. Он нервно дрожал, перебирая ткань одежды, и наблюдал за старшим. ⁃ Ха Ныль, подойди! Мальчик сорвался с места и за одну секунду оказался около Вониля. Он посмотрел на того взглядом, полным надежды, ведь в одиночку он бы не смог вернуться к своему старому месту жительства. ⁃ Хен, я пролезу, подожди меня тут! Вониль остановил мальчика, взял того за руку и тихо сказал: ⁃ Нет, это опасно! Скажи, что ты там забыл? ⁃ Сонбэ, вы не должны рисковать своим здоровьем из-за меня…- глаза мальчика наполнялись слезами, он крепко сжал ладонь старшего. ⁃ Ха Ныль, говори! У нас мало времени, — твердо ответил Сон. Вониль изначально не собирался отпускать парня под обломки, поэтому этой холодной ночью, вместо того, чтобы разрабатывать стратегию военных действий, он сбежал с Ха Нылем. За последние несколько недель эти двое стали очень близки, казалось, что они заменяли друг другу погибших родственников. Разница в возрасте не ощущалась, поэтому обоим было комфортно существовать вместе. Тайно от всех Вониль оставил мальчика жить у себя. Он заботился о Ха Ныле, кормил и обрабатывал его раны. Когда паренек плакал во сне, Вониль прижимал того к своей теплой груди и шептал на ухо необходимые успокаивающие слова. Сон ассоциировал Ха Ныля с выброшенным на улицу котенком. Маленьким и беззащитным. В душе Вониля зарождались неизвестные доселе чувства, которые заставляли его сердце биться чаще и ощущать ответственность за младшего. Сон боялся себя, ведь ранее никогда не был так мягок и безотказен, но когда вновь и вновь Ха Ныль смотрел на него своими голубыми, наполненными слезами глазами, сердце старшего таяло. ⁃ Под подушками лежит коробочка… Там вещи, которые достались мне от родных…- дрожащим голосом проговорил Ха Ныль. Сон нежно улыбнулся младшему, притянул его в свои крепкие объятия и поцеловал в лоб. ⁃ Малыш, спрячься и жди меня. Я обещаю, что найду коробку. После этих слов Вониль, сгибаясь под обломками, полез внутрь. Ха Ныль укрылся за кирпичами, и, закрывая рот рукой, чтобы не разрыдаться, стал ждать. Его невинная душа вырывалась из тела. От волнения немели маленькие пальчики и становилось тяжело дышать. Он привязался к старшему настолько, что был готов умереть за него, если бы это понадобилось. Он мечтал, что когда-нибудь сможет отплатить тому за его доброту, хотя понимал, что кроме искренности и своей жизни отдать ничего не сможет. Прошло уже больше двадцати минут. Ха Ныль гипнотизировал дыру в стене, в которую пролез Сон, а ожидание сводило с ума. ⁃ Малыш, подойди, — из темноты донесся голос старшего. ⁃ Хенним! — мальчик подбежал к Вонилю и старался помочь тому выбраться наружу. Оказавшись на улице, Вониль подхватил парня на руки и ринулся в другую сторону улицы. Он молча бежал, минуя переулки, лишь прижимая к груди голову Ха Ныля, будто в его руках был не человек, а хрупкий хрустальный бокал. Только когда Сон закрыл за собой дверь на несколько оборотов ключа, он смог поставить на ноги младшего, и, наконец, выдохнуть с облегчением. Сон протянул заржавевшую медную коробочку Ха Нылю и молча наблюдал за его реакцией. ⁃ Это она! Боже, хен, спасибо! — воскликнул мальчик, из глаз потекли слезы, но он улыбался. Первый раз Сон увидел такую его улыбку. Улыбку счастья со слезами на глазах, которую хотелось видеть как можно чаще. Ангельское белое лицо парня, которое расплывалось в неистовом удовлетворении. Сон ощутил, что счастлив. Он и подумать не мог, что этот замученный ребенок подарит ему кусочек счастья одной лишь улыбкой. Парень кинулся к старшему, обхватив его за талию и, прижавшись щекой к плечу, добавил: ⁃ Хен, я люблю вас… Руки старшего оплели юношу ответным объятием, сердце зашлось в эйфории. Он понимал, что любовь, которую мог испытывать Ха Ныль, отличается от той, что испытывает он. От этого становилось больно и горько, но возможность оберегать младшего и заботиться о нем давала Сону невидимую уверенность, что мальчик будет цел и невредим. ⁃ Хен, а вы любите меня? Щеки Ха Ныля покраснели, ведь его сердце впервые бьется из-за другого человека в таком ритме. Юношеская влюбленность, которая окрыляет, помогает забыть обо всем плохом. Ему хотелось постоянно быть рядом со старшим. Мальчик сам предложил тому спать в одной кровати, ночью прижимался всем своим худеньким телом к Сону и растворялся в его нежных руках. Днем не мог найти себе места, когда оставался один. Он готовил ужин, занимался уборкой и постоянно поглядывал на входную дверь, желая услышать свое имя из уст человека, который научил его вновь улыбаться и хотеть жить. И сейчас, когда Вониль очередной раз помог ему, у Ха Ныля не осталось сил и желания молчать. Захотелось кричать о своих чувствах, мечтая услышать, что старший тоже любит его. Сон посмотрел в глаза младшему, ласково погладил по щеке и тихо ответил: ⁃ Ха Ныль, я тоже люблю тебя.

~~~

Старшая школа — тяжелый период для каждого подростка. Время, когда ты в одночасье из популярного школьника можешь превратиться в изгоя. Именно это и произошло с Чимином. В этот дождливый четверг, когда хотелось только лежать дома под теплым одеялом, Пак познал на своей шкуре буллинг. Во время одной из перемен к нему подошел «кошмар» всех затравленных детей в школе, главарь местной школьной банды и просто настоящий мастер издевательств — Ким Намджун. Ударив Чимина в плечо, он прошипел ему на ухо, что будет ждать того после уроков на спортивной площадке. После чего автоматически всем ребятам стало понятно: Пак Чимин - новая жертва и его лучше обходить стороной. Уроки закончились, и Пак, собрав учебники в рюкзак, не зная, зачем его пригласили на разговор, уверенно направился на место встречи. Юнги пропустил момент, когда состоялась эта внезапная встреча, поэтому удивился, когда не обнаружил Пака за партой, ведь тот до последнего не уходит из школы. После того, как парни решили подружиться, прошло несколько дней, а Чимина как будто подменили. Он закрылся в себе и стал избегать как разговоров, так и самого Юнги, тем самым играя на нервах Мина, ведь это не он предложил дружбу, а по какой-то причине хотел ее больше самого Чимина. Юнги решил сегодня вывести странного одноклассника на чистую воду и узнать причину его нынешнего поведения. Он быстро скинул вещи в рюкзак, который ему преподнес Пак, и побежал искать того.

~~~

⁃ Пак Чимин! Ты крупно попал. Выбирай, какая кость сломается первой, — с усмешкой говорил Намджун. Чимина завели за полуразрушенное строение на пустыре, где уже погибало дерево вишни. Он оказался окруженным со всех сторон, без возможности отступить. Один из подпевал Кима вырвал из рук Пака рюкзак и вытряхнул все его вещи в лужу. Тетради, учебники, предметы гигиены уже не подлежали пользованию. Второй стащил с парня черный бомбер и кинул на землю, после чего помочился на дорогую вещь. «Любимый бомбер в утиль», — подумал Чимин. Восемь озлобленных человек, которые были выше и плотнее Чимина, весело смеялись, унижая новенького. Из их грязных ртов изливались отвратительные слова, которые никак не характеризовали Пака. Он не испытывал испуга или отчаяния, наоборот, в нем вспыхнул гнев. Если бы Ким Намджун был один, то Чимин показал бы ему всю свою агрессию, которую он подавлял годами. ⁃ Что вам надо? — без толики страха спросил Пак. ⁃ Ты же знаешь Хе Рим? Ты собирался трахнуть ее, но не учел, что ее парень - это я! — Намджун прижал Чимина к стене, взял за горло и немного приподнял, отчего шифоновая ткань его рубашки затрещала, а нежная кожа на спине покрылась царапинами. Намджун был настроен серьезно, он собирался избить новенького настолько, чтобы тот не смог появляться на людях пару месяцев, а когда вернулся бы, то презрение ото всех учащихся ему было бы обеспечено. Целью Кима было полное уничтожение высокомерного богатенького мальчика. Поступил первый прямой удар кулаком в живот, отчего у Пака, который и так с трудом дышал из-за крепкой хватки Кима, легкие сжались еще сильнее. Он с грохотом упал на землю, держась за живот в попытке отдышаться, но это оказалось бесполезно из-за интенсивно поступающих ударов ногами по всем частям тела. Тяжелые берцы оставляли на белой коже заметные кровоподтеки, чистая одежда оказалась разодранной и грязной. Один из подстрекателей достал коробку спичек и, поджигая их, поочередно кидал в Чимина, оставляя запалы на одежде и маленькие ожоги на коже. Чимин старался закрывать лицо и волосы от этого fireshow. Большая грязная ладонь ухватила его за макушку и прижала к стене, в лицо Пака прилетел оглушительный удар. Намджун, не жалея сил, подошвой ботинка ударил парня в лоб. В глазах потемнело, запах железа ударил в нос. Чимин дотронулся до затылка и увидел на ладони кровавое пятно. Пшеничные волосы окрасились в красный. ⁃ Если ты о той шлюхе, то я не спал с ней, — улыбнувшись, сказал Пак. Он испытывал ненависть к ней, к хулиганам, избивающим его, а главное к себе. Он даже не смог сделать то, за что сейчас жестко получает. Эти люди напоминали ему о его неполноценности. После этих слов из глаз Намджуна полетели искры. Непреодолимое желание нанести серьезное увечье преодолело весь здравый смысл. Он схватил железную биту, которую принес лишь для устрашения. В его планы не входило ею пользоваться. По сути, он никогда не применял биту в драках, сейчас же без раздумий замахнулся в голову Чимина, но не смог нанести удар. Кто-то держал его за руку с чудовищной силой, а холодное острие около горла не позволяло проронить и слова. ⁃ Чимин-а, вставай. Мы уходим. Услышав знакомый голос, Пак поднял голову и увидел Юнги, который одной рукой держал Кима за запястье, а в другой его руке красовался остро заточенный нож, который Мин приставил к артерии на шее хулигана. Никто из присутствующих не двигался, ведь сейчас угрожали их лидеру, поэтому они просто переглядывались и ждали указаний от Кима, но тот молчал. Инстинкт самосохранения сыграл свою роль. Чимин кое-как встал. Из-за сильного удара в голову и многочисленных ударов по телу он терял ориентацию в пространстве, подступала тошнота, но Пак лучше бы умер, чем показал насколько ему больно. Поэтому, подобрав кирпич, который лежал у его ног, он решил нанести им ответный удар по голове Намджуна. Из последних сил замахнулся и разбил тому голову, затем схватил Юнги за руку и сказал: ⁃ Спасибо, друг! Бежим! Юнги на секунду растерялся, ведь крупногабаритный хулиган лежал на земле в луже собственной крови, а его друзья замерли от неожиданности происходящего. Он не мог и подумать, что белоручка Чимин сможет совершить такой поступок без каких-либо колебаний. Наблюдая за отвагой новенького, он почувствовал, как в сердце зажегся огонек пламени, подскочил пульс и участилось дыхание. Юнги сжал ладонь Чимина и потянул его в сторону заброшенных зданий и проулков, в которых они быстро растворились, не давая возможности для преследования.

~~~

Большая ладонь Юнги сжимала тонкое запястье Чимина, оставляя красные следы. Они бежали, не обращая внимания на людей, которых почти сбивали с ног, собак, которые разрывались от лая, когда они проносились около домов, огороженных заборами, порывистого ветра и капель дождя, больно ударяющихся по лицам. Юнги вел за собой Пака. От полученных ударов Чимин прокусил язык, привкус железа вызывал тошноту, однако из-за адреналина боль в теле практически не ощущалась, но слабость в мышцах давала о себе знать. Пак был словно бумажная кукла, и, если бы не надежный Юнги, то первый порыв ветра мог сбить с ног избитого Чимина. Дождь усиливался, постепенно смывая с пшеничных волос младшего сгустки крови и грязи. ⁃ Юнги, — шептал Пак. Мин не реагировал на постанывания Чимина, а лишь увеличивал темп. ⁃ Юнги! Мне плохо, я не могу больше бежать! — крикнул Чимин. Его ноги подкосились, и если бы не крепкая хватка Юнги, то избежать падения не удалось бы. Мин подхватил его одной рукой за талию, а другой удерживал голову за затылок. Чимин медленно моргал, глаза закатывались и закрывались. Ощутив опору, он обмяк и отключился. Юнги смотрел на его умиротворенное лицо, покрытое ссадинами, не замечал тяжесть от расслабленного тела одноклассника, потому что, как завороженный, вглядывался в его черты и не мог выбросить из головы неразумный поступок Пака. Он искренне восхитился отважностью и смелостью младшего. Мин увидел Чимина с другой стороны, и именно такая сторона заставила забыть о том, что тем человеком, над которым издевались, был Пак, а не те неблагополучные школьники. Он не испытывал жалости, наоборот, его сердце наполняло чувство гордости. И сейчас, стоя под проливным дождем и держа на руках потерявшего сознание Чимина, Юнги улыбался.

~~~

Запахи геля для душа, кофе, рамена и сигарет заставили Чимина открыть глаза. Тот факт, что он проснулся в незнакомом помещении и не помнил, как в нем оказался, никак не смутило Пака. Он привстал, чтобы осмотреть комнату. Серые стены, увешанные фотографиями цветов и закатов с одного и того же ракурса, сделанных на "Полароид", чистый деревянный пол, на котором лежал старенький ковер. На письменном столе аккуратно сложены книги. Большой бордовый вельветовый диван показался Чимину мягким и комфортным, постельное белье источало аромат детского кондиционера для белья, а плотные шторы не давали дневному свету просочиться внутрь и прервать сон. Паку было не страшно, отнюдь, покидать теплое спальное место не хотелось. Вылизанная до блеска комната поразила его, ведь Чимин никогда не мог содержать свою квартиру в постоянной чистоте. Его быт кардинально отличается. Он привык к хаотично разложенным вещам и большому количеству декора, к сладкому запаху от ароматических свеч и шуму автомобилей за окном. А тут было слишком тихо и слишком чисто. Чимин ухватился за голову и обнаружил, что на затылок наложена повязка. Попытки встать давались с трудом, боль в теле сковывала каждое движение и от этого головная боль усиливалась. ⁃ Привет. В двери стоял Юнги в домашней одежде. Клетчатые штаны и черная футболка на пару размеров больше необходимого делала его облик уютным. ⁃ Привет…- ответил Пак. Он сидел на краю дивана и держался за живот. Юнги подошел и сел рядом, протянув горсть таблеток. ⁃ Выпей и поспи. Чимин без опасений проглотил лекарства, не запивая водой, и уставился на стену с фотографиями. ⁃ Любишь цветы? — спросил он. Мин опустил голову и разглядывал свои ладони. Он чувствовал необъяснимое смущение, которого ранее не было при общении с Чимином. ⁃ Почему бегал от меня столько дней? ⁃ Хотел подумать, — голос Пака был спокойным, но было понятно, что вчерашний день оставил на его душе новую отметину. ⁃ И что придумал? — Мин хотел показаться достаточно безразличным, но справиться с любопытством не мог. Чимин не хотел раскрывать правду, потому что сам не до конца разобрался в себе и в причинах такого поведения. ⁃ Я брошу школу, Юнги. Глаза Пака заблестели, он закусил нижнюю губу. Было обидно, но не из-за того, что теперь он изгой, его обуял страх перед правдой. Девушка могла понять, что Чимин убежал, потому что у него не встал, и рассказать об этом. Тогда о его проблеме узнали бы многие. ⁃ Ты доверяешь мне? ⁃ Хен, при чем тут это? — занервничал Пак. ⁃ Я не дам тебя в обиду! — взяв за плечи младшего, Мин повернул того к себе и посмотрел серьезным взглядом. По телу Чимина пробежала мелкая дрожь, нежная кожа покрылась россыпью мурашек, неописуемое ощущение тепла распространялось от груди и опускалось к низу живота. Он смотрел в темные глаза, полные решимости, и эта уверенность ментально передавалась и оседала в голове. Пак облизнул пересохшие губы и улыбнулся, а следом, поддавшись эмоциям, прижался к груди нового друга, обвивая того за талию. ⁃ Юнги, я счастлив сейчас. Мин начинал привыкать к своеобразному поведению Чимина, хотя для него такое бесконтрольное выражение эмоций было чуждо. Он всегда считал себя нетактильным и бесстрастным, скупым на слова человеком, любые прикосновения без его согласия и чрезвычайная сентиментальность вызывали агрессию, но, по непонятной причине, именно в данный момент такой прилив нежности Юнги показался милым, вплоть до того, что ему это понравилось. Он погладил младшего по спине, проводя по заметно выпирающему позвоночнику. «Худой», — подумал Мин, но не прерывал объятия. ⁃ Хен, можно я останусь у тебя сегодня? ⁃ Оставайся, — ответил Юнги. Мин не спал всю ночь, обрабатывая ожоги, ссадины и синяки, промывал светлые волосы от запекшейся крови. Он следил за состоянием одноклассника и переживал, что у того могла быть серьезная травма головы, но к счастью, тот отлично соображал и не казался дезориентированным. Весь день Чимин проспал, не обращая внимания на посторонние шумы. Поздним вечером Мин вернулся с работы, купив в магазине здорового питания готовую еду, чтобы Пак не голодал, когда проснется. Его энергетическая батарея давно уже разрядилась, и он, не приняв душ, скинул свитер на пол и рухнул рядом с Чимином. Юнги повернулся к тому лицом и приложил губы к его лбу, проверяя температуру. ⁃ Жара нет, значит, я могу поспать, — прошептал Мин. Стоило ему закрыть глаза, как он моментально провалился в сон. Чимин проснулся оттого, что ему становилось тяжело дышать. Открыв глаза, он нащупал на животе руку человека, который за такой короткий срок стал ближе всех его бывших друзей. Юнги тихо сопел в шею Чимина и, по всей видимости, перепутал Пака с подушкой, а тот, в свою очередь, расплывался в идиотской улыбке, боялся пошевелиться и разбудить Мина. Он смог позволить себе пристально разглядывать расслабленное лицо, которое казалось очень знакомым и родным, утолить жажду прикосновений и почувствовать себя нужным. Он мечтал, чтобы эта ночь никогда не заканчивалась или хотя бы продолжалась как можно дольше.