По кровавому пути

После не самой геройской, но однозначно важной победы, Роланд вернулся в свой город, его встречали как спасителя от зла, но сам он, ощущал себя крайне паршиво. Может его отец не был убийцей? Может он уже всё понял и просто решил принять судьбу? Тогда почему он не отказался делать это, разве ему хотелось этого? У него был ещё долгий путь, но он уже настраивал себя на то, что ему придётся совершать подобные действия, прошлое не вернёшь. Сегодня проходила церемония в честь победы над убийцей из мёртвого леса, как понятно, Роланду не хотелось делать из этого праздник, но не явиться он не мог, там был король. Перед тем как он одел свои латы, его взгляд обратился к зеркалу, его словно ослепил красный блеск от собственных глаз, а после того как он их протёр, всё словно исчезло. Озадаченный этим, он решил всё же отправиться на церемонию, где его должны были посвятить в полноправного защитника света. И вот, белые своды колонн нежно освещались лучами солнца, пробивающиеся мозаичное стекло в потолке. Это место являлось по настоящему легендарным, здесь проводятся все важные церемонии и оказаться здесь в качестве участника, по-настоящему честь. И несмотря на немного подавленное настроение, он старался скрыть это других, надев свой закрытый шлем. Парень шёл по красному ковру, по бокам находились приглашённые зрители, его товарищи и просто жители города, которым дали пройти. Воистину, мероприятие оказалось торжественным, даже сложно поверить, что всё из-за смерти одного изгоя в лесу. Паладин встал перед королём, а также одновременно и полководцем. Он с спокойной улыбкой смотрел Роланда, переводя взгляд на публику. - Я приветствую всех кто оказался здесь. Сегодня, мы, наконец-то, избавились от закрытого священными силами зла. Маньяк что терроризировал округу одним только своим присутствием, насылающий кошмары в сны наших детей.... Отныне, мёртв. Его уничтожил наш новый воин, Роланд, ученик великого… И пока монотонная речь продолжала идти, парень немного задумался. Ведь никто так и не узнал о том что именно он является сыном того самого «кошмара», всё что узнали люди, это то что он был как-то связан с этим жутким лесом, но не более. Любопытно, они бы также сильно радовались бы за него, если бы они узнали правду? А может они просто захотели бы и его убить? Яблоко от яблони далеко не падает… - …И теперь, я хочу дать ему достойную награду. Его клинок «Разящий» и щит «Бастион», теперь они по праву твои, Роланд. Двое солдат поднесли к нему оружие, щит был большой, сверкающий, по ощущению, даже сильнее чем прежде. Меч же, не казался грозным, но не было сомнений, в нём явно была какая-та скрытая сила. Король взял с мягкой, красной подушки медальон, надевая его на шею паладина. - Этот знак, означает твоё мужество, силу и отвагу. Ты не задумываясь согласился отправиться на миссию, поэтому, нет сомнений в том, что ты являешься бесстрашным воином, носи с честью и не меньшей гордостью. Но эта церемония начинала казаться скучной. Что-то беспокоило парня, что-то должно было свершиться. - И теперь…. Я официально заявляю… Что-то… - Церемонию Должно. - Открытой… - ДЛЯ РЕЗНИ! Неожиданно, Роланд бросает щит в сторону одного из стража. Он оглушает его и ненадолго останавливает. В шею левого же филигранно вошёл клинок, Роланд словно знал, как ударить, чтобы попасть в слабое место брони. Король даже и шелохнуться не успел, как вдруг освобождённая от щита, левая рука, уже с невероятной скоростью пронзила грудь мужчины. На нём не было брони, лишь красивая одежда, которая его не могла спасти. Рука храброго паладина прошла насквозь, это была невероятная сила удара, не как у обычного существа. Стоящая вдалеке королева замерла в страхе, хотелось кричать, но губы не двигались, хотелось бежать, но ноги не слушали. Взрослые дети короля же пришли в себя раньше времени и поэтому они сразу побежали на сумасшедшего. Убийца, немного раскачавшись с уже мёртвым королём, бросил ещё свежий труп в сыновей, сбивая и их с ног. Он метнулся к щиту, поднимая его с упавшего в тяжёлых доспехах стража, на последок лишь сверкнув ему жуткой гримасой из под падающего с головы шлема. Все видели его лицо, это было лица маньяка, такое-же, как у отца. Его щит ещё раз ударился об голову бедного стража, а потом ещё, ещё и ещё, пока его голова не напоминала вскрытую консервную банку свинины. Он раскидывал всех на своём пути и священное оружие в этом лишь помогало. Было пролито много крови, новым царём стала паника, осевшая в сердцах людей. Они бежали как могли, толпа и сама себя неплохо убивала, часть людей, которые падали в спешке, могли стать жертвами паникующих людей, их просто заживо затаптывали. Роланд нёсся на всех порах к алтарю, там должна была проходить церемония очищения оружия Джексона, но когда он прибыл туда, то там уже были только растерзанные трупы. Тела монахов и монашек были опустошены, высушены. В комнате было лишь кровавое облако, которое имело до ужаса пугающий, сладкий запах. Он вытащил оружие из фонтана крови, где когда-то была священная вода. Древняя богиня сразу заговорила. - А ведь как приятно, что нам даже не пришлось его просить отдать нам его тело, не правда-ли, Джексон? Довольная ухмылка ещё не скоро сползёт с лица духа, всё это было планом. Джексон хорошо понимал, что его связь с сыном никуда не исчезла, они всё-ещё связаны, а значит маньяк имеет куда больше власти над ним. Он снимал тяжёлые доспехи, которые с грохотом падали на пол. - Согласен, не хочу причинять ему вред, нам ведь ещё столькому нужно его научить…. Но вдруг его хватает неизвестное создание с крыльями. Оно выбивает из его рук щит, но меч всё-ещё был в ножнах, а мачете в руках. В полёте его активно били, а он же спустя всего пару мгновений стал отвечать, кусая зубами не понятно кого, словно безумный зверь, на которого напали. В итоге его сбросили, но он приземлился на крыше, не упав на стеклянную крышу того зала. Теперь он ясно видел, это была птица в сияющих доспехах, местный ангел? Неважно, Джексону было наплевать. Он поднялся и утерев запачканное кровью лицо и губы, оскалился в сторону птицы. - Ну что, думаешь, что справишься со мной, только потому-что у тебя есть крылья, индюшка? Она же сразу лететь вниз, начав крутиться вокруг него. Крылья создавали смерч, который медленно отрывал убийцу от земли. Меч был подходящей формы для метания, а поэтому он бросил его как копьё в ангела, попав в него. Но он сразу отскочил, прилетев уже в плечо Джексона. Вихрь прекратился, и он с криком упал обратно, а та лишь насмехаясь ответила - Священное оружие никогда не тронет тех, кто чист внутри! Это заставило маньяка смеяться, он даже с неким наслаждением вытаскивал «Разящего» и после этого выкинул его в сторону - Да кого ты пытаешься обмануть?! Я им же, проткнул глотку одному этих стражей, думаешь я поверю, что он выжил?! Ох, какие-же вы паладины ненадёжные, в вас ведь нельзя даже верить! У вас даже оружие предаёт вас самих, когда вы ослушаетесь каких-то там законов. Он покрепче ухватился за своё старое мачете, вспоминая то, как давно он уже не ощущал подобные эмоции. - Вот поэтому, я люблю пользоваться своими инструментами. Он провёл лезвием по руке, из-за чего у него стала сильно течь кровь, которая также быстро перетекала на клинок. Сама же рана словно чудом затягивалась, лишь оставляя слабый шрам. Тот стал делать взмахи оружием, а магия крови превратила эти взмахи в смертоносные, дуговые снаряды, которые в миг срезали крылья птицы. Послышался ужасающий крик и она чуть не упала на землю, но она ещё стояла. - Гх!... Это… Какая-то магия?! Ты не Роланд, я знала его, ты настоящий демон. Улыбающийся же Джексон лишь дрожал от нетерпения. Медленно поворачивая голову на другой бок, он ответил. - Нет, демоны в аду, а я здесь, рядом с вами. После чего он воткнул мачете в горло птицы... Но он не закончил. Он придерживал её сзади, медленно вытаскивая клинок и нежно спрашивая. - Ты знаешь, что, чтобы хорошо узнать кого-то, нужно изучить его внутренний мир? После этого он сделал сильный удар по животу девушки, от чего она стала кашлять кровью, точнее, кашляла бы, если бы не рана. Было уже слишком сложно утверждать, что она была жива, но он продолжил - Если я изучу тебя изнутри, то меня назовут мясником или психологом? Последовал удар, а потом ещё и ещё. Он делал это ещё раз двенадцать, пока она не упала на колени и скорее всего была готова уже умереть. Джексон вновь воткнул свой клинок, дав ему напитаться её силой и после этого лёгким взмахом разделил её голову надвое. Та стала медленно падать назад, но в последний момент он схватил её и потащил к той стеклянной части крыши. Он держал её изуродованное тело над мозаикой, на которой была нарисована семья короля. Его дети всё-ещё скорбели около его тела. Тот уже хотел сбросить на них тело птицы, пока его рука вдруг не задрожала. Он не мог понять, почему ему не удавалось сбросить тело вниз, что-то мешало. В это же время, кровавое облако заполонило весь город, оно вызывало у людей бешенство, заставляя их драться между собой, жестоко убивая, несмотря даже на то кто это был. Из-за этого, войска города так и не смогли добраться до Роланда на крыше, они сами убивали себя и всех мирных граждан, это была по настоящему бойня. Но Джексон всё-ещё не мог отпустить её, что-то мешало и он вскоре понял что. Вдруг, Роланд внутри стал колебаться, Джексон бил сам себя, при этом последний мог контролировать лишь вторую часть тела. Из-за этого, бой между ними начал походить на игру двух кукловодов с одной марионеткой. - Что ты делаешь, Роланд?! Прекрати, просто оставь эту борьбу! Он пытался навредить самому себе, в отчаянии пытаясь остановить себя. Проклятый клинок же уже стал гореть алым цветом, богиня хотела вмешаться, но и ей тоже что-то мешало, но это был не Роланд. Джексон упал и стал кататься по крыше в судорогах, пытаясь себя контролировать - Хватит, хватит, хватит! Не трожь себя! Ты не виновен в этом, это всё я, прошу, только не пытайся убить себя! И вдруг в ответ послышался голос самого Роланда - Почему ты вообще её убил?! Почему ты их всех убиваешь?! Ты ведь не убийца, я в это верил, ты ведь жертва! Он сгруппировался в позу эмбриона, обхватив всё своё тело, не позволяя даже дёрнуться - Я это делаю, потому что это моя судьба! Я убивал, я убиваю, я буду убивать! Всё… Это… - Не имеет смысла! Всё что ты делаешь, не несёт в себе никакой цели. Ты просто делаешь это, потому что необходимо, но ты так и не ответил мне о том, почему это так необходимо. - Я не знаю! После этого маньяк ударил по крыше, лёжа без сил. - Роланд… Я не хочу этого. Но я не могу прекратить… Жажда крови, она неутолима. Волк не смирится с тем, что ему больше не нужно убивать ради еды. Он хочет охоты, хочет утолить свою вторую жажду, которая стала для него основной… По его глазам потекли слёзы, за долгое время, это были первые, которые он не сумел сдержать. - И каждый день, я просыпался как в пожаре. Но почему-то я не мог из него сбежать. Я мог только паниковать и просить о помощи. Но мой единственный инструмент… Его взгляд был переведён на мачете - Это убийства… Но никто не слышал меня. Никто не знал, что помощь нужна не им, а мне! Знаешь почему это так?! Потому-что все эгоисты! Ты должен думать о них, а не о себе. Если тебе плохо, думай о них, если тебе хорошо, думай о них. Тебе обязательно помогут, обязательно помогут… ТАК ГДЕ ВСЕ ОНИ БЫЛИ, КОГДА Я УМИРАЛ НА СКЛАДЕ, ТЮРЬМЕ, СОБСТВЕННОМ ДОМЕ?! Он без конца бил поверхность крыши, со временем успокаиваясь. Его тело больше не могло это терпеть, из-за ослабшего духа, боль стала охватывать его порабощать, словно раба. - Я просто… Хочу умереть… Я убийца, моя судьба, должна была закончиться ещё давным-давно. Я хотел умереть от твоего клинка, но… Всё пошло так, как хотел я, другой я. Роланд молчал, он осознавал в каком положении находился его отец. Сейчас они оба были запачканы кровью других, оба убийцы и не по своей воле. Осознав это, паладин ответил. - Мы с тобой много где ошиблись. Можешь утверждать, что виновен только ты, но, я тоже здесь виноват. Я мог понять твою боль. Ты не вредил мне, а хотел помочь. Но теперь... Мы обязаны измениться. Мы свернёмся с уготовленного судьбой пути, ведь её для нас нет. Мы… Сами всё сделаем. Вставай, отец, нам нужно уходить. Найдя в себе силы, Джексон перетерпел боль и поднялся, его взгляд упал на город, охваченный хаосом, всё горело, все умирали и пламя становилось только сильнее. - Да, мы всё исправим. Вдвоём.