Мелочи и исключения

***

      В самую нужную минуту Дьюк подводит — комм молчит. Наверное, мне тоже следовало заткнуться, но…       Летняя погода прекрасна. В мире Йена тепло и зелень, прекрасное время плыть по течению.       Летом — самые адские выступления. А свободных коек по боксам больше обычного. На декаде летнего марафона пристрелили Джагернаута. Мою старую «связку». Я сам не знаю, зачем я это помню. — Мистер, хотите попробовать? Три энжена.       Чёрное дуло винтовки. Приклад стёсан. Плохой упор, отвратительный прицел. Мелкашка. Таким детей пугать… Йен теперь меня боится? Почему я так выбесился с его спокойной рожи? Не первый раз вижу. — Всего три энжена!       Игрушки. Пластиковые электрокары, обезьяны в цилиндрах, куклы, плюшевые медведи. От мелких — с ладонь, до огромных.       Улыбчивый зазывала. Красочный плакат. «Рейтинг почёта»: столбик имен, накорябаных мелом на доске, и цифры напротив каждого имени. Тир. Это просто тир на летней ярмарке с железными уточками вместо целей. А я как дурак — стою и пялюсь. — Дайте.       Грузный лысеющий мужик вываливает мелочь из кармана. Рядом крутится мальчишка лет семи. Чуть старше Рори. А может, и не старше, но толще и здоровее. Смотрит, как его папаша, хэкнув, вскидывает ружьё. Стойка у папаши рыхлая. Приклад стискивает — прицел не «дышит». Попадает через раз, а то и через два, даже по крупным неподвижным мишеням. В конце забирает приз — красную машинку — и вручает сыну. Тот в восторге, а мне вдруг становится обидно за Рори. — Дайте.       Всего три энжена. Пачка сигарет стоит дороже. В ответ парень за прилавком тира ссыпает мне на ладонь пригоршню пуль. — Вам зарядить? — Справлюсь.       Винтовка горячая. Долго лежала на солнце. Никогда не давай своё оружие в чужие руки. Особенно перед боем. В «коптильне» можно было схлопотать по роже, если без причины лапаешь чужую винтовку. Почти два года прошло. Йен часто просит: «хватит». «Веди себя по-человечески». «Избавься наконец от имплантов». «Забудь про синхронизацию». Два года — много или мало? Я уже должен был выкинуть из головы арену? Мне уже должно казаться, будто ничего не было?       Уточки приходят в движение. Ползают туда-сюда по деревянным рейкам. Мельтешат. Стараются. А моя цель — попасть в них. Они все мои цели. Риджен. Бэнг. Сова. Бэнг Порезанный. Бэнг. Атлас. Кинг. Лондон. Хайфокс. Бэнг. Бэнг. Бэнг. Ложатся один за одним. Сбитые. Окровавленные. Обугленные. Бэнг. Хлёсткий сухой щелчок, как плёткой. Звук, который я узнаю даже во сне. — Невероятно! Как ваше имя? — Алекс. — Великолепный результат! Вы наш новый чемпион. Поздравляю! Какой приз желаете?       Рори любит всё мягкое и плюшевое, чтобы тискать и обнимать до одури. Йен предлагал завести кота, а я сразу понял — не приживётся. — Это.       Синий медведь мне по пояс. «Ценник» как раз на мой результат — двадцать пять из двадцати пяти.              Зазывала тира грустнеет. Может, ему потом отчитываться. Хорошие результаты участников и раздача дорогих призов не понравятся его боссу? Может, он должен был мне помешать?       Каждый из них хотел помешать… Интересно было бы взглянуть на того, кто смог бы. За секунду до пули в лоб. Поднять глаза поверх прицела, узнать лицо… Мы все знали друг друга. И сказать: «Так значит это будешь ты». А потом конец. Смешной плаксивый бред, если представить. На деле, никто никогда не успевает ничего сказать. И я не успею. — Вот это зверюга! Не тяжело?       Интонация поганая, с издёвкой. Доброжелательная, но от добродушной подколки до мордобоя иногда всего пара фраз. — Нормально.       Ладно, пока улыбаемся. Йен бы одобрил.       Незнакомому любопытному херу на первый взгляд немногим за тридцать. Приятная внешность, стоит признать. Волосы рыжие, аккуратно причёсаны, глаза светлые, с морщинками, ямочки на щеках. Футболка чистая, брючки отутюженные. Домашний пай-мальчик. Только лезет, не разберу, с какого перепуга. — Вы про… — Ага, про медведя. Игрушку. Простите, первый раз вижу, чтобы кто-то отхватил здесь такой приз. Он не… Великоват? Вам помочь? До машины донести или…       Медведя взять в обхват не выходит, слишком широкий, зараза. Я подумываю, закинуть его на плечо и тащить, придерживая за бант на шее, но шёлковая лента не выглядит надёжной. Хватит на сегодня оторванных голов. — А что, часто смотрите? — Каждое лето. Здесь эта ярмарка — традиция. А вы не бывали? Переехали недавно, наверное… А я во-о-о-н. Днём раньше успел поучаствовать. Сегодня пришел посмотреть из любопытства, а тут вы.       Зазывала тира с убитым видом стирает из «рейтинга почета» первое имя и записывает вместо него моё. Старый чемпион уползает на вторую строчку.       А может, и не в призе дело. Может, ему просто лень весь их сраный идиотский рейтинг переписывать, поэтому он так сдулся? — Уилл? Вы — Уилл? — Да. А вы — Алекс. Очень приятно.       Ну, глаза у него на месте. — Неплохо стреляете, Уилл. — Напротив его имени двадцать три из двадцати пяти. Для обычного человека более чем похвально. — Были первым в рейтинге и не разу не почесались взять себе такого же?       Если присмотреться, медведь довольно пыльный. В тире его не додумались прикрыть хотя бы плёнкой. Надо будет разок пройтись по нему из воздуходувки для листьев. А то Йен скажет тащить сразу на помойку. — Я в полиции работал. В дежурном патруле. Пришлось научиться. А приз… Зачем? Детей у меня нет, сам не увлекаюсь. Я больше так… Из спортивного интереса. А у вас?.. — Дочь.       На кой ещё мне сдался бы этот пылесборник. — И где же?..       Я понимаю его недоумение. У всех прочих родителей, гуляющих по ярмарке, выводок вертится у ног, а я один. Надо бы сказать «с матерью». Не вываливать же первому встречному всё дерьмо, что было. Но назвать Йена «матерью» язык не поворачивается. Сердце ноет, стоит подумать о Йене. В голове всплывает лицо, когда он вжался в спинку своего кресла, лишь бы от меня подальше.       А потом я запоздало соображаю, что по легенде для местных Рори вообще-то — Йена, а я сбоку, довеском, и нет у меня никакой дочери. — Дома.       Наверное, Йен уже вызвал такси и слинял. Ключи от пикапа у меня в кармане. Да и сесть за руль Йен не смог бы. Но было бы ему проще без меня? — Да. Извините, не моё дело. Ваша дочь будет рада такому подарку, я уверен, любой ребёнок обрадуется.       Уилл растерянно моргает. Хоть кто-то понимает, когда лучше дать заднюю. А я внезапно, благодаря его неуклюжей растерянности, перестаю злиться. Остаются пыльный медведь, надоедливые вопросы в моей голове и ощущение, будто я облажался по-крупному. Но не злость. И Уилл, словно почувствовав, что уже безопасно, подходит ближе. — Знаете, давайте, я всё-таки помогу. Донесём ваш трофей до машины, а потом по кружке пива? За беседками стенд местного завода. Отличный душистый солод. Если не торопитесь, — предлагает мой новый знакомый и подхватывает медведя за задние лапы, — ну-ка взя-я-яли.       И я не успеваю сказать «нет».