Сквозь пространство

Прошел один день. Один день, наполненный нарастающей за каждый час тревогой, бесконтрольной суматохой между жителями и сплошным детским страхом. Утро понедельника было необычайно яркое, природа так и светилась, но весьма горькое происшествие беспощадно омрачало его, превращая в полную его противоположность. Мрачные, печальные лица людей, знающих о пропаже юного мальчика, не способного за себя постоять перед кем-то, кто его забрал и возможно делал с ним что-то ужасное, чётко и ясно говорили за себя. Даже яркое, улыбающееся солнце не в силах было смочь осчастливить жителей Хокинса. Уилла так и не смогли найти ни городская полиция, ни его лучшие друзья, ни любящая мать со старшим братом, как бы все они ни старались и хотели это сделать, тратя свои драгоценнее силы. Большинство людей Хокинса, знакомые с Джойс, некогда приветливой, милейшей и позитивной женщиной, растившей двоих сыновей без чьей-либо помощи, из уважения к ней и понимания об утрате вышли на долгие, но безрезультатные поиски мальчика. Они усердно искали всю долгую холодную ноябрьскую ночь, обошли весь лес в округе и всё пространство вокруг места обнаружения детского велосипеда, но силы были потрачены лишь впустую. Оно и ежу понятно — его ж не было с этой стороны, где было много народу, и народ Хокинса о нём действительно волновался, электричество не отсутствовало, а солнце светило в избытке, оживляя природу Индианы. Зато с другой стороны, где всё было в точности наоборот, Байерсу пришлось не сладко. — Уилл! — почти сразу же очнувшаяся Несса изо всех сил, что остались у неё после действительно трудного дня, грубо затрясла прямоволосого за узковатые плечи, обхватывая своими бледными ладошками, пытаясь как можно скорее привести друга в чувства. Буквально сразу после неожиданного прибытия в безжизненное серое место, мальчик тут же потерял сознание — непривычно все-таки прыгать между двумя абсолютно разными измерениями, словно какие-нибудь межгалактические путешественники из будущего из какой-то детской мультипликационной программы в телевизоре, не каждый Божий день он такое делает, в отличие от «путешественницы» Ниссон. Ребята с гулким шумом тяжело плюхнулись на противную, склизкую землю, будто полностью пропитанную слизью улиток, из небольшого кратковременного портала, созданного тварью. Уилл больно упал на свою спину, но из-за потерянного сознания совершенно не ощутил резких ощущений, а Ванесса — лицом вниз, прямо к грязи, но успела хотя бы выставить тонкие руки перед собой. Монстр медленно, будто ожидая помощи, встал рядом с детьми в паре метров, его кости будто изломанные чуть ли не в каждом дюйме, хотя на самом деле абсолютно такие и есть, передвигались с ужасным звуком. Эсс внезапно вскочила на ослабшие ноги, откинув мысли о нарастающей боли и о том, что минут пять-семь назад, её швырнули как игрушечную куклу-марионетку в дерево, чуть не переломив ей позвоночник, увидела, что чудовище вполне себе уже приходит в себя. — Ты его не тронешь! — храбро вскрикнула она, твёрдо стоя на трясущихся от слабости ногах и готовясь защитить друга, чего бы уж это не стоило. Конечно, всё это слишком уж надуманно, но она именно так и мыслила сейчас. — Не в этот раз! Демогоргон протяжно зарычал, будто бы споря с «малышкой Эсс», медленно опустился на четвереньки и резко прыгнул прямо на блондинку, казалось бы, дрожащую от страха и ужаса, но нет — она провела здесь в одиночестве слишком много времени, оттачивая свои необычные умения и навыки, чтобы бояться этого монстра. Чувство голода у него изрядно выросло после последнего удачного прима пища, когда он поймал пятнистого оленя, принесённого девочкой из её мира, мира жизни. Ванесса плавно выставила свою левую руку вперёд, усеянную множеством шрамов, направив на тварь. Ниссон громко закричала, даже заорала — выглядела она не мило, а скорее устрашающе, и что-то неведомое науке и миру остановило костлявого в воздухе за секунду до, того, как он смог бы коснуться её хрупкого тела. Вися в воздухе, будто бы на тонких паутинках-ниточках, Демогоргон брыкался и вилял головой из стороны в сторону, пытаясь спастись от беспощадного крика девочки, готовой разорвать его мозг на мелкие частички. Девочка аккуратным, но всё же резким движением грубых пальцев отбросила неизвестного зверя точно так же, как он безжалостно поступил с ней этой кромешной неспокойной ночью, но гораздо дальше и гораздо сильнее. Метров так скажем на двадцать больше в высохший лес. — Уилл! — Ванесса вновь мягко склонилась к мальчику, сев рядом на бледные тончайшие колени, аккуратно взяла его за плечи. Слегка встряхнув, она медленно приложила голову к его груди, скрытой кучей одежды, что было весьма хорошо — здесь не было солнечного света, а значит и температура воздуха была значительно ниже, чем в Хокинсе с другой стороны. Гулкие постукивания сердца, теряющиеся в зловещей тишине, еле-еле ещё пробивающиеся из-за перенагрузки тела, давали небольшую, но всё же спасительную надежду. «Я потом перед тобой обязательно извинюсь!» — В сердцах с яростью вскрикнула блондинка, но при этом не произнося и звука вслух, дав достаточно резкую и сильную пощёчину Байерсу. Его ореховые глаза в тот же миг распахнулись от неожиданной боли, накатившей чуть ли не на всё лицо — вся левая сторона полностью горела огнем и постепенно краснела от соприкосновения двух тел. — Бежим! — тут же рявкнула Несса, схватила правую ослабшую руку мальчика, да настолько крепко, что казалось, она ее никогда не выпустит, что бы ни происходило вокруг, и с силой потянула наверх. — Никуда я с тобой не пойду, я тебя даже не знаю!!! — неуверенно затрепетал очнувшийся Уилл, выхватив свою ладонь из цепкой хватки девочки, будто бы с неким еле видным отвращением, смотря на неё растерянными, испуганными огромными глазами. Вдали вдруг раздался странный звук, словно что-то ломалось, и оба ребенка инстинктивно повернули свои головы в сторону внезапного шума. Демогоргон, не спеша и не торопясь, вышел из-за деревьев-столбов, переступая с одной костлявой ноги на другую, будто бы предугадывая участь двух беззащитных людей. Почва, мягкая и сгнившая, противно расходилась под его широкими тончайшими ступнями, оканчивающимися острыми когтями-лезвиями. — У тебя есть выбор, либо Я, либо эта тварь, Спящая Красавица! — Сейчас, конечно, самое время для того, чтобы только язвить и отпускать колкости. Девочка, раздражённая медлительностью прямоволосого, всё ещё протягивала свою руку, ожидая решения, в данный момент такого важного, от которого зависит исход обеих жизней. Выбор не особо велик. Байерс, уже совсем ни на долю секунды не задумываясь о том, что за девочка перед ним стоит, звонко хлопнул кистью по ладони незнакомки, быстро вставая на ноги. — Ты знаешь, где можно спрятаться? — быстро спросил Уилл, стоя рядом с изрядно ослабевшей Ниссон. Ребят охватывали абсолютно разные, чуть ли не противоположные эмоции, Байерса — беспросветный страх, глубочайшая растерянность и вновь разрастающаяся тревога, Нессу — твёрдая решительность, невероятная дерзость и яркое предвкушение чего-то эпичного и фантастичного. Она уже очень давно не общалась ни с кем вживую, лицом к лицу. А тут выпал такой шанс. Один шанс на несколько миллиардов душ! Измученная резким применением необычных сил Эсс его просто проигнорировала, не желая отвечать сейчас на вопросы, ответы на которые были не так важны в этот момент, от которого зависит судьба мальчика. Демогоргон проголодался, он готов был убить обоих детей, чтобы полакомиться ими и устроить себе торжественную трапезу. Ребята побежали, что есть силы. Ниссон и Байерс двинулись к лесу, вернее туда направилась девочка, тяжело таща Уилла за собой, как машинку на верёвочке. Тёмная, мертвая атмосфера пугала прямоволосого до мурашек — он будто попал в кошмарный сон. Солнечный свет, если он и был где-то наверху, не мог пробиться сквозь чёрное небо, лишь изредка его тусклые мертвенно-белые лучи могли освещать маленькие участки этого места, как будто в этом мире постоянная ночь, как на севере. Гром то и дело шумно раскатывался среди серых туч, молнии постоянно сверкали, но не привычным цветом, а каким-то неоново-алым, добавляя нотки ужаса, да так ярко, что глазам было больно. Деревья в лесу — точно копии тех, что растут в Хокинсе, но просто высохшие, сгнившие изнутри, безжизненные ветви, торчащие и мерзкой почвы, в которой, ну никак не может вырасти что-то живое. Бесконечная слизь, в которую вечно могли случайно наступить дети, появлялась из ниоткуда, замедляя их ход — видимо помогала твари настигнуть их как можно скорее. Демогоргон быстро шёл, нет, вернее стремительно нёсся за ними по пятам. Ванесса уводила мальчика в укромное безопасное место, куда эта тварь уж точно никогда не заберётся, ибо всё же живой страх играл свою роль в сознании монстра. Уилл ничегошеньки не понимал, но чувствовал, что она — его спасение. Спустя где-то пятнадцать долгих, и как показалось детям, вечных минут блужданий по омертвевшему лесу (это, наверное, самая загадочная пешая прогулка по другому измерению, думалось Уиллу), изрядно вымотанные и уставшие ребята вышли на довольно просторную пустую полянку. Её поверхность была покрыта сухой землей и травой болотного оттенка, прямо посреди которой стоял большой, прямо-таки гигантский дуб, единственный, наверное, во всем этом перевёрнутом мире, с хоть какой-то кроной листьев, которая могла спрятать детей от опасности. Ванесса, уверенная в себе настолько, будто бы только что заглядывала в будущее и узнала, что будет дальше, и Уилл, всё еще перепуганный до смерти от того, что увидел, быстро подошли прямо к толстым корням дерева, единственного, наверное, живого в этом мире. — Что дальше?! — растерялся, было, мальчик, оборачиваясь назад, где уже стоял голодный Демогоргон, выпрямляясь после тяжелой погони. Странно было то, что ноги прямоволосого совершенно не болели, хотя бежали они довольно долго и по труднопроходимым тропинкам, словно он и не бежал, а… летел?! Уилл не имел ни малейшего понятия, что делать, а тем более думать дальше, ведь они никак не могли бы забраться на дерево силой мысли, как там это делается в анимационных мультфильмах. Они ведь самые обычные двенадцатилетние подростки-дети, не имеющие ничего необычного в своей жизни!!! Ниссон вдруг повернулась лицом к Байерсу, явно раздражённая бесконтрольным поведением того, прямо проигнорировав чуть ли не истерический вопрос. Сейчас не до них было. Мальчик смог разглядеть на её лице островатые скулы, вздёрнутый курносый нос и стальной взгляд, но в плохом освещение он не сумел разглядеть её глаз. — Эй!!! — возмущенно закричал он, высказывая, вернее показывая своё недовольство по отношению к нему же. Он хотел знать, в чём дело, что, как и так далее. — Возьми меня за руку! — внезапно коротко отрезала блондинка своим холодным голосом, будто бы совсем превращаясь в эгоистичную девчонку, аккуратно косясь в сторону очухавшегося чудовища, распахнувшего омерзительно ужасную пасть в поисках запаха свежей детской человечины, в тот же момент ставя прямоволосого в самый наитупейший тупик. — Эээ, — ещё больше растерялся мальчик, не понимая для чего нужно это действие, — Чего мне надо сделать? — оторопевший паренёк встал рядом с блондинкой. — Я не чётко выражаюсь?! Или ты хочешь сходить к этой твари на ужин в качестве еды?! — крепкие, как сталь, нервы двенадцатилетней девчонки помаленьку истекали, как и струйка густой красной крови сейчас стекала из носа. Дополнением ко всему этому эпичному приключению подойдет то, она в этом уверена на все сто процентов, также как и в том, что её имя — Ванесса, что ей обязательно придется отвечать на кучу вопросов о том, кто, что, где, как и откуда она такая. Девочка вновь крепко-крепко схватила ладонь прямоволосого, тот уже не особо сопротивлялся, потихоньку осознавая, что она — его ключ не только к спасению, но и к гарантированной безопасности, единственной и нужной сейчас. Уилл сразу ощутил, насколько жёсткая и затвердевшая кожа у неё на подушечках пальцев, будто она привыкла к этому мерзкому миру. Странно, но то, что он в тот же момент ощутил, сразу после соприкосновения двух ладоней, было нечто невероятное — энергия, которая так внезапно появилась вокруг них, окутывая с ног до головы, проникала в тела детей, даруя силу и ощущение безопасности, которое так было нужно мальчику. Демогоргон, издали внимательно рассматривавший свою скорую добычу, встал на четвереньки, впиваясь своими острыми когтями-лезвиями в самую глубину мерзкой почвы. И будто бы по неведомому сигналу, резко сорвался с места, где только что стоял, направляясь прямо к детям. Преодолев пятидесятиметровое расстояние за двадцать секунд, а может и меньше, он сделал контрольный, завершающий прыжок — максимально сильно сгруппировался у самой земли, а его кости хрустнули так громко, что этот звук донёсся и до неё, и даже до него. Тварь прыгнула, готовясь безжалостно убить перепуганных подростков и раскрывая свои челюсти-лепестки с миллионами зубами, но вдруг твёрдо врезалась в какой-то невидимый барьер. Байерс вдруг почувствовал, как защита, дарящая ощущения безопасности, обволакивает его с ног до головы, перекрывая тот страх и тревогу, что забрались в самые дальние уголки сердца и души. А затем он смог сам разглядеть еле видные в воздухе очертания странного энергетического поля, больше похожего на большую мыльную сферу, но не такую, чтоб можно было лопнуть лишь прикосновением, а гораздо прочнее, вокруг двух, казалось бы, совершенно незнакомых людей, не встречавшихся и не пересекавшихся в реальной жизни. А затем Уилл отключился. Его глаза закатились из-за накатившей усталости, ибо настолько сильный поток энергии, прошедший через тело мальчика, не был полезен для его организма.

***

Джойс с довольно громким шумом поставила картонную, но прочную коробку на кухонный стол. Женщина купила его в том же магазине, где беспрестанно работает уже на протяжении долгих десяти лет, пытаясь содержать двоих сыновей после ухода халатного и бесполезного мужа, что не так легко на самом деле, как кажется. Она даже не брала выходные на Рождество или День Благодарения, а если и заболевала, чего очень боялась и остерегалась, то всё равно шла и усердно работала. Когда кто-то просил её подменить или поработать за него, она нехотя соглашалась, но в глубине души всё же осознавала, что лишние деньги действительно никогда не помешают ей и детям. Отнюдь не аккуратно вскрыв коробку острым металлическим канцелярским ножом, она смогла достать не только телефон, вернее его части — провод, подключающийся к электрической сети, телефонную трубку и подставку для самого телефона для набора номера. Она даже умудрилась раскидать по все кухне его защитную упаковку — бумажная обёрточная бумага очутилась даже в раковине, которая, между прочим, была доверху забита грязной посудой — невымытые тарелки, кружки, ложки и даже гриль-сковородка из-под вчерашней яичницы-глазуньи. Быстро собрав новенький работающий телефон, прицепив шнур к телефонной платформе, примерно за пять-семь минут, пролетевших, словно тридцать секунд, миссис Байерс небрежно подключила технику к электричеству, кое-как запихнув вилку шнура в розетку, находящуюся в длинном, заполненном яркими солнечными лучами, коридоре. Теперь его цвет поменялся на оранжево-розовый, но совсем не яркий, а пастельный оттенок, приятный человеческому глазу. Шатенка хотела было сесть в любимое мягкое кресло, стоящее в просторной гостиной, но длина провода оказалась недостаточной. Женщина заранее не узнала об этом, поэтому чуть не упала на твёрдый холодный пол, когда шнур резко напрягся, тихо «скрипнул» и запружинил, издавая характерный звук. Непременно испугавшись за непонятную судьбу новокупленного телефона, Джойс одной только правой рукой постаралась придвинуть кресло как можно ближе к себе, развернув его против часовой стрелки несколькими мощными руками. Плюхнувшись на мягкую поверхность, как маленький ребенок, ожидающий какого-нибудь сказочного чуда, она заметила, как вновь напрягся провод, грозя вот-вот разорваться на две части. Невысоко подскочив пару-тройку раз на своих ногах, миссис Байерс оказалась на комфортном расстоянии. Шатенка аккуратно положила вновь готовый к работе телефон к себе на колени, обнимая его обеими руками, и стала ждать. Ждать Джонатана, который с утра ушёл в школу, захватив с собой несколько десятков долларов, чтобы зайти куда-нибудь и распечатать около трёхсот копий с объявлениями о пропаже её младшего сына с фотографией Уилла, гласивших «Have you seen me?» Ждать Хоппера, который постучит в дверь, чтобы рассказать о том, что они обнаружили хоть какую-то малейшую улику или зацепку или хотя бы намёк на то, что её сын жив-здоров, но затерялся где-то на планете. Ждать звонка, который может быть и скажет, что Байерс-младший в абсолютном порядке. Ждать Уилла.

***

Уилл и Ванесса всё же оказались в том крохотном домике на высоком дубу-дереве по воле маленькой «ведьмачки», когда мальчик наконец-то пришёл в себя. Он лежал на чём-то, очень походившем на кровать. Деревянное основание заметно казалось хлипким, но это было отнюдь не так — блондинка соорудила его по чертежу Клауса, тонкий матрас смягчал всю жесткость, но мальчику всё равно было довольно непривычно. Он, в конце концов, в другом измерении. Байерс огляделся вокруг. Они находились в небольшой, даже крохотной комнатке раза в три-четыре, а может и больше, меньше своей комнаты в Хокинсе, полностью выполненной из какого-то непрочного на вид дерева. Темная атмосфера присутствовала даже тут, и это все ещё напрягало мальчика до чертиков, что уж говорить об улице. — Эй, ты чего? — вдруг раздался довольно мелодичный голос девочки. Она решила задать вопрос прямоволосому, замечая в глазах того довольно выраженное смятение и страх. Блондинка подошла к нему, садясь рядышком на кровати. До этого действия она стояла возле крохотного столика и рассматривала картину снаружи — голодное чудовище не спешило забираться на дерево, но и не хотело покидать полянку. Внизу вдруг раздался резкий омерзительный рык, будто бы зов или послание, отправленное для Ванессы, разрывающий мертвую тишину, царившую в воздухе. Мальчик вздрогнул. — Уилл? — вновь обратилась Эсс к проснувшемуся от непродолжительного сна Байерсу. Ну надо же хотя бы поинтересоваться, как у него самочувствие и ощущения, это ведь не привычно — видеть такое, когда тебе всего лишь двенадцать лет. — Кто ты? — с удивлением в глазах переспросил он, аккуратно косясь на деревянные стены, которые были сплошь усыпаны странными неглубокими царапинами, вероятно оставленными не котом или белкой, но сверху покрытыми чем-то вроде акриловой краски темно-алого оттенка. Блондинка поначалу пришла в тупик, она совсем не ожидала, что он придет в себя так быстро после перенапряжения для тела. Ниссон, уже давно подготовившаяся за эти недолгие десять минут, пока её друг мирно спал, считая седьмой сон, к расспросам о ней, аккуратными движениями грубых белых пальцев вздёрнула рукав своей любимой джинсовой кофты, обнажая небольшую, даже крошечную татуировку на бледной коже. Она гласила «001ESA». — Что это значит? — поинтересовался Уилл, явно заинтригованный действиями девочки. Казалось, он видел её впервые, но не мог сказать того же о ней, будто она была с ним уже очень долго. Хотя нет, он припоминает один случай, когда увидел похожую на неё блондинку, разве что одета она была по-другому. Видел Байерс её во сне за пару дней до этого странного случая. — Это моё имя. — Глухо отрезала слегка подрастерявшаяся девочка, закрывая свою яркую чернильную метку и пряча под плотную ткань джинсовки, — Ну, Ванесса. Ванесса Ниссон. — А я… — хотел было гордо представиться прямоволосый, будто стоит перед президентом, но блондинка его невежливо перебила, плавно вставая с твердой кровати и вновь подходя к маленькому деревянному столику. — Уилл Байерс, я знаю. — Быстро сказала девочка, не колеблясь ни на долю секунды. Для неё эта информация новой не была, и как уже догадался Уилл, она действительно знает что-то о нем, а может и не только о нем. — Откуда? — в тот же миг у Байерса появилась необъятная куча вопросов, на которые он хотел узнать ответы и, желательно, правдивые и как можно скорее. Его мозг сейчас работал как никогда, и он хотел понять всё об этом мире — за это он и понравился своим друзьям и Эсс. — Наблюдала за вами. — Улыбнулась девочка, закрывая окно небольшой створкой. Это не было ложью, но ведь она не совершала ничего незаконного и присущего преступникам — наблюдение является лишь естественным этапом в экспериментах. — Как? — в глазах мальчика стремительно расплывалось удивление, любопытство, а самое главное — спокойствие. Наконец-то страх, тревога и отрицательные эмоции и чувства отошли на задний план, давая возможность положительным выйти на сцену. Под деревом опять раздался громкий рык Демогоргона, пугающий до мурашек, но уже не так, как в первый раз, что весьма удивило Уилла, впервые попавшего в этот странный, мертвый и полный неразгаданных головоломок мир. — Почему он еще здесь? — забеспокоился прямоволосый, не особо уверенный в безопасности, прочности и укрепленности этого домика. Сейчас его волновала причина действий Демогоргона, который начал скрести своими когтями по твёрдой коре дуба. Эсс, раздражённая непривычным поведением монстра, распахнув покрытые травой ставни, выглянула в крохотное окошко, высовываясь чуть ли не наполовину, увеличивая шанс попасть в пасть к страшной твари, которая ждала лишь этого. — Аккуратнее! — громко вскрикнул Байерс, слегка приподнимаясь на локтях. Он вновь испугался, но уже не за себя, а за девочку, не смотря на то, что впервые её увидел. Ванесса, приметив, что мальчик заволновался за неё, но не подала должного вида и посмотрела своим зорким небесным взглядом на чудовищную тварь, поднявшую свою голову наверх и, раскрыв свою глотку, наполненную тысячью зубов, после чего перевела глаза куда-то вдаль и крикнула, что есть силы. — Отзови Его!!! — громкий мелодичный возглас разорвал настораживающую, предельно подозрительную тишину в кромешной ночи. Уилл, пока блондинка пыталась отогнать ту тварь, осторожно выглянул из двери домика, украшенной небольшими рисунками. На его глазах монстр внезапно повернул свою овальную голову туда же, куда только что смотрела Ниссон, будто что-то услышав, а затем резко понесся на зов чего-то более сильного и странного, что было непонятно мальчику. После этого дети уселись на практически кирпичную кровать друг напротив друга, предварительно сняв ботинки. Байерс приметил, что ноги блондинки в некоторых местах перемотаны чем-то похожим на медицинский бинт, на котором есть красноватые пятна. Он решил не спрашивать об этом. В какой-то момент их глаза пересеклись — небо громко столкнулось с землёй. Мальчик хотел задать много вопросов, а девочка была готова отвечать на них на протяжении всего своего свободного времени. — Откуда ты? — резко спросил мальчик, прерывая гляделки. Опрос начался с самого банального, что смог придумать Байерс. Надо же хотя бы узнать, откуда она такая. — Из Давенпорта, штат Вашингтон. — Блондинка негромко хрустнула костяшками пальцев, будто бы в том, что происходит вокруг, не было ничего необычного. Прямоволосый заметил, что его новая знакомая невероятно худая, а это было довольно трудно разглядеть — одежда, которую она носила, была ей не по размеру — слишком широкая футболка с выцветшим рисунком и надписью «Go-go-go!» и растянувшиеся кобальтовые джинсы придавали ей нормальное телосложение, хотя это было отнюдь не так. Её длинные грязно-светлые волосы были распущены и красиво лежали на узких плечах. — Я могу тебя называть… Эсси? — смущенно промямлил Уилл, глупоулыбаясь и глядя на новую подругу. Ему всегда было трудно знакомиться с кем-то, а тем более с девчонками. — Ладно. — Невозмутимо ответила Ванесса, удивляясь, как ему это пришло в голову. Хотя, чему она удивляется — он только что пережил такое, чему взрослые люди не за что не поверят. — У тебя есть суперсила?! — с неким нажимом задал вопрос мальчик, вспомнив, из-за чего он потерял сознание. Ну наконец-то, хоть что-то интересное. — Это конечно не суперсила, как ты выражаешься, но да, я кое-что умею и могу показать, но сразу говорю, тебе будет непривычно и даже может стать плохо. Ты за час успел дважды потерять сознание! — Улыбнулась Ниссон другу, — Тебе нужно отдохнуть… — Но я… — хотел было возразить Уилл, явно не чувствовавший себя утомившимся и хотевшим спать, но его опять перебили. Опять. Ну что за манеры у этой девчонки! — Устал. Ты устал. — Эсси тихо подошла к столику, взяла большую жёлтую кружку, которую мальчик тут же узнал, наполненную какой-то прозрачной жидкостью, и принесла Байерсу, всё ещё лежащему на кровати, — Выпей и уснешь сразу же… — Что это? — недоверчиво произнес прямоволосый, поднося чашку к носу. Мало ли что, всё-таки он её недостаточно хорошо знает. — Не отрава, не переживай. Это просто вода. Она тут в избытке, поэтому я её экономлю. — Ухмыльнулась блондинка, отпив большой глоток чистейшей жидкости, как бы давая понять, что отравлять она его точно не собирается, — Теперь уверен? — Да… — мальчик практически выхватил кружку и залпом выпил, всё, что в ней было. Уж очень ему хотелось пить. Спустя минут пять-семь, он уснул прямо в той одежде, в которой и прибыл в это «Другое» измерение, не снимая её — так было гораздо теплее. Блондинка взяла теплый плед со стульчика, тихо расправила и аккуратно накрыла нового друга, чтобы тот не замерз ночью. Ей это уж точно не грозит…

***

— Одиннадцать! — позвала Ванесса старую добрую подругу. Та оглянулась на зов, заметив незнакомую девочку. У неё были светлые волосы чуть выше поясницы и голубые глаза, пронизывающие мозг, — Сядь за стол, пожалуйста. Та девочка, которую позвала Эсси, была одета в серые спортивные штаны и темно-синюю кофту без воротника — очевидно, что эти вещи принадлежали не ей, они были мужскими, скорее всего даже Майк и был их хозяином. Её каштановые волосы были очень коротки — девочку брили почти налысо. Ниссон, как обычно невидимая мальчишкам, аккуратно села на заранее отодвинутый подальше стул, ожидая действий кареглазой. Пока мальчишки стояли около шкафа и обсуждали происходящую ситуацию, девочка с бритыми волосами медленно, будто бы опасаясь, подошла к деревянному столу в подвале дома Уиллеров и аккуратно села за него. Перед ней находилась небольшая черно-белая карта для любимой игры четырёх друзей — Подземелья и Драконы, а на ней стояло около семи черных фигурок — персонажей игры, злодеев или героев. Свет в комнате был тусклым, не таким как в комнате Нэнси или Уилла. Окон, соответственно здесь не было. — Помнишь меня? — мягко спросила Эсс, ожидая положительного ответа или хотя бы кивка, но Одиннадцать её проигнорировала. Девочка положила руки на края карты, придвинув её ближе к себе, рядом с её локтем стоял Демогоргон — самый опасный монстр на всём поле. — Что она затеяла? — Лукас повернулся к Уиллеру, как бы истерически говоря «А я говорил, не надо было её здесь оставлять!!!» — Ладно… — Ванесса не хотела показаться растерянной, поэтому просто продолжила, — Мальчики хотят найти Уилла? Я могу показать, где он. Кареглазая огляделась вокруг, заметив, что Дастин, Лукас и Майк почему-то застыли, как вкопанные, словно увидели мумию или привидение. Даже стрелки часов, висящих на стене, замерли, будто что-то их останавливало. Одиннадцать резко повернула голову к старой знакомой, осознавая, кто перед ней. — Да… — Шатенка кивнула в знак согласия, а затем открыла глаза. — Оди? — заволновался за новую подругу Майк. Ванесса, стоящая рядом, острым пальцем указала на одну из маленьких фигурок, стоящих в середине карты. Её рука медленно потянулась к мини-статуэтке мага, одетого в длинную мантию в пол и остроносую шляпу, держащего волшебный посох. — Уилл… — практически прошептала она, держа перед носом символику Байерса в руке. — Суперсила! — ошеломленно пролепетал кудряш, пристально наблюдая за действиями новой подруги. — Видела его? — Черноволосый сел рядом с Одиннадцать, смотря той прямо в карие глаза и засыпая её вопросами, ведь они, кажется, нашли ключ к тайне исчезновения лучшего друга, — В Лехолесье? Знаешь, где он? — Смахни все остальные фигурки. — Посоветовала Ванесса, сидя напротив шатенки. — А затем переверни карту на обратную сторону. Кареглазая сделала всё точно так, как велела ей Ниссон. До неё уже начала доходить суть мыслей блондинки и, не дожидаясь дальнейших указаний, она поставила прямо в центр фигурку мага с громким стуком. В самую середину карты. — Я не понимаю! — Уиллер не мог осознать действий Оди, лишь спросить об этом. — Прячется… — тихо произнесла, чуть ли не шепча, шатенка. Она сама не особо понимала, что произошло с мальчиком, но старалась это сделать. — Уилл прячется? — удивленно переспросил Майк, кладя руки на стол. Девочка еле заметно кивнула. — От злодеев? — Одиннадцать мотнула головой в знак протеста, всё ещё смотря в центр карты. Напряжение в комнате стало расти. Хендерсон с Синклэром многозначительно переглянулись, а второй начал осознавать, что эта девчонка — их путь к разгадке пропаже Уилла. — А от кого? — задал новый вопрос черноволосый, интерес и любопытство которого вот-вот готово было вылиться из чаши. Одиннадцать аккуратно обхватила пальцами единственную оставшуюся фигурку на столе — Демогоргона, и поставила её в паре сантиметров от мага. Все четверо ребят переглянулись между собой по очереди. Растерянный Майк с озадаченным Лукасом, Синклэр с Хендерсоном, начинающем помаленьку истерить, а Дастин уже взглянул на Оди, которая перевела свои глаза на Уиллера.