Исследования превыше всего

— Здравствуйте, — спустя пять минут молчаливой игры в гляделки Ри наконец подала голос. Два лиловых огонька блеснули особенно ярко, будто силясь пустить смертоносный луч, который пробьет девушке грудь и испепелит сердце. Ри невольно потянулась рукой к месту, где под ребрами нервно стучал основной механизм жизнедеятельности. — Меня зовут Ри… эм… Малая Властительница Кусанали… точнее… эм… — девушка лихорадочно собирала по закоулкам разума мысли в одну кучу. От этого пронзительного леденящего душу взгляда не то что мысль сформулировать — дышать было трудновато. — Я провожу одно… исследование, — ответа от лиловых глаз так и не последовало, и Ри предприняла еще одну попытку объясниться. Зачем ей объясняться перед этими глупыми глазами она еще не успела понять. — Малая Властительница Кусана…. — Задница хиличурла перед носом раздражает меньше, чем этот гребаный титул, — внезапно по ушам Ри резанул холодный голос по ту сторону решетки. Лиловый свет на мгновение померк — обладатель «чудесных» глаз то ли закатил их, то ли прикрыл, чтобы не лицезреть столь омерзительное, видимо, существо, что сейчас перед ним распиналось. У Ри дернулся глаз. — Задница хиличурла может показаться цветком-сахарком в сравнении с человеком, у которого ни уважения, ни манер! — Как обычно, язык длиной в пару километров отреагировал быстрее, чем мозги, хотя, казалось бы, сначала формируется идея, а уже затем воплощается. Видимо сегодня у Ри все шло задом-наперед. — Туше, — язвительно отозвался таинственный Сказитель. Послышался шорох. Света лиловых глаз больше не было видно. — Ты только что мне задницу свою для проверки подставил, сын хиличурла? — Ри чуть не задохнулась от возмущения, не заметив, как перешла на «ты» и полностью отказалась от изначальной политики лояльности к народному преступнику. — Заткнись, — лениво бросил заключенный. — Твоим противным голосом только прутья решеток разрубать, да и то не вышло, так что не распаляйся за зря. — Ты… — девушка потеряла дар речи. Выпучив глаза, она бессильно хватала ртом воздух, как выброшенная на берег рыба. Самый душный хиличурл в Академии не был настолько бестактным, а Ри как-то довелось пообщаться с аль-стеной-Хайтамом. — Подсказать рифму к этому слову? — С ядовитым сарказмом усмехнулся парень. — Удивительно созвучная с доселе произнесенными заключениями о конечностях хиличурлов. — Ублюдок, — нервно хихикнула девушка, запустив руку в волосы. Человек за решеткой фыркнул. — Плевать мне, — Ри набралась решимости вывалить на этого бесцеремонного дурака все, что она хотела, и уйти отсюда. Все же бросать начатое было не в ее стиле, даже несмотря на препятствия в виде каких-то там саркастичных преступников. — Короче, я веду исследование о создании Глаза Бога. Кусанали дала мне тебя в помощники, якобы ты можешь что-то дельное сказать, в обмен на какую-то информацию от меня. Но сейчас я вижу, что все что ты можешь — это харкаться ядом, так что сиди тут один в темноте, язви стене напротив. — Как будто ты можешь что-то большее, чем чепуху молоть, — хмыкнул Сказитель, так и не повернувшись. — Ну вот и решили, — выдохнув, как разъяренный як в смертельную жару, Ри резко развернулась на каблуках и вихрем вылетела из комнаты заключения народного не просто преступника, а откровенной скотины.

«Мне очень жаль, что мои предупреждения оказались даже несколько ошибочными, в отношении поведения Сказителя.»

Пулей мчась по улицам Сумеру, Ри настиг ментальный голос Нахиды. — Пусть катится к хиличурльей матери! Даст ему молочка перед сном, он выспится и перестанет быть такой омерзительной сволочью. Еще и в лобик поцелует, чтоб бедненький совсем от зла вселенского не разорвался! — Активно жестикулируя руками, Ри отвечала в пустоту страшно недовольным тоном, за что получала косые взгляды людей, проходящих мимо. — Чего уставился? — Девушка пролетела мимо какого-то парня, собиравшего с мостовой упавшие с прилавка закатники. С перепугу бедолага уронил их вновь. — Как будто никогда ученых не видели, бестолочи, — бурча под нос ругательства, Ри дотопала до дома, оповестив соседей о своем прибытии звонко хлопнув дверью.

«Сильно же он тебя разозлил… а ведь ты работала с аль-Хайтамом, разве не привыкла получать сарказм и холод в ответ на свою деятельность?»

— Сдалось мне привыкать к подобной дряни! — Выпалила девушка, плюхнувшись в любимое кресло и прикрыв глаза. Вычитав в какой-то малополезной книжонке про дыхательные упражнения, Ри не придумала ничего лучше, как попробовать их выполнить, стараясь успокоиться. — Я потому и работаю одна, потому что скорее разобью кому-то книгой голову, чем буду выслушивать в свой адрес какую-то несуразную ерунду!

«Сказитель сейчас думает о тебе.»

— Проклинает небось, — фыркнула Ри. — Ничего-ничего, от того что и как Я думаю о нем, у него не только икота, но и понос сейчас начнется. В Сурастане же есть уборщики? Хотя нет! Пусть посидит в сортирной луже, ему там самое место! — Девушка злобно хохотнула, потирая ладони. О дыхании было забыто напрочь. Глаза лихорадочно осматривали помещение, а дрожь в руках скрывалась в нервных движениях и похрустывании суставов.

«Вы чем-то похожи.»

В тонком детском голоске слышались нотки веселья. У девушки сначала дернулся глаз и из головы снова пропали все мысли от шока сравнения ее с этим ублюдком, а потом на смену удивлению пришло нездоровое веселье. Расхохотавшись, Ри откинулась на спинку кресла и наконец смогла расслабиться. — Может, ты и права, — сквозь смех ответила она потолку. — Уж про хиличурльи оконечности мы явно думаем одинаково.

«Если он пошлет тебе зов, ты ответишь?»

— Смотря какой зов, — девушка задумалась. Вопрос был еще внезапнее, чем сравнение. — Если опять будет дерзить — пойдет в задницу, а если я услышу от него что-то вразумительное и хотя бы с меньшей долей яда, то я подумаю, — Ри потерла глаза. — А он может послать мне зов? — Она резко выпрямилась в кресле, уставившись куда-то в пустоту, словно сейчас могла удивленно и немного испуганно посмотреть на Нахиду.

«Может. Я ведь говорила, что каким-то странным образом между вами установилась связь. Ты и сама можешь сказать ему что-то.»

— Больно надо, — девушка фыркнула. — Я ему уже все сказала и ответ на это услышала. Пусть сам первый говорит.

«У вас не так много времени.»

После этой фразы в голове Ри воцарилось молчание. Во время диалога девушка не особо придавала значение вязкой тишине, которой сопровождался разговор, но сейчас с улицы послышался гомон людской жизни, трели птиц и шум ветра, которых не наблюдалось минутой ранее. Неосознанно Ри поняла, когда связь с Нахидой работает, а когда прекращается. — Ну, много, мало, какая разница, — устало вздохнула она, поставив локти на колени и водрузив подбородок на ладони, — все равно я сказала все, что хотела, а дальше выбор только за ним. Не буду же я заставлять это чудовище насильно со мной контактировать. Только нервы себе все вытреплю, — привычка разговаривать сама с собой уже заметно укоренилась в жизни Ри. Пробормотав последние слова, она обессиленно прикрыла глаза, едва не провалившись в дрему. — Не спать! — Подскочив в кресле вскрикнула девушка. — Не спи! Надо поесть! Поесть и еще почитать! Тебе волю дали свободную, на сон время тратить надо ночью, как все нормальные люди! — Ри поднялась и пошлепала на кухню. — Хотя ночью в голову самые дельные мысли приходят… почему еще никто не придумал штуку, которая дает необходимые силы, заменяя сон? Вот уж полезное было бы изобретение, — поставив на жаровню вчерашнюю запеченную индейку для разогрева, девушка бездумно уставилась на огонь под сковородой. — Попугайчика завести что ли… беседы с собственной тушкой — первый звоночек к сумасшествию. Худо-бедно пообедав… или позавтракав? Поужинав? Архонты знают, но, запихнув в себя пищу, Ри махнула рукой на кресло, взяла с собой стакан с соком и книгу, и поднялась в комнату, удобно устроившись на кровати. Однако сосредоточиться на чтиве все никак не получалось. Информация в первой главе была нудной. Что такое Глаз Бога даже дураку известно. Определение было конечно более емким, чем в общедоступных источниках, не сухое «Глаз Бога — это магический артефакт, который позволяет управлять силами элементов», а «Глаз Бога — неизученный артефакт, присуждаемый наиболее выдающимся личностям среди населяющих наш мир существ, обладающим рядом свойств, способных не только подчинять себе одну из восьми стихий Тейвата, но и открывающих скрытые таланты владельца, такие как дар прорицания, врачевания, строения, и многие друге, описанные в главе «IV. Применение».» Ри изо всех сил старалась сфокусировать внимание на строках, но буквы расплывались перед глазами. Мозг отчаянно пытался ухватить слова о восьми элементах, но едва девушка цеплялась за эту мысль, нить связи обрывалась, унося размышления в какие-то потаенные дебри разума. Спустя час бесплодных попыток, глаза начало нещадно щипать и тот факт, что Ри терла их изо всех сил, делу не помогал. В какой-то момент она моргнула и не смогла разлепить веки. Сон тяжелым одеялом приковал ее к кровати, разметав по комнате все усилия оставаться в сознании. Книга мягко плюхнулась на грудь, руки опустились на живот. Слабо дернувшись, девушка приняла более удобное лежачее положение и провалилась в какие-то странные грезы. Ей привиделись родители. Она не могла рассмотреть их лиц, головы были подернуты сизой дымкой, то сгущаясь, то рассеиваясь, являя миру невыразительные брови, неопределенного цвета глаза, типичные ничем не примечательные носы, незапоминающиеся губы. Отец молча сидел за рабочим столом, уткнувшись в пергаменты и книги, изредка бросая на дочь суровые взгляды, а мать, в перерывах между черчением, беспрестанно твердила девочке о необходимости правого дела, о ее лени, о том, как важно уже сейчас выбрать направление обучения и исследований. Маленькая Ри, будто бы размером с задохлика-оникабуто, смотрела на родителей снизу вверх, сгибаясь под весом их непоколебимых требований и идеалов. Со стен на нее давили дипломы и сертификаты, свидетельствующие о выдающихся научных деяниях предков. Каждый из них вопил о том, какие фундаментальные открытия и исследования были проведены этими двумя мастодонтами науки, сколько неразрешимых вопросов нашли благодаря ним свои ответы. «Ты должна пролить свет на тайны этого мира!» — в унисон вопили две громадные фигуры, одетые в идеально чистые и выглаженные униформы Академии. «Позор на нашу голову, взрастить чадо, не просветившее слепое общество в основополагающих законах мира!» Девочка сгибалась все ниже, казалось, что ниже только гладкий паркет, но тщедушное тельце уходило дальше вглубь. «Должна, должна, должна, новое, тайное, неисследованное». Слова родителей эхом отскакивали от сужающихся стен, мотая малышку из стороны в сторону. — Забавно, — раздался резкий, невыносимо отчетливый голос откуда-то из темного угла за спиной. Малышка, едва совладав с собственным телом, обернулась в ту сторону. — Забери меня отсюда, — прохныкала девочка, протягивая трясущиеся ручки обладателю голоса. — Сама о себе позаботишься, — фыркнул голос, будто бы отдаляясь. — Я не смогу одна! — Все ты сможешь, хватит ныть! Жалкие плебеи хватаются за чьи-то руки, но настоящая сила в одиночестве. — Я не хочу быть одна, — девочка, сделав тяжелый шаг, грузно завалилась на пол. Ее щеки заливали слезы, из-за их пелены было видно лишь как шевельнулась в углу тень, растворяясь во тьме. — И я не хотел… Голос начал затихать. Безудержно рыдая, малышка поползла к углу, сдирая коленки и локти, то крича, то шепча мольбы о помощи. Но загадочный свидетель уже исчез, оставляя Ри наедине с гамом утверждений о долге и прорывах в науке. — Нет!!! — Не своим голосом завопила Ри, вскакивая в постели. На пол рухнула книга, заставив девушку снова подскочить и ухватиться за неистово колотящееся о ребра сердце. — Нет… — шепнула она, фокусируя взгляд на утопающей в темноте ночи комнате. Мысли лихорадочно стали скапливаться в голове, силясь перекричать друг друга. Заторможенно опустив ноги на пол и почувствовав его прохладу, к Ри стала возвращаться способность ясно мыслить. Это был просто сон. Всего лишь небольшой кошмар, навеянный тяжелыми переживаниями дня. Истерично хихикнув, девушка пригладила растрепавшиеся волосы и почувствовала влагу. Лицо было залито слезами, которые успели намочить волосы и подушку. — Давненько такого не было, — нервно усмехнулась Ри, заставляя себя встать с постели. Обычно кошмары девушку не посещали. С участием родителей снов не было где-то так со времен далекого юношества. Вообще сны не были частью ночной рутины. На то, чтобы восстановить силы в небытие, Ри обычно тратила максимум часов пять, чувствуя себя при этом абсолютно нормально. Сны сформироваться не успевали, или же мозг от них отказывался в пользу отдыха, или же они были слишком короткими, блеклыми и бессмысленными, что девушка об их наличии и не вспоминала. Наверное, именно поэтому сейчас Ри чувствовала себя как выжатый лимон. Взяв стакан с потеплевшим соком, девушка неспеша покинула спальню. Находиться в помещении, пропитанным кошмаром, сейчас решительно не хотелось. Спустившись в гостиную, Ри поставила сок на столик и опустилась в кресло вместе с ногами, подтянув колени к груди и обхватив их руками. За роем мыслей, девушка заметила, что вокруг снова повисла вязкая тишина. — Нахида? — Спустя некоторое время позвала она в пустоту, ведь представление о ментальной связи наконец сформировалось в ее бедовой голове. — Может, я что-то не так поняла, — пробормотала девушка, поднимаясь с удобного места и подходя к окну. На дворе была ночь, но это не мешало жизни Сумеру полноценно бурлить на улицах города. Лавчонки близ дома были закрыты, но по дороге сновали люди и стражи, они явно издавали звуки, но их не было слышно. — Тогда что за тишина? — Вновь спросила у пустоты Ри, возвращаясь к своему месту. Не дойдя до кресла, девушка бездумно прошла в спальню, чтобы быстро забрать книгу и все же осуществить план по захвату удобного седалища. — Малая Властительница? — Все также безуспешно позвала Ри, когда тишина стала невыносимо давить на нервы.

«Жалкая.»

— Чего? — Буркнула Ри, оглядев комнату. Она не могла с точностью утверждать, что печально знакомый голос ей не послышался. Но в помещении никого не было, а тишина продолжала напрягать. — Сказитель?

«Какая жестокая ирония, что из всех, до кого можно достучаться из этой халупы, мне досталась именно ты.»

— А тебе есть еще до кого стучаться? — С изрядной долей скепсиса спросила девушка, убедившись, что сын хиличурла и правда вышел на связь. — Ты все это время молча следил за мной, маньяк?

«Больно надо тратить время на истеричку.»

— Сам ты истеричка, — девушка фыркнула, недовольно отпивая уже противный теплый сок. Надо же было вляпаться…. Сначала кошмар во сне, теперь начинающийся кошмар наяву. Хоть и факт того, что Сказитель действительно послал Ри зов, отдаленно и очень-очень немного радовал, не такой уж он и лобковый волос хиличурла оказывается, но все же после пережитого сна хотелось как-то собрать себя в кучу, а не трепать по новой нервы.

«От истерички слышу.»

— Не повторяйся, сын хиличурла, — пробормотала Ри, отмахиваясь от фантомных слов, как от назойливой мухи.

«А ты поумней, вошь писклявая.»

— Ты что-то кроме оскорблений в этой жизни знаешь?

«Уж побольше тебя.»

— Так поделись, чего почем зря воздух сотрясать и нервы трепать и себе и мне?

«Еще чего? Мир к твоим ногам положить?»

— Зачем мне мир, мне бы только с Глазом Бога дилемму решить, — устало вздохнула девушка, снова открывая первую главу книги об упомянутом артефакте, дальше которой дело все никак не могло зайти.

«Рассказывай.»

— Что? — Уже успев пробежать глазами по строкам определения божественной вещицы, Ри не сразу уловила нить ментального разговора.

«Не испытывай мое терпение!»

— Да кому ты сдался, Архонт меня разбери! Веди себя нормально и не психуй через каждое слово, и испытывать ничего не придется, — Ри невротично провела рукой по лицу, которое словно бы жгло от раздраженного взгляда сияющих в темноте глаз.

«Да пошла ты.»

— Сам иди, — девушка, едва вернув себе самообладание, рисковала разбить его вдребезги. — Если я увижу аль-Хайтама, клянусь, я ему наушники расцелую….

«Мерзость.»

— Кто бы говорил, — хмыкнула Ри, возвращая внимание на страницы книги. Тишина все еще окутывала разум, значит Сказитель никуда не ушел. Что ему надо, сам же послал куда подальше? Или небось темнота тюремной камеры замучила одиночеством? Усмехнувшись про себя, Ри закусила нижнюю губу. «Рассказывай». Повелевать хиличурлами из числа своей родни будет, умник тоже тут! Но он все еще здесь…. Наверняка дуется и ядом плюется на все, что в радиусе плевка находится. Но ведь остается же. Была ни была, раз на связь вышел, значит надо брать от этого максимум! — В общем, несколько лет назад мне стало интересно что такое Глаз Бога. Везде говорится, что это божественный артефакт, который дарует силу повелевать одной из стихий. А кто его выдает? За что? Их где-то делают или они из чего-то формируются? Если делают — то где? А если формируются — то как? Стекло и металл, в которых заключена сила стихии. Воля владельца может создать стекло и металл? Или же это не такие простые для понимания и определения субстанции? Слишком много вопросов, ответы на которые либо отсутствуют, либо дают информацию, которую и информацией не назовешь — расплывчатое нечто из слов, не дающее никакого толкового объяснения. После я узнала, что в Снежной производят подобия Глаз Бога — Глаза Порчи. Это значит, что силу стихии все же можно подчинить и заключить в стекло и металл. А это значит, что субстанции это весьма материальные, и человек в силах создать артефакт самостоятельно, а также поместить туда силу стихии, которой потом можно повелевать. Но если создали Глаза Порчи, оказывающие негативный эффект на обладателя, то неужели нельзя создать Глаз Бога, который будет неотличим от «дара небес» и не имеющий таких страшных побочек? Видимо можно, но вот как…. С этим я и пытаюсь разобраться.

«Зачем?»

Вопрос, заданный спустя несколько мгновений после монолога Ри, застал девушку врасплох. Она ожидала насмешек, ядовитых комментариев и оскорблений. Но никак не философского вопроса, коим заданный Ри и считала. Задумавшись, она теребила краешек страницы первой главы, закончить читать которую, видимо, мешала сама Вселенная. — Хочется, — просто ответила Ри, так и не найдя более достойной причины. А действительно — зачем? Жить без Глаза Бога девушка спокойно могла, у нее не было зависти к тем же аль-Хайтаму и Кавеху, которые свои Глаза использовали как побрякушку на костюме. Нужды в какой-то стихии она не испытывала. Как кстати вспомнился кошмар, в котором родители давили на дочь с радикально новыми исследованиями. На самом деле, никогда они и не были такими тиранами. Ну да, бывали в доме и рассуждения и скандалы на этой почве, но они не являлись частью повседневной рутины. Однако, может отсюда ноги и растут…. Все что можно было уже либо было исследовано, либо сейчас исследовалось. Архитектура, в развитии коей Кавех делал какие-то крышесносные успехи, Ри особо не увлекала. Да ничем вообще, из ветвей Академии, душа девушки не горела. А вот тяга к непостижимому, божественному, была в избытке.

«Нелепость.»

— Сам ты нелепость, — уже будто бы привычно огрызнулась Ри в пустоту. С улицы послышались звуки жизни — Сказитель канал связи покинул. — Все-таки не выдержал, — невесело усмехнулась девушка. Глупо отрицать, что в душе была надежда на какой-то более вменяемый диалог, может вдруг, неужели об этом даже мысль зашла, какой-то дельный совет. Но нет. Ляпнув гадость, эта придурь смылась к себе в одинокую темень за решеткой в Сурастане. — И на что ты надеялась? — Погрустнев спросила сама себя Ри, опуская глаза в книгу. — Индюков в сторону! Итак, «Глаз Бога — неизученный артефакт…»